Диалекты и национальные языки в историческом развитии.

§ 11. Развитие языка вообще, как явления социального, обусловлено развитием общества. Точно так же развитием общества обусловлено развитие диалектов и национальных языков. Известные нам диалекты и национальные языки являются историческими категориями.

Закономерности развития общества в эпоху разных сменяющих друг друга общественно-экономических формаций, как известно, весьма различны: они одни для доклассового общества, эпохи родового 20

строя, другие — для классового общества; они весьма различны в различных формациях классового общества •—рабовладельческого, феодального, капиталистического, при этом неодинаковы и в разные периоды развития каждой из этих общественно-экономических формаций. Качественно новые общественные отношения возникают в эпоху социализма.

Различные закономерности общественного развития в эпоху разных общественно-экономических формаций вызывают качественно различные закономерности языкового развития. Одни эпохи вызывают по преимуществу дробление языка, образование множества близких друг к другу диалектов; в другие эпохи, напротив, происходит объединение, концентрация этих диалектов в ббльших или меньших масштабах. В соответствии с этим в одни эпохи по преимуществу возникают диалектные различия, а в другие происходит нивелировка, сглаживание, объединение диалектов. Весьма часто одновременно имеют место оба эти процесса: в одних, более узких, пределах происходит объединение диалектов, а в других, более широких, напротив,— дальнейшее их расхождение, выработка новых диалектных различий.

При одних условиях диалекты являются категорией продуктивной, т. е. они вызываются к жизни существующими в данную эпоху общественно-экономическими отношениями; при других условиях они, напротив, являются категорией реликтовой, пережиточной, деградирующей, т.

Таким образом, территориальные диалекты или территориальное распределение диалектных черт обусловлено социально-экономической и политической историей общества на определенной территории. В соответствии с этим в одних исторических условиях они характеризуют язык почти всего населения данной территории (таковы диалекты в эпоху феодальной раздробленности); в других исторических условиях, по мере развития национального языка и постепенного перехода господствующего класса и близких к нему групп на литературный язык, диалекты, сохраняя свой территориальный характер, приобретают все более ярко выраженную классовую окраску, становясь на данной территории лишь достоянием крестьянства (таковы, например, диалекты в эпоху капитализма).

Если современные диалекты не всегда существовали, то это еще в большей мере относится к национальным языкам—категории весьма позднего времени. Национальный язык является одним из признаков нации, а нация, как известно, складывается в процессе ликвидации феодализма и развития капитализма.

Итак, окончательное формирование национальных языков относится к эпохе капитализма, буржуазному обществу. Однако общность языка, служившая основой для образования национального языка, обычно складывается в течение длительного периода, нередко задолго до эпохи победы капитализма над феодализмом.

В эпоху капитализма в связи с сложной социально-классовой дифференциацией общества — наличием многочисленного класса крестьянства, его социальным расслоением, развитием пролетариата, наличием мелкой буржуазии и городского мещанства — имеет место весьма сложная дифференциация языковая.

§ 12. В эпоху родового строя в его начальной стадии люди живут сравнительно небольшими обособленными группами. Крупных объединений еще нет. Основной единицей этого общественного строя является племя. Каждое племя имеет свой диалект, и в то же время каждое племя является единым по языку. Ф. Энгельс по этому поводу пишет, что „в действительности племя и лиалект по существу совпадают* *. Развитие племени обусловливает собой и развитие племенного диалекта. Основным процессом в развитии племен является их непрерывное разделение, распадение: племя по мере роста населения и территориального расхождения распадается на части, каждая из которых сама становится племенем. Так образуются родственные племена, В результате разделения племени разделяется и племенной диалект — образуются родственные диалекты. Этот процесс Ф. Энгельс характеризует как „новообразование племен и диалектов путем разделения* *. [5]

Таким образом, в эпоху родового строя в соответствии с членением общества на родственные племена наблюдается большое количество родственных, близких между собой племенных диалектов. Степень близости их между собой может быть неодинаковой: она обусловлена степенью близости между собой соответствующих племен.

