КИТАЙ

Гуанда Чжан

Китайские историки уже давно привыкли рассматривать долгую историю своей страны как последовательность правящих династий, разрываемую лишь изредка периодами междоусобиц, и преподносят ее в привязке к династическим циклам.

Удобная с точки зрения упорядочения огромного исторического материала классификация китайской истории в соответствии с династическими циклами далеко не всегда позволяет осветить все важнейшие направления исторического развития Китая. Если подходить к данному вопросу с позиций исторической преемственности, то совокупные социально-экономические изменения и особенности ряда исконных культурных традиций могут уходить корнями в очень далекое прошлое и, разумеется, могут выходить за династические рамки. Во всей истории эволюции китайского общества период более чем девяти веков, с 581 по 1500 гг., находится ровно посередине между древностью и началом Нового времени и служит неким переходным этапом к более поздней фазе китайского Нового времени. Большинство китайских, японских и западных исследователей склонны рассматривать заключительную фазу династии Тан и время правления династии Сун как переходный период в том смысле, что многие долговременные тенденции обновления, принципиально изменившие китайское общество по сравнению с тем, которое было в предшествующий период, проявились в конце правления династии Тан и достигли пика своего развития во времена династии Сун.

Но эти 900 лет являются также и тем замечательным периодом, когда Китай из молодого государства превратился в полноценную азиатскую державу и продолжал укреплять свою государственность, развивать уникальную, блестящую литературу и филососфию и совершенствовать свои научные и технические достижения. Во времена династии Тан Китай добился процветания не только в экономике. В политической и культурной сферах он также был одной из ведущих стран восточноазиатского мира и оказывал серьезное влияние на своих соседей. Основные государственные институты династии Тан с их кодифицированным законодательством и системой административного регулирования на всех уровнях, унаследованной от династии Суй, были во многом скопированы и распространились в период средневековья по всей Восточной Азии, служили моделью административного устройства таких различных по своим традициям соседних с Китаем государств, как Корея, Япония, Вьетнам, государства Бохай в Северо-Восточной Азии и Наньчжао (на территории современной провинции Юньнань). Именно в период династий Тан и Сун Китай дал Восточной Азии новую политическую модель государственного устройства, новую форму конфуцианства (нео-конфуцианство), китайский вариант буддизма, китайскую письменность и литературную культуру, а всему миру - такие свои важнейшие изобретения, как бумага и книгопечатание, порох и компас.

ИСТОРИЧЕСКИЙ ОБЗОР

Династия Суй (581-617 гг): воссоединение

Китай вновь стал объединенным в 589 г.

Ян Цзянь, человек очень способный, предпринял энергичные меры по созданию сильного централизованного бюрократического аппарата и утверждал свою власть императора жесткими авторитарными методами Он реорганизовал центральное правительство, координируя деятельность большого числа правительственных ведомств, которые существовали при трех предыдущих династиях: Хань (206 г. до н.э. - 220 г. н.э), Вэй (220-265 гг.) и Цзинь (265-419 гг., в том числе 317-419 гг. - Восточная Цзинь). Делами государства занимался разветвленный чиновно-бюрократический аппарат, состоявший из трех центральных палат - ионов (Имперского секретариата, Имперской канцелярии и Управления государственными делами), которым помогали шесть бу (министерств) при Управлении государственными делами, которым в свою очередь помогали девять сы (коллегий или судов) и пять цзянов (дирекций). Получив в наследство от прошлого высоко иерархичную систему построения общества, в которой представители аристократических, «знатных» семей в период раздробленности страны захватили все основные должности в органах управления на местах и при императорском дворе, Ян Цзянь стремился разрушить эту систему социально-политических привилегий, а также монополию на официальные назначения на всех уровнях социальной лестницы, принадлежавшую нескольким видным семействам еще со времен династий Вэй и Цзинь. Именно он ввел административную практику назначений всех основных чиновников вплоть до префектур и округов решением центрального правительства или даже собственным решением, а также «правила замещения должностей», в соответствии с которыми чиновники не могли назначаться на ключевые должности в префектурах и округах, в которых они проживали.

Ян Цзянь начал строительство общенациональной системы сообщений. В 587 г. он приказал разработать проект строительства Великого канала. Первая часть Великого канала была построена при его сыне Ян іуане (годы правления - 605-618) в период с 605 по 610 гг.; усовершенствован он был в более поздние эпохи. Эта важнейшая транспортная артерия сыграла решающую роль в экономических связях Севера и Юга и эффективно работала вплоть до конца XIX в. В непосредственной близости от двух столиц - Да- син (Сиань) и Лоян были построены несколько зернохранилищ. К 609 г. государство Суй насчитывало 8907536 домовладений при численности населения 46019956 чел.

Как и династия Цинь в III в. до н.э., Суй имела всего двух правителей. Династия Суй пала в 618 г. главным образом из-за жестокого тиранического правления Ян іуана, его личной расточительности, грандиозных и разорительных проектов и нескольких военных походов в Корею, которые опустошили казну и истощили человеческие ресурсы страны. Но, несмотря на краткость своего существования, династия Суй дала миру множество инноваций, была процветающей и богатой. Созданная при ней система централизованного управления государством явилась прочным основанием для становления последующего монархического режима - династии Тан, которая, подобно династии Хань (206 г. до н.э. - 220 г. н.э.), сменившей недолго царствовавшую династию Цинь (221-206 гг. до н.э.), затем благополучно просуществовала почти три столетия.

Династия Тан (618-907 гт.)

Воспользовавшись смутой, вызванной начавшимися в стране крестьянскими восстаниями, Ли Юань, высокопоставленный чиновник, находившийся в родстве по браку с императорским домом Суй, в 618 г. провозгласил себя императором новой династии Тан (см. карту 24).

Административная и исполнительная ветви центральной власти династии Тан - три центральных палаты (шэн) (Чжун- шу шэн, Мэнся шэн и Шаншу шэн) и шесть бу (министерств) при Шаншу шэн - были построены полностью по модели политической системы династии Суй.

Карта 24■ Империя Тан в 755 г. (рис. Guangda Zhang)

В начале правления династии Тан было пересмотрено и заново кодифицировано законодательство династии Суй, включавшее все основные нормы единого административного регулирования. Свод уголовных кодексов (люй) и административных статутов (лин) пересматривался в среднем каждые 20 лет. При каждом пересмотре они дополнялись новыми указами (гё) и нормативными правилами (ши), которые готовили Управление государственными делами и подчиненные ему центральные министерства, советы, суды и дирекции. Таким образом, с помощью этой периодической ревизии люй-лин-ге-ши обеспечивалось стабильное функционирование единой и централизованной системы управления.

Двумя самыми известными в истории императорами династии Тан являются Тайцзун (Ли Шиминь, годы правления - 626-649) и Сюаньцзун (Ли Лунцзи, правил в 713- 755 гг.) (илл. 237). У обоих был великолепный двор. Энергичный и умный Тайцзун был известен своей способностью подбирать компетентных помощников и готовностью прислушиваться к мнению своих советников. Во многом благодаря его социально-экономической политике удалось оживить сельское хозяйство. Состояние общества было стабильным. Народ жил в мире и благополучии. Число граждан во всей стране, приговоренных к смертной казни, в 630 г. составляло всего 29 человек.

После блестящего правления Тайцзуна Китай единственный раз в своей истории получил полноправного монарха-женщину. У Цзэтянь (Ухоу, годы правления - 684- 705), супруга болезненного Гаоцзуна (Ли Чжи), преемника Тайцзуна, в 690 г. провозгласила себя Императрицей У. Она получила поддержку ученых-чиновников, предоставив им большие возможности продвижения по службе. При ней новые вакансии заполнялись преимущественно кандидатами, прошедшими отбор по экзаменационной конкурсной системе. Система отбора кандидатов на руководящие должности в стране на основе деловых качеств была сильнейшим ударом по старой аристократии еще со времен династий Вэй и Цзинь и тем рычагом, с помощью которого в конечном счете удалось преодолеть монополию власти, находившейся в период раздробленности Китая в руках высшей аристократии.

Сюаньцзун (Ли Лунцзи), внук императрицы У, правил Китаем 45 лет. Первый этап его правления (713-741 гг.), известный в истории Китая как «славные времена правления Кайюаня» (императорский титул Сюаньцзуна), совпал с периодом наивысшего расцвета и мощи династии Тан. К 754 г. в Китае было зарегистрировано 9069154 домовладения и 52880488 человек населения - вдвое больше, чем в первые годы правления династии Тан.

Широкие экономические и культурные контакты с внешним миром эффективно способствовали процветанию империи Тан. Лошади, изделия из кожи, меха, экзотические наряды Севера; слоновая кость, сандаловое дерево, лекарства, благовония Юга; хлопчатые и шерстяные ткани, стекло, драгоценные камни Западного Китая, наряду с достижениями индийской религии и астрономии; персидские и согдийские золотые и серебряные сосуды, семь светил манихейства, хотанская техника живописи - все это сделало г. Чанъань, столицу империи Тан, крупнейшим центром международной торговли своего времени. Торговцы со всего света наводнили все крупные города Китая. А вместе с ними в страну пришла новая музыка и прибывали танцовщицы из Центральной Азии и других регионов.

Однако ранее, в 740-х гг., империя Тан пережила резкий спад. В то время как в богатом, но коррумпированном обществе нарастали социальные и политические проблемы, Сюаньцзун устранился от государственных дел и, предавшись праздному образу жизни, пустил все в государстве на самотек Он лишь назначал одну за другой специальные комиссии (ши), наделенные чрезвычайными полномочиями, для решения самых неотложных налоговых проблем. Перед лицом постоянной угрозы со стороны тибетцев, оправившихся тюрок, киданей и других потенциальных приграничных агрессоров полицейские силы, созданные в ранний период династии Тан, были постепенно дополнены профессиональной набранной или наемной армией, и император предоставил своим премьер-министрам право наделять специальных военных уполномоченных (цзедуши) правами на использование этих пограничных контингентов. В 730-х гг. огромные приграничные пространства были организованы в десять стратегических военных округов. Вскоре эти военные уполномоченные, опираясь на военную силу, сосредоточенную в гарнизонах, стали прибирать к рукам и гражданскую власть на местах.

Поворот наступил в 745 г, когда Сюаньцзун попал под сильное влияние своей новой фаворитки, наложницы Янь гуйфей, которая являлась его невесткой. Ее родственники быстро захватили управление имперским двором. В 750 г. местный правитель Наньчжао, царства на юго-востоке провинции Юньнань, поднял мятеж. Войска, посланные на подавление мятежа, были разбиты, потеряв при этом 60 тыс. чел. В 751 г. в Центральной Азии танские войска потерпели поражение на р. Талас в битве с арабами, которым помогали тюрки-карлуки. Это произошло 19 лет спустя после победы Карла Мартелла (в 732 г.) над арабами при Пуатье в Европе.

В конце 755 г. очередной мятеж поднял Ань Лушань, военный уполномоченный одной из северо-восточных провинций. Само по себе это изолированное событие не имело большого значения, но оно знаменовало собой начало переломного этапа в китайской истории. Своим восстанием Ань Лушань сразу же вверг империю в хаос. Правительство оказалось полностью неготовым к такому развитию событий, учитывая, что более 100 лет государство жило в условиях мира.

Восстание продолжалось восемь лет. Целые префектуры и округа вокруг Лояна были превращены в руины. Но еще более важным последствием этой катастрофы было то, что в политике на передний план выдвинулись авантюристы, прежде всего из военных уполномоченных, которые и после окончания восстания оставались мощной политической силой вплоть до конца периода пяти династий (907-960 гг.). Высокомерные и неуправляемые, многие из этих новых имперских провинциальных правителей содержали свои собственные войска и телохранителей, пользовались неограниченной властью в контролируемых ими префектурах и округах, сами назначали местных чиновников и подбирали себе подчиненных из числа оппозиционно настроенных к центральной власти образованных людей, не получивших должностей в центральных органах власти после сдачи квалификационных экзаменов. Эти правители стали передавать свои титулы по наследству, и таким образом значительная часть территорий империи Тан попала в руки независимых или полунезависимых от центра местных военачальников, называемых фанчжэнь. Все это означало сползание к региональному сепаратизму и привело к ослаблению централизованного государства и нарастанию всеобщей нестабильности в обществе, что, в свою очередь, повлекло за собой окончательный уход с политической арены старой аристократии.

Два танских императора Дэцзун (Ли іуа) (правил в 779- 805 гг.) и Сяньцзун (Ли Чунь) (годы правления - 805-820) предпринимали попытки восстановить благополучие династии. Главной своей задачей они видели реорганизацию налоговой и финансовой систем, поскольку само существование и военной, и гражданской власти и, разумеется, двора полностью зависело от уровня сбора налогов и уплаты ренты. В качестве вынужденного шага, вызванного многолетними негативными процессами в экономике

и кризисом фискальной системы, Дэцзун с помощью своего первого министра Янь Яна ввел новую систему налогообложения, так называемую двухразовую (лян шуй), при которой налог взимался два раза в год. По новым правилам налоги взимались в основном с собственности, а не с числа взрослых мужчин в семье, как это было ранее. Это изменение носило радикальный характер, поскольку оно означало признание свободы частной собственности, а в расчет налогообложения теперь вводились такие категории, как деньги и собственность. Эта налоговая система оставалась базовой вплоть до 1581г.

При Сяньцзуне императорский двор вернул себе значительную часть утраченной ранее власти путем проведения жесткой политики в отношении провинций. Успех этой политики заключался в использовании военной силы, в частности дворцового войска, однако постепенный переход управления этим войском в руки придворных евнухов привел к катастрофическим последствиям при преемниках Сяньцзуна, оказавшихся слабыми правителями.

Во второй половине IX в. центральная власть, парализованная контролем евнухов над армией и расколом в рядах министров, стала рушиться, как карточный домик. Всеобщее недовольство разгулом коррупции во всех эшелонах власти и природные катаклизмы привели к волне крестьянских бунтов. Номинально империя Тан существовала до 907 г, когда Чжу Вэнь, в прошлом один из лидеров крестьянского восстания, а теперь - могущественный военачальник в ранге императорского военного уполномоченного, сверг марионеточного императора и захватил трон, положив тем самым начало периоду Пяти династий и Десяти царств в китайской династической истории.

Пять династий и Десять царств

(907-960 гт.); государство киданей Ляо

Пятьдесят три года китайской истории - с 907 по 960 гг. - были временем полного хаоса в стране и известны под названием «период Пяти династий и Десяти царств». На севере поздние династии Лянь (907-923 гг.), Тан (923-937 гг.), Цзинь (937-947 гг), Хань (947-950 гг.) и Чжоу (951-960 гг.) стали именоваться Пятью династиями, а девять государств на юге и одно на месте современной провинции Шаньси обычно называют общим термином «Десять царств». Тфи из пяти династий - поздняя Тан, поздняя Цзинь и поздняя Хань были основаны тюрками. Иноземные племена вторглись также и в северные районы Китая. Этот период разброда имел особенно тяжелые последствия для простых людей. Народ страдал от постоянных войн и непомерно высоких налогов. Посреди этого политического хаоса остатки государственности империи Тан сохранились лишь в относительно спокойных юго-восточных и юго-западных частях страны. С использованием труда беженцев из центральных равнинных районов Китая на юге начали активно разрабатывать природные ресурсы. ВIX в. юго-восточные провинции Китая, особенно в нижнем течении Янцзы, стали выделяться в экономическом развитии, особенно в сельскохозяйственном производстве. Этот процесс явился решающим фактором постепенного перемещения сюда экономического центра тяжести Китая.

Широкое распространение культурных достижений империи Тан на соседних территориях способствовало подъему культуры у кочевых и пастушеских народов Китая. Тангуты, одна из ветвей кочевого тибетского народа, жившего вдоль северо-западных границ страны, основали свое государство Си-Ся, которое контролировало северо-западный горный перевал из Китая в Центральную Азию. В Манчжурии и Восточной Монголии возникла новая империя под предводительством в основном пастушеского народа, называвшегося кидани (китаи). Возможно, они говорили на языке, родственном монгольскому.

Карта 25. Северная империя Сун в 1111 г. (рис. Guangda Zhang)

Слова «Катай», как называли в средневековой Европе северный Китай, и «Китай» - русское название Китая происходят от названия «китан», или «китаи». В 916 г. кидани образовали государство Ляо, которое просуществовало до 1125 г В нем параллельно существовали две системы управления государством, одна - для собственного населения, где действовали племенные законы, и другая - для населения сельскохозяйственных районов, где действовали старые законы империи Тан.

Северная империя Сун (960-1127 гг.)

(карта 25)

Династия Сун (960-1127 гг.) началась с узурпации трона Чжао Куанинем (Тайцзу, правил в 960-976 гг), начальником дворцовой гвардии (илл. 238). В период Пяти династий это было рядовым явлением, учитывая существование института имперских военных уполномоченных еще со времен средней империи Тан, который продолжал существовать после этого практически по всей стране еще больше двух веков. Недаром сам Чжао Куанинь, который был выходцем из военной среды, прилагал огромные усилия, чтобы лишить власти своих бывших коллег, представлявших непосредственную угрозу его трону. Его планы состояли в том, чтобы обеспечить политическое урегулирование ситуации в стране, после чего один правитель сосредоточивал бы в своих руках абсолютную власть и ставил военных под начало и контроль гражданских чиновников. Всеобщее недовольство в стране, вызванное бесконечными войнами, помогло Куаниню добиться своей цели. С милитаризмом в стране удалось справиться относительно легко.

Однако такой контроль императора над армией имел для династии катастрофические последствия. Империя Сун в военном отношении была очень слабой и с каждым годом была вынуждена покупать мир все более дорогой ценой для бюджета, поскольку терпела одно поражение за другим от киданей, тангутов, чжурчжэней и монголов. Содержание огромной армии ложилось постоянным и тяжким бременем на финансовые и материальные ресурсы правящего режима.

Период правления этой династии распадается на два периода. Империя, основанная Куанинем со столицей в Бяньляне (современный Кайфы), называлась Северной Сун (960-1127 гг.). Через полтора столетия императорский двор под натиском чжурчжэней был вынужден переехать к югу от Янцзы и в конечном итоге разместился в г. Ханчжоу, называвшемся в те времена Линьанем («временно безопасный», позднее описанный Марко Поло как Куинсэй - «временная имперская резиденция»). Империя, смирившаяся с ситуацией «временной безопасности» вплоть до своего падения, известна как Южная Сун (1127-1279 гг.).

Для управления воссоединенной страной правители Сун разработали сложную систему сдержек и противовесов, распределяя среди чиновников мизерные, четко разграниченные полномочия или давая частично дублирующие друг друга поручения сразу нескольким чиновникам. Полномочия высших имперских советников частично передавались также чиновникам двух независимыхучреждений центрального правительства - Бюро по военным делам и Государственной финансовой комиссии. Подобные же противовесы были введены на региональном уровне. Штатные должности перемежались с нештатными. Официальные названия должностей не имели ничего общего с реальными функциями чиновников.

Добившись полного сосредоточения власти в своих руках, правители Сун пошли дальше, провозгласив конфуцианский лозунг о том, что лояльный подданный не служит двум хозяевам: «Не бывает двух солнц на небе, не может быть и двух правителей в одном государстве». Начиная с XI в. постоянно расширявшаяся система конкурсного экзаменационного отбора на государственные должности стала единственным каналом поступления на службу. Школа Ху Юаня (993-1059 гг.) была названа образцовой в сфере подготовки идеальных служащих на основе сочетания конфуцианского классического учения и практических занятий. Два современника Ху - Сунь Фу (992-1057 гг.) и Ли Гоу (1009-1059 гг.) также были известными учителями ранней Сунн. Известный ученый-служащий Фань Чжуньян (989-1052 гг.) ввел в практику обучения государственных чиновников конфуцианский принцип ставить интересы общества выше своих собственных. Он, в частности, провозгласил, что настоящий просвещенный служащий «должен первым принимать на себя заботы о проблемах мира и последним наслаждаться его удовольствиями». Но со временем система экзаменационного отбора служащих превратилась для ученых в способ собственного карьерного продвижения.

