Эрнест Нагель (Нью-Йорк)[171]Логика редукции в науках

Научные теории зачастую служат доказательством либо в пользу высшей «реальности», к которой сводятся, «реду­цируются» объекты грубого, повседневного опыта, либо B пользу сомнительности науки, поскольку в свете подобных подозрительных редукций испытанные практики и верова­ния обычной жизни оказываются непостижимыми.

Сегодня логический позитивизм - живое движение, и некоторые его принципы, казавшиеся «основополагающи­ми», впоследствии были отброшены как несущественные. Поэтому трудно сопоставлять с ним свою позицию. Однако я полагаю, что фундаментальный подход логического по­зитивизма заключается в том, что значение терминов сле­дует устанавливать в том контексте, в котором они упот­ребляются, и никак иначе, а также в том, что задачу фило­софии составляет прояснение значений путем такого про­цедурного анализа. Я знаю, что эти принципы не опреде­ляют один лишь логический позитивизм и многие различ­ные направления философии можно охарактеризовать по­добным образом. Ho эта ситуация только помогает объяс­нить, почему столь многие мыслители охотно примыкают к группе позитивистов, не чувствуя себя обязанными наде­вать официальную форму Венского кружка.

Нижеследующее исследование употребления термина «редукция», носящее краткий и обзорный характер, при­звано продемонстрировать возможную ясность этого тер­мина.

I

Характер редукции в науке тесно связан с характером научного объяснения. Особенно важным для нашего ис­следования является тип объяснения, который в общих чертах формулируется так:

Демонстрируется, что некая сущность является ком­плексом составляющих, если можно показать, что некото­рые фазы ее поведения описываются в терминах их отно­шения к фазам поведения ее составляющих. Так, давление газа можно объяснить, рассматривая газ как комплекс мо­лекул, подчиняющихся законам динамики, находя выраже­ние давлению, температуре и объему газа в виде функций определенных динамических свойств молекул и матери­альных констант, и в конечном итоге получая отношение между давлением, температурой и объемом посредством этих функций.

B общем случае сущность E анализируется как ком­плекс Г сущностей сі\ ... ап. Эти последние определяются при помощи законов g, связывающих фазы аІ9 а2 и т.д. их поведения в контексте I. Фазы 0, поведения E в I связаны функциями b, с фазами Ц|, а2 и т.д., когда сущности а\ ... ап наличествуют (occur) в комплексе Г\ таким образом, функ­ции b задают условия появления фаз 0 в терминах наличия фаз а. Наконец, функции / рассматриваются как связы­вающие фазы 0 друг с другом, и таким образом задают ус­ловия появления фаз 0 в терминах появления других фаз E.

Здесь следует отметить следующие очевидные, но важ­ные моменты:

a) Всякое объяснение относится только к некоторой фазе совокупного поведения сущности в целом. Уравнения движения не объясняют цветового, температурного или биологического поведения тела.

b) Изучаемая фаза поведения некоторым образом соот­несена с другими избранными характеристиками тела, по­скольку единственно эти характеристики и способы соот­несенности значимы для определения наличия этой фазы, по причинам, которые обычно считаются достаточными. Открытие и вычленение значимых характеристик - исто­рически долгий и трудный процесс, сколь бы очевидной их значимость не выглядела сегодня.

c) Наличие каждой фазы поведения, объясняемой неки­ми законами, относится к определенному полю или кон­тексту, обособленному от элементов-«помех». Вне неко­торого контекста никакого поведения не существует. Если «природа» данной сущности заключается в наборе ее реля­ционных характеристик, инвариантных в некоем фиксиро­ванном контексте, данный контекст конститутивно входит в эту сущность как обладающий соответствующей природой.

d) Инвариантные реляционные характеристики сущно­сти могут быть привлечены для имплицитного определе­ния сущности в некотором контексте, и таким образом - для определения того, предметом какой науки она являет­ся. Так, если каждое тело демонстрирует в каждом контек­сте свойства, называемые механическими, то инвариант­ные при самых общих преобразованиях характеристики тел изучает механика. Однако если природа сущности опреде­ляется в терминах инвариантов ее поведения в неопреде­ленном множестве или контекстах, эта природа не будет известна полностью, пока не будут известны ее инвариан­ты в каждом контексте. Следовательно, являются ли инва­рианты поведения сущности в одном контексте выводи­мыми из инвариантов ее поведения в другом контексте, - вопрос эмпирический.

e) Составляющие, в которых анализируются сущности, зачастую недоступны для прямого наблюдения. Только не­которые избранные характеристики наблюдаемых тел, та­кие как масса и движение, приписываются их составляю­щим в интересах логической экономии, поскольку обнару­жено, что они одни являются значимыми. Ho отправная точка всякого анализа - объекты суммарного опыта: объ­яснять следует их поведение. Следовательно, если некото­рая теория микроскопических составляющих неспособна объяснить некие характеристики суммарного опыта, суще­ствование таких характеристик тем самым не оспаривается.