В дальнейшем, в связи с процессами разложения родового строя, возникают союзы родственных племен. В связи с образованием союзов родственных племен происходит и объединение родственных племенных диалектов, вошедщих в состав каждого из таких союзов. Так образуется противопоставление языка диалектам1: язык племенных союзов и диалекты отдельных племен. В одних случаях племенные диалекты могли полностью раствориться в едином языке союза племен, или иначе диалекте, если иметь в виду язык других союзов племен; в других случаях они могли частично сохранить свои особенности.

Таким образом, еще в эпоху доклассового общества мы констатировали как процесс распадения, дифференциации, в результате которого образовалось большое количество родственных племенных диалектов, так и, напротив, процесс объединения их в языке (или диалекте) союза родственных племен.

Распадение и объединение близко родственных диалектов является едва ли не основным процессом рассматриваемой эпохи.

Союзы племен могли охватывать и неродственные, иноязычные племена. Такое объединение разноязычных племен не могло не приводить к смешению и скрещению племен, а вместе с этим к образованию смешанных, скрещенных диалектов. Этот фактор — скрещение— наряду с распадением и объединением близко родственных диалектов является весьма важной причиной образования диалектных различий.

В эпоху разложения родового строя и перехода к классовому обществу могут иметь место и более крупные общественные объединения из нескольких союзов родственных племен, которые приводят к образованию народностей. Следствием образования народностей является объединение диалектов вошедших в их состав племенных союзов. Впрочем, полного объединения могло и не быть: развившиеся в более раннюю эпоху диалектные различия частично могли сохраняться.

§ 13. С развитием классового общества укрупняются человеческие коллективы. Образуются государства, нередко объединяющие не только родственные племена и их союзы, но также и неродственные иноязычные племена.

для непосредственного и единичного общения, но и для общения в пространстве и времени. Тем самым устанавливается различие между обиходной речью и письменным литературным языком.

В эпоху феодализма нередко в качестве письменного языка употреблялся язык мертвый или чужой (ср. латинский язык в Западной Европе, арабский и персидский на Ближнем Востоке). В значительно лучшем положении была древняя Русь. Правда, после принятия христианства в качестве письменного языка преобладающим стал у нас язык церковнославянский. Но, во-первых, наряду с ним у нас издавна, повидимому, существовал свой чисто русский литературный язык; во- вторых, церковнославянский язык, основанный на одном из близко- родственных славянских диалектов (древнеболгарском), был весьма близок древнерусскому языку и быстро русифицировался. Взаимодействие церковнославянского (а через него и элементов византийской культуры) с русским оказалось весьма плодотворным для развития русского литературного языка и способствовало обогащению последнего многими выразительными средствами, в особенности в области лексики и словообразования.

1 Эпоха феодализма характеризуется образованием на территории племен и племенных союзов большого количества феодальных земель- госз'дарств. В условиях натурального хозяйства и мелкого товарного производства характерна большая или меньшая обособленность в развитии каждого из этих феодальных земель-государств. Связи между отдельными феодальными землями нередко бывали слабы и случайны. Широкие объединительные тенденции отсутствовали. Это вело к экономической, и политической разобщенности отдельных областей, соответствующих разным феодальным землям.

Территориальная разобщенность феодальных земель-государств в течение длительного времени могла привести в свою очередь к образованию территориальных диалектов, соответствующих отдельным феодальным государствам.

