Хозяйственные правонарушения
Еше один тип судебных исков, традиционно разбиравшихся согласно адату, составляли хозяйственные правонарушения. B советское время это примерно 19%дел, зарегистрированных в сельской местности (подсчитано по материалам «Годовых отчетов колхозов и совхозов Дагестанской АССР»: йГА РД, ф.
р-127, оп. 21, д. 198-226). B свою очередь, среди них, как и прежде, четко выделяются две категории исков: 1) касаюшиеся порчи обшего и личного имущества вследствие потрав, пожаров, нарушения очередности в пользовании оросительными каналами (начиная с 20-30-х годов по настоящее время речь идет о нанесении ущерба колхозной или государственной собственности либо выделенным из нее приусадебным участкам); 2) дела о нарушении правил пользования сельскохозяйственными угодьями, до революции принадлежавшими сельским обшинам, а после коллективизации преврашенными в государственные владения, переданные в вечное пользование колхозам и совхозам.Иски по делам первой категории в советское время продолжали разбираться на местах сначала сельскими словесными, а с 1928 г. — общественными судами и сельскими либо районными советами. Истцами и ответчиками в них обычно были члены одного и того же коллективного хозяйства или соседних колхозов/совхозов. Нередко они принадлежали к издревле соперничающим сельским фракциям (кланам-тухумам, кварталам) (Архивы райкомземов Ахтынского, Py- тульского, Хунзахского и Цумадинского районов; cp.: Лавров: 1982, 117-118, 128-129). Причиной ссор и тяжб были время от времени повторявшиеся потравы скотом приусадебных участков или колхозных пастбищ, пожары, нарушения очередности при пользовании обшест-
Мельница советского времени в окрестностях с. Тлондола
венными оросительными каналами и пастбишами весной и летом (полевой материал В.О.Бобровникова, собранный в 1992-2001 гг.
в Хасавюрте, Дербенте и разных горных районах РД).Хотя по закону в 30-80-е голы для урегулирования хозяйственных конфликтов суды должны были обрашаться к ко/козному праву, на деле они продолжали придерживаться норм местного адата, приспособленных к советским условиям. Дело в том, что после форсированного проведения коллективизации основные положения Устава сельскохозяйственной артели были перетолкованы горцами согласно поземельным и хозяйственным нормам местного адата. Первые председатели коллективных хозяйств, с детства привыкшие следовать адату, вольно или невольно вносили его нормы в колхозные институты.
Так, статус общинного владения карим) перешел на колхозную и государственную (совхозную) собственность. Недаром в 20-х — первой половине 30-х годов крестьянские комитеты общественной взаи- мопомоши (KKOB) в горах создали первые коллективные хозяйства на основе бывших общинных пастбиш. Так были образованы товарищество по совместной обработке земли fT03) в с. Аскент, сельскохозяйственная артель-коммуна в с. Чох, ТОЗ «Заря Востока» в с. Хуштада, совхоз «Геджух», колхоз им. Сталина в с. Хунзах, колхоз им. Мирза- бекова в с. Шиназ и многие другие (UfA РД, ф. 38, оп. 1, д. 3, л. 18, оп. 2, д. 5, л. 17-18; полевой материал В.О.Бобровникова, собранный в 1992 и 1995 гг. в Цумадинском районе, в 1997 г. — в Рутуль- ском районе РЛ).
Вплоть до укрупнения колхозов в 5CM30-e годы большинство горных колхозов сохраняли старые границы досоветских обшин-джамаатов, отмеченные естественными природными преградами — реками, горными хребтами и оврагами^Залками. Ho и после укрупнения оставалось много мелких одноаульных колхозов. A в конце 80-х — начале 90-х годов в горах начинается повальный распад крупных коллективных хозяйств на мелкие одноаульные или даже одноквартальные колхозы. Причем возникают они обычно в рамках дореволюционных джамаатов. B 1992-1998 гг. я наблюдал этот процесс в селениях Гимерсо, Ричагоних, Цумада, Хвайни, Эчеда, Борч, Рутул, Кала и др. (полевой материал В.О.Бобровникова, собранный в 1990-е годы в Хунзахском, Цумадинском, Ахтынском, Рутульском районах РЛ; подробнее см.-.Бобровников: 1997в, 135).
Личные приусадебные участки унаследовали права обобществленных в 30-е годы частносемейных полей (мульк). B некоторых отдаленных горных колхозах, например в колхозе «Красный партизан» с. Кванада (образованном в 1941 r.), большинство мульков сохранило своих прежних владельцев (полевой материал В.О.Бобровникова, собранный в 1992 г. в Цумадинском районе РЛ). Вплоть до конца 80-х годов их продолжали передавать по наследству, тайно продавать и дарить. Причем, как прежде мульк не мог перейти не к члену джамаата, так и приусадебным участком мог пользоваться только член данного колхоза или рабочий совхоза (Архив Лагестанского обкома КПСС, ныне в составе ЦГА РЛ, ф. р-1, оп. 15, д. 124, л. 292). Русские учителя и врачи, появившиеся в горных селениях в 4CMiO-e годы, как правило, не могли получить здесь приусадебного участка.
