Три открытия Каргалов

Каргалы открывали трижды, а активной эксплуатации их медные руды подвергались дважды. Впервые местные ярко-зеленые малахиты и голубые азуриты удалось обнаружить скотоводам раннего бронзового века.

Три тысячи лет после этого або­ригены-скотоводы южноуральских степей - кочевники или же полу- оседлые племена вплоть до нового времени, гоняли по этим вздыблен­ным и «израненным» древними гор­ными проходками увалам свои стада, абсолютно не подозревая о том, что же это такое — медная руда и какое богатство она в себе заключает.

В середине XVI в. пало Казанское ханство, и восточные границы Рос­сийского государства вплотную при­двинулись к Уралу. В южноураль­ских степях тогда обитали кочевые и полукочевые народы башкир, упорно сопротивлявшиеся русской колони­зации. Потому в 1735 г. специальная

130

Е. II. Черных Каргалинский горно-металлургический центр на границе Европы и Азии

Рис.

воинская экспедиция, возглавленная статским советником и идеологом российского продвижения на юго- восток Иваном Кириловым, двину­лась в эти края. Основной целью экс­педиции являлось полное освоение этого края, «приводя к тому тамош­ние народы лаской и награждением чтоб нето известное скрывали и таи­ли но и вновь сыскивая объявля­ли...». Сыскивать необходимо было в первую голову металлические руды, в коих Российская империя еще с допетровских времен стала ощущать исключительно великую нужду. «Лас­ки», однако, никак не получалось, и поход был отмечен тяжелыми крова­выми следами. Прошел И. Кирилов также мимо Каргалов, ио буквально рядом с ними, не заметив этой редко­стной сокровищницы. Однако какие- то темные слухи о неведомых зелено- каменных холмах до любознательных снабженцев кирилловской экспеди­ции докатились. Во всяком случае, причастные к организации этого по­хода купцы братья Иван и Яков Твердышевы из Симбирска — вскоре появились с рудознатцами на Карга- лах и рискнули начать в этом беспо­койном районе большое рудопро­мышленное дело. Так в начале 40-х гг. XVIII в. произошло второе, и чрез­вычайно быстрое, открытие этих мед­норудных залежей.

В отличие от первого открытия почти пятитысячелетней давности, процесс выявления рудных тел ока­зался несравненно более простым: для российских промышленников, по сути, все уже было подготовлено горняками бронзового века. «Древ­ние здешних мест обыватели в гор­ных делах, а наипаче в плавке меди, в свое время великие и сильные име­ли промыслы... Тут в старину с таким искусством горная работа производи­лась, что и нынешние штейгеры и горные служители лучше того не де­лают...». Так говорил «генеральный директор» Каргалинских рудников один из братьев Твердышевых, ведав­ший разработками руд на Каргалах; и именно яркие следы старых разра­боток явились надежным реперами для твердышевских разведчиков недр.

Потому едва ли не сразу, буквально 3-5 годами позднее, вся трудно охва­тываемая глазом громада Каргалов стала сравнительно ясной для рос­сийских заводчиков.

Примерно 150 лет усиленно добы­вали каргалинские руды. Любопытно, однако, что горные работы в XVIII XIX вв. велись практически теми же архаическими способами, что и в бронзовом веке. Потому справедливо звучали даже в XIX в. слова Якова Твердышева о том, что « ...и нынеш­ние штейгеры лучше того не дела­ют». Однако медных минералов в каргалинских недрах становилось все меньше, а искать их становилось все труднее. Может быть, самый тяжелый131Часть. I. Эпоха камня и бронзы

Рис. 3. 1. Аэрофотоснимок небольшого участка горных разработок Каргалов; прямоугольник, очерченный белыми линиями, ограничивает участок в 1 гектар; 2. «Лабиринт» подземных выработок в пределах оконтуренного участка — общая длина проходок здесь достигает 1,5 км.

удар для Каргалинского горнопро­мыслового дела последовал с отме­ной крепостного права. Приобретшие некие человеческие права крепост­ные и полукрепостные горняки стали разбегаться с медных копей...

К рубежу ХІХ-ХХвв. на Кар- галах вновь воцарилась тишина, и только бесчисленные холмы отвалов и провалы древних и старинных шахт напоминали о кипевшей здесь когда- то работе. Наступило время второго «забвения» Каргалов, и длилось оно почти сотню лет.

Наконец, наступило время третье­го — уже археологического — откры­тия Каргалов. Свершилось оно, одна­ко, не в одно мгновение: сам про­цесс даже первичного и приближен­ного понимания что же такое Кар­галы? — растянулся практически на Трехлетний период, с 1989 по 1991 г. Но обусловленность этого «тугомыс- лия» очевидна. Ведь комплекс ока­зался столь велик и столь непри­вычен для археологов, что вначале исследователи просто плохо понима­ли. на какого гиганта они напали.

В этой удивительно поздней да­те археологического открытия Кар­галов таилась по крайней мере одна труднообъяснимая странность. Сами древние меднорудные выработки на Каргалах в российской научной литературе были охарактеризованы одними из самых первых. Сделано это было еще в 1762 г. также первым членом-корреспондентом Петербург­ской Академии наук (так имено­валась тогда Российская академия).

знаменитым оренбургским краеве­дом, Пелром Ивановичем Рычковым (из его труда мы и цитировали, к при­меру, слова Якова Твердышева). И их ведь часто поминали, но с той дав­ней поры вплоть до конца 1980-х гг. археологи на Каргалах не появля­лись, хотя южный край этого рудно­го поля был всего лишь в 50 км от центральных кварталов Оренбурга.