После почти 80 лет внешней стабильности сунский двор оказался перед лицом серьезного социально-экономического кризиса. К середине XI в. регулярная армия насчитывала 1,25 млн. чел. В 1065 г. на военные расходы тратилось 83 % национального дохода {Smith, 1993, р. 81), но тем не менее страна проиграла все крупные сражения со своими противниками на границах. Экономическое положение ухудшалось также из-за больших расходов на содержание раздутого чиновничьего аппарата и из-за ежегодной выплаты дани серебром и шелком киданям и тангутам. Концентрация сельскохозяйственных земель в руках членов императорской семьи, придворной знати, чиновников и помещиков, на которых принудительно вынуждены были работать простые крестьяне, и прочие злоупотребления властей приводили к повсеместным мелким бунтам, даже в непосредственной близости от столицы.

Когда кризис достиг угрожающих масштабов, император Шэньцзун (Чжао Сюй, годы правления - 1067-1085) и многие высокопоставленные чиновники пришли к выводу о необходимости проведения срочных реформ. В1069 г. Шэньцзун назначил Ван Аныыи (1021-1086 гг.) своим первым министром и поручил ему проведение реформ. Ань- ши, известнейший поэт и писатель, а также выдающийся государственный деятель, наметил широкую программу реформ, известную в китайской истории под названием «новой политики» {синь фа). Он разработал программу,

Карта 26. Южная империя Сун в 1028 г. (рис. Guangda Zhang)

получившую название «ссуды под зеленые побеги» {цинь мяо фа), в соответствии с которой местные власти выдавали крестьянам в весеннее время ссуды на приобретение семян под низкий процент, которые те должны были возвратить после сбора урожая. Целью этой меры было освободить крестьян от эксплуатации помещиков и ростовщиков. Аныыи смягчил систему принудительных общественных работ, заменив ее периодическими денежными выплатами. На эти «откупные» деньги власти нанимали работников, которые за деньги выполняли эти общественные работы. Он ввел также более упорядоченную шкалу земельного налогообложения, основанную на оценке плодородия земли и тщательном учете размеров надела. Он учредил систему государственных амбаров, которые помогали поддерживать стабильные цены на основные продукты и давали прибыль государству. Аныыи пытался поправить положение в армии, а также усилил систему социальной безопасности, учредив институт деревенской общины и круговой поруки - баоцзя фа.

Эта новая политика дала некоторые результаты. Доходы государства несколько выросли. Но все, кого Ван зачислил в категорию «монополистов», - крупные землевладельцы, чиновники, владевшие землей, крупные торговцы и ростовщики - были настроены категорически против этих реформ. После смерти Шэньцзуна первым министром императора стал честный, но консервативно мыслящий историк Сыма іуан (1019-1085 гг.), который аннулировал большинство реформ Вана. С возвращением всех прежних злоупотреблений правительство долго не устояло в борьбе группировок, выступавших за и против реформ, а просчеты в вопросах заключения союза с киданями и чжурчжэнями привели к захвату последними сунской столицы.

Династия Цзинь (чжурчжэней, 1115-1234 гг.);

Южная династия Сун (1127-1279 гг.)

В последние годы своего существования Северная Сун оказалась перед лицом новой агрессивной силы - чжурчжэней, племен тунгусского происхождения, говоривших на тунгусо-маньчжурских языках, предков маньчжуров. В 1115 г. чжурчжэни создали государство и династию Цзинь (1115-1234 гг.), а в 1125 г. при поддержке империи Сун разгромили государство киданей Ляо. В 1127 г. воинственные Цзинь после долгой осады захватили столицу Северной Сун Кайфы и расправились с последним императором Циньцзуном и его отцом Хуэйцзуном, положив трагический конец династии Сун.

Войска Сун отступили на юг. Ученые-конфуцианцы при дворе и патриотически настроенные генералы провозгласили Гаоцзуна (Чжао Гоу, 1127-1162 гг.), единственного сына бывшего императора Циньцзуна, избежавшего участи отца, новым императором. Так было положено начало династии Южная Сун (1127-1279 гг.) (карта 26).

Борьба между Сун и Цзинь за обладание долиной р. Янцзы тянулась до 1142 г., когда был заключен мир. Граница была проведена по реке Хуайхэ. В ходе длительного периода противостояния Чжао Гоу проявлял откровенное стремление умиротворить Цзинь любой ценой. Он приказал сначала арестовать Юэ Фэя, выдающегося полководца, известного своей непримиримостью к Цзинь, за упорное противодействие мирным переговорам, а затем тайно казнить его в тюрьме, что и сделал первый министр Цинь іуй. По мирному договору 1142 г. император Сун признал себя вассалом империи Цзинь и согласился платить большую ежегодную дань последней в размере 250 тыс. таэлей (ляпов) серебря (лян - единица массы, равная 31,2 г) и 250 тыс. кусков шелковой ткани. И хотя этот унизительный договор был сильным ударом по гордости китайцев, мир, купленный в 1142 г, сохранялся в течение всего последующего периода правления династии Южная Сун. Китай оставался разделенным на северную и южную части вплоть до монгольского нашествия. В вопросах внутренней политики Южная Сун не известна какими-либо нововведениями, какими, например, в свое время славилась Северная Сун. Однако, несмотря на отсутствие новых инициатив в политической сфере и гораздо меньшие размеры территории государства, Южная Сун смогла достичь такого экономического процветания, какого до этого в Китае никогда не было. Это время было также периодом расцвета внутренней и заморской торговли.

Китай в монгольской орбите:

династия Юань (1271-1368 гг.) (карта 29)

Монголы, завоевавшие господство в Азии (см. карту 29 в гл. 30) под предводительством своего талантливого военного руководителя Чингисхана (Темучина), пришли в Китай из Хэйлунцзяна, который сегодня является самой северной провинцией Китая. В 1206 г. на курултае предводителей ханского рода и кочевой знати, собравшемся у истоков р. Онон, Темучин был провозглашен всемон- гольским повелителем (коаном) под именем Чингисхан. В течение двух последующих десятилетий Чингисхан завоевал все соседние государства, установив свое господство на большей части территории Евразии. Он умер в 1227 г, но его преемники продолжили завоевательные походы. В 1234 г. под натиском монголов пала наконец династия Цзинь. В 1264 г. великим ханом был признан внук Чингисхана Хубилай (годы правления - 1260-1294). Он перенес столицу в Пекин и назвал ее Ханбалык («Великий город») - по-монгольски, или Камбалюк - по-тюркски, как в своей книге называет Пекин Марко Поло. В 1271 г. Хубилай как император Ши-цзу основал династию Юань, и этим именем назван и период его правления.

Начав кампанию против Южной Сун, Хубилай натолкнулся на весьма прочные фортификационные сооружения вдоль Янцзы. В жестоких сражениях обе стороны использовали порох и всевозможные взрывные устройства. Известный сунский министр Вэнь Тяньсянь (1236-1282 гг.) организовал отчаянное сопротивление. В 1276 г. монгольским войскам удалось захватить столицу Южной Сун Линьань.

К 1279 г. уже весь Китай оказался под властью империи Юань, первой в истории страны иностранной империи.

Монголы стали управлять Китаем в столь же двойственной манере, как это делали предшествующие завоеватели Ляо и Цзинь. Большинство монгольской знати поначалу пыталось попросту превратить страну в огромное пастбище для скота, но Хубилай сохранил китайскую бюрократическую систему правления и при ее организации на местах полагался в основном на самих китайцев. Один из его преемников в 1315г. даже восстановил систему экзаменационного отбора кандидатов на должности.

Юаньские власти делили население на четыре категории по этническому принципу. Правящую верхушку составляли сами монголы, в ведении которых сосредоточилось административное управление и руководство войсками. Сразу за ними следовали так называемые «самужэнъ» - «люди разных рас» («разного цвета глаз») - население со всей Евразии. Третью категорию составляли «ханъжэнь» (кидани, чжурчжэни и северные китайцы). На самой нижней ступени социальной лестницы стояли «южане». Поскольку подданные Южной Сун покорились последними, они стали наиболее притесняемыми.

Воссоединение Китая способствовало ассимиляции различных народностей и реинтеграции китайской экономики. Заметно улучшилось сообщение. Был построен новый Великий канал. Налаживание каботажного морского сообщения позволило перевозить большие количества зерна. Были введены общенациональные бумажные деньги, как это когда-то было сделано в империи Сун. Благодаря огромным размерам монгольской империи период правления династии Юань был временем небывалого расцвета внешней торговли и культурного обмена.

В конечном итоге юаньские правители и монгольская верхушка оказались неспособны воспользоваться плодами своих завоеваний в оседлом обществе с развитым аграрным производством. Они имели в своем подчинении огромное количество крестьян и ремесленников, но по привычке обращались с ними в соответствии со своими кочевыми традициями. Наряду с введением непомерных налогов на крестьян, они навязали им тяжелый подневольный труд. В конце концов экономические неурядицы и целая серия природных катаклизмов вынудили крестьянство к открытым выступлениям против иноземных правителей. В середине XIV в. монгольские войска потерпели поражение в стихийной войне, на которую поднялась вся страна. Монголы без больших потерь отошли на свои исконные земли на севере. Юаньская династия пала в 1368 г, но монголы по-прежнему продолжали угрожать северным границам пришедшей ей на смену династии Мин.

Династия Мин (13б8-1б44 гг.):

ранний период (см. том 5, карту 27)

Основателем новой китайской династии стал Чжу Юаньчжан. Крестьянский сын, сирота, Чжу в раннем возрасте стал странствующим монахом одного из буддийских монастырей. В дальнейшем он оказался участником народного восстания с религиозным уклоном, получившего название восстания «Красных повязок» («Красных войск»), и благодаря своему властолюбивому характеру выдвинулся в лидеры. В начале 1368 г. в Нанкине он объявил себя императором династии Мин под именем Тайцзу (1368- 398 гг), с императорским титулом Хун-у (илл. 239)-

Тайцзу был монархом способным, но с крайне подозрительным характером. Он создал высокоцентрализованный механизм управления страной с единственной целью не упустить власть из своих рук В 1380 г., обвинив первого министра Ху Вэйюна в заговоре и измене, он ликвидировал пост первого министра и весь подчинявшийся ему Имперский секретариат и разделил его функции между шестью министерствами (лю бу). Это важнейшее решение, в результате которого он подчинил себе деятельность этих ведомств и которое известно в китайской истории как «ликвидация чэкуншу», имело своей главной целью полностью лишить Имперский секретариат его традиционного участия в проведении государственной политики. Этот шаг также означал дальнейшее укрепление автократического режима императорской власти за счет власти первого министра, на которую в китайской истории всегда покушались императоры. Был создан новый орган под названием Большой секретариат (нэйге), заменивший распущенный Имперский. В него входили в качестве советников многочисленные послушные чиновники, набиравшиеся в основном из академии Ханьлин. Они служили советниками императора, писали памятные записки и составляли проекты императорских указов. Этот орган, наряду с институтом евнухов, составлял часть «Внутреннего двора». В результате деятельность органов власти при последующих слабых или недалеких императорах была неэффективной или оказывалась под сильным влиянием дворцовых евнухов.

Поскольку отступившие в свои земли монголы тем не менее представляли постоянную угрозу для северных районов Китая, третий император династии Мин Чэнцзу (под титулом Юнлэ-, годы правления - 1402-1424) решил в 1421 г. перенести столицу из Нанкина на место бывшей юаньской столицы Ханбалык. Перестройка новой столицы, получившей название Шунтьянфу («Столица волею небес»), продлилась 15 лет. План города представлял собой три правильных прямоугольника из стен и зданий, один внутри другого, из которых самый внутренний являлся комплексом Императорского города с императорским дворцом и сегодня известен в Пекине как Запретный город.

Для защиты от монгольской конницы Мин перестроили Великую Китайскую стену. Новая стена имела протяженность 6350 км и была разделена на четыре гарнизонных зоны. Восточный участок стены, проходившей недалеко от Пекина, тянулся от провинции Шаньси на восток до провинции Ляонин на 1487 км и проходил по горам, следуя рельефу местности. Стена, отделанная снаружи кирпичом, имела толщину у основания 6 м, сужаясь до 5,4 м наверху. Высота стены равнялась 8,7 м и имела зубцы высотой 2 м с северной стороны, откуда исходила монгольская угроза. Через каждые 70 м на стене располагались сторожевые башни.

Перные годы империи Мин были периодом экспансии на море. В период между 1405-1433 гг. Чэнцзу снарядил семь грандиозных морских походов, материальной подготовкой которых занимался его талантливый министр финансов Ся Юаньчжи и командовал которыми флотоводец Чжэн Хэ (1371-1433 гг.), евнух, придерживавшийся исламского вероисповедания. Каждый флот насчитывал от 100 до 200 кораблей, из которых от 48 до 62 были так называемыми «кораблями для сокровищ» (бею чуан). Самые большие из них имели 150 м в длину и 60 м в ширину, 12 парусов и команду из 300 чел. Имея на бортах 27800 опытных людей различных профессий, флот посетил Яву, Суматру, о-ва Малайского архипелага, Шри-Ланку, Индию, Аравию, побережья Красного моря и Восточной Африки и останавливался в портах более 30 стран. В экспедицию корабли везли золото, серебро, шелк, фарфор, эмалевую и металлическую посуду, а назад возвращались со львами, жирафами, страусами, зебрами и другими экзотическими диковинами. Эти походы Чжэн Хэ на полвека опередили экспедиции Васко да Ешы и Колумба (карта 27).

Период ранней Мин известен также вышедшими в это время в свет научными трудами. Самым выдающимся из них стала грандиозная энциклопедия«Юн-лэ да дянь» («Великий свод годов правления Юн-лэ», или «Энциклопедия Юн-лэ»), составленная по заказу правительства. Она состояла из 22 тыс. томов и насчитывала 370 млн. иероглифов.

В течение еще целого столетия после Чэнцзу империя Мин процветала Сельскохозяйственное и ремесленное производства ксередине эпохи Мин достигли высшего уровня. Это способствовало в сюю очередь активному развитию товарной экономики в больших и малых торговых городах Перепись 1393 г. зафиксировала численность населения в 60545812чел (HoPing-ti, 1959, р 10). К концу XV в. численность китайского населения выросла до более чем 100 млн. чел

Но ко времени, когда Европа подошла к эпохе великих открытий, общество Мин, казалось, погрузилось в бездействие и стало постепенно терять свою энергию и жизненную силу, и уже к середине правления династии сложились условия для будущего политического и культурного соперничества Китая и Запада.

Карта 27. Морские походы Чжэн Хэ в 1405-1433 гг. (рис. Guangda Zhang)

ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ И СОЦИАЛЬНЫЕ ПЕРЕМЕНЫ

Китай являлся преимущественно аграрной страной. Самые явные перемены в жизни общества в рассматриваемый период - миграция населения на юг, развитие интенсивного сельскохозяйственного производства и диверсификация китайской экономики по мере развития промышленности и торговли.

Миграция населения на юг

Основными сельскохозяйственными культурами в Китае традиционно являлись пшеница, несколько видов проса, соевые бобы и рис. Нараставшие из года в год в долине р. Хуанхэ процессы эрозии сельскохозяйственных земель из-за нерегулярности осадков приводили к постоянным неурожаям зерна и ставили северные равнинные районы Китая в зависимость от сельскохозяйственных ресурсов юга страны. Постепенное перемещение традиционной житницы Китая из районов долины Хуанхэ в южные провинции началось еще в правление династии Тан. Волна миграции населения на юг набирала силу по мере того как накапливались социальные проблемы на севере в последние годы этой династии, а также после вторжения с севера конницы кочевых династий Ляо и Цзинь в период Пяти династий, когда огромные массы людей были вынуждены сниматься со своих насиженных мест, пытаясь спастись от ужасов войны. Они в дальнейшем составили значительную часть населения государства Сун. Этот демографический рост на юге Китая стал вполне очевидным в прибрежных районах в период Южной Сун, поскольку площадь территории империи в ходе войны с северными и северо-западными соседями уменьшилась более чем вдвое. Так, численность населения в Южном Китае выросла с неполных 4 млн. дворов в середине VIII в. до более чем 12 млн. в конце XIII в. (Kracke, 1955, р. 480, note 2).

Административный контроль за экономической деятельностью в ранней империи Тан; перемены, уходящие корнями в позднюю Тан

В период династий Суй и ранней Тан основная экономическая деятельность регулировалась единой системой кодифицированного административного законодательства, статутов, правил и дополнительных подзаконных актов (люй-лин-ге-ши). По земельному уставу «Тан лит империи Тан каждому мужчине старше 18 лет полагался надел пахотной земли площадью 100 му (6,6 га), при этом 20 му закреплялись за ним навечно, а оставшиеся 80 му возвращались государству после его смерти или в возрасте 60 лет, когда он переставал быть налогоплательщиком. Этот равный для всех надел земли служил основой для исчисления одинакового для всех подушного налога. В соответствии с налоговым законодательством (ху лин) каждые три года полагалось проводить перепись населения и составление подворных реестров, куда вносились имена и возраст каждого жителя домовладения, а также статус и площадь земельного надела всех взрослых мужчин. Все облагаемые налогом дворы должны были платить ежегодный подушный налог с каждого взрослого мужчины: зерна - 2 мешка (1 /40 урожая), шелковой ткани - около 7 м, пеньковой ткани - около 8 м. Кроме того, кажцый взрослый мужчина должен был отработать 20 дней трудовой повинности в пользу центрального правительства и гораздо больший срок - в пользу местной власти. Однако эта повинность могла быть заменена выплатой определенной суммы денег или натуры в виде шелковой и пеньковой ткани. В результате изучения новых рукописей танской эпохи по вопросам распределения земли, найденных в Дуньхуане и Турфане, большинство исследователей склоняется к выводу о том, что в качестве официальной правовой основы для регистрации и распределения земельной собственности эта система просуществовала вплоть до антиправительственного мятежа военачальника Ань Лушаня в середине VIII в., но нигде полностью не соблюдалась и, возможно, вовсе не соблюдалась на юге. Возможно, наиболее строго она соблюдалась в Турфане, но с многочисленными изменениями, диктовавшимися местными условиями.

Крупные земельные наделы и поместья раздавались членам императорского клана и высшим сановникам в соответствии с занимаемым положением. Принц мог иметь 10000 му (666 га), а чиновник высшего ранга - 6000 му (400 га). Различные по размерам участки земли предоставлялись всевозможным государственным учреждениям, а также буддийским и даосским монастырям на покрытие государственных расходов, текущих затрат и содержания монахов и монахинь. Денежное жалование чиновников складывалось из средств, поступавших в виде ренты за находившуюся в их владении землю, а также из прибыли на вклады капиталов, предназначенных для подобных целей.

Уделяя первостепенное внимание сельскому хозяйству, правительство заставляло чиновников центрального и местных уровней поощрять земледелие. Местным должностным лицам вменялось в обязанность следить за своевременностью обработки земли и обеспечивать крестьянам всевозможные стимулы, такие как строительство новых ирригационных сооружений, водораспределительных механизмов, общественных зернохранилищ. Грандиозные проекты осуществлялись под руководством специальных административных органов и уполномоченных.

После восстания Ань Лушаня (755-763 гг.) танское правительство не стало восстанавливать систему надельного землепользования. Описанный выше единый фиксированный подушный налог зерном и тканями, предусмотренный в рамках такой системы, был в 780 г. заменен системой «двух налогов», прогрессивным налогом в денежной форме, основанным на оценке размеров собственности каждого крестьянского двора, особенно обрабатываемых земельных площадей, собираемым два раза в год, соответственно весной и осенью. Частные сделки купли-продажи земли стали обычной и широко распространенной практикой на селе.

Такой же строгий контроль правительство ранней Тан осуществляло в городах, в частности, в вопросах торговли. Город был разбит на прямоугольные кварталы, окруженные стенами. Большая часть торговли в городах осуществлялась на специально оборудованных рынках, обнесенных стеной. В Чанъане и Лояне было всего лишь по два больших городских рынка и по одному в каждой префектуре. Часы их торговли, требования к качеству продукции и ценообразование (как следует из соответствующих документов, обнаруженных в Дуньхуане и Турфане) жестко регламентировались в соответствии с торговым законодательством и подлежали правительственному контролю и регулированию. Лишь к середине династии Тан торговцы получили возможность перемещаться свободно, самостоятельно подыскивая себе подходящие места для торговли. Старая государственная система организации рыночной торговли (Twitchett, 1966, рр. 202-248) со всеми ее многочисленными ограничениями постепенно отмерла сама собой.

