Черные ящики

В методологии Хайнса мозг — это черный ящик, для которо­го характерно то, что паттерн X может изменяться под воздей­ствием ментальной активности, равнозначной фактору Y. Вы не знаете, почему некий паттерн, соответствующий определенной активности мозга, значит именно то, что значит, — вы просто принимаете это значение к сведению.

Я бы назвал этот тип майндридинга «чтением сознания в чер­ном ящике» (mindreading blackbox reading) или, для краткости, блэкбоксингом (blackboxing). Идея в том, что блэкбоксинг очень напоминает то, как вы узнаете кого-то по походке. Скажем, ваш друг Фрэнк ступает тяжело и припадает на пятку левой ноги. По его шагам вы всякий раз и узнаете, что идет именно Фрэнк. Однако ничто не говорит вам о том, почему он ходит подобным образом. Вам не известно ни о его спортивном прошлом, ни о не­врологическом состоянии мускулов ног.

Заметьте: чтобы воспользоваться возможностями блэкбок- синга на деле, вы должны заранее знать, чего хотите. Например, вы намерены выявить паттерн нейронной активности или зафик­сировать всплеск волны Р300? В любом случае, вам необходимо знать, как проявятся и что будут означать эти явления в опре­деленной ситуации. Это, по определению, предельно закрытая система. Машина знает, что один паттерн означает «сложить», другой — «вычесть». Но если находящийся в сканере подопыт­ный решит подумать «умножить» — все потеряно, эксперимент провален.

Все это накладывает на майндридинг жесткие ограничения. Если сформирован набор предустановленных паттернов мен­тальной активности, коммуникация какого объема может осу­ществляться на этой основе? Очевидно, что максимум в дан­ном смысле — это система наподобие азбуки Морзе. У нас уже есть два примера: алфавит и выбор «сложить» / «вычесть». Неслучайно ограниченна и методика Хайнса — какой бы за­манчивой и основательной она ни казалась.

Мы подошли к критически важному пункту. Компьютеры, обладая современным уровнем возможностей, могут соотносить паттерн нейроактивности X со схемой поведения Y. Как мы уви­дим в главе 6, сегодня существуют программы, моделирующие информационный поток в мозге. Благодаря этому становится возможным предугадывать, что именно последний пытается сделать. Компьютеры достаточно хорошо выявляют простые ин­тенции человека, однако ни одна машина — даже в отдаленной перспективе — не способна понимать наши мысли, мотивы, фан­тазии и надежды.

На это способны только два устройства. И одно из них — дру­гой человеческий мозг. Если между одним мозгом и другим, подобно corpus callosum, возникнет электронный мост с доста­точной пропускной способностью, то воспринимающий (бла­годаря обучению и практическому опыту) сможет пробиться через хаос чужих мыслей — научившись понимать их ясный смысл так же, как учатся понимать иностранный язык. Именно так я и постигал язык жестов — совершая ошибки и нащупы­вая свой путь. По предположению Пола Черчланда, наступит время, когда два человеческих мозга, возможно, научатся дей­ствовать совместно столь же слаженно, как два полушария одного.

Другое устройство, способное решить данную задачу, — под­ключенный непосредственно к мозгу «умный» компьютер. Несомненно, его «ум» будет принципиально отличаться от чело­веческого. Во-первых, потому, что не прошел начавшийся в аф­риканской саванне путь эволюции. А во-вторых, он не содержит в себе ничего, что могло бы противодействовать рефлекторным механизмам, заставляющим человека сражаться или спасаться бегством (fight vs. flight reflexes), либо, наоборот, поддерживать сексуальное влечение или способствовать утолению голода. Такой компьютер никогда не станет умным «по-человечески». Однако, обладая определенным уровнем интеллекта и способно­стью к обучению, он будет, вероятно, обладать своего рода ин­туитивным пониманием человеческого мозга.

Есть немало теорий, объясняющих, каким образом будет до­стигнут этот уровень искусственного интеллекта, — и одну из них мы обсудим далее. В настоящий момент моя точка зрения тако­ва: единственное устройство, способное действительно понимать сознание человека, — это другое сознание. И не имеет значения, какова его материальная основа — кремниевая или углеродная. Главное требование заключается в том, чтобы сознание было со­знанием.