ВОСТОЧНЫЕ ЛЕСНЫЕ ЗОНЫ СЕВЕРНОЙ АМЕРИКИ

Джеймс Б. Столтмен

Восточные лесные зоны Северной Америки - это обширный, сложный и чрезвычайно разнообразный регион как в отношении окружающей среды, так и в отношении способов адаптации коренного населения (карта 37).

ИСТОКИ КУЛЬТУРЫ (ОКОЛО 700 Г.)

Археологическая карта восточных лесных зон около 700 г. продемонстрировала бы сложную мозаику региональных культур. Из-за громадного разнообразия крайне сложно рассматривать восточные лесные зоны, обобщая их особенности и при этом не исказив сложной картины разнообразной культурной адаптации, которую смогли сложить археологические исследования данного региона.

Большинство культур этого времени называют «поздними лесными культурами». При этом общества обычно характеризовались малыми автономными деревенскими сообществами с уравнительной социальной организацией и существовали прежде всего за счет охоты и собирательства, дополнявшихся выращиванием садовых растений. Широко распространено было сооружение земляных курганов для захоронения умерших, хотя количество энергии, затрачиваемой на сооружение гробниц и похоронные принадлежности значительно снизилось по сравнению с погребальными обрядами ранней и средней лесной культуры.

Наиболее примечательной особенностью технологии этих поздних лесных обществ было изготовление керамических емкостей. Хотя гончарные изделия поздних лесных культур обычно представляли собой кувшины простых форм и делались из мягкой глины, смешанной с дробленым камнем и песком, широкий ряд региональных керамических традиций - общепризнанный факт. Особенно примечательная особенность географического распределения этих керамических традиций - их целостность во всем регионе, которая сохранялась на переломе средних и поздних лесных культур вплоть до 700 г. Другими словами, региональная непрерывность и преемственность в отношении как культуры, так и населения, судя по всему, была определяющим фактором жизнедеятельности в восточных лесных зонах того времени.

В некотором смысле использование термина «поздние лесные культуры» как археологического таксона имеет серьезные недостатки. Его часто используют для обозначения временного периода, особенно с 400 по 1000 г., но существование лесных культур, типологически относящихся к предыдущей средней стадии, на протяжении этого периода в некоторых частях северо-восточного, среднеатлантического регионов и Аппалачей делает этот термин неуместным для применения в общевосточном масштабе. Однако более важна следующая проблема,- включение обширного диапазона культур в один таксон типа «поздние лесные культуры» поддерживает мнение о том, будто все они каким-то образом еще недавно имели общий источник Но это слишком далеко от истины. И именно по этой причине термин «поздние лесные культуры» таксономически лучше рассматривать как этап, т.е. как чисто гомо- таксиальную группу культур, которые не обязательно связаны друг с другом во временном и в культурно-историческом смысле. Здесь данный термин используется именно в таком смысле.

Некоторые примеры поздних лесных культур, датируемых примерно 700 г. и имеющих корни в своих регионах, включают виден-айленд на севере Флориды; коулз- крик в долине низовий Миссисипи; фоурш-малин на юге за Миссисипи; миллер III, маккелви и гамильтон на среднем юге; патрик и реймонд на юге Иллинойса; ньютаун на юге Огайо, эффиджи-маунд и принсес-пойнт в области Великих озер.

ОСНОВНЫЕ КУЛЬТУРНЫЕ ТЕНДЕНЦИИ

В 700-1000 ГГ.

Период 700-1000 гг. наиболее ярко характеризуется четырьмя широко распространенными социально-культурными тенденциями: 1) интенсификацией сельского хозяйства; 2) сооружением гражданских церемониальных центров с насыпями в виде платформ и связанных с ними религиозных заведений, объединявших многообщинные социальные единицы; 3) появлением иерархических социальных систем и 4) определенными технологическими новшествами. Хотя все эти достижения нередко объясняли влиянием Мезоамерики, современные результаты археологических раскопок не дают надежных доказательств важных внешних культурных связей в данный период. Напротив, гораздо разумнее рассматривать этот период как время преимущественно местных культурных перемен, которые произошли предположительно в результате возросшего общения и взаимодействия различных народов поздних лесных культур.