0 Всякая наука определяется теми фазами поведения сущностей, которые она изучает, и потому косвенно - теми законами, которые она привлекает для объяснения этих фаз. Например, механика изучает движение тел; ее объяс­нения выражены в терминах уравнений заданной матема­тической формы, соотносящих пространственные коорди­наты, время, массы и т.д.

її

Теперь мы можем перечислить ряд различных смыслов понятия редукции:

1) Всякое исследование поведения сущностей должно вычленять определенные фазы поведения и пренебрегать остальными. Таким образом, совокупное поведение сущно­сти в целях исследования подчиняется избранным фазам. Действуя в подобном ключе, можно обнаружить общие ин­варианты в поведении бильярдных шаров и в поведении самоубийцы, прыгнувшего с высокой башни. Такое подчи­нение совокупного поведения избранным фазам поведения будет называться избирательной редукцией. Если прилагать разные виды избирательной редукции к одной и той же сущ­ности, она будет оказываться предметом различных наук.

2) Сущность E может анализироваться указанным обра­зом как комплекс Г неких сущностей а\.. . а„. Если каждая сущность, подобная E, также анализируется как комплекс Г сущностей, подобных O1..

3) Сущность E может быть конститутивно редуцирова­на так, что появление фазы 0 в контексте Z может оказать­ся теоретически выводимым из определяющих свойств ее составляющих и того, что они наличествуют в комплексе Г. Это называется характеристической редукцией. Такой редукции поддаются многие фазы тел, однако не все: нали­чие таких качеств, как цвет и температура, невозможно теоретически вывести из наличия микроскопических со­ставляющих тел, когда эти последние определены в кон­текстах, не указывающих на наличие данных качеств. To, что зачастую кажется редукцией, зависит от неявного вве­дения функции ad hoc, соотносящей данное качество с не­кими совокупностями составляющих. Это не значит, что составляющие более не следуют определяющим их зако­нам, но значит, что контекст, в котором наличествуют со­ставляющие, когда они находятся в системе Г, конститутивно входит в те свойства, которыми они теперь обладают.

4) Фазы 0| и 02 двух сущностей Ei и E2, наличествую­щих в контексте Z, можно соотнести посредством функ­ции f.

5) Может оказаться, что определенные законы одной науки, должным образом сформулированные, обладают формальной структурой, тождественной структуре законов другой науки, посвященной совсем другим фазам функ­ционирования. Так, законы взаимодействия электрических токов можно выразить в уравнениях, имеющих ту же фор­му, что и лагранжевы уравнения динамики механических систем. Такое проявление тождественной формальной схе­мы будет называться формальной редукцией. Формальная редукция не влечет за собой ни полную, ни характеристи­ческую редукцию, хотя иногда может подсказать, как дос­тичь редукции этих видов.

6) B рамках каждой науки теории должны допускать преобразование в утверждения о содержании возможного чувственного опыта. Именно возможный чувственный ма­териал является самой начальной точкой и кульминацией всякого естественнонаучного исследования, поскольку в этом материале следует искать как значение, так и дока­зательство истинности всех материальных высказываний. Анализ высказываний в целях демонстрации их связи с со­вокупностью качеств будем называть эпистемической ре­дукцией. Какой чувственный материал будет привлечен для редукции такого типа, зависит от фазы изучаемого поведе­ния и степени развитости науки. B интересах точности и определенности в качестве исходных данных могут при­влекаться особым образом отобранные эмпирические свой­ства и события. Так, в качестве исходных данных физика использует пространственные совпадения; сходные данные может оказаться возможным использовать во всех науках. B этом случае каждая наука окажется эпистемически реду­цированной к физике.

Итак, стало ясным, что ни одна наука не может быть редуцирована к другой в каком-либо из перечисленных выше смыслов и при этом не бьггь редуцирована во всех смыслах сразу. Как бы то ни было, для того, чтобы решить вопрос, достижима ли редукция каких-либо наук в каком-либо смыс­ле, необходимо в совершенстве знать все об этих науках.