В отличие от ранней Тан, когда за сельским хозяйством, ремеслами и торговлей был установлен государственный надзор и осуществлялось их регулирование, в средней Тан, особенно после восстания Ань Лушаня, властям пришлось учреждать целый ряд новых фискальных механизмов, таких как государственная соляная монополия, с тем чтобы взять под свой контроль новые финансовые источники. В связи с переходом на денежную форму налогообложения (систему «двух налогов») и ростом торговой активности в стране танское правительство коренным образом пересмотрело свою прежнюю политику жесткого централизованного управления экономикой.

Сельское хозяйство

Развитие сельскохозяйственных технологий и появление новых методов орошения в значительной мере способствовали увеличению объемов сельскохозяйственного производства на юге Китая. Подъем сельскохозяйственного производства, помимо использования быстро созревающих сортов риса, во многом был и результатом реорганизации системы землевладения на селе и объединения земель в большие хозяйства (чжуан юань), появления системы сдачи земли в аренду, а также роста городов как рынка сбыта урожая за деньги.

В период династий Тан, Сун и Юань наблюдается все более широкое распространение металлических орудий труда. Детальное описание металлического плуга периода Тан с изогнутым отвалом, состоящего из 11 деталей, содержится в работе Лю іуименя (Lu Guimeng) (? - ок. 881 г.) «Канон о средствах обработки земли». В плуг запрягали водяного буйвола, единственное тягловое животное, которое можно было использовать і іа илистых рисовых полях.

Рост китайского сельского хозяйства обусловлен также расширением обрабатываемых площадей. В древние времена в Китае обрабатываемые площади были сосредоточены в долине р. Хуанхэ, затем, в ханьский период, стали возделывать земли вдоль р. Янцзы. После династий Тан и Сун уже весь юг Китая представлял собой сплошную зону земледелия. Интенсивные технологии использования земли, в частности севооборот, преобразили когда-то пустовавшие бесплодные земли, превратив их в высокопродуктивные поля. Когда в равнинных районах не осталось больше пригодных для распашки земель, огромные территории были освоены в период династии Сун в холмистых местностях, где поля устраивались в виде террас, а также в болотистых местах вокруг озер путем строительства защитных дамб. Террасные поля, впервые появившиеся при династии Сун, для обеспечения их полной продуктивности требовали много воды. Во времена Тан энергия падающей воды использовалась в основном для приведения в действие водяных колес и мельниц. В Южной Сун, наряду с конвейерным устройством подачи воды (водяное колесо «хребет дракона»), приводимым в действие усилиями человека, вращавшего педали, использовался и новый вариант такого же устройства, приводившегося в действие тягловым животным и поднимавшего воду из водоема на берег, где она направлялась по каналам на рисовые поля. Эти механизмы позволяли поднимать воду на высоту более 30 м.

В «Трактате по земледелию» («НонШу») Чэна Фу {ChenFu), написанном в 1149 г., приводилось детальное описание технологии выращивания рассады риса и пересадки ее на рисовое поле, «постоянного удобрения поля» навозом и применения других средств повышения плодородия почвы, а также практическое руководство по шелководству начиная с посадки тутовых деревьев и кончая выращиванием кокона.

Еще один справочник по сельскому хозяйству, также под названием «Нон Шу», написан в период с 1295 по 1314 г. Ван Чжэнем (WangZhen), известным агрономом во времена династии Юань. В качестве инспектора нескольких округов в провинциях Аньхой и Цзянси Ван Чжэнь первостепенное внимание уделял сельскому хозяйству и часто посещал с проверками подчиненные ему территории. Главная идея его труда состояла в том, что сельскохозяйственное производство - основа всей китайской экономики. В работе суммировался сельскохозяйственный опыт в масштабах всей страны - возделывание пахотных земель в долине р. Хуанхэ и производство риса в районах южнее р. Янцзы. В книге рассматриваются не только технологии выращивания зерновых культур, но и методы лесоводства, животноводства, организации вспомогательных производств, рыбоводства и много других близких тем, в частности совершенствование инструмента и идеи создания новых механизмов (например, водяной мельницы с шестеренчатым приводом от одного водяного колеса сразу к девяти жерновам).

Внедрение нового скороспелого сорта риса чампа около 1012 г, в период династии Сун, представляется событием большого значения. Ведь этот высокопроизводительный сорт риса, вызревавший менее чем за 120 дней, позволял получать два урожая в год. В течение одного столетия этот сорт риса распространился по всей стране, и в результате рис стал в Китае основной сельскохозяйственной культурой.

Дополнительные культуры, такие как сахарный тростник и чай, также выращивались по всей стране, а чай в конечном итоге стал одним из главных продуктов. Многие крестьянские хозяйства занимались производством шелка и пенькового волокна, а позднее - и производством чая. Во времена ранней Тан шелк производили главным образом на северо-востоке страны, но после восстания Ань Лу- шаня его производство быстро распространилось в долине р. Янцзы и в провинции Сычуань.

Хлопок выращивался первоначально в западных регионах Китая. Слово «хлопок» появилось в китайской поэзии в начале IX в. Хлопок, выращиваемый на территории Турфана, тут же чесали, пряли и делали из него ткань, которая шла на внутренний рынок. Однако в Китае хлопок в виде ткани для одежды и как товар появился из Южной Азии, в частности из Чампы и Да-ба-тан (Da-ba- tang) - неизвестной страны в «Южном океане». Судя по всему, методы выращивания хлопка были впервые успешно опробованы в прибрежных районах нынешней провинции Гуандун в начале IX в., а по всему Китаю хлопок распространился в ХН-ХШ вв. (Goodrich, 1944, рр.408- 410). В истории китайской текстильной промышленности с развитием новых способов производства тканей связано имя Хуан Даопо, женщины из Сунцзяна (Songjiang) (ныне одного из районов Шанхая). С конца XIII в. обработка хлопка стала одним из широко распространенных производств в сельских районах страны.

Долгую историю имеет производство вина в Китае. После завоевания империей Тан Сериндии (Serindia) в Китай попал новый сорт винограда «кобылий сосок» (мару путао), а с ним и технология изготовления вина. В соответствии с сунскими летописями, китайцы умели производить крепкие алкогольные напитки путем двойной перегонки со второй половины X в.

Возникновение больших поместий:

арендаторы и наемные работники

Свободное землевладение широко распространилось в Китае с середины правления династии Тан. Накопление земельного богатства в руках частных лиц начиная с середины IX в. привела к образованию крупных частных поместий (чжуанъюань). В 843-846 гг. все богатства, которыми владели храмы, в особенности - монастырские земли - «храмовые угодья» (сичжуань), которые формировались на протяжении сотен лет как буддийская собственность, были конфискованы правительством и распроданы в связи с политикой ограничения деятельности буд дистов в стране. Чиновники в провинции и семьи новой землевладельческой знати во многих регионах делали целые состояния на покупке и присоединении к своим владениям конфискованных участков земли, объединяя их в крупные поместья. Крестьяне же, у которых отобрали землю, становились арендаторами или работниками в хозяйствах крупных землевладельцев. Сдача земли в аренду стала обычной практикой.

В империи Сун статус большинства людей в сельской местности определялся прежде всего в зависимости от наличия у них земельной собственности. Бурное развитие крупных поместий привело к возникновению между землевладельцем и крестьянином отношений главенства и подчиненности. В сельском обществе появились новые категории земледельцев: арендаторы - дянху (elianbu) и наемные работники - гуйонъен (guyongren), многих из которых в официальных регистрационных списках именовали кеху - безземельные и без постоянного места жительства, но при этом свободные люди. Некоторая часть беднейших крестьян находила укрытие от налогов и рабства у крупного влиятельного землевладельца, обрабатывая как собственный надел, так и землю, взятую в аренду у хозяина.

Появились и контрактные отношения типа наниматель - наемный работник В период династии Сун наемный труд был широко распространен. Наемных работников набирали на правительственные предприятия, в военные гарнизоны, в мастерские ремесленников. В Сюйчжоу (ныне провинция Цзянсу) в XI в. имелось 36 плавильных цехов, в каждом из которых трудилось по более чем 100 наемных работников. Летописная запись, относящаяся к 1181г., гласит, что в Шучжоу (в современной провинции Аньхой) на сталеплавильном производстве работало 500 наемных рабочих.

Ремесленное производство

В ранней Тан ремесленников и мастеровых, достигших высокого уровня мастерства, обычно передававшегося по наследству из поколения в поколение, или обладавших особыми талантами, прикрепляли к государственным артелям. Чиновники не просто инспектировали эти артели, а напрямую управляли деятельностью мастеровых, которые имели статус рабов. Предметы роскоши, выполненные на высочайшем художественном уровне руками мастериц по шелку, золотых дел мастеров, изготовителей фарфора, предназначались для императорского двора или для придворной знати. Больше всего мастеров работало в столицах и городах. Что касается шелковых тканей, то из различных провинций и городов ко двору присылали уникальные образцы ткани в качестве ежегодной дани (тугой)-. парчу (цзин), газ (шв), камчатное полотно (линь), атлас (дуанъ), шелк (чоу), бархат фон), шелковую ткань с крупным выпуклым жаккардовым рисунком (кеси) и тд.

Помимо деления самих ремесленнических предприятий Тан на имперские и местные, можно также в первом приближении разделить производившуюся ими продукцию на артельную и индивидуальную. Строго говоря, местные ремесла являлись побочным видом деятельности в рамках сельскохозяйственного производства, осуществляемой на дому с участием всей семьи в неурочный сезон. Их продукция, например домашняя ручная пряжа или плетеные корзины, была необходима для повседневной жизни и не предназначалась для продажи. Отдельные ремесленники занимались кузнечным и гончарным делом, плотничали, ткали и красили грубую ткань, дубили кожу, делали бумагу, изготавливали сухие чернильные палочки, печатали книги.

В период династии Сун традиционное ремесленническое производство в Китае находилось уже на более высоком технологическом уровне. Так, уже само правительство создавало или контролировало крупные предприятия по добыче соли, изготовлению фарфора, текстиля. В некоторых видах ремесел, например в производстве чернильных палочек, бумаги, книгопечатании, в результате совершенствования технологий или появления новых технических средств возникло более строгое разделение труда и узкая специализация. Кроме того, более выраженной стала тенденция к специализации отдельных промышленных центров, таких как Цзиндэчжень в провинции Цзянси, «город фарфора», где работало более 300 обжиговых печей; Цзяннан, центр по производству шелка; хлопкообрабатывающие центры в Цзянсу и Чжэцзяне; металлургический центр в Фошани (провинция Гуандун), верфи на южном побережье Китая, прежде всего в Гуанчжоу (Кантон), Цюаньчжоу и Нинбо.

Наиболее характерной формой организации городских ремесленников была гильдия мастеров (хан, или цзо). Возможно, что объединения мастеров-ремесленников оставались основной формой торгово-ремесленнической организации со времен Тан, о чем свидетельствуют многочисленные надписи, принадлежащие различным гильдиям мастеров в буддийских пещерах в районе Фаныпэн на юго-запад от Пекина и в Лунмэне вблизи Лояна, а также в некоторых документах из пещерных храмов Дуньху- ана, касающихся художников и гильдии изготовителей красок Во времена Сун существовало 160 гильдий в Кай- фыне и 414 в столице южной Сун Линьане.

Добыча железной руды и металлургия:

использование угля

Возникшая огромная потребность в изделиях из металла - сельскохозяйственных инструментов, оружия, якорей, гвоздей, деталей для строительства судов, тяжелых поддонов для обработки соли и тд. вызвала небывалый рост производства ковкого железа. Шахтеры и металлурги Северной Сун в 1049-1053 гг. в среднем производили 71241 тыс. циней (приблизительно 35,6 тыс. т) железа при ежегодном росте производства более чем на 200 т в 1064-1067 гг. К 1078 г. по некоторым оценкам в год производилось уже от 7 5 до 150 тыс. т стали (Hartwell, 1962), но, возможно, эта цифра преувеличена.

Заметный технический прогресс наблюдался и в добыче других металлов, в частности золота, серебра, меди, свинца, олова.

Увеличение спроса на металл в эпоху Сун в свою очередь вызвало нехватку леса, что привело к использованию каменного угля, «черного камня», как его называл Марко Поло. После первоначального применения его в быту уголь стали использовать и в качестве топлива при плавлении железной руды. Остатки древней угольной шахты периода Сун в районе Хеби в современной провинции Хэнань представляют собой вертикальный ствол глубиной 46 м. Люди научились пользоваться углем и в повседневной жизни. Более миллиона дворов в округе Хэдонг (современная провинция Шаньси) и столичный город Кайфын со своими окрестностями использовали уголь, чтобы приготовить пищу.

Сталелитейное производство

Начиная с периода Пяти династий, широкое применение благодаря использованию глиняных форм получила техника отливки больших и объемных изделий из стали. В условиях отсутствия какой-либо механизации труда такая работа требовала большого искусства и четкой организации. Гйгантская чугунная статуя льва эпохи Северной Чжоу (954-960 гг.) в г. Ганчжоу в провинции Хубэй и железная пагода династии Северная Сун в Даньяне в той же провинции - одни из самых больших стальных отливок в мире. Огромный железный колокол, установленный на Большой колокольне в Пекине, был отлит в 1420 г. во времена императора Чэнцзу (Чжу Ди) из династии Мин. Высота колокола 6,75 м, внешний диаметр 3,3 м, а толщина его стен

18,5 см. Весит он 46,5 т. На внешних и внутренних поверхностях колокола выгравированы более 270 тыс. иероглифов семнадцати буддийских сутр и тантр.

Фарфор

Технология производства фарфора развивалась довольно быстро. Танские мастера разработали знаменитый «трехцветный» глазурованный фарфор (обычно зеленого, желтого и белого цветов). Красота фарфоровых изделий более позднего периода состоит в их внешней хрупкости и нежной одноцветной или многоцветной окраске под слоем сверкающей глазури. Среди самых известных типов фарфора, демонстрирующих свойственное только им очарование глазури, можно назвать следующие: «зелень тысячи вершин» производства мастеров из Юэ и белый фарфор из Синя танских мастеров; «безоблачное небо после дождя» из Северной Чжоу (951 -960 гг.); «тайный», или «запретный» цвет, по преданиям называвшийся так из-за того, что предназначался только для императоров Уэ (Wuyue) (907-960 гг. одного из десяти царств, находившихся в самом бурно развивавшемся районе Китая в дельте р. Янцзы); «стократно потрескавшиеся вены» мастеров Ге (Gey, «белый жадеит» и «сладостный белый» мастеров Дин; «коричневый мотылек» и «нога цвета стали» мастеров іуань (Guari)-, «мех черного зайца» и «пятна куропатки» мастеров Цзян; и особенно «яобян» (цветовые варианты глазури, получающиеся в результате различных видов обжига, когда образуется покрытие медного цвета с пятнами, полосками или брызгами других оттенков) мастеров Цунь (]игі) сунской династии; «голубое и белое» и «голубое и белое в красной глазури» мастеров Юаня; желтовато-зелено-белая и голубая с белым глазурь эпохи Мин.

Большую роль в развитии производства фарфора сыграло совершенствование конструкции обжиговых печей в эпоху династии Сун. Так, в Лункуане обжиговая печь имела форму, напоминавшую тело мифического китайского дракона, и построена вдоль подножья холма, повторяя его изгиб. Ее колоссальное внутреннее пространство было способно вместить более 170 рядов по 1300 изделий, а это означало, что за один раз в такой печи можно было обжигать сразу 20-25 тыс. изделий. Все это достигалось тщательным распределением нагрева всего внутреннего пространства печи путем ее изгиба в центральной части, который играл роль демпфера, снижавшего скорость пламени в печи (Институт истории естественных наук, Ancient China’s Technology and Science, 1983, p. 198).

Судостроение и морская навигация

Достижения в судостроении были еще одним триумфом технологии периода династии Сун. На верфях вдоль морского побережья и по берегам рек строились самые разнообразные суда, в том числе способные вмещать от 200 до 600 человек Государственные верфи строили военные корабли и суда для перевозки зерна, в то время как на гражданских верфях производились торговые и прогулочные суда. В 977 г., например, было построено в общей сложности 3337 кораблей и судов. В 1974 г. в районе Цюаньч- жоу (провинция Фуцзянь), который во времена Южной Сун был одним из крупнейших портов мира, откопали и достали с морского дна хорошо сохранившиеся остатки океанского грузового судна той эпохи. Судя по размерам корпуса (34,5 м длиной, 9,9 м шириной и 3,27 м высотой), его водоизмещение должно было составлять 374,4 т.

Судостроители Сун, по всей видимости, умели строить гигантские корабли самых разных типов. В трюм большого корабля (типа «дракон») укладывался балласт в виде 400 т железа для большей остойчивости. Суда с гребным колесом, которые строили в сунский период, имели длину от 70 до 100 м (самый большой такой корабль имел длину

110,5 м и ширину 12,6 м) и вмещали 700-800 человек Целый флот из таких кораблей был построен Гао Сюанем, военачальником в армии Ян Яо, командовавшим крестьянскими повстанческими силами на озере Дунтинху в провинции Хунань. Колесный корабль Ян Яо имел трехэтажную укрепленную палубную надстройку и команду, состоявшую из 1000 чел. Количество гребных колес на кораблях постепенно увеличивалось - от 4 на двух осях в ранних моделях до 8, а затем до 24 и 32 на соответствующем числе осей (Институт истории естественных наук, Ancient China’s Technology and Science, 1983, p. 492).

В результате социально-экономического развития и технического прогресса в Китае при поздней династии Сун, династии Юань и ранней династии Мин были созданы мощные военно-морские силы. Во времена Сун флот находился под управлением специального государственного органа, который назывался .Ѵкшй чжичжжии си (Управление имперского комиссара по контролю и организации в прибрежных районах), учрежденного в 1132 г. Попытка чжурчжэней высадиться в Китае в 1161г. закончилась неудачей, после того как их флот был разгромлен сунским флотом под командованием Ли Бяо в районе о. Чэньцзя у берегов провинции Шаньдун. Это было первое в истории морское сражение с применением огнестрельного оружия. В 1237 г. флот Южной Сун был уже эффективным средством ведения боевых действий на море и насчитывал 52 тыс. чел. в 20 эскадрах. Вслед за династией Сун юаньский двор также начал осуществлять гигантскую программу судостроения. В строительстве флота правителям Юань помогали крупные судовладельцы, такие как Пу Шугэн (Ри Shougeng), уроженец Западной Азии, который предоставлял им свои услуги и корабли.

Как уже говорилось выше, в начале XV в. евнух императора Чэнцзу флотоводец Чжэн Хэ в период с 1405 по 1433 г. совершил семь больших морских экспедиций. В каждой из них участвовало от 100 до 200 судов.

Расширение торговли и введение

бумажных денег

В социальной и экономической жизни эпохи Сун начали складываться торгово-денежные отношения, шел бурный рост больших и малых городов, неуклонно росло их население - явление, которое наблюдалось впервые в китайской истории. Особенно важным для развития торговли было резкое увеличение количества небольших рынков и ярмарок в сельской местности, которые со временем составили широкую рыночную сеть. Развитие ремесленного производства и существенное усовершенствование транспортной системы позволили значительно расширить зону распространения этой новой экономики периода Сун. Налоги рассчитывались и взимались в денежной форме. Огромные массы землевладельцев и крестьян, которые до этого были изолированы и вели натуральное хозяйство, оказались втянутыми в рыночную стихию и в разной степени оказались вовлеченными в торговые операции. Часто земля возделывалась с единственной целью вырастить урожай на продажу.