Важную роль в преобразованиях культуры, ярко характеризующих период с 700 по 1000 г, сыграла интенсифи-

Карта 37■ Восточные лесные зоны Северной Америки (Stoltman; Schmidt)

кация земледелия. Этот процесс нельзя объяснить введением новых культурных растений, за возможным исключением бобов, маиса и тыквы, наряду с возделыванием местных культур - подсолнечника, табака, горца и других, которые выращивали во многих восточных регионах задолго до 700 г. Растущее число свидетельств в виде остатков обуглившихся растений убедительно доказывает, что маис, появление еще к 200 г., стал основным элементом рациона питания в восточных лесах только к 900 г. В настоящее время удовлетворительного объяснения подобной отсрочки не существует. Безусловно, и растениям, и людям был необходим некоторый период адаптации после первоначального появления маиса, так как это было тропическое растение, попавшее в среду с умеренным климатом.

вания маиса в то время. Другой распространенный взгляд объясняет интенсификацию выращивания маиса быстрым ростом численности населения, однако такая концепция является чрезвычайно ненадежной и не может иметь эмпирического подтверждения. В качестве такого свидетельства также не следует принимать увеличившийся размер поселений, так как формирование нуклеарных групп может и не сопровождаться ростом численности всего населения.

Распространение гражданско-церемониальных центров с комплексами насыпей в виде платформ, играющих роль их ядра, свидетельствует о важных социальных, политических и религиозных переменах, которые также проявились в данный период, особенно на юго-востоке. Поскольку такие гражданско-церемониальные центры получили широкое распространение на юге - от Флориды до Оклахомы - только после 900-1000 гг., нет необходимости искать источник их появления за пределами восточных лесов. Скорее всего, насыпи-платформы с религиозными, погребальными или элитными жилыми сооружениями на вершине, являющиеся отличительным признаком этих центров, развились из более простых плоских насыпей, которые повторяются в различных поздних и даже средних лесных культурах от долины в нижнем течении Миссисипи (в Марксвилле и местонахождении Коулз-Крик), через штат Теннесси к штату Северная Каролина (в местонахождениях Пинсон и Шрден-Крик), через Джорджию (в местонахождениях Анневаки-Крик, Мандевилль и Коломоки) до культуры стоянки Виден-Айленд на севере Флориды.

Результаты заранее намеченного коллективного труда членов сообществ в виде возведенных монументальных объектов и существование жилых и погребальных огороженных территорий с высоким статусом свидетельствуют о том, что к 1000 г. некоторыми из этих гражданско-церемониальных центров управляла наследственная элита. Например, между 900 и 1000 г.

Гражданско-церемониальные центры эпохи 900-1000 и последующих годов отличаются от их предшественников в восточных лесах однозначной связью первых с интенсивным выращиванием маиса и так называемым юго- восточным Церемониальным комплексом; этот термин применяется для обозначения широко распространенного межкультурного набора религиозных убеждений и образов, явно проявляющегося в тщательной иконографии, выполненной на отдельных медных, ракушечных, керамических и каменных предметах, нередко находимых в захоронениях людей высокого статуса в местонахождениях от севера Флориды до востока Оклахомы.

Археологический горизонт этого периода отмечен двумя полезными, хотя порой, видимо, несколько переоцениваемыми технологическими новшествами. К концу данного периода широкое распространение получил новый, более надежный способ постройки дома, при котором несущие столбы стен стали устанавливать не в отдельные ямы, а в траншеи (так называемые дома с траншейными стенами); еще до 900 г. такие дома появились в некоторых частях штатов Теннесси и Арканзас, а затем в большом числе на юго-востоке и Среднем Западе. Предположительно, увеличение затрат труда на постройку таких домов отражает растущую оседлость людей, связанную с интенсификацией земледелия. Второе новшество было связано с существенным изменением технологии производства гончарных изделий в связи с появлением исходных смесей глины с измельченными раковинами. Экспериментальные свидетельства подтверждают, что использование таких смесей улучшает обрабатываемость некоторых видов глины и позволяет изготавливать более тонкие и вместе с тем более прочные стенки сосудов с более высокой теплопроводностью.

В большинстве литературных работ о восточных лесных зонах преобразование поздних лесных культур посредством этих технологических новшеств (интенсификации земледелия, развития гражданско-церемониальных центров и возросшей социальной сложности) считается началом традиции Миссисипи, которая затем просуществовала почти на всем юго-востоке до времени контакта с европейцами.