Для развития диалектов в эпоху феодализма характерны два процесса: при наличии между феодальными землями-государствами более или менее устойчивых границ в течение длительного периода происходит обособление территориальных диалектов каждой из этих земель- государств: между ними развиваются все новые и новые диалектные различия. Родственные диалекты всё более отходят друг от друга. Иной процесс происходит внутри отдельных феодальных земель- государств. Последние образовались на территории диалектов племен и племенных союзов более ранней эпохи. При этом не всегда территория феодального государства совпадала с территорией племени или союза племен. Феодальное государство могло занимать территорию нескольких племен и племенных союзов; территория одного племени или племенного союза могла оказаться поделенной между разными феодальными государствами и т. д. Поэтому феодальное государство при своем возникновении часто бывало не единым по своим диалектам: в нем нередко сохранялись в качестве пережитка диалекты предшествующего, родоплеменного строя общества. 24

Однако в дальнейшем своем развитии, именно благодаря обособленности разных феодальных государств-земель друг от друга и, напротив, тесным экономическим, политическим и культурным связям внутри отдельного феодального государства, феодальное государство на всей своей территории вырабатывает более или менее единый территориальный диалект.

Вообще нарушение политических и экономических связей населения С течением времени может повести К нарушению общности ЯЗЫКОВОЙ жизни, к появлению на территории каждой обособившейся группы населения своих местных, только ей присущих диалектных особенностей; напротив, установление таких связей между ранее обособленными местностями приводит к стиранию диалектных особенностей и способствует распространению языковых новообразований на всей политически и экономически объединенной территории. Поэтому теоретически возникновение диалектной черты, свойственной ТОЛЬКО данной местности, следует относить к эпохе, когда местность эта от других была обособлена, а возникновение диалектной черты, распространенной на более обширной территории — к такой эпохе, когда эта территория представляла известное экономическое и политическое единство, благоприятствовавшее взаимообщению населения.

Эпоха феодализма, таким образом, вообще характеризуется, с одной стороны, объединением, унификацией диалектов старшей формации внутри отдельного феодального государственного образования и выработкой единого территориального диалекта этого государства, с другой стороны, — все ббльшим обособлением территориальных диалектов разных феодальных государств, все ббльшим расхождением этих диалектов, развитием новых диалектных особенностей, различных на территории разных феодальных государств-земель. Этнические смешения разноязычного населения и скрещение диалектов и в эту эпоху имели большое значение.

Именно в эпоху феодальной раздробленности сложились и закрепились на определенных территориях многие из наблюдаемых ныне диалектных особенностей. Границы многих диалектных особенностей ряда языков совладеют с границами соответствующих феодальных областей или приближаются к ним.

Однако феодализм принимал весьма различные формы в разных странах. Например, в средневековой Германии он развивался иначе, чем во Франции; особые своеобразные формы он принял у нас на Руси. Кроме того, весьма отличаются друг от друга разные периоды в развитии феодализма — ранний феодализм, эпоха феодальной раздробленности, более поздние периоды, которые характеризуются ростом городов, усилением буржуазных элементов, часто образованием крупных централизованных государств. В соответствии со всем этим языковое развитие эпохи феодализма принимает весьма многообразные формы в разных странах и в разные периоды феодализма. В одних случаях в течение столетий сохранялись более или менее неизменные границы феодальных государств; естественно, что за такой длительный срок успевали выработаться и более или менее четкие границы диалектных явлений. В других случаях границы того или иного феодального государства постепенно раздвигались благодаря территориальным присоединениям. В этом случае можно ожидать последовательного, ступенчатого распределения границ диалектных явлений. В третьих случаях границы между феодальными государствами не были устойчивыми — они часто менялись то в одну, то в другую сторону, так что одна и та же территория оказывалась то в пределах одного государства, то другого; это не могло не сказаться и на отсутствии четких языковых границ.

Во многих случаях в эпоху феодализма представителями данного народа колонизовались новые территории, до того времени или вовсе не заселенные или заселенные другим, иноязычным народом. Развитие диалектов на вновь колонизуемых территориях принимает весьма своеобразные формы в зависимости от конкретных исторических условий. При колонизации территории, ранее в большей или меньшей степени заселенной иным народом, нередко происходят разного рода межъязыковые смешения, которые могут порождать новые диалектные различия.

