6. Мир: полюс гностицизма и пантеизма

Характеризуя свою концепцию отношения к миру, Бердяев заявлял, что её можно интерпретировать с двух прямо противоположных позиций, а именно: как манихейский дуализм и как пантеистический монизм.

Мир во зле лежит, и из него нужно уйти - центральный манихейский, а поскольку позиции манихейства и гностицизма в этой теме совпадают, то и гностический принцип. Мир образован из ма-терии, которая является путами для человека, его духа в стремлении к доброму Богу. Поэтому человек должен избавиться от всяческой связи с миром при жизни в нём, тем самым получая возможность уйти из него к подлинному Богу после смерти. Человеческие сущности, не освободившиеся от связи с миром после смерти, вновь возвращаются в мир. В созвучии с гностицизмом Бердяев также заявляет, что окружающий человека мир имеет материальный состав. Этот мир причиняет ущерб человеческому духу, приводит к человеческим страданиям и сдерживает человеческие порывы к выполнению его божественного предназначения. Единственно правильная ориентация жизни в этом мире - независимость от него, невовлечённость в его процессы. Как бы человек ни пытался реализо-вать себя в мире, мир охлаждает продукты его творчества, делая их чуждыми замыслу. Бердяев призывал к революционной войне против такого мира.

Любопытно отметить даже близость эпитетов, которыми наделяется мир в гностицизме и у Бердяева. Гностики говорят об ощу- щении чуждости мира, Бердяев же постоянно описывает свои самоощущения как чужого в этом мире и в любых состояниях связи с этим миром.

С пантеистических позиций, мир состоит из божества. Заявляя, что мир создан из Безосновного, выявившего из себя Бога, а затем достигшего единства с Богом, принявшего Его в себя, Бердяев приближается к пантеизму. Он даже иногда утверждает эманацию мира из Бога, а это уже чистейший пантеизм. В системе Бердяева мир коррелятивен человеку, как макрокосм микрокосму, а поскольку человеку присуща Божественная составляющая, создающая его субъектно-личностный характер, субъектность мира также несёт отпечаток Божества. Эта идея также носит пантеистический характер. Поэтому можно говорить о пантеистических элементах в системе русского философа. Однако в целом нужно отметить, что пантеистические элементы в учении Бердяева раскрыты схематично. Их значимость снижается в процессе эволюции взглядов философа. Если в ранние и средние периоды творчества философа, когда он признавал относительную ценность онтологии, за коллективными субъектами мира он также признавал Божественный характер, то в позднем творчестве он полностью нивелировал ценность онтологических реалий, а с ними и их Божественную составляющую. В развитии мысли Бердяева мир приобретает всё более и более субъективный характер, а с ним теряется значимость пантеистической аргументации. Таким образом, полюс пантеизма так и не стал полноценным полюсом развития его мысли, а христианство не оказалось их синтезом. По сути дела, Бердяев попытался из движения по контурам смыслов двух нехристианских позиций образовать основные принципы христианского миропонимания, что у него, естественно, не получилось. Не образовав христианство в базовых принципах, Бердяев попытался согласовать выводы из своих предпосылок с доктриной христианства. Однако в этом процессе христианская концепция сама стала выступать одним из полюсов противоречия, заместив полюс пантеизма.