Оживленная торговля привела к значительному росту оборота серебра и появлению большого количества медных и железных денег. К концу эпохи Северной Сун запасы серебра в казне составляли в денежном выражении приблизительно 40 млн. таэлей (лянов). Ежегодный выпуск медных денег в начале XI в. достиг 1,83 млн. связок монет, а в 1080 г. - 5,Об млн. связок (Shiba, 1983, р. 92). Из-за хронической нехватки медных и железных денег богатые купцы вместо денег начали выдавать векселя или переводные чеки. Первые сделки с такими бумагами, получившими название фейцянъ («летающие деньги»), отмечены уже в 811 г. Во времена Сун это нововведение, приспособленное к потребностям бурно растущей торговли, стало применяться повсеместно. В начале правления императора Чжэньцзун (Чжао Хан) (998-1022 гг.) 16 крупных торговцев из г. Чэнду (современная провинция Сычуань) выпустили некое подобие банкнот, обеспеченных денежным эквивалентом, названных цзяоцзы (jiaozi), в качестве средства оплаты сделки в кредит. В 1023 г. правительство Сун взяло в свои руки права на выпуск іряоиры, изъяв эти права у частных предпринимателей, и превратило ассигнации в обычное платежное средство. Таким образом мир впервые получил бумажные печатные деньги. Бумажные деньги были основным платежным средством в Южной Сун. В 1246 г. 17-й и 18-й выпуски хуэйцзы (ассигнаций) в юго- восточных районах Китая были уже эквивалентны 650 млн. связок монет, и в этом соотношении проявился очередной этап застарелой к тому времени инфляции.

Жизнь в городах

Основной отличительной чертой городской жизни эпохи Сун было процветание. Более пяти городов имели в то время численность населения свыше 0,5 млн. чел., включая Кайфын, Нанкин, Ичжоу и Чэнду. В Линьане (нынешний Ханчжоу), столице Южной Сун, постоянно проживало 2 млн. чел. в самом городе и еще столько же в пригородах Знаменитый венецианский путешественник Марко Поло приводит весьма яркое описание этого огромного города и его богатой, бьющей ключом жизни. Вокруг городов возникали жилые округа или районы с большей плотностью населения, как, например, ксюши («сенной рынок») в южном пригороде Ичжоу (нынешний Ичан, провинция Хубэй).

Расширялись городские службы, такие как пожарная, по уборке мусора и отходов и др. В городах было много мест развлечений, где ежедневно можно было посмотреть на акробатов, жонглеров, борцов, шпагоглотателей, укротителей змей, а также посетить кукольное или театральное представление, развлекательные шоу, послушать рассказчиков. В чайных, рюмочных, ресторанах и театрах выступали девушки, которые пели и играли на различных музыкальных инструментах. На картине XII в. Чжен Цзэдуна (Zhang Zeduari) «Праздник на берегу реки в Циньмине», выполненной в виде длинного полотна, скатывавшегося в свиток, очень подробно изображены сценки из городской жизни на набережной реки Бянь в Кайфыне, показаны представители всех социальных слоев и удачно передана атмосфера бьющей ключом жизни в преуспевающей столице Северной Сун (илл. 9, 241).

Перемены в обществе в переходный период

Как и в сфере экономики, время правления династий Тан и Сун стало поворотным в том, что касается изменения социального состава китайского правящего класса. Так, во времена династии Тан 98 крупнейших аристократических семей дали императорскому двору 369 первых министров, но уже в поздней Тан и в период Пяти династий, когда произошло ослабление центральной власти и бразды правления на местах оказались в руках военных, старые аристократические фамилии уже больше не могли поддерживать свой прежний социальный статус высшей элиты общества и сохранять былые господствующие позиции в правительстве. Во времена Сун на политическую авансцену вышла новая профессиональная бюрократическая элита, состоявшая в основном из представителей уче- ных-чиновников и поместного нетитулованного дворянства. Этот новый класс формировался уже не на принципах знатного происхождения и хорошей родословной, а исходя из образования, деловых качеств, опыта работы в центральных или местных органах власти и наличия земельной собственности. Родственные семьи в каждом регионе обычно объединялись в клан для защиты своих общих интересов, но они уже были совершенно не похожи на старые аристократические фамилии.

В обществе, вставшем на коммерческие рельсы, в бурный водоворот экономической стихии оказались вовлеченными все четыре доселе строго разграниченные традиционные социальные группы китайского общества: ши (ученые-чиновники), нун (земледельцы), гун (ремесленники) и шан (торговцы). Ши не могли не измениться в этих обстоятельствах. Пропасть, до того времени разделявшая ши, служивших в органах власти и занимавших господствующие позиции в обществе, и шан, подвизавшихся на поприще торговли и коммерции, постепенно сужалась. Основной пункт разногласий между государственными чиновниками в эпоху Сун касался вопроса о том, как относиться к торговле (Hymes & Schirokauer, 1993, р. 47). Чиновники зачастую сами включались в торгово-коммерческую деятельность. А сунское правительство напрямую было вовлечено во внутреннюю и заморскую торговлю. Большая доля доходов правительства поступала от агентств, контролировавших государственную монополию на соль и чай. Даже члены императорского двора нередко имели долю в частных предприятиях.

При всей грандиозности этих перемен они тем не менее происходили в рамках национальных традиций, т.е. это были вполне понятные по традиционным меркам перемены. Благодаря этому небывалому росту коммерческой активности в стране и сопутствующим ему социальным переменам, династии Тан и Сун дали название очередному этапу в истории Китая: «переходный период династий Тан-Сун». И это справедливо, поскольку все основные характерные черты завершающего периода китайского средневековья начали проявляться именно в это переходное время.

НЕОКОНФУЦИАНСТВО

Историю традиционного китайского мышления можно разделить на три периода. Первый - классический - обычно называют периодом соперничества различных философских школ. Он начинается с Конфуция (551 — 479 гг. до н.э.) и продолжается до конца III в. до н.э., когда императорская династия Цинь (221-206 гг. до н.э.) создала первую единую империю на территории Китая и заложила прочные основы централизованного бюрократического режима на два последующих тысячелетия. В 140 г. до н.э. конфуцианство в слиянии с практикой легалистов было принято в Китае в качестве ортодоксальной государственной философии и этики. Однако начиная с III в. н.э. конфуцианство оказалось отодвинутым на второй план вышедшими на авансцену даосизмом и буддизмом, которые пользовались особым влиянием в сфере религии. В IX в., после нескольких столетий забвения древние идеалы Конфуция вновь привлекли к себе внимание интеллектуальной мысли в Китае. Затем, с XI по конец XIX в., наступает третий период - эпоха неоконфуцианства.

В середине эпохи Тан возросло влияние буддизма на метафизические и этические концепции конфуцианства. Монах Цзунми (Zongmi, 780-841 гг.) из школы буддизма чан, например, избрал предметом изучения и возвышения человеческую природу, чем вызвал оживленную дискуссию. Хань Юй (768-824 гг.), самый известный эссеист в китайской истории, философ и литератор, помня о своей ответственности последователя Конфуция и обращаясь к традиционным источникам философской мысли, в своих произведениях придавал особое значение человеческому уму (синь), природе (сии) и человеческим чувствам или эмоциям (цзин). По аналогии с концепцией буддийской школы чан о том, что истина передается из поколения в поколение от одного патриарха мысли к другому, Хань Юй проповедовал идею о том, что передача конфуцианского дао - великого истинного пути происходит по цепочке от древних мудрецов-правителей, начиная от Конфуция и Мэн-цзы (последователь Конфуция, сформулировавший тезис о незыблемости деления людей на правящих и управляемых. - Прим, ред.). Его коллега Ли Ао (ум. ок 844 г.) в своем литературном творчестве пошел еще дальше по пути буддийских аналогий. Его метафизические концепции принципа (ли), природы (син) и др. совершенно очевидно проистекают из постулатов двух крупнейших в Китае буддийских школ хуаян (Ниауагі) и тяньтай (Tiantai). Движение интеллектуальной мысли, которое зародилось благодаря усилиям Хань Юй и Ли Ао в защиту конфуцианских идей и против засилия буддизма в эпоху средней Тан, привело к полномасштабному возрождению конфуцианства во времена династии Сун.

Это возвращение конфуцианской традиции началось около 1000 г., очень осторожно, с сочетания конфуцианства и буддизма, с привлечением также даосской терминологии, и лишь во времена Южной Сун этот процесс оформился окончательно, и в конечном итоге конфуцианство вновь стало в Китае основной, ортодоксальной философией, известной китайцам под названием «лисюэ» («постижение принципалы» - нравственно-мироустроительного закона), или «даосюэ» («постижение великого истинного пути») или «синсюэ» («постижение человеческого разума»), В западной литературе это обновленное конфуцианство получило название «неоконфуциансгво». Последователи возрожденного учения, по-новому описав процесс космогенеза, ввели понятие «нравственного принципа» (ли) как замену буддийскому принципу Великой пустоты (суньята) и неодаосскому принципу небытия (ву). И если и было что-то действительно «новое» в этой фазе конфуцианства, то это метафизические рассуждения именно об этих понятиях - ли (принцип), син (природа вместо Вселенной), ци (материальная сила) и др., которые в первоначальном, древнем конфуцианстве играли весьма незначительную роль. Не менее важной категорией, чем метафизические рассуждения, была для неоконфуцианства конечная цель бытия, которая не была ни буддийским спасением, ни даосским бес- смертием, но достижением «совершенства личности и гармонии в обществе» или «мудрости внутри и царственности снаружи». Это достигалось работой ума и усвоением моральных ценностей в сочетании с обучением наукам, с тем чтобы стать идеальным человеком в конфуцианском смысле этого понятия.

Широкое признание синсюэ и даосюэ во времена династии Сун было также следствием ряда обстоятельств. Существенный сдвиг во внутренней политике, предпринятый правителями Сун в направлении развития гражданского общества с целью предотвращения попыток прихода к власти какой-либо из региональных военных группировок, расширение системы экзаменационного отбора кандидатов на государственную службу и вытекающая из этого широкая потребность в обновлении системы образования способствовали начиная с XI в. значительному распространению в китайском обществе идей конфуцианства. После бесплодных попыток добиться территориальной целостности Китая, сунские правители в конечном итоге смирились с подчиненным статусом своей империи по отношению к северным соседям и в то же время не были готовы к новым реформам, не говоря уже о войне за возвращение центральных равнинных районов, поэтому китайским философам не оставалось ничего другого, как отстаивать идею превосходства китайских культурных традиций. Многие убежденные приверженцы конфуцианства, впавшие в уныние в связи со сложившейся политической ситуацией, покинули государственную службу и посвятили себя науке и просвещению. Неоконфуцианство в конечном итоге превратилось в четкую, цельную философскую систему, в которой слились воедино метафизика, этика, социальные воззрения, политические стремления и культ морального и интеллектуального самосовершенствования.

Одним из самых значительных первопроходцев неоконфуцианства считается философ эпохи Сун Чжоу Дуньи (1017-1073 гг.). Взяв за основу идею даосизма Ицзинъ и переосмыслив ее, он составил «Тайцзы ту» -«Великий предел» (некий график мирового прюцесса), в которюм выразил представление о строении Вселенной и по-новому описал процесс космогенеза, а также поднял вопрюс о начале и конце мирюздания, в том числе человека и его места во Вселенной. Он считал, что Вселенная является бесконечной, абсолютной реальностью, образовавшейся из Великой пустоты (вуцзы). Беспредельное вуцзы дало начало Великому пределу (тайцзы). Последний через движение и действие дунь (dong) порождает мужское начало ян. Это движение или действие, достигнув предела, уступает место неподвижности или покою цзинь и с их помощью создает женское начало инь. Из преобразования и соединения ян и инь возникают затем пять стихий (вусинь) - вода, огонь, дерево, металл и земля. Все сущее образуется из взаимодействия ян и инь и состоит из этих пяти стихий. Чжоу Дуньи считал, что эти пять стихий имеют отношение к тому, что он называл гщ и что отличает предметы один от другого. Космология Чжоу Дуньи получила развитие в работах Шао Юна (Shoo Yong) (1011-1077 гг.), занимавшегося исследованием символов и чисел.

Авторами концепций ли и ци, положившими их в основу новой доктрины, были Чжан Цзай (Zhang Zai, 1020- 1077 гг.) и братья Чэн (Cheng). Из двух концепций Чжан Цзай бсшее полно исследовал ци, в то время как братья Чэн больше внимания уделили концепции ли. Чжан Цзай рассматривал лм не как отличающуюся от up или стоящую выше нее, а как закон, в соответствии с которым действует ци. Братья Чэн - Чэн Хао (по прозвищу Миндао, 1032-1085 гг.) и Чэн И (прюзванный Ичуань, 1033-1108 гг.) находились в тесных отношениях со своими современниками, последователями неоконфуциансгва. Чжоу Дуньи был их учителем, Шао Юн был их другом, а Чжан Цзай приходился им дядей. Продолжая наследие Хань Юя, они развили аргументы против буддизма и даосизма. Они отвергали концепцию ли (принципа), как ее понимали буддисты из школ тяньтай и хуаян, и, в свою очередь, трактовали ее как прямую причину всех явлений, а ци как материю Вселенной.

Как правило, считается, что концептуальная «школалк» времен династий Сун и Мин была основана братьями Чэн. Они оба считали, что обязательным условием существования любой вещи в прирюде является присущее только ей ли (принцип или первопричина) и что ли является неотъемлемой частью природы (син) самого человека и всех других существ. Однако существовали едва заметные различия в подходах братьев к идее ли, которые, хотя и были весьма незначительными, но привели, тем не менее, к возникновению внутри неоконфуцианства двух основных течений: «школы изучения принципа» и «школы изучения разума». Младший из братьев - Чэн И был убежден, что принцип (ли) лежит в основе всех явлений, и питал склонность к изучению физического мира, который он считал осязаемым. «Все сущее можно постичь через этот основополагающий принцип» путем осмысления или изучения. Эта школа изучения принципа в последующем была развита в работах од ного из основоположников неоконфуцианства Чжу Си (Чжу-цзы) (1130-1200 гг.) и получила название «Школа изучения принципа». Девизом этой школы было выражение «прирюда есть принцип» (син = ли). Для старшего брата - Чэн Хао принцип или божественный принцип есть не более чем сила, заложенная в каждом конкретном предмете, и как таковой не может существовать отдельно от этого предмета. В соответствии с этой точкой зрения, знание не приобретается извне, а существует внутри вещей. В результате разум и его собственный внутренний опыт постепенно приобрели для Чэн Хао большее значение, чем предметы. В дальнейшем эту теорию развивал Ли Цзюянь (Lu Jiuyuan, 1139-1193 гг), а еще позднее Ван Шурен (Wang Shouren) по прозвищу Ян- минь (Yangming, 1472-1529 гг., самый видный представитель интуитивной школы), и представители этого течения от изучения ли постепенно перешли к исследованию разума. Разум человека не есть следствие его природы, он является функцией принципа как такового; «разум есть принцип» (син —ли). «Все вещи внутри нас, таким образом, имеют завершенный характер».

Братья Чэн никогда не обращались к теме Великого предела. Это выпало уже на долю Чжу Си веком позже. Он объединил воедино метафизику, этику, социально-политические идеалы, вопросы внутренней самодисциплины и самовоспитания человека и создал более цельную философскую систему. Чжу Си, унаследовавший учение Чэна И, принял во внимание точки зрения и других неоконфуцианцев северной империи Сун. Согласно Чжу Си Вселенная состоит из абстрактных принципов (ли) в динамическом сочетании с «веществом» (ци) - материальной причиной вещей, которая делает их конкретными и представляет собой движущую силу всех явлений. Ли неотделимо от up.

Тем не менее ли относится ко всему, что не имеет внешних очертаний или предшествует физическим формам, в то время как ци имеет отношение ко всему, что заключено во внешние очертания или вытекает из физических форм. Сумма всех принципов есть Великий предел. Все предметы, в дополнение к свойственным только им конкретным признакам, отличающим их от других предметов, содержат в себе Великий предел. Другими словами, все предметы имеют один и тот же высший принцип. Великий предел является единым для всех предметов, но имеет бесчисленное количество конкретных проявлений, подобно тому, как «луна отражается в тысячах протоков» - «принцип один, но имеет множество проявлений».

Для Чжу Си важнее всего было ли с точки зрения этической и социальной природы человеческого сознания. Человек черпает свою внутреннюю природу из ли, а свою внешнюю физическую оболочку - из ци. Только природа остается постоянной. Основные моральные принципы, такие как благожелательность, справедливость, высокая нравственность, мудрость и честность, являются проявлениями ли, т.е. человеческая природа во всей своей полноте идентична Великому пределу. Люди отличаются один от другого в силу того, что различно их материальное содержание из-за различного сочетания в нихлм и ци, а также из-за различной степени чистоты ци в различных индивидуумах.

Затем встал вопрос о том, как исследовать принцип. Для Чэна И и Чжу Си принципы содержатся в предметах и проникнуть в суть принципов всех материальных предметов и явлений можно через геву («исследовать предметы») и чжичжи («развить познание»). Сформулированная как «исследование принципов (ли) предметов» и «развитие познания ли*, данная теория стала обязательным элементом интеллектуального и морального воспитания в образованной среде китайского общества.

Целью каждого человека является реализация потенциала сто ли. Человек может достичь этой цели, посвятив себя «воспитанию собственной личности», например путем достижения подлинного понимания самого себя. Поскольку чувства человека возникают в его физической оболочке, они становятся «человеческим желанием» или, если они являются чрезмерными, - «эгоистическим желанием». А поскольку любой поступок, мотивированный эгоистическим желанием, является аморальным, то человек не должен нарушать божественные принципы и должен подавлять в себе человеческие желания. Обновление общества может быть достигнуто через последовательность хорошо продуманных шагов и ступеней личного и коллективного самосовершенствования. Большая часть богатого письменного наследия Чжу, например его «Комментарии к четырем книгам» («Великая наука», «Доктрина среднего»; «Литературные сборники Конфуция и Мэн-цзы», а также «Размышления о повседневных вещах»), направлена на достижение этих целей в самом широком смысле слова.

Лу (Lu) и Ван (Wang) ожесточенно оспаривали этот внешний подход. Лу в противовес позициям школы Чэна-Чжу не только подчеркивал центральное место человеческого разума в природе, но и утверждал, что разум есть не что иное, как принцип. По мнению Лу, исследование принципа означало исследование разума. Поскольку все люди обладают врожденной способностью делать добро, то они естественным образом обращают эту свою способность в действие. Ван еще дальше продвинул теорию Лу, сделав акцент на интуитивном начале в человеческом разуме в противовес интеллектуальному. Называя принцип (ли) «интуитивным знанием» (лянчжи), Ван считал «развитие интуитивного познания» (чжи лянчжи) главной целью процесса познания. Д ля Вана принцип и предметы составляют единое целое, познание и действие - одно и то же

Совершенно очевидно, что принципы, которые исследовали неоконфуцианцы, не являются законами природы в эпистемологическом смысле. Как указывалось выше, геву («исследовать предметы») и чжичжи («развить познание») как неотъемлемые составные части неоконфуцианской программы самообучения имели своей целью всего лишь духовную подготовку и моральное развитие личности. Конфуцианство как философия, господствовавшая в Китае на протяжении более чем двух тысячелетий, скорее представляет собой некий моральный кодекс, а неоконфуцианство - дальнейшую метафизическую разработку доктрины человеческих взаимоотношений. Главным предметом этих философских течений было определение того, каким образом достичь гармонии в семейных отношениях, порядка в государстве и, наконец, мира и процветания в обществе.

Для неоконфуцианцев преданность, сыновнее почтение к родителям, доброта и честность представляли собой воплощение абстрактных принципов человеческой натуры. Поэтому вполне естественно, что концепция человеческих взаимоотношений в интерпретации Чжу Си оказалась весьма привлекательной для автократических правителей Китая. Акцент в ней сделан на моральной ответственности личности перед другими, на полном подчинении и послушании детей родителям, младших старшим, жены мужу, простых людей знати и представителям власти, а последних своему правителю. С начала ХГѴ в. неоконфуцианство получило статус единственной государственной идеологии. К концу ХГѴ в., когда Китай оказался в руках монгольских завоевателей, работа Чжу Си «Комментарии к четырем книгам» была принята в качестве официальной государственной инструкции и учебника для сдачи экзамена на замещение государственных должностей. Правители Мин и Цзинь (чжурчжэни) многократно подтверждали свою приверженность конфуцианской идеологии Чжу и перенесли ее основные идеи в свои «священные эдикты», превратив ее, таким образом, в своего рода имперское конфуцианство.