В эпоху образования крупных централизованных феодальных государств, роста городов, усиления торговли происходит образование общего делового, административного языка, который затем при образовании национального языка в связи с переходом к капитализму станет одной из основ литературного языка.

Характерной особенностью языкового развития эпохи феодализма является то, что территориальный диалект феодального государства является языком не одной какой-либо социальной группы феодального общества, в частности эксплоатируемого класса — крестьянства, а до известной степени языком всего населения на данной территории. Территориальный диалект эпохи феодализма — это прежде всего единица территориальная, обусловленная социально- экономической и политической историей феодального общества: она объединяла значительную часть населения в пределах данной феодальной области, земли или княжества. Поэтому не только в XVIII, но и в XIX в. русское поместное дворянство нередко сохраняло яркие местные диалектные черты. Это не значит, конечно, что в эпоху феодализма не было социально-классовой дифференциации языка — она безусловно была, но затрагивала главным образом лексику: словарь языка господствующих классов и крестьянства в связи с различиями их в быте, в материальной и духовной культуре имел существенные различия. Различия в фонетико-грамматическом строе языка крестьянства у господствующего класса на той или иной территории были менее заметны.

Однако в дальнейшем, в эпоху капитализма, территориальные диалекты приобретают все более ярко выраженную социально-классовую окраску: они характеризуют язык эксплоатируемого класса, прежде всего крестьянства. Для эпохи капитализма территориальные диалекты одновременно являются крестьянскими диалектами.

§ 14. При переходе от феодализма к капитализму образуются нации. „Нация, — говорит И. В. Сталин, — является не просто исторической категорией, а исторической категорией определенной эпохи, эпохи подымающегося капитализма. Процесс ликвидации феодализма и развития капитализма является в то же время процессом складывания людей в нации" *. Как известно, общность языка является одним из основных признаков нации:„Нация,— доопределению И.В.Сталина,— есть исторически сложившаяся устойчивая общность людей, возникшая на базе общности языка, территории, экономической жизни и психического склада, проявляющегося в общности культуры"[7] [8]. Вместе с нациями окончательно формируются национальные языки в качестве одного из существенных их признаков, поскольку, как указывает И. В. Сталин, „национальная общность немыслима без общего языка"[9].

Языковая общность, являющаяся предпосылкой образования национального языка представляет собой результат длительного развития. Разложение феодальных отношений, рост городов, развитие торговли и промышленности, объединение мелких феодальных областей в крупные государства, в особенности с централизованным управлением, приводит к значительному развитию связей между различными, ранее обособленными, областями. Все это способствует образованию в пределах данного государства общего делового и административного языка и на его базе основных особенностей общего народноразговорного языка. Последние затем в эпоху господства капиталистических отношений явятся важнейшими составными элементами национального языка. Таковыми были по отношению к русскому национальному языку деловой, приказный язык Московского государства XVI — XVII вв., а также русский народно-разговорный язык, сформировавшийся на основе московского говора.

Национальный язык в его литературной форме стремится преодолеть диалектную раздробленность, доставшуюся ему в наследство от прошлого. Он служит орудием общей национальной культуры. Таким образом, речь идет, говоря словами Маркса и Энгельса, о „концентрации диалектов в единый национальный язык, обусловленной экономической и политической концентрацией"[10].

„Во всем мире,— писал В. И. Ленин,— эпоха окончательной победы капитализма над феодализмом была связана с национальными движениями. Экономическая основа этих движений состоит в том, что для полной победы товарного производства необходимо завоевание внутреннего рынка буржуазией, необходимо государственное сплочение территорий с населением, говорящим на одном языке, при устранении всяких препятствий развитию этого языка и закреплению его в литературе. Язык есть важнейшее средство человеческого общения; единство языка и беспрепятственное развитие есть одно из

важнейших условий действительно свободного и широкого, соответствующего современному капитализму, торгового оборота, свободной и широкой группировки населения по всем отдельным классам, наконец— условие тесной связи рынка со всяким и каждым хозяином или хозяйчиком, продавцом и покупателем"1.