КОНЦЕПЦИЯ МИССИСИПИ

Термин «концепция Миссисипи» является одним из самых почитаемых и распространенных терминов в литературе по предыстории Северной Америки. Его популярность настолько велика, что археологи постоянно вводят новые определения, чтобы сделать его использование максимально широким. К сожалению, новые определения зачастую противоречат старым, и, поскольку старые определения подобны старым солдатам (они никогда не умирают), то литература изобилует противоречивыми вариантами использования данного термина. В данном разделе не ставится цель разрешить эту проблему, но рассматриваются основные альтернативы, чтобы сформировать определенный подход, который будет использован при попытке проанализировать культурные образцы периода с 700 по 1500 г, открытые благодаря археологическим исследованиям

Термин «Миссисипи», или «миссисипский» как археологический таксон происходит от названия Средней Миссисипи, которым Холмс (Holmes, 1903) обозначил одну из одиннадцати «керамических» провинций, на которые он подразделил восточную часть Северной Америки в своем первопроходческом исследовании доисторической керамики данного региона. Эта провинция, включившая смежные части штатов Иллинойс, Кентукки, Миссури, Арканзас и Теннесси, отличалась своими разнообразными и нередко сложными керамическими изделиями из глины, смешанной с размельченными раковинами.

В 1930-х гг. археологический смысл традиции Средней Миссисипи расширился вследствие добавления многочисленных особенностей, например насыпей с плоским верхом, домов с траншейными стенами и отполированных каменных дискообразных изделий, которые связывали с особенностями керамики данной провинции. В то же время было введено еще более емкое понятие «модель Миссисипи», включившее новый комплекс Средней Миссисипи и ряд типологически подобных комплексов в Огайо и долинах Верхней Миссисипи. Все последующие попытки переопределить концепцию Миссисипи вынуждены были соперничать с этим глубоко укоренившимся и основанным на артефактах («формальным» в противоположность временному или пространственному) определением. Каким бы ни было любое новое понятие «миссисипский», оно неизменно включает или напоминает поздние доисторические культурные комплексы долины центральной Миссисипи, которые составили основу оригинального подхода Холмса.

Сегодня литература по предыстории восточных лесных зон включает широкий ряд определений термина «традиция Миссисипи», большую часть которых можно отнести к одной из двух категорий - временной или формальной. В качестве временного определения понятия «традиция Миссисипи» используется на юго-востоке и Среднем Западе для обозначения промежутка времени, в течение которого процветали типологически «миссисип- ские» культуры и который обычно считают длившимся примерно с 900/1000 гг. до времени появления европейцев. Поскольку культуры, которые считаются «миссисипскими» при почти всех формальных определениях не встречаются во многих частях восточных лесов, этот термин не годится для обозначения истинно общевосточного

периода. Поэтому для обширных территорий Великих озер, северо-востока и средне-атлантического региона этот же период обозначается как «поздние лесные культуры», а не «традиция Миссисипи».

Независимо от этого, большинство современных археологов пользуются своего рода формальным определением «миссисипский», применяя его к культуре, традиции или этапу. Несмотря на отсутствие сомнений в приоритете формы над временем при выводе и продолжающемся использовании концепции Миссисипи, археологи никак не могут прийти к согласию в отношении критериев, которые следует использовать в формальном определении. Распространенный подход заключается в том, чтобы ограничить применение определения «миссисипский» теми комплексами, которые обладают основными чертами, учитывавшимися создателями средне-западного таксономического метода, распространившими термин «Средняя Миссисипи» с «керамической» провинции на вполне развившуюся археологическую совокупность. При таком применении, которое можно назвать «ограниченным культурным» подходом, определения «миссисипский» и «Средняя Миссисипи» по сути являются эквивалентными.

В противоположность «ограниченному культурному» подходу некоторые ученые защищают так называемый «широкий поведенческий» подход к определению «миссисипский». Например, в важном обобщающем труде, опубликованном в 1967 г., Гриффин (Griffin) предложил использовать определение «миссисипский» для обозначения тех обществ, у которых «развилась зависимость от земледелия как главного источника основных пищевых запасов», и тем самым рекомендовал распространить определение «миссисипский» на культуры, не относящиеся к Средней Миссисипи и существовавшие на юге за Миссисипи, в долине Нижней Миссисипи и регионах южных Аппалачей. В аналогичном русле, делая упор не на материальную культуру, а на социально-экономическое поведение народов, Смит {Smith, 1978) определил миссисипские общества как характеризующиеся «ранжированной формой социальной организации и ... специфической комплексной адаптацией к линейным, ограниченным окружающей средой пойменным зонам обитания». В еще одной попытке дать определение «миссисипский» в большей степени через действия, нежели чем через совокупности артефактов, Найт {Knight, 1986) предложил рассматривать понятие «миссисипский» как «общую ритуальную модель». Помимо упора на поведение - экономическое, социальное или ритуальное вместо материальной культуры, все эти попытки переопределить понятие «миссисипский» в формальном (а не временном или пространственном) ключе имеют общее следствие. Все они приводят к более широкому применению этого определения, чем «ограниченный культурный» подход, каждый раз объединяя разное число обществ, не относящихся к культуре Средней Миссисипи, под названием «миссисипские».