Конфуцианские и неоконфуцианские идеи долгое время питали также ряд литераторов и ученых В китайской истории личное самосовершенствование в неоконфуцианском духе всегда было идеалом для ученых-чиновников и помогало многим поколениям интеллектуалов выживать в обстановке острого противоборства с соперниками путем оттачивания своего ума на разработке моральных ценностей.

В последние годы некоторые исследователи утверждают, что наследие Конфуция, судя по всему, сыграло немалую роль в бурном развитии экономик ряда государств Восточной и Юго-Восточной Азии. Более того, некоторые из неоконфуцианских ценностей являются, по мнению многих, источником вдохновения для нынешнего поколения молодежи и помогают формировать личности «нового типа», лучше приспособленные к требованиям современного и будущего мира (deBaty, 1988, р. 138).

РИТУАЛЫ И РЕЛИГИЯ

Поклонение предкам

Имеющие древнюю историю религиозные верования в Китае могут быть охарактеризованы кратко как полное отсутствие единой общенациональной религии и, наоборот, как стихия поклонения местным божествам. Возможно, единственной коренной традицией, прослеживаемой на протяжении всей китайской истории и практику- емой на всех уровнях социальной лестницы, от императора до последнего нищего, был культ предков. Конфуцианцы подчеркивали, что почтение к родителям является этическим фундаментом гармонии в семье, социального мира в обществе и политической стабильности в государстве. В обществе строго соблюдались правила поминовения усопших родителей, регулярно совершались поминальные жертвоприношения у мест захоронения предков. С ростом влияния буд дизма во всех слоях китайского общества во времена правления династий Тан и Сун буддийское духовенство стало вовлекаться в эти ритуальные действия, которые иногда совершались в монастырях в память об умерших родственниках в надежде добиться перерождения их душ в раю. Детальные описания участия священников в таких церемониях содержатся в многочисленных свитках и манускриптах, обнаруженных в пещерном храме в Дуньхуане.

Предписанные ритуалы

В течение более чем двух тысячелетий имперской истории Китая исполнение ритуалов при рождении, женитьбе и смерти в соответствии с предписанными правилами было еще одной традиционной черной повседневной жизни китайцев, которая объединяла выходцев из разных социальных слоев общества на прютяжении всего этого периода. На высшем государственном урювне формализованные предписания и стереотипные прюцедуры для обычных ритуалов были разделены на пять категорий: жертвоприношения богам, Земле, почве, урожаю, предкам, а также по случаю земледельческих праздников (цзи); мерюприятия по случаю смерти, траура, похорон и подношения через определенные прюмежутки времени (аон)-, воинские ритуалы (цзтон); соблюдение правил гостеприимства по случаю визита вассала и удостаивание его аудиенции (бин)\ свадьбы, клановые застолья, загорюдные выезды с трапезой и поиски различных добрых предзнаменований (цзя). Что касается государетвенных служащих и частных граждан, то и ритуалы их жизненного цикла - рождения, женитьбы, смеряй и тд. были регламентированы в соответствии с предписанными правилами.

Буддизм

Буддизм стал распространяться в Китае в ГѴ в. н.э. Ко времени появления Северной и Южной династий (420- 589 гг. н.э.) он уже был ширюко распрюстранен с одним важным различием: последователи буддизма на севере уделяли больше внимания дхьяне (сосредоточенной медитации), в то время как буддисты-южане следовали праджне (мудрости). Тогда же в Китае начали на регулярной основе и в массовом порядке переводить на китайский язык буддийские тексты и толкования к ним. Благодаря совместным усилиям буддийских миссионеров некитайского происхождения и их китайских единоверцев, трудившихся на протяжении десяти веков, созданный ими китайский вариант буд дийских канонов получился значительно более полным, чем в любом другом языке, и в нем сохранились многие тексты, оригиналы которых на пали и санскрите были утрачены.

В период династий Суй и Тан влияние буд дизма в Китае как ведущей силы в общественной, религиозной и интеллектуальной жизни общества достигло своего апогея. Одна за другой появлялись школы махаяны, пытавшиеся приспособить буддизм к образу мышления китайцев.

Сторонники учения о тр>ех этапах прюповедовали идеи универхальности прирюды Будды и доводили свое учение до абсолютной крайности, утверждая, что не существует различий между буддистами и не-буддистами. Это течение в буддизме танский двор подверг гонениям. Еще одна школа, тяньтайская, опиравшаяся на учение «Сутры Лотоса», вела хорюшо скоординированную прюпаганду своего учения силами нескольких буддийских общин и сформулировала систему теоретических взглядов, базирювавшуюся на соединении учения Бхутататхаты («истинного сходства», известного в Китае под названием «единый абсолютный разум») и мира явлений в форме «нечистых вещей». ШколаЛватажака («Великолепие цветов»), каноническим текстом которюй была «Аватамсака сутра», придерживалась доктрины Дхармадхату (мир Истины). Они развивали теорию об установлении всеобщей причинности явлений и прюповедовали всеобщую гармонию между миром вещей и мирюм принципа - буд дийский синтез феномена (постигаемое чувствами) и ноумена (умопостигаемое).

Известный китайский путешественник, буд дийский монах Сюань-цзан (602-664 гг.) был одной из самых значительных фигур в истории буддизма в Китае. Он в течение 17 лет путешествовал по Средней и Центральной Азии и Индии и за это врэемя покрыл расстояние в 25 тыс. км, оставив нам бесценное описание своего паломничества под названием«Буддийские записки о Западном мире в период великой империи Тан». Самый образованный буддийский монах своего времени, он посвятил остаток своей жизни переводу буд дийских текстов на китайский язык Вместе со своими учениками он перевел 1335 томов оригинальных буддийских рэукописей. Эта переводы до сих пор считаются образцовыми по стилю и точности. Крюме того, он познакомил Китай с буддийским течением Йогакара (Yogacard) и основал здесь школу Дхармалаксана (Dharmalaksana), или «Школу мысленных образов» («Вейши»), целью которой было постижение самых тонких аспектов природы всех явлений, внутренних причин и движущих сил «сокровищницы сознания» («алайя-виджнана»).

В VIII в. усилиями Цзинаньчжи (Ваджрабодхи), Букон (Амогхаваджра) и др. в Китай из Индии прюникли тантрий- ские учения системы Ваджраяра и образовалась тантрий- ская община. Среди других школ, возникших в Китае во времена династии Тан, были «Школа трех трактатов» («Сан- лун»), школа«Винайя» («Дисциплинарная» или «Лю»), школа «Абхидхарма-коса* («Философский компендиум») и школа «Сатийя-сиддхи» («Ченши»),

Большинство этих школ-учений были «однодневками». Из десятка основных китайских школ, которые появились в период династий Суй и Тан, всего лишь две - школа «Исконной земли» («Цзинту») и «Дхьяна» («Школа медитации», или «Чан») - прюдолжали действовать при последующих династиях в силу прюстоты своих обрядов, сутью которых было отождествление разума с подлинным Буддой. Школа «Исконной земли» прюповедовала восхваление священного имени Амитабхи Будды, чтобы его последователи могли в будущей жизни возрюдиться на своей исконной земле. Но среди всех буддийских школ в Китае самой китайской по духу и самой влиятельной была школа Чан («Дхьяна»).

Южная ветвь школы Чан проповедовала интуитивный путь мгновенного озарэения. Патриархи этой школы никогда не одобряли письменного изложения своего учения и никогда не полагались на священные писания и метафизические словопрения. Они обычно обращались к своим последователям со словами: «Вашей единственной целью должен быть сам человеческий разум, вглядывайтесь в природу [человеческого разума] и стремитесь к слиянию с Буд дой». Как считал высоко чтимый в Китае шестой патриарх Хо- нэн (Huineng) (638-713 гг.), человеческий разум изначально абсолютно чист. Единственный способ добраться до этого первоначального состояния разума, т.е. первоначального разума Будды, состоит в том, чтобы заниматься воспитанием в себе воли через отказ от самовоспитания, а также в том, чтобы освободить разум от всякого подчинения и не позволять себе увлекаться мыслью в процессе мышления. Считая наилучшим способом «передачу истины непосредственно от разума к разуму», они предпочитали простые, непосредственные и доходчивые методы ее постижения, такие как вопли, удары, загадочные фразы, нелепые жесты, остроумные метафоры в вульгарном стиле, чтобы стимулировать в адептах пробуждение буддийского начала. Соединяя сублимированное сознание с повседневным, некоторые из учителей школы Чан пришли к осознанию того факта, что «ничего особенного в буддизме нет», что «духовное взаимопонимание и божественное действо состоят в том, чтобы ходить по воду и колоть дрова».

В силу активного насаждения и повсеместного изучения, идеи буддийских школ в Китае имели значительное влияние на образованную часть населения. Это особенно относится к школе Чан, монашеское сообщество которой при династии Сун обладало неслыханными материальными благами и духовным влиянием при монаршем и великосветском покровительстве.

Обряды верующих в изображениях

пещерных храмов Лунмыня и Дуньхуана

Императрица У Цзэтянь (684-705 гг.) была родом из очень набожной буддийской семьи. В поисках божественной благодати она с готовностью приняла на себя роль буддийской императрицы и повелела вырезать из камня большое количество статуй в пещерных храмах Лунмыня, в районе г. Лоян, включая огромную статую «Будда Вайро- чана» высотой 15 м.

В 14 км к юго-востоку от Дуньхуана, города-оазиса на восточном окончании Великого шелкового пути, на западе современной провинции Гансу, находятся пещеры Мо- гао, известные также как пещерный буддийский монастырь Цяньфодун («Тысяча пещер Будды»). Здесь в период с ГУ по XIV в. верующими были выдолблены в скалах более тысячи пещер-святилищ. Большинство из 480 сохранившихся пещер (60-70%) были созданы во времена династий Суй и Тан. Стены и потолки этих святилищ украшены скульптурой и росписями, иллюстрирующими сборник сказаний о перерождении Будды «Джатака» и буддийские сутры. Здесь представлены образцы иконографии и художественного мастерства в их развитии на протяжении свыше тысячи лет, и это место является богатейшим собранием предметов буд дийского искусства в мире. Подсчитано, что росписи пещер Могао, если их соединить вместе, могут покрыть стену пятиметровой высоты длиною 25 км. Пещеры известны также своими расписными статуями высотой от 10 см до 33 м из искусственного мрамора, исполненными в реалистичной манере в изящных позах.

Тысячи манускриптов в виде свитков, огромное количество росписей, тканей и лент с вытканными на них изображениями Будды и портретами жертвователей были найдены замурованными еще в начале XI в. в пещере-святилище № 17. Благодаря сухому воздуху в пещере они сохранились в первозданном виде, пока их не обнаружили в 1899 или 1900 г. Время разметало эти бесценные реликвии по всему миру, и сегодня свитки манускриптов и картины по отдельности хранятся в музеях Лондона, Парижа, Санкт- Петербурга, Нью-Дели и Пекина (илл. 85, 87, 235).

Даосизм

Даосизм пользовался статусом привилегированной религии при династии Тан, поскольку правящий дом вел свою родословную от обожествленного Лао-цзы. Эти претензии на родство с легендарным основателем даосизма служили для правящей династии средством укрепления своего престижа. На протяжении всего периода правления династии Тан даосизм материально был обеспечен, но его последователям приходилось соперничать с буддистами. Из трех крупнейших религиозных традиций - конфуцианства, буддизма и даосизма последний стал доминировать над первыми двумя начиная с 625 г.

Даосизм пользовался особым покровительством императорского дома в период правления Сюаньцзуна (Ли Лундзи), императора династии Тан. Сюаньцзун сделал даосизм государственной доктриной. Он ввел отдельный экзамен (даоцзю) на знание даосского учения для кандидатов на поступление на государственную службу. Он лично отредактировал императорский комментарий к каноническому сочинению даосизма «Дао дэ цзит и разослал его по всей империи. Кроме того, он предпринял попытку объединить все сохранившиеся оригинальные даосские тексты в единый канон, подобно тому как это сделали для себя буддисты.

В более поздние времена даосизм еще раз становился государственной религией в начале XI в. и даже пережил период расцвета при императоре Хуэйцзун (Чжао Цзи) (1101-1125 гг.) из династии Сун. Хуэйцзун также отредактировал подготовленный комментарий к «Дао дэ цзит и к концу своего правления издал даосский канон. Еще несколько даосских общин возникло при династии Цинь (1115-1234 гг.) в северных провинциях. Одна из таких общин - движение аскетов«Цюанъчжеи» («Полное совершенство») - постепенно развилось в полнокровное даосское монашеское братство.

Манихейство

Манихейство появилось в Китае с иранцами, скорее всего с согдийскими миссионерами и торговцами в VI или VII в., и первое упоминание о нем в письменных источниках относится к694 г. Именно в этом году фу-до-дан (епископ) из Персии прибыл к танскому двору и представил «Сутру двух принципов». Интерес императорского двора к манихейству проявился в период правления императрицы У Цзэтянь. В 731 г. высочайшим повелением манихей- скому жрецу было приказано составить трактат об основных положениях манихейского учения - «Компендиум учений Мани, Будды света». Но уже через год эта религия была полностью запрещена в Китае.

Но манихейство вновь возродилось после 763 г. в двух столицах танской империи Чанъане и Лояне и в некоторых провинциальных городах Китая, после того как в 762 г. Бёгю Каган (BoguQaghan), властитель грозного Уйгурского царства в Центральной Азии, на которого опирался тан- ский двор при подавлении восстания Ань Лушаня, избрал манихейство своей государственной религией. И по мере того как Уйгурский каганат богател на торговле при активной поддержке согдийских сторонников манихейства, уйгурские правители оказывались под все большим влиянием согдийцев в вопросах религии и государственной политики. Начиная с 840 г., когда Уйгурский каганат утратил свое политическое господство на монгольских плоскогорьях и переместился на запад, манихейство потеряло былые позиции и в самом Китае. В 843 г., с началом широкомасштабного преследования различных религиозных течений в Китае, манихейство было строго запрещено.

Тем не менее манихейство сохранилось и при династиях Сун и Юань и даже позднее, выступив под другим названием - «религия света» (минцзяо), слившись с крестьянским движением. Оно стало еретическим тайным религиозным течением, особенно в прибрежных провинциях Фуцзянь и Чжэцзян. Некоторые манихейские сообщества здесь были поглощены мессианскими буддийскими сектами, разделявшими идеи прихода спасителя Майтрея (будущего Будды). Явные свидетельства присутствия последователей манихейства на этих территориях прослеживаются по манихейскому храму, который ныне называется Цао ань (Сао’агі). Он находится в 20 км к югу от Цюаньчжоу (современная провинция Фуцзянь) и упоминается в сунской литературе. Этот памятник можно считать единственным в мире сохранившимся манихейским монастырем.

Еще одним местом, представляющим интерес для современных исследователей манихейства, является Турфан и местность вокруг него в Синьцзяне (Восточный Туркестан). Среди большого разнообразия археологических находок здесь были открыты манихейские настенные росписи, а также рукописи на иранском (парфянском, среднеперсидском и согдийском) и тюркских языках, украшенные превосходными художественными миниатюрами. Предполагается, что манихейские общины существовали на территории Турфана (Sundermann, 1992, р. 64) вплоть до прихода монголов, но в других местах манихейские храмы уступили место буд дийским уже с XI в., а кое- где - даже раньше (илл. 54).

Маздакизм

Маздакизм вместе с его вариациями в форме дуалистического персидского зороастризма проник в Китай с персидскими миссионерами и согдийскими торговцами раньше, чем другие религии Западной Азии. Некоторыми исследователями обнаружены следы маздакитского влияния на даосских авторов. Можно предположить по этим, пусть шатким свидетельствам, что это проникновение состоялось даже раньше.

Судя по всему, мало кто из китайцев обратился в эту веру, которую в китайской литературе называли сянь. В период династии Суй, а возможно и раньше, была введена система официальных жертвоприношений для иноземных последователей этой религии в Китае. При династии Тан в Чанъани и в провинциях властями назначались сабао (жрецы). В 621 г. в Чанъани был основан «Храм сяньских варваров». Это, возможно, был единственный известный ныне маздакитский храм в танском Китае. В 631 г. мазда- китский жрец Муху был принят при императорском дворе. Небезынтересно, что во времена танской империи, как следует из найденных письменных источников, осевшие в Китае маздакитские секты согдийцев вели достаточно активную деятельность в Турфане и Дуньхуане.

Несторианство

Самое раннее датированное упоминание христианства в Китае относится к 635 г, когда в Китай из страны под названием Тацинь (Taqiri) (относится в целом к римскому Востоку, или, более конкретно, к Сирии) прибыла несгори- анская миссия. Несторий умер ок. 439 г, но уже в 635 г. Ало- бэн (АІоЬеп) (раббани, учитель) прибыл в Китай, и в 638 г. в Чанъане был открыт храм, получивший название Поси ху си (Post bust), которое впоследствии, в 745 г., было изменено на другое-Дацинъ си (Daqin si). Во времена империи Тан последователи этой религии называли себя цзин цзяо («блестящая религия»). Самым известным ее памятником является надпись на камне на двух языках (китайском и сирийском) под названием «Памятник распространению в Серединном царстве блестящего учения Дацинь». Создан он был в 781 г. и обнаружен в 1625 г. недалеко от места, где находился первый храм.

Некоторые христианские манускрипты («Псалтырь», «Новый Завет» и др.) на сирийском, согдийском и уйгурском (тюркском) языках археологи находили во многих местах в районе Турфана (Sims-Williams, 1992, рр. 43-44). Китайский вариант канона «Gloria in Excelsis Deo» (Великое Славословие: «Слава в вышних Богу и на земле мир...») был найден в пещерном храме в Дуньхуане («Коллекция Пеллио» № 3847 в Национальной библиотеке в Париже).

В период между 1000 и 1200 гг. христианство распространилось среди некитайских племен вдоль северных границ Китая, в то время как в самом Китае оно практически исчезло. Во времена монгольского господства тюркские племена онпотов (Onguf) исповедовали главным образом несторианское христианство. Они оставили после себя большое количество надмогильных памятников с надписями и крестами. Многие члены династии Чингисхана, например его внук Гююк (правил в 1246-1248 гг.), были воспитаны в христианской вере. Ко двору последнего стекались священники и ремесленники со всего света - из Сирии, Греции, Франции, с Кавказа. Соркактани (.Sorqaqtani), мать великого хана Мункэ (правил в 1251- 1259 гг.), и великий хан Хубилай (правил в 1260-1294 гг.) были несторианами. С монголами несторианство вновь попало в Китай и в последний раз пережило период расцвета. Самыми известными патриархами несторианства в столице династии Юань Ханбалыке (нынешний Пекин) были Мар Джабалаха III (1245-1317 гг.) и его более старший коллега Раббан Саума (1230?-1294 гг.), притом Мар Джабалаха происходил их онпотов. Цепь архиепископств и епархий теперь можно было встретить на всем протяжении от Самарканда до Ханбалыка. Несторианских храм в Ханбалыке и еще один в Ганьчжоу (ныне Чжанье, в провинции Ганьсу) были посвящены матери хана Хубилая Соркактани. Достоверной несторианской реликвией периода династии Юань являются два расписанных резьбой камня в Храме креста Господня (Шицзы си) в горах под Фаньче- ном, в 25 км к юго-востоку от Пекина.