Пути образования наций бывают весьма различны в зависимости от конкретных исторических условий, от времени перехода к капитализму. В Западной Европе нации образовались в процессе ликвидации феодализма и развития капитализма. „Англичане, французы, германцы, итальянцы и прочие сложились в нации при победоносном шествии торжествующего над феодальной раздробленностью капитализма",— пишет И. В. Сталин„Но образование наций означало там вместе с тем превращение их в самостоятельные национальные государства", — читаем там же.

Иначе протекало национальное развитие у тех народов, которые в эпоху феодализма утратили свою политическую самостоятельность и в эпоху образования наций вошли в состав образовавшихся крупных государств в качестве народов, подчиненных господствующему народу. Такими многонациональными государствами являлись на Востоке в XIX в. Россия, Австро-Венгрия и Турция.

„В то время как на Западе,— пишет И. В. Сталин,— нации развились в государства, на Востоке сложились междунациональные государства, государства, состоящие из нескольких национальностей. Таковы Австро-Венгрия, Россия. В Австрии наиболее развитыми в политическом отношении оказались немцы — они и взяли на себя дело объединения австрийских национальностей в государство. В Венгрии наиболее приспособленными к государственной организованности оказались мадьяры — ядро венгерских национальностей, они же объединители Венгрии. В России роль объединителя национальностей взяли на себя великороссы, имевшие во главе исторически сложившуюся сильную и организованную дворянскую военную бюрократию"[11] [12] [13].

„Этот своеобразный способ образования государств,—пишет далее И. В. Сталин,— мог иметь место лишь в условиях неликвидированного еще феодализма, в условиях слабо развитого капитализма, когда оттертые на задний план национальности не успели еще консолидироваться экономически в целостные нации"[14].

При таком способе образования государств рано сказываются противоречия между господствующей национальностью, носительницей государственности, и национальностями, „оттертыми на задний план", занимающими более или менее подчиненное положение. В этих условиях начинаются национально-освободительные движения, охватывающие Восточную Европу в конце XVIII и в течение XIX в.

В результате этих движений складываются в нации поляки и чехи, болгары и сербы, греки, латыши и литовцы, финны, эсты, украинцы и белорусы, армяне и грузины.

По поводу буржуазных национально-освободительных движений товарищ Сталин пишет: „Борьба началась и разгорелась, собственно, не между нациями в целом, а между господствующими классами командующих и оттесненных наций. Борьбу ведут обыкновенно или городская мелкая буржуазия угнетенной нации против крупной буржуазии командующей нации (чехи и немцы), или сельская буржуазия угнетенной нации против помещиков господствующей нации (украинцы в Польше), или вся „национальная* буржуазия угнетенных наций против правящего дворянства командующей нации (Польша, Литва, Украина в России). Буржуазия —главное действующее лицо"[15].

Борьба за экономическое и политическое равноправие, за полную национальную и политическую самостоятельность при буржуазных национально-освободительных движениях всегда бывает сопряжена с борьбой за развитие собственной национальной культуры и прежде всего собственного национального языка, как орудия этой культуры, как средства национального объединения.

Развитие национальных языков в условиях буржуазного национально-освободительного движения принимает весьма многообразные формы в зависимости от места и времени, от социально-экономического и культурного уровня данной нации, от наличия или отсутствия в предшествующую эпоху своего письменного языка на базе одного из диалектов, от степени антагонизма с господствующей нацией и т. д.

§ 15. Язык нации в эпоху капитализма представляет собой весьма сложное целое: он включает в себя литературный'язык, народно-разговорный язык, сформировавшийся на базе взаимодействия диалектов между собой, а также диалектов и литературного языка, и, наконец, всю совокупность местных диалектов.

