О поэзии
Поэт пе может пребывать подолгу в стратосфере Слова. Оп должен свиваться в живых слезах, чтобы двигаться дальше своей дорогой.
* * *
Поэма — это неистовое восхождение; поэзия — мерцаиие выжженных берегов.
* * *
Поэт — хранитель бесчисленных ликов живущего.
Поэт склонен к преувеличениям, но в страдании его чутье безошибочно.
* * *
Прозрачные воды поэзии меньше всяких других задерживаются при встрече с отражением своих мостов.
Поэзия — это грядущая жизнь в сердце преображенного человека.
Стихотворение — это сбывшаяся любовь желания, которое остается желанием.
* * *
В преддверии тяготения поэт, словно паук, прокладывает свой путь в небесах.
Отчасти сокрытый от себя самого, он является чужому взгляду в лучах своей неслыханной хватки — во всей гибельной зримости.¦ * *
На всякий провал доказательств поэт отвечает залпом будущего.
Опыт, опровергаемый жизнью,— тот, который поэт предпочитает всем прочим.
* * *
В ткани стихотворения должно обнаруживаться равное число потаенных туннелей, ячеек гармонии и вместе с тем элементов будущего, солнечных гаваней, заманчивых троп и окликающих друг друга существ. Поэт — предводитель этого множества, которое образует порядок. И порядок этот — мятежный.
* * *
Поэты — дети набата.
* * *
Поскольку задача поэзии — даровать нам всевластие, нас обезличивая, мы достигаем силой поэмы той полноты, в которой все было только намечено либо искажено самомнением индивидуума.
Поэмы — это куски бытия, которые мы швыряем в отвратительную морду смерти, причем как можно выше, чтобы, отскочив
от нее, они падали в мир знаменуемого единства.
* * *
Поэт на своем пути оставлять должен не доказательства, а следы. Только следы влекут.
* * *
Поэзия — это не только слово, но и безмолвный отчаянный вызов нашего требовательного бытия во имя прихода реальности, которой ие будет равных. Укрытой от тления. Но не от гибели, ибо подверженной тем же опасностям, что и все мы. И однако единственной, которая с очевидностью торжествует над смертью телесной. Такова Красота, Красота в дальнем плавании, явленная с младенчества нашего сердца, подчас смехотворно разумного, подчас ослепительно зоркого.
* * *
Поэзия живет постоянной бессонницей. В поэзии мы пребываем лишь там, откуда уходим, мы творим: лишь то, от чего отчуждаемся, мы обретаем длительность, лишь уничтожая время.
* * *
Поэт узнается по количеству никчемных страниц, которых он не написал. Хватит с него всех улиц забывчивой жизни, чтобы раздавать свои дюжинные подаяния и поплевывать грошовой
кровыо, от которой он не умирает.
* * *
Поэзия будет всегда, будет прежде всего побегом, преодолен-ным застенком — и уверенностью, что этот побег, убийственный, во весь дух, увенчался успехом.