Францисканские миссии

В 1245 г. папа Иннокентий IV отправил посольство Плано Карпини с визитом к монгольскому великому хану. Несколько лет спустя король Франции Луи IX одобрил решение фламандца, францисканского монаха Виллема Руб- рука посетить двор великого хана. Около 1265 г. в столицу хана Хубилая прибыли Никколо и Маттео Поло, купцы из Венеции. Их приняли и довольно быстро отправили назад с посланиями к папе. В 1289 г. францисканский монах Иоанн из Монте-Корвино (1246 или 1247-1328 гг.) отбыл из Рима с назначением на должность архиепископа Ханбалыка. Он прибыл в Китай в 1294 г. и за годы пребывания там перевел Евангелие на монгольский язык, обратил тысячи людей в христианство, открыл два католических храма, один в 1298 (или 1299) г, а другой - в 1305-1306 гг. Вернувшиеся в 1266 г. в Венецию Никколо и Маттео Поло (отец и дядя Марко Поло) привезли от Хубилая письмо с просьбой направить к нему еще 100 католических священников, и в 1307 г. семеро францисканцев были отправлены в помощь епископу Иоанну. Один из этих священников, отец Перегрин в 1318 г. стал епископом г. Цюаньчжоу. Затем отец Одорик из Порденоне прибыл в Китай в 1323 г. (?), а еще один его соотечественник, францисканец Иоанн из Мариньоли - в 1342 г. Последний преподнес великому хану в подарок крупного коня европейской породы, который произвел на ханский двор огромное впечатление.

Придворным поэтам, в частности, было приказано сочинить хвалебные оды в честь коня. Перепись населения, проведенная в 1300 г. в Чжэньцзяне (в нынешней провинции Цзянсу), учитывала христиан наряду с другими иноземными гражданами, проживавшими в Китае. После падения династии Юань римская католическая церковь была изгнана из Китая, однако уже через два столетия она вновь вернулась сюда из Европы.

Евреи

Об истории еврейской общины в Китае известно очень мало. В Данданулике в районе г. Хотан, в бассейне р. Тарим археологами был найден плохо сохранившийся фрагмент иудейско-персидской рукописи (Stein, Ancient Khotan. Vol I., pp. 306-309; 570-574; Vol. II., plate cxix). Еще одну небольшую рукопись IX или X в., написанную на иврите, обнаружили в пещерном храме в Дуньхуане (JoumalAsiatique, 1913, рр. 139-175). Евреев среди прочих иноземцев в Хань- фу (Гуанчжоу) в IX в. упоминает Абу-Заид. Затем в XIII в. Марко Поло сообщает о евреях, проживающих в Ханба- лыке, а монахи-францисканцы - о проживающих в Хан- балыке и Цюаньчжоу. Синагога в Кайфыне была построена, по всей видимости, в 1163 г.

Ислам

Тесные отношения между китайцами и арабами (известными в китайских источниках как «даши», от персидского «таджик») установились, скорее всего, со второй половины VII в. В 651 г. ко двору в Чанъане прибыло первое арабское посольство третьего халифа Османа. В последующие почти сто лет, с середины VIII по начало IX в., в Китай прибыло более 30 посольств из арабских стран. Сегодня невозможно точно определить, когда в Китае была построена первая мечеть. Имеется одно летописное свидетельство о том, что в 725 или 726 г. в Чанъане была построена мечеть после прибытия туда посольства во главе с Сулейманом и его 12 спутников.

Хорошо известно, что финансовое благополучие Арабского халифата Аббасидов зависело в значительной мере от торговли с Китаем и Индией. В течение всего периода правления династии Тан и в период Пяти династий арабские и персидские торговцы буквально наводнили все крупные китайские города. Они шли сюда пешком или прибывали морским путем. В IX в. морское путешествие из Персии, например, в іуанчжоу занимало 130-140дней. В китайских городах существовали целые кварталы для иностранцев, где обособленно проживали тысячи торговцев- мусульман. Одни торговали жемчугом, драгоценными камнями, шелком, Другие держали небольшие лавки, продавая виноградное вино и экзотические продукты. Из арабских источников - сочинений Абу Зайда (Abu Zayd) и Масуди известно, что в ходе крестьянского восстания (приведшего к падению династии Тан) под предводительством Хуан Чао в 879 г. во время штурма Гуанчжоу восставшими было убито свыше 120 тыс. проживавших там арабов и персов.

В то же время китайские суда, отплывавшие из Гуанчжоу, который во времена династии Тан был главным торговым портом Китая, заходили даже в такие далекие порты, как Басра в Персидском заливе. Через мусульманский мир во многие страны Африки и Европы попадали китайский шелк, продукция ремесел, такие изобретения как бумага, магнитный компас, порох.

Но подлинное проникновение ислама в Китай произошло при династии Юань. Монгольские правители благоволили к этой чужестранной религии. Начиная с династии Юань, ислам широко распространяется в Китае. Юань- ский двор назначил своим официальным торговым представителем в провинциях Фуцзянь и Гуандун торговца Пу Шутэна. Известный путешественник Ибн Баттута (1304- 1377 гг.) отмечал по прибытии в Китай из Танжера (Морокко) в 1347 г., что китайцы повсеместно относились с глубоким уважением к его мусульманскому образу жизни.

ЛИТЕРАТУРА

Поэзия

Когда при династиях Суй и Тан произошло воссоединение Китая, сложилась целая плеяда выдающихся поэтов, которые, сменяя друг друга, в порыве вдохновения, вызванного приходом перемен, стали обличать декадентский и лживый характер искусства предыдущей эпохи. Поэзия (щи) вдруг обрела новую жизнь и достигла подлинной зрелости. Сегодня ни у кого не вызывает возражений утверждение, что времена династии Тан явились золотым веком китайской поэзии. Поэты той эпохи, сохранив прежние поэтические формы, сумели в то же время создать и новые (цинтиши, или «современное стихосложение»). Таким образом, в китайской поэзии стали различать «новый» и «старый» - (гуши) поэтические стили. Из вновь разработанных поэтических форм наибольшего внимания заслуживают нерифмованный стих (цзюэцзю) и рифмованный стих (люши). Нерифмованный стих представлял собой четверостишие, в котором было по 5 или 7 ударных слогов, а рифмованный - два четверостишия со строгими правилами рифмования двух средних строк Строго говоря, две эти новые формы не были новыми в полном смысле слова, но теперь они подчинялись строгим правилам подбора высоких и низких тонов (пинцзе) в соответствии с правилами тонального благозвучия (илл. 95, 96).

К середине VIII в. танская поэзия при поддержке имперского двора предстает в подлинном блеске. Наличие поэтического дара было непременным качеством, которым должен был обладать каждый, кто стремился получить признание в высшем свете или успешно сдать экзамены для продвижения по службе. Список имен даже выдающихся поэтов того времени слишком велик, чтобы привести его здесь полностью. Самыми великими их них по всеобщему признанию были Ли Бо (701-762 гт.) и Ду Фу (712-770 гг.). Они были современниками и друзьями, хотя и разными по темпераменту.

Ли Бо, который с детства был одержим идеями рыцарства (ся) и известен своим пристрастием к вину и любовью к даосским легендам о бессмертии, называл себя «бессмертным, изгнанным из Рая». Нарочито нарушая официальные правила стихосложения, он поражал современников удивительной многогранностью своего таланта и буйной романтической фантазией. Его творчество широко известно также в Японии и Корее.

Ду Фу был более серьезным и вдумчивым поэтом. Как человек, хорошо знавший жизнь и общество, он использовал свой поэтический дар для обличения вопиющей социальной несправедливости. В народе больше всего любили те его стихи, в которых он подробно описывал тяготы, нищету и страдания, выпавшие на долю беззащитных простых людей из- за безжалостных правителей. Учитывая, что большинство его стихов было написано в неспокойное время (когда династия Тан шла к своему закату) и во всех мелочах отражало сложности того периода истории страны, его творчество называли «историей в стихах» (ши-шу), а его самого единодушно признавали «мудрейшим из поэтов» (іии-шен).

Начиная с IX в. стало формироваться сатирическое направление в поэзии (синъюэфу - «новые музыкальные баллады»), критиковавшее злоупотребления в высших эшелонах власти. Самым выдающимся мастером этого жанра был Бо Цзюйи (772-846 гг.). Являясь одним из самых авторитетных поэтов после Ду Фу, он написал около 60 сатирических произведений, включая «Старик со сломанной рукой», «Старик-продавец угля», «Жена торговца солью». Бо ІДзюй-и также известен своими длинными повествовательными балладами, в частности, «Песней о бесконечной тоске» и «Лютней». В отличие от Ду Фу, который писал возвышенным стилем, Бо Цзюй-и использовал в своих произведениях народные словечки и, вообще, понятный простым людям язык Говорили, что перед тем, как закончить произведение, он читал его вслух неграмотной старой женщине, заменяя слова до тех пор, пока оно не становилось ей полностью понятным.

Второй по значимости поэт К в. Хань Юй (768-824 гг.), более известный как эссеист и руководитель движения гу- вэн, или «классической прозы», являлся сторонником ясности языка и стремился привнести больше свежести в поэзию.

В период поздней империи Тан произошло возвращение в поэзию тяжелого языка аллюзий. Только в XI в., во времена средней империи Сун, китайская поэзия вновь обрела былую творческую и жизненную силу. Следуй примеру своих предшественников периода империи Тан, писатели династии Сун создали свой собственный простой, но в то же время элегантный, утонченный поэтический стиль. Среди большого числа выдающихся поэтов этого периода самым известным был Су Ши (по прозвищу Дун- по, 1037-1101 гг.). Этот государственный деятель, гениальный мастер изящного стиля, мастерски владевший всеми литературными жанрами, художник и каллиграф, достиг непревзойденной высоты экспрессии и в поэзии, и в прозе. Его эссе и поэмы легки и стремительны, как «летящие по небу облака и бегущие по горам стремнины», «без всяких видимых следов прикосновения к ним пера автора». Еще один взлет поэтического творчества периода династии Сун наблюдается уже в конце самой династии в работах ЛуЮ (1125-1210 гг.).

До нас дошли около 50 тыс. стихотворных произведений периода династии Тан. «Антология династии Тан», составленная лишь в XVIII в., содержит 48,9 тыс. произведений не менее чем 2300 авторов.

Возникновение и развитие жанра *цы*

К концу династии Тан в моду все более определенно и широко стал входить новый поэтический жанр, известный под названием цы. Этому виду лирических стихов «песенного типа» были присущи чередование строк различной длины, жестко предписанные тональные модели и музыкальное сопровождение. Первые стихи в стиле цы появились, должно быть, еще в средней империи Тан, о чем, среди прочего, свидетельствуют многочисленные работы анонимных авторов, найденные в знаменитой кладовой манускриптов, открытой археологами в пещерном храме Дуньхуана на северо-западе Китая в начале XX в.

Найденные тексты в целом подтверждают гипотезу о том, что жанр цы берет начало в народном песенном творчестве певчих девушек и музыкантов. Позднее, благодаря усилиям профессиональных музыкантов, цы развился как полноценный самостоятельный жанр. Начиная со времен поздней империи Тан и Пяти династий и вплоть до начала Северной Сун, эти стихи писались в стиле актинъ или «коротких куплетов». К началу правления сунского императора Жэньцзуна (Чжао Чжэня, 1023-1064 гг.) в моду вошла более длинная строка (манцы) и «медленный лирический стих». Со временем тематика цы расширилась и стала включать многие темы, которые до этого были присущи лишь классическим формам поэзии, в частности, ши. Затем му- зыкантами-профессионалами, такими как Чжоу Вэньян (ок 105б-1121гг.)иЦзианКуэй(ок 1155-ок 1221 гг.), были созданы более строгие размеры стиха цы, он обрел бсшее сложную ритмическую и рифмовую форму и в таком виде существовал параллельно с ши вплоть до наших дней.

Из всех поэтов периода Пяти династий, сочинявших цы, возможно, самым замечательным был Ли Юй (937-978 гг.) или Ли Хочжу, последний правитель небольшого царства Южное Тан (937-975 гг.). Родившийся и живший в уединении своего дворца и воспитанный придворными служанками, Ли Юй до конца своих дней был поэтом поистине неземного девственного чувства Плененный в ходе наступления сунских войск и содержавшийся под стражей в столице империи Сун, он писал стихи, исполненные смешанных чувств отчаяния и унижения, вспоминая об ушедших счастливых днях и давая волю своим горестным чувствам:

Одинокий, вечерами стою на стене.

Вижу реки и горы во мгле.

Каклегко расставание с ними,

и как трудно вернуться туда.

Пролетают года,

опадают цветы, убегает вода.

Жил на небе-живу на земле.

(Перевод В. Тихомирова; Библиотека всемирной литературы, т. 16, с. 333)

На западной башне стою, вижу закатные дали,

Месяцамедный крюк,

Осень таится в глубоком саду - платаны стоят вокруг.

Грустные мысли - не пряжа, их оборвешь едвали.

Хочешь распутать -

только запутаешь вдруг.

Время долгих разлук

В сер>дце оставило

тонкий привкус печали.

(Перевод В. Тихомирова; Там же)

Его цы - не просто отражение душевных переживаний поэта, они - воплощение общечеловеческой скорби. «Подобно Шакья-Муни и Иисусу Христу, Ли Юй, возможно, несет бремя всего человечества», - заметил выдающийся исследователь Ван Куо-вэй (Wang Kuo-wei, 1877-1927 гг.).

Период династии Сун считается временем наивысшего расцвета данного поэтического жанра. Многие поэты того времени обрели известность благодаря своим цы. В 1940 г. впервые был издан, а в 1964 г. переиздан монументальный сборник цы (полное собрание стихов цы эпохи Сун), в котором содержатся около 20 тыс. произведений 1330 авторов цы. А в целом в литературных источниках времен империи Сун упоминаются имена по крайней мере, 3812 авторов цы. Вышеупомянутый ученый чиновник Су Ши сыграл важную роль в разработке более серьезного, эпического направления жанра цы.

Подобно Су Ши, Синь Цицзи (1140-1207 гг.) писал цы в широкой, свободной манере, живым языком. Он родился в Северном Китае и еще молодым человеком воевал против чжурчжэней. Уже позднее, находясь на юге, он не раз обращался к теме возвращения утраченных территорий в центре страны. Его цы полностью отражают патриотические настроения поэта и его обеспокоенность судьбами расколотой страны.

Лу Юй был хорошо известен как поэт уж возрасте 17 лет. Его поэтический дар был весьма многогранным. Всего он написал более 9 тыс. ши и цы, в которых отражал и повседневную жизнь, и свои собственные чувства и настроения. Отличительной чертой его творчества является тоска по утраченной родине, которая проходит через все его произведения, и он прославился именно своим горячим патриотизмом. В своей последней поэме «Моему сыну» он сожалеет о том, что не видит свою страну единой, мечтает о том дне, когда императорская армия освободит центральные равнины, и дает сыну наказ после своей смерти не забыть дать ему знать в мир иной о воссоединении страны, когда это произойдет.

Ли Цинчжао (1081-1145 гг.), чрезвычайно эрудированная женщина-поэт, пользовалась необыкновенной популярностью за свои великолепные цы. Счастливое замужество послужило толчком к подлинному расцвету ее творчества. Затем ее родные края были захвачены чжурчжэнями, и муж погиб во время их совместного бегства на юг. После этого ее стихи наполнились горечью одиночества и тоской по родине.

Близким по духу к цы был другой стихотворный жанр - цу, или санцу. Стихи этого жанра впоследствии стали перекладывать на северные песенные мотивы. Цу составлял значительный элемент юаньской драмы.

Классическая проза (гувен) периодов Тан и Сун

Проза великих мастеров литературы времен династии Хань была простой и естественной. После эпохи Хань эта простота уступила место нарочитой элегантности. Многие писатели питали страсть к цветистым аллегориям и частым обращениям к историческим параллелям. Это всеобщее стремление к пышному стилю неуклонно набирало силу и достигло своего наивысшего выражения в период Пяти династий в так называемой параллельной прозе (пянь-вэнъ). Большинство приверженцев этого течения с упоением занимались оттачиванием стиля, построением коротких фраз из четырех-шести иероглифов и тщательным подбором слов с двойным значением (пяпъти).

В период ранней династии Тан в вопросах стиля авторы продолжали ориентироваться на образцы «параллельной прозы» предшествующего периода, особенно в материалах, предназначенных для императорского двора, и в официальной переписке. Однако росла и неудовлетворенность искусственным характером этого стиля, и со временем неприятие его многими авторами вылилось в создание так называемого движения классической прозы (гу- вэнъ), которое возглавили Хань Юй и Лю Цзунюань (773-819 гг). Как и следует из названия этого движения, его целью было реформирование литературного стиля путем радикального отхода от «параллельной прозы» и возврата к простому и ясному стилю периода династии Хань. За этим стояло также стремление возродить высокие моральные принципы конфуцианства и возвысить роль конфуцианства в обществе в противовес буддизму и даосизму. Одно из самых известных эссе Хань Юя озаглавлено «Юань Дао» или «О происхождении Дао (Пути, Истины)», в котором он под воздействием и в русле идей буддийского течения чаи выдвинул теорию об ортодоксальном характере учения дао, ниспосланном свыше через целую плеяду мудрых правителей древности времен Конфуция и Мэн-цзы. Хань Юй, конечно, не был философом- мыслителем, он был известен как блестящий эссеист, но вместе с еще одним человеком, Ли Ао, его современником, он сыграл выдающуюся роль в формулировании философских постулатов дао, имевших в дальнейшем большой резонанс в китайском обществе. В частности, неоконфуци- анская школа времен династий Сун и Минь получила свое название от этой теории. Хань Юй страстно отстаивал также идею об особой роли литературы в пропаганде учения дао. В обоих случаях он стремился не только к возвращению литературы в старое классическое русло, но и к тому, чтобы наполнить ее идейным содержанием.

С уходом Хань Юя и Лю Цзунюаня некоторые их последователи стали писать в жанре «заумной» прозы, которая не имела большого успеха. В результате этого в прозе и в поэзии завершающего периода империи Тан вновь возобладал параллельный стиль (пянъти). В период ранней Сун прозаические произведения в стиле пяньти, называемые шивэн («современный стиль»), и поэтические произведения, называемые сикун, стали особенно распространены благодаря новаторству Яна И (974-1020 гг.), Лю Юна и других авторов, в силу того, что только стихи и проза, написанные в этом стиле, гарантировали славу и имя. И лишь в XI в., с приходом в литературу Оуяна Сю, длительное время боровшегося за возвращение классической прозы гувэн, удалось решить эту задачу. Оуян Сю писал в этом стиле все мыслимые виды текстов, от памятных записок, писем и предисловий к книгам до эпитафий и надгробных речей. Всё написанное им было столь непревзойденно ярко и свежо, что многие ученые-чиновники вокруг Оуяна Сю, в частности, реформаторы Фэн Чжонъян, Ван Аныпи, а также некоторые противники Вана, например, Су Ши, подражали его стилю. Ко времени его смерти стиль гувэн прочно утвердился в качестве наиболее признанного стиля литературной прозы и с этого момента стал образцом китайской прозы, каковым оставался вплоть до переворота в литературе Китая 1919 г., после чего гувэн стал постепенно уступать место бытовому китайскому языку.

Во времена династии Мин Мао Кун (1512-1601 гг.) собрал прозаические произведения танских писателей Хань Юя и Лю Цзунюаня, а также работы писателей времени династии Сун Оуяна Сю и его учеников: Су Ши, его брата Су Чжэ, Ван Аныпи, Цжэн Кона, Су Сюна (отца Су Ши) в хрестоматийное издание под названием «Шедевры восьми мастеров прозы династий Тан и Сун». И с тех пор почетное звание «мастер» всегда сопровождает эти имена.