Литературный язык, несмотря на весь свой сложный состав, уходит всеми своими корнями в толщу народного языка, создается на почве народного языка и вместе с тем, сформировавшись, он оказывает все более и более мощное воздействие на народный язык, на его местные диалекты.

Как было уже отмечено выше (см. § 13), в эпоху капитализма происходит весьма важный функциональный социально-классовый сдвиг старых территориальных диалектов: поскольку литературный язык в эту эпоху является по преимуществу достоянием господствующего класса и примыкающих к нему групп, местные диалекты, сохраняя свой территориальный характер, вместе с тем приобретают ярко выраженный классовый характер: они становятся по преимуществу языком эксплоатируемого класса — крестьянства.

Вообще для капиталистического общества характерна сложная социально-классовая дифференциация языка: территориальные диа-

лекты, как было только что указано, становятся достоянием крестьянства; литературным языком по преимуществу пользуются господствующие классы и близкие к ним группы; промежуточное положение занимает мелкая буржуазия и мещанство, которые в условиях жизни в маленьких городах и в крестьянском диалектном окружении нередко сохраняют многие местные особенности, частью на базе местных диалектов образуют своеобразные мещанские диалекты, частью — по мере приобщения к общенациональной культуре — усваивают основные нормы литературного языка.

Своеобразное положение по своему языковому развитию занимает пролетариат: рекрутируемые главным образом из крестьянства, рабочие приносят в города на фабрики и заводы свои местные диалектные особенности. В условиях производства и городской жизни, для которых характерно междиалектное смешение и смешение диалек- тоз с общегородским просторечием, элементы местных диалектов в языке рабочих довольно быстро сглаживаются — бывшие носители диалектов переходят на общегородской разговорный язык. В дальнейшем по мере роста классового самосознания рабочего класса и приобщения его передовых кругов к общенациональной культуре происходит постепенное овладение пролетариатом литературным языком.

Язык разных общественных классов и групп, кроме различий в фонетико-грамматическом строе, отличается своеобразным развитием разных сторон лексики, своеобразной семантикой многих слов, в том числе и общих для всего данного языка.

Функциональные изменения территориального диалекта в эпоху капитализма заключаются в том, что из почти общего орудия общения в пределах данного общества, каким диалекты были при феодализме, они постепенно превращаются в средство лишь частных и ограниченных видов обиходно-бытового и производственного общения в пределах семьи и среди жителей-крестьян данной местности.

Капиталистическое развитие в связи с его всеобщностью имеет тенденцию полностью унифицировать язык нации, способствовать полной нивелировке диалектов, их ликвидации и переходу вчерашних носителей диалекта на нормы литературного языка. Однако в силу противоречий, заложенных в -системе капитализма, неравномерности в проникновении капиталистических отношений в разные районы страны, неспособности капитализма преодолеть противоречие между городом и деревней эта тенденция остается неосуществленной: территориальные диалекты в значительной мере продолжают сохраняться.

Влиянием литературного языка диалекты охватываются очень неравномерно и по преимуществу в районах, экономически и культурно тяготеющих к крупным центрам. Школа и просвещение в виду их ограниченного распространения среди крестьянства в эпоху капитализма также оказывают лишь ограниченное влияние. Благодаря всему этому территориальные диалекты в эпоху капитализма не только в значительной мере сохраняются, но при благоприятных обстоя- 30

тельствах частью могут еще развиваться, вырабатывая иной раз новые диалектные отличия, например на периферии распространения данного языка, в наиболее удаленных от культурных центров районах и т. д.

