Образование русского языка.

§ 17. Русский язык в своем развитии пережил те же процессы, которые переживали и другие языки, развивавшиеся в аналогичных общественно-экономических условиях. От древних восточно- славянских племенных диалектов эпохи родового строя, через территориальные диалекты древнерусской народности разных периодов развития феодализма к образованию современных национальных восточнославянских языков — таков путь развития русского языка, пройденный им в связи с отчасти параллельными процессами образования ближайшим образом родственных украинского и белорусского языков.

Летопись сохранила нам названия древних восточнославянских племен. Это поляне, древляне, дреговичи, кривичи, словене, северяне, радимичи, вятичи и др.

Поляне сидели в районе Киева по обоим берегам Днепра. Древляне жили на севере от полян в лесах („древляЯе, зане сѣдоша въ лѣсѣхъ“). Их города — Искоростень и Вьручии (современные города Коростень и Овруч на севере Житомирской области). Дреговичи занимали обширные болотистые пространства на север от Припяти. Кривичи сидели в верховьях Днепра, Западной Двины и Волги („кривичи, иже сѣдять наверхъ Волги, и на верхъ Двины, и на верхъ Днепра, ихъ же градъ есть Смоленьскъ“); кроме Смоленска, кривичскими городами являлись Полоцк, где жили полочане, разновидность кривичей („нарекошася полочане, рѣчькы ради, яже втечеть въ Двину, . 34

имянемъ Полоту"), а также Псков и Изборск[19]; кривичи далеко распространились на восток в области Ростова и Суздаля. Словене жили на север от кривичей в районе озера Ильмень с центром в Новгороде. На восток и северо-восток от полян по Десне, Сейму и Суле жили северяне. На северо-востоке от них по р. Сожу жили радимичи. На восток от радимичей и северян по Оке (кроме низовьев) жили вятичи. Наконец, на юге от полян по Бугу и Днестру сидели бужане, уличи и тиверцы.

Можно думать, что летопись сохранила не все племенные названия восточных славян.

Каждое из перечисленных племен или племенных союзов имело свой диалект, близкий к диалекту других племен, но имевший те или другие отличительные особенности. В силу неустойчивости племени как общественного образования (благодаря процессам распадения и объединения племен), их недостаточно крепкой связи с определенной территорией можно думать, что древнейшие племенные диалекты восточных славян были весьма пестры в территориальном распределении своих особенностей. Эта пестрота еще более усиливалась меж- языковым смешением — скрещением разных языков, имевшим большое значение в образовании диалектных различий. Современная наука не может еще восстановить во всей конкретности эти диалекты, так •как они в значительной степени перекрыты позднейшими языковыми процессами, диалектами более поздней формации. Однако можно думать, что уже в довольно раннюю эпоху ббльшая часть древних восточнославянских диалектов (может быть, все, кроме диалектов словен и кривичей) развила изменение г в у (ТУсь вместо гусь). С другой стороны, в говорах словен и большей части кривичей звуки ц и ч заменились одним звуком ц — появилось цоканье, образовавшееся в связи с межъязыковым смешением славян и финских племен. Часть кривичей, занимавшая восточную часть территории распространения этого племени, не развила цоканья и характеризовалась, таким образом, г взрывным и различением ц и ч.

§ 18. С переходом к классовому обществу, образованием Киевского государства, объединившего все восточнославянские земли, начинаются объединительные процессы и в языковом развитии: появляются черты, охватывающие все или почти все восточнославянские диалекты. Однако связь между отдельными частями Киевского государства не могла быть особенно прочной. Поэтому значительная часть старых диалектных различий сохранялась.

Развитие новых диалектных различий заметно усиливается в связи с периодом упадка Киевского государства, в связи с его ослаблением, децентрализацией, усилением областных тенденций.

Ослабление Киевского государства было связано с обособлением земель, с образованием новых, на этот раз местных центров, с общей передвижкой исторической жизни древней Руси на север, северо- восток, северо-запад, запад. Эти процессы не могли не привести к развитию новых диалектных различий, соответствовавших намечающимся областям и землям.

При этом надо иметь в виду, что переход к классовому обществу характеризовался „территориальным делением, идущим на смену племенному" (акад. Б. Д. Греков). Он был связан с установлением более крепкой связи населения с землей, с его концентрацией вокруг городов, выросших на территории отдельных племен. Однако надо иметь в виду, что территории отдельных племен редко полностью совпадали с формирующимися областями и землями.

Правда, территория, например, ильменских словен в общем совпадает с территорией Новгородской земли. Но типичнее случаи, когда старая, племенная территория по частям оказывается в составе разных земель или когда формирующаяся область включает в себя территории нескольких племен. Так, например, на территории кривичей формируются Смоленское и Полоцкое княжества с их весьма близкими друг к другу говорами и, с другой стороны, Псковская земля с ее весьма отличным от первых и своеобразным говором. Примером образования диалекта области на почве объединения старых племенных диалектов может служить Ростовско-Суздальская Русь: население этой земли составили, главным образом, племена кривичей, а также словен, частично вятичей.

Таким образом, новые диалектные черты, появляющиеся на территориях формирующихся областей и земель, наслаиваются на старые диалектные черты, соответствовавшие племенным территориям. В эту и последующие эпохи также продолжаются интенсивные процессы языкового смешения, ведущие к образованию новых диалектных различий.