Жанр короткого рассказа (чуанцы) периода

династии Тан

В период династии Тан короткий рассказ, или чуанцы из жанра небольшого анекдота, каковым он был в предшествующие времена, превратился в полноценную новеллу. В самом начале правления династии Тан Чжан Чжуо (660? - 740? гт.) написал свой знаменитый рассказ «Посещение волшебной пещеры», за приобретение которого «посланники из Японии и государства Силла были готовы платить золотом» (Jui Tangshu, Ch. 149, р. 4024). Он повествует о том, как во время путешествия по делам службы автор провел ночь в волнительном напряжении в компании двух девушек. Этот жанр был особенно популярен с середины ѴШ по начало IX в. Такие короткие рассказы танской эпохи дают нам сегодня весьма живое, иногда даже натуралистичное представление о повседневной жизни той поры или о каких-то конкретных чертах того общества. Весьма показательным в этом смысле является рассказ под названием «Вечный укор совести», написанный Чэн Хоном (Chen Hong), ученым, современником Бо Цзюйи (Baijuyi), автора большой баллады в прозе на ту же тему и под тем же названием. И рассказ Чэня, и эта баллада дают нам яркое представление о степени падения нравов и порочном образе жизни танской правящей элиты, погрязшей в разврате и развлечениях, тратившей на это целые состояния, но в то же время авторы с огромной симпатией повествуют о преданной, всепобеждающей любви. Еще в одном произведении, «Рассказе о подушке» герою Лу снится, что удачно начав карьеру, он попадает в тюрьму по обвинению в клевете, которую он возвел на другого человека в погоне за властью и деньгами. Проснувшись, Лу в состоянии острого раскаяния решает покинуть службу. В произведениях «Дочь принца Хуо» и «История Ин-ин» повествуется об историях трагической любви нескольких женщин. Героини несут свой тяжкий крест только потому, что ошиблись в выборе возлюбленных. В рассказе «Старик из восточного города» рассказывается об ужасах войны.

Большинство авторов чуанцы писали в увлекательной манере. Ими написано много произведений, в которых всего лишь несколькими штрихами нарисованы яркие картины социальной жизни.

Подъем народной литературы

Толкования буддийских сутр сыграли очень важную роль в расширении тематики и социальной базы народного стиля китайской литературы. Некоторые самобытные литературные формы периода династии Тан, в частности, относящиеся к устному творчеству, как представляется, произошли от существовавшей традиции разъяснять буддийские тексты на доступном для простых людей разговорном языке. В большинстве буддийских храмов монахи проводили разъяснительные беседы о буддизме на разговорном языке для малообразованных или вовсе безграмотных прихожан. В коллекции манускриптов пещерного храма в Дуньхуане было найдено целое собрание текстов чандао (напевы сутр для начинающих) и суцзян (лекций на популярном уровне). Очевидно, что первоначально эти примитивные лекции по буд дизму и песнопения существовали в устном варианте, и лишь потом были записаны. Они стали основой для возникновения таких видов словесного фольклора, как бьянвен (популярных устных рассказов), особого народного литературного жанра в буддийских традициях, повсеместно распространенного в период поздней династии Тан и Пяти династий. Письменные рассказы (хуабэнь) времен сунской династии имели много общего с бьянвен. Многие другие виды фольклорной литературы, такие как театральные баллады в форме чжугондяо (zhugondiao), лирические напевы северных провинций, известные под названием ну, или санцу, как полагают, появились подобным же образом. Кроме того, во времена династии Тан многие крупные буд дийские храмы предоставляли свои внутренние дворики для массовых развлечений по случаю праздников или торжественных церемоний, на которых обычно присутствовали представители самых различных социальных групп, включая членов императорской семьи.

Развитие торговли при династии Сун дало значительный импульс развитию городской народной культуры, в том числе жанру устного рассказа и театральным представлениям. Таким образом, период династии Сун оказался важнейшим этапом формирования всех видов народного литературного и художественного творчества в китайской истории.

Драматическое искусство времен династии Юань

С конца династии Южная Сун до конца династии Юань самые впечатляющие успехи в литературе были достигнуты в жанре театральной драмы - цзацзу. Период династии Юань был временем высочайшего расцвета драматического искусства. В исторических анналах числятся имена более чем 200 драматургов, написавших около 700 пьес, из которых до нас дошли 150.

Драматическое произведение времен династии Юань предназначалась главным образом для вокального и актерского исполнения. Уже упоминавшиеся санцу, лирические стихи и арии, положенные на мелодии, которые до этого были любимы широкими массами городских жителей Южной Сун, теперь становились частью вокальных партий театральных постановок в юаньском театре. Санцу, которые исполнялись как оперные арии, постепенно трансформировались в цзацзу, прославленную юаньскую драму. Большая часть этих постановок имела хорошую режиссуру. Пьесы обычно состояли из четырех действий, иногда - со вступлением. Здесь были и диалоги, и пантомима, и танцы, а также различные постановочные элементы, заимствованные из балаганной акробатики.

Самыми известными драматургами юаньского периода были іуань Ханьцин, Ван Шифу (WangShifu), Бо Пу (Ваг Ри) и Ма Чжиюань, из которых первые двое были самыми плодовитыми и выдающимися.

Гуань Ханьцин (ок. 1210-1300 гг.) уроженец юаньской столицы Ханбалыка, в молодости служил чиновником в имперской медицинской академии. За свою жизнь он написал 60 пьес на самые различные темы. Он имел богатый жизненный опыт и был не понаслышке знаком с повседневной жизнью простого человека с улицы. Самой известной его работой является пьеса «Снегопад посреди лета», написанная на тему судебной несправедливости. Его героиня - невинно осужденная на смертную казнь смелая женщина с сильным характером. Перед смертью она бросает полный горечи упрек, адресованный Земле и Небесам: «Увы, Земля, ты не можешь различить добро от зла, как же ты можешь быть Землей? Увы, Небеса, вы не смогли обеспечить справедливость, вы - пустые Небеса!» И все же она твердо верит, что они докажут ее невиновность, послав людям снегопад посреди жаркого лета.

Ван Шифу творил в конце XIII - начале ХГѴ в. Он больше всего известен как автор шедевра под названием «Западная комната». Главная тема этого произведения - любовь молодого ученого и девушки из богатой семьи.

Роман ранней династии Мин

Романы периода ранней династии Мин ведут свое начало от народных преданий времен династий Сун и Юань. Наиболее значимыми из них являются «Берег», «Болотные разбойники» (в переводе известный также под названием «Все люди - братья») и «Романтическая история трех царств». В романе «Берег» описываются героические похождения и благородные подвиги группы восставших крестьян, рыбаков, армейских командиров, мелких чиновников и некоторых землевладельцев. Навеянный устными преданиями периода династии Сун под общим названием «Сказки времен Сюаньхэ», сюжет этого романа, судя по всему, был позднее переписан известным писателем Ши Найяном (Shi Nai’an) (1296-1370 гг.), а затем многократно переделывался более поздними авторами. Сочинение «Романтическая история трех царств» приписывается Луо іуаньчжону (Luo Guanzhong), который предположительно жил и работал во второй половине XIV в. В нем описана вымышленная история поздней Хань и последовавшее за этим смутное время - период Трех царств (220-280 гг.) - политическая и вооруженная борьба различных группировок Эти романы оказали колоссальное влияние на всю последующую литературу и на общественную жизнь Китая, и сегодня они известны почти в каждом китайском доме.

ЖИВОПИСЬ

Китайская школа живописи достигла особого расцвета при династии Тан. В VII и VIII вв. многих знаменитых мастеров портретной живописи, таких как Янь Либэн (Yan Liberi), У Даоцзы (Wu Daozi), Чжан Сюань (Zhang ХиагС) и Чжоу Фан (Zhou Fang), приглашали ко двору и оказывали им высочайшее покровительство. Их стиль и манера исполнения портретов правителей той поры, важных чиновников, иностранных послов и знатных дам получали благосклонную оценку императоров и пользовались большой популярностью в высоких кругах. Ян Либэн, например, писал свои портреты исключительно с помощью прямых линий, которые, по оценкам современников, смотрелись как жесткая стальная проволока. Мастерское владение искусством светотени позволяло художникам достигать эффекта объемности изображаемых фигур. У Даоцзы, самый знаменитый из придворных художников эпохи Тан, известный также как «рисующий святой», писал портреты как духовных лиц, так и людей светских в более мягкой, пластичной манере. Под его кистью женский платок или лента выглядели так выразительно элегантно, что казалось, будто они колышутся на ветру. Работы Чжан Сю- аня «Девушки с шелком» и Чжоу Фана «Настройка лютни за чаепитием» показывали дворцовую жизнь в утонченном, изысканном исполнении.

По мере того, как в VII и VIII вв. буддизм становился в Китае самой массовой религией, ведущие художники все больше обращались к теме иконографического прославления многочисленных буддийских божеств. У Даоцзы, в частности, исполнил не менее 300 талантливейших фресок на стенах ведущих храмов двух столиц - Чанъаня и Лояна. Огромные настенные панно в его исполнении, а также кисти других авторов, всевозможные статуи из искусственного мрамора, расшитые многоцветные, объемные шелковые панно и картины, украшавшие храмы, помогали верующим более наглядно представлять себе образы всемилостивейшего Будды и бадхисатв, а также все многоцветие буддийского рая.

Период династии Тан стал также временем развития пейзажной живописи. Ли Сысюнь (651-716 гг.) и его сын Ли Чжоудао создали так называемый золотой зелено-голубой пейзаж (цинби ишншуіі) - основоположник «графического пейзажа», особого стиля изображения мельчайших деталей природы, отвечавшего распространенным при дворе вкусам и ставшего официальным. В середине VIII в. известный поэт, ученый и живописец того времени Ван Вэй создал новый тип пейзажного рисунка чернилами, исполняемого в свободной манере кистью и импонировавшего своими эстетическими и художественными достоинствами образованной части общества. Для литературно образованных представителей интеллектуальной элиты творческая фантазия автора и непринужденная манера исполнения имели гораздо большее значение, чем высокая техника, которая считалась в этих кругах прерогативой лишь придворных художников. Развитие этой тенденции привело к дальнейшему изменению вкусов образованной части населения от придворного стиля пейзажной живописи и выразилось в появлении новой техники распыления (Чжан Цзао) или разбрызгивания и разливания чернил по шелковому полотну (Ван Мо, называемый также Ван Ця), а также исполнения рисунка в неестественной или вычурной манере (буддийский монах Гуан Сю).

В период Пяти династий (907-960 гг.) и Десяти царств (907-980 гг.) в Северном Китае существовало пять признанных мастеров пейзажа: Цин Хао (Jin Had), Ли Чен (Li Cheng), іуан Тон (Guan Tong) и Фан Куан (Fan Kuan). Менее аскетичный южный стиль пейзажа был представлен Дунь Юанем (DungYuari) и его последователем Цзу Раном (JuRan). Строгий стиль северных мастеров и более непринужденная манера южных художников сформировали два четко обособленных направления китайской пейзажной живописи, сохранившихся вплоть до Нового времени (илл. 251).

Портретная живопись указанного периода была представлена Ку Хончжоном (Ки Hongzhong) и Чжоу Вэнцзю (Zhou Wenju). Замечательная работа Ку Хончжона «Ночные развлечения Хан Сицзаи» показывает развратный образ жизни министра - главного персонажа. Чжоу Вэнцзю был известен своими портретами придворных дам, изображениями играющих фрейлин и музыкальных развлечений. Его картина «Женщины, купающие детей» является иллюстрацией к внутренней жизни императорского двора.

В период Пяти династий вошли в моду и стали самостоятельным направлением изобразительного искусства рисунки цветов и птиц. Хуан Цюань (Huang Quart) разработал технику под названием могу хуа, что означает «размытый рисунок без наброска», которой пользовались в основном профессиональные художники. Образованная интеллигенция восхищалась легкими зарисовками в этой манере художника Сю Си (ХиХг). Во времена ранней Сун в этой технике работал его преемник Куй Бо (СиіВо).

Пейзажная живопись времен династии Сун представлена группой ученых-художников, в которую входили Су

Ши, Ми Фу и его сын Ми Йоурен (Mi Youreri), Вэн Тон (Wen Tong) и Ли Гонлин (Li Gonglin). Последний был мастером стиля баймяо, для которого были характерны простая линия, отсутствие цвета, светотени и размывки. Кроме этого он был известен также своими рисунками лошадей. Ученые-художники особо ценили произведения, которые точно передавали дух оригинала. В живописи они стремились к интеллектуальному самовыражению. Иногда в своих работах они пытались добиться более ярко выраженной непосредственности - «смэ м» (хіе і), дословно: «писать мысли», «помещая» свои мысли и чувства в «заимствованные (у природы) формы» - бамбук, горные вершины и даже в засохшие деревья и причудливые скалы. Более того, с сун- ских времен стало обычной практикой включать в живописное произведение кроме собственно живописи также стихи в виде каллиграфически исполненного текста.

Императоры Северной Сун с энтузиазмом оказывали покровительство искусствам. Самым известным среди них ценителем искусств был император Хуэйцзун (1101- 1125 гг.). Он, обладавший самой крупной в имперской истории коллекции предметов искусства, в том числе 6400 картин 231 мастера, составил великолепный каталог этих картин и в целом диктовал вкусы в кругах художников и литераторов. Он и сам был замечательным каллиграфом и художником, рисовавшим в основном птиц и цветы. Выдающихся художников он производил в члены имперской Академии художеств.

Во времена Южной Сун Академия художеств была воссоздана и разместилась во временной столице Линьань. Безупречные монохромные полотна Южной Сун, которые заказывались двором, отличались тщательной проработкой деталей и в целом высоким мастерством исполнения. Их авторами были четыре выдающихся мастера Ли Тан (Li Tang), Луй Сон- нян (LuiSongnian), Ма Юань (Ma Yuan) и Ся Гуй (Xia Gut).

Художники времен династии Юань, писавшие главным образом пейзажи, вырывались из жестких рамок, в которые их загоняла официальная Академия династии Сун. Ученые-художники сами вырабатывали свой индивидуальный стиль. И их полотна, по мнению современников, раскрывали характер самого автора. Наиболее известными в тот период своей свободной манерой письма были Хуан Гунван (Huang Gongwang), Ван Мэн (Wang Meng), У Чжень (Wu Zhen) и Ни Цзань (NiZari). Их так и называли - «четыре великих художника династии Юань».

НАУКА И ТЕХНИКА

Во времена династий Тан, Сун и Юань научные и технические знания в Китае были уже на достаточно высоком уровне. При династии Сун составлялись официальные жизнеописания различных правителей, энциклопедии, писались всевозможные трактаты по летоисчислению, астрономии, музыке, гармонии. Ученые-чиновники и специалисты в различных областях знаний сочиняли специализированные трактаты по сельскому хозяйству, медицине, акупунктуре, архитектуре, военным технологиям, географии, картографии и по «ста технологиям». Прикладные науки и новые технологии получали мощную финансовую поддержку, если они приносили явную пользу императорскому двору и бюрократии в целом. В результатах прикладных исследований по указанным научным направлениям нуждались и сами ученые-чиновники для успешного выполнения своих обязанностей.

Математика

В период царствования династий Сун и Юань произошел ощутимый прорыв в развитии традиционной китайской математической науки. Математические изыскания того периода характеризуются творческим подходом и большим количеством работ высокого уровня. Они связаны в основном с именами четырех великих математиков: Цинь Цзюшао, Ли Е (Li Ye), Ян Хой (YangHui) и Чжу Шицзе. Цинь занимался решением уравнений высокого порядка. Ли изобрел счетную матрицу для решения уравнений, прообраз конторских счётов. Ян упростил процедуру счета, составив специальные мнемонические рифмы. Труды Чжу вобрали в себя два других эпохальных открытия: решение нелинейных систем с четырьмя неизвестными и решение задач методом конечных разностей (Ancient China's Technology and Science. Составлено Институтом истории естественных наук, 1983, с. 54-55).

Дальнейшее совершенствование счетной матрицы привело к созданию счетных костяшек Счеты появились как раз вовремя, поскольку позволили решить проблему быстрого счета, особенно в торговле, которая начала бурно развиваться во времена династии Тан. А уже при династиях Сун и Мин повсеместное распространение получили мнемонические рифмы, которые невероятным образом ускорили и облегчили работу на счетах.

Календарь и альманах

В монографиях, посвященных официальной летописи династий Тан и Сун, разработка календарей и составление справочных альманахов числились в разделе математики. При династии Тан ревизия календаря проводилась достаточно часто, поскольку китайский календарь состоял не только из годов, месяцев и дней, он содержал также предсказания движения Солнца, Луны и пяти планет, прогнозы солнечных и лунных затмений, солнечных периодов, а также справочную информацию. Среди всего многообразия календарей, упоминающихся в хрониках династии Тан, важнейшее место занимал календарь буддийского монаха Исиня Даяна (Yixing Dayan). Опубликованный в 728 г., этот календарь давал намного более точные, чем прежде, расчеты движения Солнца по эклиптике и видимых колебаний скорости его видимого движения. Исинь внес также большой вклад в развитие математики, пользуясь индийским опытом.

Следует отметить, что многие книги времен династии Тан, посвященные проблемам календаря, альманаха

Рис. 29- Астрономические часы в виде башни, построенные в Кайфыне в XI в. по приказу императора, приводились в действие от водяного колеса с помощью сложного шестеренчатого привода (на рис. справа в центре башни в разрезе), который вращал сферу, состоявшую из металлических обручей (наверху под соломенной крышей), и звездный глобус (внутри башни на втором этаже). Дополнительные шестерни вращали пять горизонтально расположенных дисков (в центре рисунка слева), на которых располагались фигурки, появлявшиеся при вращении дисков в окошках на стене башни. Эти забавные фигурки показывали время с помощью указателей, барабанчиков или гонга . (из Kotker-, Fitzgerald. The Horizon History of China, NY 1969, p. 155; no Needham, Science and Civilization in China, Cambridge, 1952)

и астрологии, сочинялись на основе материалов исследований, проведенных в Индии и в странах Восточной Азии. Так, например, индийский «Альманах семи светил» имел широкое хождение, начиная с VII в. Служилый монах Амогхавайра (Amoghavajra) и его китайский ученик перевели на китайский и снабдили собственным комментарием индийские труды по методике составления календаря. Согдийская копия с манихейского текста «Семи светил» времен династии Тан, переписанная китайскими иероглифами, оказалась среди манускриптов, найденных в пещерном храме Дуньхуан.

В 725 г. Исинь и его коллега Лянь Линцзань (Liang Lingzan') построили звездный глобус с часами, приводимый в движение водой. Однако самым совершенным образцом подобного астрономического прибора стали водяные астрономические часы башенного типа, которые изобрел и построил в 1088 г. Хан Гонлянь (Han Gonglian) при содействии Су Сона (Su Song), тогдашнего министра человеческих ресурсов. Прибор представлял собой большую деревянную башню (рис. 29), высотой более 12 м. Как описывал ее сам Су Сон в своей книге «Новая конструкция небесного глобуса» в 1090 г, на верхнем этаже башни-часов располагалась сфера из множества металлических обручей, соединенных шестернями с механизмом, приводившимся в движение водой, падавшей на водяное колесо. С помощью такого устройства сфера из обручей на вершине башни повторяла движение небесной сферы относительно Земли и удерживала Солнце в поле зрения наблюдателя. Под верхней платформой в помещении внутри башни располагался звездный глобус, также приводившийся в действие механическим путем и повторявший вращение небесной сферы, ориентируясь на созвездия. Еще ниже находились водяное колесо и оригинальная и очень сложная система индикации времени. Водяное колесо было снабжено храповиком.

Шэн Гуа (Shen Gua) (1031-1095 гг.), еще один выдающийся китайский ученый времен Северной Сун, изобрел солнечный календарь из 12 циклов и обнаружил небольшое отклонение к востоку стрелки магнитного компаса, которое во времена династии Сун было значительно большим, чем в наши дни. В последние годы своей жизни он уединился в Саду Мэнси (Mengpci) («Поток мечтаний») и здесь написал свой самый знаменитый труд «Мейси битат («Заметки из Потока мечтаний»), в котором мы находим первые упоминания о создании рельефных карт, описания ископаемых окаменелостей и многие другие результаты научных исследований и технических разработок (магнитный компас, книгопечатание с помощью наборного шрифта и др.).

Во времена династии Юань іуо Шоуцзин (Guo Shoujing) (1231-1316 гг.), выдающийся астроном, географ и специалист по сохранению водных ресурсов создал десятки инструментов для астрономических наблюдений и точных расчетов. Он высчитал продолжительность земного года в 365,2425 дня - т.е. с ошибкой всего лишь в 26 секунд. Составленный им календарь-альманах имеет тот же цикл, что и григорианский календарь (илл. 134).