B то же время в хозяйственных нормах адата при коллективизации произошли определенные изменения. При разборе хозяйственных преступлений дореволюционный словесный суд ограничивался штрафами в пользу потерпевшего и обшины. B 30-50-е годы по знаменитому указу 1932 г. случаи порчи общественного имущества стали наказываться намного строже. Известны примеры, ко где виновных в случайном поджоге колхозных построек или чабанов, не спасших колхозные стада от волков и стихийных бедствий, «раскулачивали» и ссылали за пределы Дагестана (Архив Ругульского района, с. Рутул; полевой материал В.О.Бобровникова, собранный в 1997 г. в Рутульском районе РД).
B 60-80-е годы колхозы и совхозы Дагестана вернулись к досоветской практике штрафов за хозяйственные преступления. B подобного рода конфликтах виновную сторону присуждали к возмеше- нию натурой или деньгами ушерба пострадавшему и одновременно
Частный хутор, преврашенный в приусадебный участок колхоза им. Чапаева
к штрафу в пользу коллективного хозяйства. Например, в совхозе им. Ленина с. Ботлих были случаи, когла виновного в поливе своего поля с нарушением обшей очереди лишали следующего по очерет полива {Алимова, Магомедов: 1993, 36; полевой материал В.О.Бобров- никова, собранный в 1995 г.
в Махачкале и Ботлихском районе РЛ). За потраву земель соседнего колхоза им. XXII партсъеэда с. Тлондода колхозники с. Кванада принуждены были по решению районного суда восстановить построенную еше до революции каменную ограду вокруг этих пастбиш (ЦГА РЛ, ф. 545, оп. 1, д. 88, л. 57-58, 66; д. 3074, л. 107, 145; полевой материал В.О.Бобровникова, собранный в 1995-1996 гг. в Цумадинском районе РЛ).Лела второй категории также рассматривались на местах в колхозах или совхозах. B роли истца здесь выступало само коллективное хозяйство, по адатной традиции считавшееся верховным собственником как коллективных, так и частных земель на своей территории. Ответчиками чаше оказывались его члены, реже — члены соседних колхозов. Иск обычно возбуждался колхозным сторожем, поймавшим нарушителя закона с поличным. Колхозных сторожей назначали по жребию для проверки исполнения постановлений колхозного начальства, касаюшихся весеннего сева, летней страды и осенней уборки урожая. Они должны были обходить земли колхоза и докладывать словесному суду обо всех замеченных ими нарушениях хозяйственного адата. Интересно отметить, что вплоть до 40-х годов колхозные сторожа и полевые исполнители носили имя дореволюционных исполнителей джамаата (например, авар. гІелиби). Позднее их стали называть ахран (от рус. глагола «охранять») (Архив Цумадинского района, с. Агвали, д. 239; полевой материал В.О.Бобровникова, собранный в 1996 г. в Цумадинском районе РЛ).
Колхозное право унаследовало от адата функции охраны сельскохозяйственных угодий и надзора за соблюдением единого сельскохозяйственного оборота на землях обшины. B горах до 60-х годов коллективные хозяйства экономно использовали каждый клочок плодородной земли. Под угрозой высоких штрафов колхоз, как прежде обшина-джамаат, запрещал самовольно изменять использование любых категорий земель на своей территории. Нельзя было застраивать ни общественные, ни частные поля и пастбиша «хотя бы размером в ладонь», выжигать садовые участки, вырубать деревья в лесу.
Нарушителей этих чисто адатных хозяйственных норм лишали приусадебных участков и заставляли уплатить в колхозную кассу штраф от 50 до 300 руб.[28]. Bce колхозные поля «закрывались» для прохода людей и скота начиная со времени сева до начала страды. Затем полевые исполнители колхоза (гІелиби, ахран) объявляли с годекана о поэтап-
Голекан советского времени в с. Тлонлола
ном «открытии» сначала верхних, а затем нижних участков полей-мег. Летом и осенью «закрытыми» считались зимние пастбиша на южных, солнечных склонах гор (РФ ИИАЭ, ф. 5, оп. 1, л. 1658, л. 4, 7, 14- 20, 25-27; подробнее см.: Бобровников, Рощин: 1995; Бобровников: 1997a, 193-200).
Пол влиянием советских преобразований хозяйственные нормы адата постепенно менялись. Строительство сети автодорог привело к укреплению экономических связей гор и равнины. B послевоенные десятилетия хозяйства равнины и предгорий Дагестана стали специализироваться на вырашивании зерна, а горные колхозы — на отгонном животноводстве. C 60-х годов в горы стали регулярно завозить дешевый хлеб и муку. Горцы привыкли жить в основном на привозном продовольствии и забросили десятки тысяч гектаров террасных полей. Это привело к отмене целого ряда хозяйственных норм обычного права.
Вследствие развития оптовой торговли повсеместно был забыт такой адат, как запрет на сбор винограда, злаков (кукурузы) и плодов (грецкие орехи, персики и другие фрукты) до 15-го дня осени. Особенно сильно это было заметно в селениях на равнине и в предгорье, оказавшихся вблизи быстро растуших городов Махачкала, Буйнакск, Хасавюрт, Кизляр, Дербент СГрадиционное и новое: 1988, 30-31, 47-52). C 70-х голов горные селения вышли за старые границы и вопреки алатным запретам заняли часть бывших полей-мег и лаже харима. Их планировка стала более своболной (полевой материал В.О.Бобровникова, собранный в 1992 г. в Цумалинском районе РЛ). Горное землелелие вступило в полосу затяжного кризиса, что привело к росту скрытой безработицы.
4