Итак, должно быть уже понятно, что определение «миссисипский» для каждого человека означает что-то свое. Признать это необходимо, чтобы понимать литературу, написанную о предыстории восточных лесных зон; однако сейчас поиски согласия в отношении «лучшего» применения были бы тщетны. В конце концов, эту проблему нельзя считать чисто семантической. Каждый случай применения определения «миссисипский» отражает собственную проблему ориентации и различные взгляды на прошлое. Несмотря на то что поиск новых мнений о прошлом всегда должен приветствоваться, ученые, занимающиеся предысторией востока Северной Америки, в конце концов непременно столкнутся с тем, что постоянное переопределение одного и того же термина препятствует взаимопониманию. Пока это не будет достигнуто, нам суждено зависеть от многочисленных и зачастую противоречивых определений. При таком состоянии можно лишь надеяться, что авторы ясно формулируют свои цели и объясняют свой принцип применения термина, продолжая использовать его именно в заранее обозначенном смысле, по меньшей мере, в рамках одного труда.

В данной главе представлен обзор ранних культурных процессов, происходивших в восточных лесных зонах в период с 700 по 1500 г. Главным в этих культурных процессах было постоянство разнообразных региональных технологических и адаптивных моделей, в разной степени обогащенных межрегиональным взаимодействием, но не связанных с широкими передвижениями населения. Чтобы избежать двусмысленности при обсуждении этого вопроса, мы вообще не станем использовать определение «миссисипский», а будем применять названия конкретных региональных проявлений, например Средняя Миссисипи, Южные Аппалачи или Каддоан. Этот подход можно назвать подходом «снизу», в отличие от подхода «сверху», так как больший упор делается на документирование и объяснение природы межрегиональной изменчивости, а не на признание общерегиональных сходств.

КУЛЬТУРНЫЕ МОДЕЛИ ВОСТОЧНЫХ

ЛЕСНЫХ ЗОН (700-1500 ГГ.)

Восприятие прошлого зависит не только от имеющихся данных, но и от подхода к археологическим данным «сверху» или «снизу». Это положение можно иллюстрировать с помощью метафоры - разницы между слоеным пирогом и веревкой, скрученной из нескольких прядей. Если к предыстории обширной и сложной территории типа восточных лесных зон подходить «сверху» (т.е. стремясь найти общерегиональные закономерности), то удобнее будет разделить ее на периоды или фазы. История будет выглядеть с такой точки зрения как гигантский пирог, состоящий из ряда последовательных слоев.

Некоторые попытки синтеза предыстории некоторых частей восточных лесных зон основывались именно на таком подходе (например, Funk, 1983; Griffin, 1983; Muller, 1983; Smith, l9S6-,Steponaitis, 1986). Из множества полученных результатов несомненно следует, что этот «послойный» подход привел к многим ценным выводам. Старые термины типа «поздняя лесная культура» и «миссисипская культура», равно как и более новые понятия, например «эмергентная миссисипская культура», обычно используются для обозначения «слоев» и служат для концентрации внимания на широко распространенных тенденциях развития, которые в противном случае могли остаться незамеченными.

Противоположностью этого подхода является подход «снизу», лучшим примером которого является работа Колдуэлла {Caldwell, 1958). Подчеркивая важность межрегионального разнообразия и стремясь объяснить, как возникли и сохранились эти региональные различия, данный подход способствует восприятию предыстории в форме веревки из множества переплетенных между собой прядей.

Если подойти к предыстории восточных лесов после 700 г. «снизу», то в первую очередь мы, скорее всего, встретим известную «нить», обычно называемую «традицией Средней Миссисипи». Со времени ее формального определения в 1930-х гг. археологические исследования постепенно распутали эту нить, показав, что она составлена из множества региональных вариантов и, кроме того, каждый региональный вариант имеет длительную историю и даже независимое происхождение. Точка зрения, что традиция Средней Миссисипи - это унитарная культура, распространившаяся из единого центра - долины в среднем течении Миссисипи, сейчас не состоятельна. Среднюю Миссисипи правильнее рассматривать как группу независимых региональных культур, «выросших» вместе во взаимно благотворном процессе культурного обмена и взаимодействия как между собой, так и с культурами, не относящимися к Средней Миссисипи. Эту основную точку зрения более полувека назад представил Гриффин {Griffin, 1946), но до недавнего времени отношение к ней было неоднозначным.