Таким образом, языковое развитие в эпоху капитализма характеризуется:!) сложным составом языка нации; 2) стремлением литературного языка вытеснить собою территориальные диалекты, в связи с этим известной деградацией, нивелировкой территориальных диалектов, которые в более чистом виде сохраняются в областях, менее проникнутых капиталистическими отношениями; 3) низведением территориальных диалектов до уровня семейного и обиходно-бытового языка эксплоатируемого класса — крестьянства и вообще наиболее отсталой части населения данной местности; 4) значительной социально-классовой дифференциацией языка, особенно широкой по сравнению с прошлыми эпохами; 5) дифференциацией языка по профессиональному признаку — развитием профессиональной и вообще специальной лексики; 6) наконец, в связи со всем вышесказанным — значительным развитием двуязычия: носители диалекта часто владеют наряду с системой местного диалекта в той или иной мере также системой литературного языка.

§ 16. Октябрьская социалистическая революция открыла новую эру в языковом развитии. Эпоха социализма вызвала к жизни качественно новые процессы в жизни языков на территории многонациональной бывшей Российской империи.

Капиталистический и национальный гнет в царской России, как известно, проявлялся „в его наиболее бесчеловечной и варварской форме11 (Сталин). Национальный гнет выступал, между прочим, с особой силой по отношению к родным языкам многочисленных народов, населявших царскую Россию. Русский язык был обязательным государственным языком. „Все дела в учреждениях, в судах велись на русском языке. Было запрещено издавать газеты и книги на национальных языках, в школах запрещалось обучаться на родном языке. Царское правительство стремилось задушить всякое проявление национальной культуры, проводило политику насильственного „обрусения[16] нерусских национальностей. Царизм вьісїупал в качестве палача и мучителя нерусских народов*[17].

Благодаря такой политике языки многих народностей царской России продолжали оставаться на положении бесписьменных устных диалектов. Другие народы, например азербайджанцы, татары, пользовались арабским алфавитом, недоступным массам. Даже народы, обладавшие многовековой письменной традицией — такие, как армяне и грузины — не имели условий для развития своих родных литературных языков. Не имели их также украинцы и белорусы, которые, как народы, ближайшим образом родственные русскому, не признавались самостоятельными народами; не признавались также и их языки, которые квалифицировались в качестве диалектов русского

языка. Недаром царскую Россию с полным основанием называли тюрьмой народов.

Великая Октябрьская социалистическая революция „разбила цепи национально-колониального гнета и освободила от него все без исключения угнетенные народы обширного государства" (Сталин)1. Это вызвало к жизни качественно новые процессы в развитии их языков.

Одним из основных языковых процессов Советского периода является расцвет национальных языков. Это является следствием того, что „период диктатуры пролетариата и строительства социализма в СССР,— как говорил товарищ Сталин на XVI партийном съезде, — есть период расцвета национальных культур, социалистических по содержанию и национальных по форме"2.

Буржуазные теоретики предполагали, что в случае победы социалистической революции языки более" слабых народов будут поглощены языками народов, экономически и политически более сильных. Так, ренегат Каутский, говоря о судьбе национальных языков Центральной Европы в случае победы пролетарской революции, утверждал, например, что чешский язык будет вытеснен немецким. Великая Октябрьская социалистическая революция полностью опровергла эту насквозь шовинистическую теорию. Тридцатилетний опыт нашей страны, имеющий громадное всемирно-историческое значение, показал, что при социализме языки одних народов не только не вытесняются языками других народов, но, напротив, создаются условия для расцвета национальных языков всех народов, больших и малых.

„Если прав Каутский, — говорил товарищ Сталин на том же XVI партийном съезде, — чем объяснить тогда тот факт, что такие сравнительно отсталые национальности, как белоруссы и украинцы,'более близкие к великоруссам, чем чехи к немцам, не обрусели в результате победы пролетарской революции в СССР, а, наоборот, возродились и развились, как самостоятельные нации? Чем объяснить, что такие нации, как туркмены, киргизы, узбеки, таджики (не говоря уже о грузинах, армянах, азербайджанцах и т. д.), несмотря на свою отсталость, не только не обрусели в связи с победой социализма в СССР, а, наоборот, возродились и развились в самостоятельные нации?"3

Исключительно велики достижения Советского государства в области развития национальных языков. Большое количество бесписьменных народов получило письменность и успешно развивает свои национальные литературные языки. Бурно развиваются также литературные языки народов, уже имевших свою письменность. Нацио- [18] * нальный литературный язык, раззизаясь на почве тес иля иных диалектов, по мере своего роста и укрепления приводит в движение сами эти диалекты, которые под его влиянием постепенно утрачивают узко диалектные особенности.

