Территориальная и социальная дифференциация диалектов.

§ 218. Как известно, диалектология является прежде всего наукой о местных разновидностях языка. Поэтому территориальная дифференциация диалектов сама собой разумеется: на разных территориях звучат разные диалекты, бытуют разные диалектные особенности.

При проведении наблюдений над говором необходимо иметь в виду часто встречающуюся неоднородность говора деревни, его социальную дифференциацию. Эта дифференциация имеет глубокие исторические корни. Диалекты как таковые восходят к феодальному и дофеодальному прошлому. Уже в эпоху капитализма, не говоря — применительно к нашей стране — об эпохе социализма, диалекты являются категорией пережиточной: они уже не вызываются к жизни существующими общественно-экономическими условиями, а, напротив, продолжают существовать, несмотря на новые условия, которые вызывают к жизни процессы их постепенного разложения, деформации, нивелировки, приближения к нормам литературного языка. (См. Введение, §§ 11—16.)

При этом влияние литературного языка обычно распространяется неравномерно на говоры разных территорий и разных социальных групп местного населения в пределах одной территории. Оно распространяется прежде всего по основным, важным для экономики страны путям сообщения: по большим трактам, водным путям, позднее — железным дорогам. Диалектологи не раз отмечали, что на территориях, прилегающих к основным путям сообщения, распространены говоры, претерпевшие в большей степени влияние литературного языка и потому менее цельные и архаичные, чем на территориях, находящихся в стороне от этих путей, где часто сохраняются более архаичные говоры, не испытавшие или в меньшей степени испытавшие это влияние. Чем теснее экономические и культурные связи данной местности с административным, экономическим

и культурным центром, тем сильнее обычно влияние языка центра на

соответствующие говоры.

Однако направление экономического и культурного тяготения отдельных территорий в истории данного края или страны обычно не раз менялось; следовательно, и направление языкового развития в разное время было неодинаковым. Последнее не могло не сказаться на территориальном распределении диалектных особенностей.

Разные диалектные особенности нередко охватывают разные территории и могут указывать этим на разные этапы в экономической, политической и культурной жизни населения данной территории в прошлом.

Влияние литературного языка может быть неравномерным не только по отношению к разным территориям, но также и по отношению к разным социальным группам населения одной и той же территории, одного населенного пункта. Капиталистическая деревня в социально-классовом отношении была весьма дифференцирована. Кулаки, торговцы, середняки, бедняки, батраки в различных конкретно-исторических и экономических условиях были в разных отношениях к городу: одни группы были более тесно связаны с определенными группами городского населения, другие— менее, третьи вовсе не были связаны. Поэтому одни социальные группы сельского населения быстрее приспособлялись к языку города и перенимали многие из норм литературного языка, другие медленнее. Большое значение в этом отношении имело отходничество, развитие отхожих промыслов. Известны села, в которых значительная часть мужского населения работала в одной из столиц или крупном местном центре (например, губернском городе) извозчиками, официантами в ресторанах, дворниками, мелкими торгов- цами-разносчиками, сезонными рабочими (плотниками, каменщиками) и т. д. Менее развито было отходничество женского населения. Но все же немало женщин работало в городах в качестве „прислуги", а также в прачечных, гостиницах, ресторанах и т. д. Естественно, что длительное пребывание в городе не могло не наложить своего отпечатка на язык выходцев из деревни, оно способствовало нивелировке наиболее ярких диалектных особенностей, усвоению в большей или меньшей степени общегородских норм языка.

Если связи с городом были непостоянны и охватывали лишь отдельных, единичных представителей данного говора, то последние по возвращении в свою деревню под влиянием господствующей в устах местного населения диалектной речи с течением времени могли полностью или частично забыть городские новшества и вернуться к системе своего родного диалекта. Нередко этому способствовало и то, что городская речь бывалых людей вызывала среди местного населения острые насмешки, и последние, чтобы не подвергаться им, предпочитали говорить у себя в деревне и со своими односельчанами на местном диалекте. На этой почве создавалось известное двуязычие: бывалые люди обычно владеют как местным говором, так 236

и в известной степени нормами литературного языка, которыми пользуются, например, при разговоре с городскими людьми.

Однако, если связи с городом постоянны, имеют место в течение длительного периода, охватывают более или менее широкие круги местного населения, то, возвращаясь в деревню, бывалые люди нередко сохраняют значительную часть городских черт своего языка и сами становятся в известной степени проводниками городского влияния на язык местных жителей.

Одним из путей влияния литературного языка на диалекты являлась служба в армии. Этот фактор имеет особенно большое значение в наше время в связи с той громадной воспитательной и образовательной работой, которая ведется с бойцами в Советской Армии.

Следует иметь в виду, что до Великой Октябрьской социалистической революции городское влияние на диалект разных социальноклассовых групп крестьянства было неоднородно: оно исходило в одних случаях от городских мещанских кругов, мелкой буржуазии, в других случаях — от пролетариата. Однако эта неоднородность сказывалась главным образом в лексике и семантике и была меньше в фонетике и морфологии, где узко диалектные черты вообще имели тенденцию заменяться соответствующими городскими особенностями, близкими или тожественными нормам литературного языка.

Известное значение для языкового развития капиталистической деревни имела школа.

Следует иметь в виду, кроме того, что наряду с так называемой земской школой в се'лах существовали и церковно-приходские школы, через которые помимо воздействия литературного языка шло также влияние специфически церковного языка. Вообще при учете разного рода воздействий на крестьянские диалекты капиталистической эпохи нельзя забывать о влиянии церкви, языка церковной литературы. Степень этого влияния была весьма разнообразной в разных местных условиях. Например, оно могло быть заметнее в районах больших монастырей, где население в прошлом экономически тяготело к монастырю, а значительная часть его принадлежала монастырям (так называемые монастырские крестьяне). Оно было заметно также у старообрядцев вследствие значительного распространения среди них церковной грамотности и чтения религиозной литературы. Оно было значительно меньше и непосредственно мало заметно в других случаях.