Возросшее согласие специалистов по предыстории принять полифилетический взгляд на происхождение традиции Средней Миссисипи, несомненно, можно объяснить постоянно растущим количеством свидетельств, подтверждающих непрерывность индивидуальных региональных культур Средней Миссисипи и местных проявлений поздних лесных культур в том же регионе. Например, вариант культуры Средней Миссисипи, обнаруженный в среднем течении реки (местонахождение Ка- хокия и окружающие его земли), своими корнями, очевидно, уходит в позднюю лесную культуру Южного Иллинойса (лейт-блафф), которая явно отличается от континуума маккелви/вест-джефферсон северной Алабамы, лежащего в основе культуры маундвилль, или континуумов масон/ банке и гамильтон/мартин-фарм, которые лежат в основе сформировавшихся культур Средней Миссисипи на западе и востоке штата Теннесси.

Теперь, когда мнение об унитарном происхождении культурной группы Средней Миссисипи подвергается серьезным сомнениям, возможно, настало время для критического переосмысления миссисипской концепции вообще в предыстории восточных лесных зон. В литературе существует явная тенденция говорить о миссисипской культуре в единственном числе, как в выражениях типа «распространение миссисипской культуры» или «распространение миссисипской культурной адаптации», что, по нашему мнению, противоречит превалирующему подходу «сверху». Если термин «традиция Средней Миссисипи» считать множественной, а не унитарной культурной категорией, о чем говорят современные свидетельства, как в таком случае пользовать более широкую и емкую концепцию Миссисипи в единственном смысле без чрезмерного упрощения картины предыстории восточных лесных зон?

Фундаментальной проблемой в использовании понятия «миссисипский» в «широком поведенческом» смысле является отнюдь не то, что первостепенная зависимость от земледелия, сложная адаптация земледелия к пойменным зонам обитания или определения общеупотребительная ритуальная модель не имели места или не заслуживают признания, но что эти практики были распространены на гораздо более обширной территории, чем культурная провинция Средней Миссисипи. Из-за тесной исторической и этимологической связи между концепциями Средней Миссисипи и «миссисипской» нельзя пренебрегать тем фактом, что включенные в них культуры, не относящиеся к Средней Миссисипи (например культуры Нижней долины, Каддоана, Южных Аппалачей или Залива), тоже являлись ее ответвлениями. Это очень спорное мнение, и оно нуждается в гораздо более внимательном критическом изучении, которое вряд ли приветствуется в концептуальных рамках «обширного поведенческого» подхода. Именно по этой причине определение «миссисипский» в этом разделе отсутствует.

Нет никаких сомнений в том, что после 900-1000 гт. между провинцией Средней Миссисипи и окружающими ее регионами происходило значительное культурное взаимодействие. Однако при рассмотрении «снизу» также становится ясно, что на юго-востоке (в традиционной провинции «Миссисипи») задолго до 700 г. и вплоть до момента появления европейцев сосуществовали и сохраняли распознаваемые идентичности по меньшей мере четыре важных культурных «нити», или традиции: Залив, Южные Аппалачи, Нижняя долина и Кадцоан.

Традиция Залива, примерами которой являются культуры местонахождений Виден-Айленд и Форт-Валтон, процветала на прибрежной равнине на севере Флориды, на юге Джорджии и на юге Алабамы. Гончарные изделия из песчано-глиняной смеси с резным и точеным орнаментом, иногда с лепным рельефным орнаментом, а также общинные погребальные подношения «убитых» керамических сосудов в курганах, но не в отдельных захоронениях, отражают основную непрерывность, связывающую эти две культуры. Кроме того, следует отметить, что гражданско-церемониальные центры с насыпными платформами, площадками, и, по меньшей мере, намеки на значительную социальную дифференциацию общества в погребальных обычаях проявляются в культуре виден-айленд в гораздо более ранний период, чем в культуре форт-валтон.

К северу от этого региона, в центральной и северной Джорджии, в большей части Южной Каролины и на юго- западе Северной Каролины песочно-глиняная керамика с отличительным, резным и тисненым орнаментом служит признаком традиции Южных Аппалачей, которая выжила на протяжении всего рассматриваемого периода. Здесь также важно отметить, что сооружение насыпей с платформой наверху происходило задолго до появления «миссисипской» традиции.

К югу и западу от культурной Средней Миссисипи с центром в долине Миссисипи ниже р. Арканзас базируется традиция Нижней долины, представленная культурами коулз-крик и плакемайн. В этом регионе существовала длительная традиция изготовления керамики из смесей, сооружения насыпей с платформами и имелись признаки дифференциации общества, возникшей в культуре коулз- крик до 900 г.