Резко изменились в нашей стране роль и место русского языка среди других языков. Как известно, в царской России русский язык служил в руках господствующего класса орудием великодержавного шовинизма, руссификаторской политики. Вот что писал Ленин в 1914 году, критикуя буржуазных либералов, отстаивавших необходимость русского языка как обязательного государственного языка, приобщающего отсталые народности к великой культуре русского народа: „Все это верно, господа либералы... Мы лучше вас знаем, что язык Тургенева, Толстого, Добролюбова, Чернышевского — велик и могуч. Мы больше вас хотим, чтобы между угнетенными классами всех без различия наций, населяющих Россию, установилось возможно более тесное общение и братское единство. И мы, разумеется, стоим за то, чтобы каждый житель России имел возможность научиться великому русскому языку. Мы не хотим только одного: элемента принудительности... Мы думаем, что великий и могучий русский язык не нуждается в том, чтобы кто бы то ни было должен был изучать его из-под палки... Те, кто по условиям своей жизни и работы нуждаются в знании русского языка, научатся ему и без палки®1.

Советская действительность полностью оправдала слова Ленина. Как известно, в Советском Союзе нет обязательного государственного языка. Но русский язык, естественно, стал языком межнационального общения братского содружества наций, входящих в СССР, — естественно, потому что это язык народа, который возглавил борьбу за свержение власти помещиков и капиталистов и установление диктатуры пролетариата, за строительство социализма, за победу над немецко-фашистскими захватчиками, потому что это язык народа, создавшего величайшую мировую культуру и литературу. Трудящиеся всех национальностей Советского Союза свободно и добровольно изучают русский язык, тем самым приобщаясь к культуре великого русского народа и обогащая сдою национальную культуру, свою литературу, свой родной язык. Изучение русского языка в немалой степени содействовало развитию культуры народов СССР, национальной по форме, социалистической по содержанию.

Новые языковые процессы стали переживать и говоры русского языка после Октябрьской социалистической революции. По мере проникновений в деревню новых социалистических отношений, коллективных форм хозяйства, индустриализации, ликвидации неграмотности и повышения культурного и политического уровня масс начинаются бурные процессы разрушения местных диалектов, их нивелировки, утраты наиболее резких диалектных черт, приближения языка колхозного крестьянства к нормам литературного языка и овладения этими последними.

1 В. И. Ленин, Соч., т. XVII, стр. 180.

3 Очерки русской диалектологии

Как известно, процессы нивелировки диалектов начались еще в эпоху капитализма (см. выше § 14). Но в силу противоречий, присущих капиталистическому обществу, эти тенденции не могли последовательно развиваться. Лишь уничтожение классов, диктатура пролетариата и социалистический строй ведут к ликвидации противоречий между городом и деревней, а вместе с этим и к ликвидации разрыва между диалектами и литературным языком и к постепенной утрате диалектов. В результате этого все представители данной нации приобщатся к нормам литературного языка и последний, действительно, станет общенациональным языком, т. е. языком всей нации.

Как видно из предыдущего изложения, современные национальные языки (в том числе русский) образовались не в результате распадения некогда единого языка на ряд современных, как это утверждали младограмматики, а напротив, в результате объединения множества диалектов и языков старшей эпохи. В истории языков, в разных исторических условиях имели место процессы как языкового членения, распадения, так и, напротив, языкового объединения. Однако основным в языковом развитии, как это установлено акад, Н. Я. Марром, является объединение диалектов и языков, их развитие от множества к единству.