Наконец, диалектологи часто отмечают дифференциацию языка половую, т. е. различия в языке мужчин и женщин. Можно не

сомневаться, что эта дифференциация является не половой в собственном смысле, т. е. биологической, а социальной, обусловленной общественно-экономическими условиями, которые были в прошлом неодинаковыми для мужской и женской части населения.

Как это видно из предыдущего, мужская часть населения в значительно большей степени была связана с городом, вообще с деятельностью за пределами родной деревни, чем женская: отходничество, уход на заработки, торговля и пр. ■—все это охватывало главным образом мужское население. В школе училось также значительно большее количество мальчиков по сравнению с девочками.

При изучении языка деревни надо иметь в виду еще одно обстоятельство: взрослое женское население данной деревни (замужние женщины) весьма часто по происхождению было из других деревень, близких или более отдаленных. Поэтому говор замужних женщин может отражать особенности языка не только данной деревни, но и той, откуда они происходят, откуда они „взяты". Так как браки с девушками из других деревень имели место на протяжении многих поколений, то нельзя не учитывать, что этот фактор, мог иметь известное значение в языковом развитии деревни.

Таким образом, язык деревни в эпоху капитализма нельзя представлять себе как нечто однородное. Напротив, он был весьма дифференцирован и многообразен у различных социально-классовых групп населения.

§ 219. Языковая дифференциация деревни принимает новые формы после Великой Октябрьской социалистической революции. Связи с городом значительно увеличиваются, приобретая совершенно новое качество. В связи с индустриализацией нашей страны деревня за годы сталинских пятилеток выделила немалую долю своего населения для работы в городской промышленности и транспорте. Индустриализируется и местный край: на местах создаются новые заводы и фабрики, вокруг которых объединяются как приезжие из города кадровые рабочие и интеллигенция, так и местное население и приезжие из других сельских местностей.

связана и с механизацией крестьянского труда: появляются МТС, хозяйство оснащается тракторами, комбайнами и другими машинами. Реконструируется энергетическая база: многие деревни получают электрический ток не только для освещения, но также и для производственных нужд. При этом деревня получает энергию не только от крупных районных и областных электростанций, но также от создаваемых на месте мелких электростанций, сельских и колхозных. Резко усиливается политико-воспитательная и образовательная работа в деревн*е, сильно увеличивается сеть школ, создаются избы-читальни, клубы, сеть кинопередвижек, развивается районная печать; для деревни издаются миллионные тиражи популярной литературы по общественно-политическим, агрономическим, техническим вопросам, а также художественной и научно- популярной литературы. Большое количество центральных изданий также поступает в деревню. Все это ведет к сплошной грамотности молодого и среднего поколения сельского населения.

Раскрепощение женщины, создание для женщин равных с мужчинами условий участия в общественно-политической и хозяйственной деятельности приобщает к культуре и женскую часть сельского населения, ранее значительно более отсталую по сравнению с мужским населением.

Мы являемся свидетелями того, как стирается противоположность между городом и деревней. Этому содействовала прежде всего коллективизация сельского хозяйства и его индустриализация, благодаря которой создается многочисленная сельская интеллигенция (агрономы, трактористы, шоферы, монтеры, механики, врачи, учителя и т. д.), этому способствует и усиленный обмен населением между городом и деревней.

Указанные процессы не могли не вызвать нивелировки диалектов, не могли не способствовать овладению колхозным крестьянством важнейшими чертами литературного языка. Однако литературный языкпро- никает в деревню неравномерно на огромной территории распространения русского языка: в одни районы он проникает в большей мере, в другие — в меньшей, и в пределах одной и той же местности одни группы населения в большей степени приобщаются к нормам литературного языка, чем другие.

Благодаря этому в языковом отношении современная деревня характеризуется весьма глубокой языковой дифференциацией, большой пестротой. Неопытному наблюдателю может показаться, что в говоре отсутствуют какие бы то ни было закономерности. Однако это впечатление в значительной мере рассеется, если учитывать, что в современной деревне на одной и той же территории по существу уживается несколько языковых типов, свойственных разным группам населения. Выделяется, с одной стороны, традиционный тип говора — язык той части населения, которая в наименьшей степени испытала воздействие литературного языка. Этот тип свойственен главным образом старшему поколению, в особенности женщинам, нередко безвыездно жившим в своей деревне. С другой стороны, легко выделяется также

говор передовых сельских кругов: молодежи, комсомольцев, активистов, местной интеллигенции, который приближается к нормам литературного языка или сходен с ними. Между этими крайними типами говоров существуют, конечно, типы переходные, границы которых весьма зыбки и трудно поддаются определению.

Отмеченные типы говоров, сосуществующие на одной территории, не отличаются устойчивостью во времени: на протяжении последнего времени, в особенности за последние 15—20 лет, в связи с коллективизацией и осуществлением сталинских пятилеток, по мере культурного роста колхозного крестьянства совершились большие сдвиги и в языке — переход от системы традиционного говора к говору передовых групп сельского населения. В наше время все более и более сужается круг носителей традиционного диалекта. При этом сами традиционные диалекты начинают также сильно поддаваться нивелирующему воздействию литературного языка. Взаимодействие между народным языком и языком литературным определяет пути дальнейшего обогащения и развития того и другого.