Последней из четырех основных традиций, не относящихся к Средней Миссисипи, является традиция Каддо- ан, местонахождения которой расположены в южной части региона за Миссисипи к западу от нижней долины Миссисипи. Эта традиция характеризуется полированной резной керамикой, нередко изготовленной из смеси глины с костью; элитными захоронениями и особым чередованием в поселении дворов, свободных пространств и церемониальных центров. В целом традиция Каддоан проявляет «сплошную» преемственность с предшествовавшей ей культурой форш-малин.

В каждом из четырех указанных юго-восточных регионов, как и в средней долине Миссисипи, интенсивное выращивание маиса, сооружение гражданско-церемониальных центров, ранжирование социальных систем и появление керамических новшеств типа смесей глины с размолотыми раковинами получили широкое распространение только после 900-1000 гг. Именно поэтому авторы постоянно относят поздние стадии всех этих региональных традиций к «миссисипским», причисляя их к одной группе. У такого подхода «сверху» есть значительное преимущество, но в то же время он не лишен и скрытого недостатка - опасности отнесения всех включенных в данный раздел культур к преемникам культурной группы Средней Миссисипи. Имеющиеся археологические свидетельства в своей совокупности противоречат такому мнению и показывают, что культуры Средней Миссисипи были не только «донорами», но и получателями в сложной сети культурного взаимодействия, присущего восточным лесным зонам в рассматриваемый период.

В то время как на большей части юго-востока региона развивались сложные социальные системы, культуры, существовавшие к северу от р. Огайо, следовали по иному пути развития. Как и на юго-востоке, интенсификация земледелия началась здесь после 1000 г. Однако поскольку главная возделываемая культура маис является тропическим растением, существовали важные климатические пределы (примерно 120 дней без заморозков), вне которых эффективное выращивание маиса было невозможно. Кроме того, малые площади плодородной легко вспахиваемой наносной почвы, восстанавливающейся естественным путем, распространенной в долинах крупных рек юго-востока и любимой земледельцами, также очень ограничивало

интенсивность выращивания маиса в большей части северной половины восточных лесных зон. Для большинства людей, выращивавших маис на Среднем Западе и северо- востоке, бесплодность или недоступность почвы (из-за наводнений или плохого осушения) и краткость сезонов выращивания были факторами, столь сильно сдерживающими интенсификацию земледелия, что этим людям пришлось даже перенести его в районы нагорий, покрытых лиственными лесами. Эту стратегию земледелия на возвышенностях обыкновенно связывали с меньшими по размеру и менее оседлыми поселениями, чем те, в которых могли жить земледельцы на берегах рек юго-востока, что, несомненно, затрудняло формирование ранжированных социальных систем на большей части территорий Среднего Запада и северо-востока.

Во многих частях Среднего Запада переход от свойственной поздним лесным культурам практики производства гончарных изделий из смеси глины с песком к свойственной «миссисипской» практике использования смеси глины с раковинами ассоциируется с появлением интенсивного выращивания маиса около 1000 г. Двумя самыми известными региональными выражениями этой тенденции являются культура онеота в долине верхнего течения Миссисипи и культура форт-эншент в долине среднего течения р. Огайо; обе культуры характеризуются самыми ранними оседлыми земледельческими поселениями на соответствующих территориях. Однако ни в одной из этих культур не проявились более сложные формы ранжированной социальной организации, характерные для большинства обществ Средней Миссисипи. Явно внезапное появление этих культур и их общее типологическое родство с культурами Средней Миссисипи сделали свой вклад в устоявшееся убеждение, что они произошли от культур Средней Миссисипи или сформировались по их образу Действительно, по средне-западному таксономическому методу культуры онеота и форт-эншент были отнесены к фазе Верхней Миссисипи модели Миссисипи и, таким образом, включены (и нередко включаются до сих пор) в раздел «мис- сисипских» культур {Deuel, 1937; Griffin, 1943,268-302).

Судя по всему, появление обеих культур бьио связано с преобразованием местных сообществ поздних лесных культур путем взаимодействия с культурным миром Средней Миссисипи. Однако вопрос о том, как происходило это взаимодействие, является сложной и очень спорной темой. Появление черт, характерных для Средней Миссисипи вследствие переселения новых народов в долины верхнего течения Миссисипи и среднего течения Огайо было принято как постулат. В долине среднего течения Огайо перемены в технологии производства керамики между фазами культур поздней лесной коул и ньютаун и самыми ранними фазами культур форт-эншент, баум и андерсон, вместе с отсутствием «чистых» скоплений культур Средней Миссисипи, убедительно свидетельствуют против теории происхождения культуры форт-эншент, связанной с переселением. В долине верхнего течения Миссисипи, напротив, отсутствие ясно выраженного промежуточного комплекса между местными проявлениями поздних лесных культур (например, культуры эффиджи-маундс) и культурами онеота, наряду с найденными скоплениями в северо-западном Иллинойсе, юго-восточной Миннесоте и южном Висконсине, несущими яркий отпечаток варианта культурной группы Средней Миссисипи, позволяют теории переселения сохранять свою действенность.