Уже в домонгольскую эпоху достаточно четко выделяются говоры новгородский, галицко-волынский, смоленско-полоцкий; менее четко — киевский, ростово-суздальский. К этому времени сформировался безусловно и говор Пскова, о котором мы можем судить по памятникам XIV—XV вв. Письменные памятники не дают данных для суждения о говорах Рязанской земли, но можно быть уверенным, что и здесь в XIII в. появились свои характерные диалектные особенности.

Несмотря на все диалектное многообразие этого периода, к этому времени уже довольно четко намечаются языковые особенности, которые в дальнейшем станут характерными признаками украинского и русского языков. Слабее выделяется в это время белорусская зона, так как наиболее характерные особенности белорусского языка относятся к эпохе несколько более поздней.

Монгольское нашествие привело к дальнейшему усилению областного членения, к усилению феодальной раздробленности. Однако, борьба с монгольским игом, с одной стороны, и немецкой агрессией, с другой — вскоре приводит и к обратным объединитель- 36

ным процессам на северо-востоке, в пределах Ростовско-Суздальской земли и на западе, Литовском великом княжестве. В первом из них накапливаются черты „великорусские", во втором — украинско-бело- русские.

§ 19. Условия исторического процесса восточных славян в этот и последующие периоды были таковы, что вместо языкового единства русской народности в его диалектном многообразии, характерного для старшей эпохи, на разных территориях постепенно начинает складываться своя общность языка, экономической жизни и психического склада, проявляющегося в общности культуры. Иными словами, складываются русский, украинский и белорусский народы как нации и вместе с этим соответствующие национальные языки.

История всех восточных славян протекала в условиях тесной взаимной связи. Поэтому и процесс формирования русского национального языка не может быть рассмотрен вне связи с параллельными процессами образования украинского и белорусского языков.

Истоки русского (великорусского) языка лежат в языковых процессах, имевших место в северо-восточной Руси. Ростовско-Суздальская Русь по праву считается колыбелью русского (великорусского) народа. В политическую систему Ростовско-Суздальской Руси входила и Москва, Московское княжество. Однако окончательное формирование русского (великорусского) народа и русского языка относится к более поздней эпохе возникновения и развития вокруг Москвы Русско'го государства. Москва объединила весьма разрозненные и обособленные до того времени этнические и диалектные группы, как, например, население Новгородской, Тверской и Псковской земель, с одной стороны, и Рязанской земли, части северских земель, с другой. Это объединение не могло не сказаться в дальнейшей судьбе соответствующих диалектов. В частности, в -Русском государстве объединились весьма различные диалекты, продолжением которых являются современные северновеликорусское и южновеликорусское наречия. Удельный вес этих диалектов в разные периоды был неодинаков (об этом см. во 2-ой части наших „Очерков", в главе „Образование русского языка в его говорах"). В результате жизни этих диалектов в пределах одного Русского государства развились особые средневеликорусские говоры, совмещающие в себе одни характерные черты северновеликорусского наречия с другими,не менее характерными чертами южновеликорусского наречия. Образование средневеликорусских говоров следует считать уже специфически великорусским явлением. В Москве на почве одного из средневеликорусских говоров, именно московского, в XV—XVII вв. сложились основы литературного русского языка.

Перевод столицы в начале XVIII в. в Петербург уже не мог оказать существенного влияния на общий характер русского литературного языка: вновь построенная столица была лишена в своих окрестностях боль- ШРГР компактного населения, последнее к тому же в политическом, экономическом и культурном отношениях не имело сколько-нибудь заметного значения.

Однако в дальнейшем он развивался во взаимодействии со всеми русскими говорами, а также испытал известное воздействие сформировавшегося языка Петербурга.

Примечание. В современной диалектологии наряду с термином „северновеликорусский', „южновеликорусский', „средневеликорусский' приняты также термины севернорусский, южнорусский и среднерусский. Оба ряда этих терминов имеют право на существование. Но с исторической точки зрения удобнее термины первого ряда.

Это связано с тем, что термин „русский' для историка и историка языка имеет двоякое значение: в применении к более древней эпохе понятие „русский народ' (народность) или „русский язык' в этническом и языковом отношении охватывает всех восточных славян: русский народ этой эпохи является предком в равной мере русских, белорусов и украинцев; древнерусский язык — это язык, на почве диалектов которого образовались современные русский, белорусский и украинский языки.

В дальнейшем, с образованием украинского, белорусского и русского (в современном значении) народов как наций и национальных языков, термин „русский язык' приобретает более узкое значение, указывая на один из восточнославянских народов и языков, а именно русский в современном значении, т. е. великорусский в отличие от белорусского и украинского (см. об этом выше § 19).

Так как в диалектологии все время приходится иметь дело с историей языка, то во избежание двусмысленности и неточного употребления терминов южнорусский, среднерусский и севернорусский удобнее пользоваться терминами южновеликорусский, средневеликорусский, северновеликорусский: каждый из этих терминов однозначен, четко ограничивает объем понятия и притом, что очень важно, в определенной исторической перспективе: указывает на категорию определенной, а именно позднейшей исторической эпохи.