Существует большое количество свидетельств, указывающих на то, что культурные воздействия (через перемещения населения или другим способом), исходящие больше всего от Кахокии, были широко распространены в долине верхнего течения Миссисипи в период с 1050 по 1200 г.

В зависимости от интерпретации имеющихся данных, полученных с помощью радиоуглеродного анализа, эти влияния Кахокии были либо связаны с возникновением

культуры онеота от ее предполагаемого предшественника - поздней лесной культуры после 1050 г., либо были встречены уже существующим комплексом онеота, который, как считается, развивался по меньшей мере на век раньше как адаптивный отклик на интенсификацию выращивания маиса, предшествовавшей первой волне взаимодействия Кахокии.

За географическими пределами культур онеота и форт- эншент после 1000 г. северная половина восточных лесных зон и восточное побережье вплоть до Южной Каролины характеризовались множеством местных культурных комплексов, которые обычно относят к поздним лесным культурам. Эти народы широко практиковали выращивание маиса, хотя объем его потребления в рационе питания был существенно разным. Обычно народы поздних лесных культур, жившие в смежных частях штатов Мичиган, Огайо, Западная Виргиния, Пенсильвания и Нью- Йорк, а также на юге провинции Онтарио в Канаде, больше остальных зависели от выращивания маиса. Действительно, радиоуглеродный анализ человеческих костей из культурного комплекса мононгахела в Западной Виргинии показал, что эти люди поздней лесной культуры были совершенно идентичны народам форт-эншент в отношении потребления маиса, тогда как и те и другие зависели от маиса сильнее, чем все народы Средней Миссисипи, известные в настоящее время! Это создает интересную дилемму для тех, кто хотел бы определить концепцию Миссисипи через первостепенную зависимость от земледелия.

Очевидно, что различные народы поздних лесных культур, жившие между Великими озерами и восточным побережьем, после 1000 г. вели оседлый образ жизни, так как впервые археологические данные, относящиеся к этому времени, подтверждают круглогодичное проживание сообществ. Широкое распространение укрепленных частоколами деревень показывает, что социальные конфликты между сообществами не ограничивались только более плотно населенными регионами юго-востока. За возможным исключением народа поухатан с прибрежной равнины в штате Виргиния, все известные народы поздней лесной культуры и народы исторического периода в северной половине восточных лесов имели эгалитарные социальные системы.

Как и в случае с миссисипской концепцией на юго-востоке, поздние лесные культуры в регионе Великих озер и на северо-востоке следует понимать как обозначающие группу культур, которые, хотя и таксономически эквивалентны, но не обязательно произошли от общего предка. Действительно, если поздние лесные культуры северной половины восточных лесов рассмотреть «снизу», то можно увидеть, что они имеют строение сложной «веревки», состоящей из большого количества независимых, но переплетающихся друг с другом «нитей», или сохраняющихся региональных традиций. Общая географическая модель, различимая по археологическим данным о народах поздних лесных культур после 1000 г., строение которой обычно объясняют передвижениями населения, теперь все больше видится как результат культурного взаимодействия оседлых региональных популяций. Разнообразие культур севера позднего лесного мира только возросло благодаря дифференцированному взаимодействию с «миссисипскими» культурами, расположенными южнее. К востоку от долины в верхнем течении Миссисипи (где между 1000 и 1200 г. культура кахокия столь сильно взаимодействовала с расположенными к северу от нее землями) основным источником влияний «миссисипских», судя по всему, была культура форт-эншент. Южная часть штата Мичиган и северная часть штата Огайо являются северо-восточными пределами скоплений керамики, в которую были включены такие «миссисипские» черты, как смешивание глины с раковинами и использование ручек на кувшинах; эти скопления относятся к культурам, которые во всех остальных отношениях представляют собой поздние лесные культуры. Таким образом, нет необходимости обращаться к переселению народов, чтобы аргументированно объяснить появление таких «миссисипскихъ особенностей вдоль северной периферии культуры форт-эншент (илл. 283-288).

БИБЛИОГРАФИЯ

BADGER, R. CLAYTON, R. and L. A. (eds) 1985. Alabama and the Borderlands from Prehistory to Statehood. The University of Alabama Press.

BAREIS, C. J.; PORTER, J. W. (eds) 1984. American Bottom Archaeology. Urbana, Illinois.

BRAIN, J. P. 1976. The Question of Com Agriculture in the Lower Mississippi Valley. In: Southeastern Archaeology Conference Bulletin. 19: 57-60.

CALDWELL, J. R. 1958. Trend and Tradition in the Prehistory of the Eastern United States. American Anthropological Association Memoir 88.

CUSTER, J. E (ed.) 1986. Late Woodland Cultures of the Middle Atlantic Region. Newark, Delaware.

DEUEL, T. 1935. Basic Cultures of the Mississippi Valley. American Anthropologist, 37(3): 429-445.

— 1937. The Application of a Classificatory Method to Mississippi Valley Archaeology. In: COLE, F. C.; DEUEL, T. (eds) Rediscovering Illinois, Chicago, pp. 207-219.

FAULKNER, С. H. 1972. The Mississippian-Woodland Transition in the Middle South. Southeastern Archaeological Conference Bulletin, 15: 38-45.

FORD, R I. (ed.). 1985. Prehistoric Food Production in North America. University of Michigan, Museum of Anthropology. Anthropological Papers 75.

FOWLER, M. L 1974. Cahokia: Ancient Capital of the Midwest. Addison- Wesley Module in Anthropology No. 48.

— 1975. A Pre- Columbian Urban Center on the Mississippi. Scientific American, 233(2): 92-101.

FUNK, R E. 1983. The Northeastern United States. In: JENNINGS, J. D.

(ed.) Ancient North Americans. San Francisco, pp. 302-371. GIBBON, G. E. (ed.). 1982. Oneota Studies. University of Minnesota Publications in Anthropology.

GRIFFIN, J. B. 1943. The Fort Ancient Aspect: Its Cultural and Chronological Position in Mississippi Valley Archaeology. Ann Arbor, Mich.

GRIFFIN, J. B. 1946. Cultural Change and Continuity in Eastern United States Archaeology. In: JOHNSON, F. (ed.) Man in Northeastern North America, Papers of the S. Peabody Foundation for Archaeology, 3: 37-95.

— (ed.) 1952. Archaeology of Eastern United States. Chicago.

— 1967. Eastern North American Archaeology: A Summary. In: Science, 156 (3772): 175-91.

— 1983. The Midlands. In: JENNINGS, J. D. (ed.) Ancient North Americans. San Francisco, pp. 242-301.

HOLMES, W. H. 1903. Aboriginal Pottery of the Eastern United States. Twentieth Annual Report of the Bureau of American Ethnology, pp. 1201.

JENNINGS, J. D. (ed.). 1983. Ancient North Americans. San Francisco.

JOHNSON, F. (ed.) 1946. Man in Northeastern North America. Papers of the Robert S. Peabody Foundation for Archaeology.

KNIGHT, V. J., JR 1986. The Institutional Organization of the Mississippi Region. American Antiquity, 51(4): 675-687.

MCKERN, W. C. 1939 The Midwestern Taxonomic Method as an Aid to Archaeological Culture Study. American Antiquity, 4(4): 301-313.

MASON, R J. 1981. Great Lakes Archaeology. New York.

MILANICH, J. T; FAIRBANKS, С. H. 1980. Florida Archaeology. New York.

MORSE, D. E; MORSE, P. A. 1983. Archaeology of the Central Mississippi Valley. New York.

MULLER, J. 1983. The Southeast. In: JENNINGS, J. D. (ed.) Ancient North Americans. San Francisco, pp. 372-419.

RITCHE, W. A 1965- The Archaeology of New York State. New York.

SMITH, B. D. 1984. Mississippian Expansion: Tracing the Historical Development of an Explanatory Model. Southeastern Archaeology. 3(1): 13-32.

— 1986. The Archaeology of the Southeastern United States: From Dalton to de Soto, 10,500-500 BP. Advance in World Archaeology. 5:1 -92.

STEPONAITIS, V. P. 1986. Prehistoric Archaeology in the Southeastern United States, 1970-1985. Annual Review of Anthropology, 15: 363-404.

STOLTMAN, J. B. (ed.) 1986. Prehistoric Mound Builders of the Mississippi Valley. The Putman Museum, Davenport, Iowa.

WILLEY, G. R 1966. An Introduction to American Archaeology, Vol. I. Englewood Cliffs, New Jersey.

37.4