Изготовление бумаги

Способ изготовления бумаги был изобретен в Китае еще до I в. до н.э., однако ее широкое использование в качестве материала для писем началось только во времена династий Тан и Сун. Многочисленные управленческие процедуры, оживление деловой активности, развитие системы экзаменационного отбора государственных служащих, наконец, официальная политика государства, направленная на развитие образования, - все это способствовало повышению спроса на бумагу и постепенному совершенствованию ее качества.

В указанный период были введены многочисленные новшества в процесс производства бумаги. Бумага для документов изготовлялась из коры видов тутового дерева, которыя назывались чу (Broussonetiapapyrifera), отсюда произошло общее название бумаги - чучжи. Бумага из конопляной соломы была высокого качества и называлась мачжи. Наряду с наиболее распространенным сырьем - конопляной соломой и корой тутового дерева, для производства бумаги со временем стали использовать также кору волчеягодника, рисовую и пшеничную солому и бамбук Изготовление бумаги из бамбука особенно быстро развивалось в южных районах Китая, где бамбук рос в изобилии. Древесная или бамбуковая пульпа тщательно размельчалась и взбивалась для придания ей большей однородности. В качестве наполнителя и скрепляющего вещества во времена династии Тан в пульпу вводили крахмал. В период династии Сун крахмал заменили клейким овощным соком - чжи-яо («лекарство для бумаги»), который смягчал волокна и способствовал более равномерному их распределению в водяной взвеси. Для извлечения очередной порции взвеси (будущего листа бумаги) из чана с пульпой использовали специально разработанный щиток, изготовленный из плотно сплетенных тонких, полированных бамбуковых полосок

Во времена династии Тан мастерские по производству бумаги можно было встретить повсюду. Около сотни бумажных фабрик работало по берегам Янцзы в крупных производственных центрах современных провинций Цзянсу, Чжэцзян, Аньхой, Цзянси, Хунань и Сычуань (Tsien Tsuen-Hsuin, 1985, р. 45). Бумага особенно высокого качества, называемая «податная бумага» (гончжи), производилась по заказу двора как подать 11 провинций императору. Судя по всему, бумагоделательные мастерские существовали и в северо-западном регионе Китая. Среди документов, найденных в Турфане в 1972 г., был обнаружен один лист, датированный 620 г. с именем изготовителя бумаги (чжиши) - Вэй Сянну. Другой листок содержал текст о направлении осужденных на работу в местную мастерскую по производству бумаги.

В этот же период появились первые пособия по изготовлению бумаги: книга «Чжипу» («Учебник по изготовлению бумаги»), изданная в 986 г.; «Шу циан пу» («Учебник по изготовлению сычуаньской писчей бумаги»), изданная при династии Юань; глава 13 очень интересного издания «Тъянгон Кайвуо («Объяснениетрудов природы»), написанная в 1637 г. Сон Инсином (Song Yinxing) при династии Мин, и другие.

Появление бумаги в огромной степени способствовало распространению и сохранению литературных и религиозных текстов. Помимо значительных потребностей в бумаге для тиражирования конфуцианской классики, огромное количество бумаги уходило также на публикацию даосских и буддийских текстов. В пещерном храме в Дуньхуане и в районе Турфана в целом было найдено невероятное количество документов, манускриптов в свитках, писем, различных других текстов и бумаг, датируемых периодом с ГѴ по XI в. Несколько сотен манускриптов из дуньхуанского грота с буддийскими, даосскими и конфуцианскими текстами содержат выходные данные с указанием даты их составления. Самым ранним из них является текст буд дийской винайи, датированный 406 г. н.э. (кодовый номер Штейна 797 Библиотеки Британского музея).

Бумага получила широкое распространение во всех структурах управления. Во времена династии Тан, например, правительство каждые три года проводило полную перепись населения в общинах (ли), округах (сянь) и префектурах (чжоу). Переписные листы, обнаруженные в Дуньхуане и Турфане, содержат следы очень бережного обращения с ними, как того требовали местные законы. Необходимые письменные принадлежности для переписи - бумага, кисточки, чернила оплачивались путем взимания одной монеты с каждого человека, занесенного в переписной лист.

Бумагу использовали также для печатания платежных документов и обменных сертификатов на соль и чай - цзяо- инь. Бумажные деньги, которые в народе поначалу называли чуби (тутовые деньги - на бумаге из коры тутового дерева), постепенно получили хождение по всей стране. Выпуск бумажных денег в правление династии Сун привел правительство к организации производства специальной бумаги для изготовления банкнот. Эта практика была продолжена и при династиях Юань и Мин.

Большое количество всевозможных сортов бумаги производилось для художественных целей, в частности, для рисования и каллиграфического письма. Художники и писатели стали использовать в своем творчестве бумагу уже начиная с династии Тан. К началу правления династии Сун бумага стала идеальным носителем для художественного творчества. Самым известным сортом бумаги для художественных целей был и остается сюаньчжи (xuanzht).

Изобретение книгопечатания

Затем в обиход вошла печать с помощью деревянных клише (ксилография). Текст писали на листе тонкой полупрозрачной бумаги, который затем наклеивали лицевой стороной на деревянную доску, выпиленную чаще всего из ствола финиковой пальмы или груши. После этого буквы вырезали по тексту резцом в негативном изображении. Доску с вырезанным текстом смазывали чернилами, накладывали сверху лист бумаги и равномерно проводили по листу мягкой кистью, как это делают при копировании методом притирания (илл. 115).

Предполагается, что деревянное печатное клише было изобретено в VII в., хотя образцов, датируемых периодом ранее ѴТІІ в., не сохранилось. Потребность в книгопечатании была вызвана, скорее всего, необходимостью массового тиражирования буддийских текстов и особенно огромного количества изображений. Одним из основных требований буддийского благочестия было переписывание текстов и воспроизведение рисунков. Самый древний в мире образец печатного текста представляет собой отрывок из «Дхарани-сутры», обнаруженный в 1966 г. в буддийском храме в Пулгук-са в Кёнджу, на юго-востоке Кореи. Предполагается, что он был напечатан в период между 704 и 751 гг. Еще один древний печатный текст, относящийся примерно к тому же периоду, глава 17«Сутрылотоса», был найден в Турфане. Альманах, пользовавшийся широким спросом, был отпечатан с доски и продавался в 830-х гг. на рын в Сычуани, одном из ведущих центров этого способа книгопечатания той поры. Самым ранним четко датированным печатным текстом является изысканно вырезанный экземпляр «Алмазной сутры», найденный в пещерном храме Дуньхуана, на котором стоит дата «Пятнадцатый день четвертой луны девятого года Сянтон» (Сянтон - титул императора Ицзуна танской династии, 868 г).

В период Пяти династий и Десяти царств в больших количествах печаталась конфуцианская классика, даосские тексты, антологии литературных произведений, всевозможные энциклопедии, а также буддийские сутры и календари. Повсеместно было распространено частное книгопечатание. При династии Сун все более совершенствовалось искусство книгопечатания с резных досок; именно книги эпохи Сун пользуются особым спросом среди коллекционеров.

В период династии Сун некто по имени Би Шэн (Ві Sheng) (? -1051 гг.) изобрел метод книгопечатания с помощью наборного шрифта. Как следует из описания в работе Шэн іуа «Менси битан», Би Шэн начал с того, что делал шрифт из глины, каждый иероглиф отдельно, с дубликатами для часто встречающихся иероглифов, и обжигал их в печи. Для набора использовался квадратный металлический лист с металлической рамкой по краям, на который слоем клали смесь из смолы, воска и бумажной золы. Сверху укладывали набираемый шрифт. Когда наборный лист заполнялся шрифтом, его нагревали на огне и сверху ровной доской вдавливали шрифт в расплавленную массу.

Интересно отметить, что до нас дошли печатные доски с бронзовым шрифтом для печатания денег, изготовленные во времена династий Сун и Юань. Что касается наборного шрифта, то до нашего времени сохранилось несколько книг некитайского происхождения, отпечатанных этим способом. Несколько сотен деревянных печатных досок на уйгурском языке начала XIV в. были найдены в Дуньхуане и сейчас хранятся в музее в Гимё Париже.

Порох и огнестрельное оружие

Еще до прихода к власти династии Тан китайские алхимики накопили некоторый опыт обращения с «огненным лекарством» - хуояо, представлявшим собой смесь селитры, серы и древесного угля, которая обладала свойством мгновенно возгораться и взрываться при соприкосновении с открытым огнем. В период ранней Тан известный фармаколог-алхимик Сунь Симяо (Sun Simiao) (581-682 гг.) смог «укротить серу» для безопасного использования в алхимических опытах, и описал технологические детали этой работы в своих письменных трудах

Но гораздо более обширная информация об использовании пороха в военных целях появилась лишь в период Пяти династий. Самое раннее дошедшее до нас изображение огнестрельного оружия содержится в рисунке на буддийском ритуальном шелковом полотне из дуньхуанского храма, датируемом около 950 г, ныне хранящемся в парижском музее Гймё. На рисунке среди прочего изображен демон, держащий горизонтально копье, с конца которого вырывается пламя (Needham, 1985, рр. 8-11). С 1100 г. династия Сун начинает использовать порох в военных целях в борьбе с чжурчжэнями династии Цинь. В 1000 г. Тан Фу представил сунскому императору действующие модели огненных стрел (хуоцзянь), огненных шаров (хуоцю) и других подобных изделий. В 1002 г. Ши Пу изобрел ряд боевых сосудов-гранат с зажигательной смесью и стрел. В «Собрании наиболее значимых военных технологий» (уВуцзин Цзон Яо»), военном сборнике, работа над которым была начата по приказу сунского императора в 1040 г. и закончена под руководством Цзен Гонляня (Zeng Gongliang) в 1044 г, Цзен описывает многие виды зажигательных и взрывчатых боеприпасов и приводит многочисленные способы изготовления пороховых зарядов.

Правительство Северной Сун организовало массовое производство пороха. Около 1130 г. Чэнь іуй (Chen Gut) в своей книге «Оборона города» («Шоу ченлю») описывает способы использования огненного копья против атакующих на примере города к северу от Ханьгу. В последние годы Северной Сун против чжурчжэней стали применять новые виды взрывных устройств - пилипао (бомба «удар грома») и чженътянълей («гром, сотрясающий небо»).

Еще один важный вклад в развитие огнестрельного оружия сделали крестьяне-повстанцы. В 1132 г. появилось ствольное огнестрельное оружие, получившее название хуоцян («огненное копье»), за которым в 1259 г последовало тухуоцян («копье, плюющееся огнем»). Ствол для этого вида оружия изготавливали из толстых бамбуковых трубок.

Бронзовые и стальные стволы для настоящего огнестрельного оружия появились при династии Юань. Они назывались хуочон (огненное ружье) и получили прозвище ттцянцун («бронзовые генералы»). Самое старое сохранившееся такое ружье находится в Историческом музее Пекина, оно было отлито в 1332 г. (илл. 42, 43).

Рис. ЗО. Древний китайский компас: плавающая металлическая (из листа) рыбка в миске с водой

Магнитный компас

Искусственный магнетизм был обнаружен в Китае очень давно. В двух изданиях времен династии Сун - «Вуцзин Цзон Яо» Цзена Гонляня в 1044 г. и «Менси би- тан» Шэна іуа в 1086 г. описывается тонкая пластинка из намагниченного железа в форме рыбки, которая, если ее положить на воду, поворачивается головой на юг (рис. 30), и такая же игла. Несколько позже, чем Шэн іуа, намагниченной иглой с лимбом в виде земного диска и шкалой с 24 делениями, прообразом современного морского компаса, пользовались колдуны и предсказатели. Упоминание о таких дисках, которые назывались дилюо (diluo) ѵитлюощинпан, можно найти в книге Чжэна Сани «Рассуждение о причинах вещей» («Тон хуа ли») времен Южной Сун (Needham, Science and Civilization in China. Vol. 4,

1962, p. 306).

Самое раннее упоминание об использовании компаса на море содержится в книге Чжу Юй (Zhu Yu) «Застольные разговоры в Пинчжоу» («Пинчжоу кетан»), написанной в 1119 г. в Северной Сун. По словам Чжу Юй, «когда небо затянуто облаками, моряки ориентируются в плавании по игле, указывающей острым концом на юг». Во времена Южной Сун компас нашел широкое применение на китайских торговых судах, плававших в Юго-Восточную Азию и Индию. К началу правления династии Юань все важнейшие морские пути были нанесены на карты с детальными пометками показаний компаса в различных точках маршрутов. Такие карты назывались люопанчжен лю (записи показаний компаса). Они упоминаются в «Учебнике по навигации» (Хайдао цзин) и в «Сведениях о морских путешествиях при великой династии Юань» («ДаЮанъхайюнъ ци»). Китайский компас во всех его модификациях мог попасть в Западную Азию с персидскими и арабскими купцами, которые путешествовали на китайских судах в XII и XIII вв., а оттуда через арабский мир - в Европу.

Картография

В правление династии Тан происходило бурное развитие географических исследований и создание географических карт. Пей Сю (РеіХіи) (223-271 гг.) придумал шесть способов измерения расстояний по карте с помощью крохотных квадратиков. А выдающийся картограф своего времени Цзя Дан (JiaDari) (730-805 гг.), воспользовавшись этим методом, составил карту всей империи за период с 785 по 801 г. Карта, которую он назвал «Карта китайских и варварских народов между четырьмя морями» («Хайней Хуа И ту»), имела 9 м в длину и 10 м в высоту и была составлена в масштабе 1 кан (2,94 см) к 100ли (1 танскийлм = 18000 каное). На карте была отражена территория площадью 30000 ли с востока на запад и ЗЗООО ли с севера на юг.

Период династий Сун и Юань был золотым веком китайской картографии. Два самых удивительных памятника средневековой китайской картографии, сохранившиеся по сей день, были выгравированы на камне в 1136 г. Ныне они хранятся «Лесу стел» в г. Сиань, административном центре провинции Шэньси. Первый называется «Карта Китая и варварских стран» («Хуа И ту»), второй - «Карта путей Ю» («Ю щи ту»). Обе карты имеют размер приблизительно Ікв. м.

В период юаньской династии Чжу Сибен (Zhu Siberi) (1273-1337 гг.), молодой современник астронома Гуо Шуцзина (Guo Shoujing), составил свою знаменитую карту звездного неба («Юй ту»). Карта была большая, и ее создание заняло 10 лет. В последующем, во времена династии Мин, она была исправлена и расширена картографом Ло Хунсианем (LoHunxian) (1504-1564 гг.) и названа «Расширенный звездный атлас» («Туан юй ту»).

ПРИМЕЧАНИЕ

1 Существовал обычай во время жертвоприношения предкам объявлять важные семейные новости их духам.

БИБЛИОГРАФИЯ

BODDE, D. 1991 • Chinese Thought, Society, and Science. The Intellectual and Social Background of Science and Technology in Pre-Modern China. Honolulu.

BOL, P. К 1993. Government, Society and State: On the Political Vision of Ssu-ma Kuang and Wang An-shih. In: HYMES, R. P-, SCHIROKAUER, C. (eds) Ordering the World, Berkley, pp. 128-192.

DE BARY, W. T. 1981. Neo-Confucian Orthodoxy and the Learning of the Mind-and-Heart. New York.

— 1983. The Liberal Tradition in China. Hong Kong.

— 1988. East Asian Civilizations: A Dialogue in Five Stages. Cambridge, Mass.

— 1989. The Message of the Mind in Neo-Confucianism. In: DE BARY, W. T; CHAFFEE, J. W. (eds) Neo-Confucian Education: The Formative Stage. Berkeley.

EBREY, P. B.; GREGORY, P. N. (eds) 1993. Religion and Society in Tang and Sung China. Honolulu.

ELVIN, M. 1972. The High-level Equilibrium Trap: The Causes of the Decline of Invention in the Traditional Chinese Textile Industries. In: WILLMOTT, W. E. (ed.) Economic Organization in Chinese Society. Stanford

— 1973. The Pattern of the Chinese Past. Stanford.

FENG YUANJUN 1983. An Outline History of Classical Chinese Literature, trans. By Yang Xianyi and Gladys Yang. Hong Kong. GERNET, J. 1956. Les aspects economiques du Bouddhisme dans la societe chinoise du Ve au Xe siecle. Saigon.

— 1962. Daily Life in China on the Eve of the Mongol Invasion 1250- 1276 trans. by WRIGHT, H. M. London.

— 1972. Le mond chinois. Paris.

GOLAS, P. J. 1980. Rural China in the Song. Journal of Asian Studies, Vol. 39, No. 2, pp. 291-325.

HARTWELL, R. А. 1962. A Revolution in the Iron and Coal Industries During the Northern Sung Journal of Asian Studies, Vol. 21, No. 1,

pp. 152-162.

— 1967. A Cycle of Economic Change in Imperial China: Coal and Iron in Northeast China 75-1350. Journal of the Economic and Social History of the Orient, Vol 10, pp. 102-159.

— 1982. Demographic, Political and Social Transformations of China, 750-1550. Harvard Journal of Asiatic Studies, Vol. 42, No. 2, pp. 354-442.

HO, PING-TI. 1959. Studies on the Population of China, 1368-1953. Cambridge, Mass.

HUANG, R. 1974. Taxation and Finance in Sixteenth-Century Ming China, Cambridge.

— 1981.1587: A Year of No Significance. New Haven, Corn. HUCKER, C. O. 1975. China’s Imperial Past. An Introduction to the

Chinese History and Culture. Stanford HYMES, R. P.; SCHIROKAUER, C. (eds) 1993. Ordering the World.

Approaches to State and Society in Sung Dynasty China. Berkeley. INSTITUTE OF THE HISTORY OF NATURAL SCIENCES, Chinese Academy of Science. 1983. Ancient China’s "technology and Science. Beijing.

KRACKE, E. A. JR. 1955. Sung Society: Changes within Tradition. Far Eastern Quarterly, Vol. XIV, No. 4, pp. 479-488.

LIU, J. T. C. 1988. China "Riming Inward Intellectual Political Changes in the Early "IWelfth Century. Cambridge, Mass.

LIU, J. T. C.; GOLAS, P. J. (eds) 1969. Change in Sung China Innovation or Renovation? Mass.

LIU XU et al. 1975, new imp. 1987 Цій] Tang Shu. Zhonghua Shuju, Beijing

LO JUNG-PANG. 1955. The Emergence of China as a Sea Power During the Late Sung and Early Yuan Periods. Far Eastern Quarterly, Vol. 14, pp. 489-503.

MCMULLEN, D. 1988. State and Scholars in Tang China. Cambridge. MIYAKAWA HISAYUKI. 1955. An Outline of the NaitO Hypothesis and its Effects on Japanese Studies of China. Far Eastern Quarterly, Vol. 14, No. 4, pp. 533-552.

NEEDHAM, J. et al Science and Civilization in China. Cambridge.

— 1960 (2nd edn 1986) Heavenly Clockwork. The Great Astronomical Clocks of Medieval China. Cambridge.

— 1985. Gunpowder as the Fourth Power, East and West. Hong Kong OU YANGXIU et al. 1974. Xin Wu Dai Shi [Wu Dai Shi Ji]. Zhonghua

Shuju. Beijing

— 1975 (new imp. 1987) Xin Tang Shu Zhonghua Shuju, Beijing.

OWEN, S. 1981. The Great Age of Chinese Poetry: The High Tang New Haven, Conn.; rev. JAS Vol. 42, No. 3,1983.

ROSSABI, M. (ed) 1983. China Among Equals. Berkeley.

SHIBA YOSHINOBU. 1970. Commerce and Society in Sung China, trans. by Mark Elvin. Ann Arbor, University of Michigan Center for Chinese Studies.

— 1983. Sung Foreign Trade: Its Scope and Organization. In: ROSSABI, M. (ed) China Among Equals, pp. 89-134.

SIMA GUANG. 1956. Zi Zhl Tong Jlan (Comprehensive Mirror for Aid in Governance). Guji Chubanshe. Beijing

SIMS-WILLIAMS, N. 1992. Sogdian and Turkish Christians in the "IUrfan and "IUn-huang Manuscripts. In: "IUrfan and Tun-huang: The texts. Florence, pp. 43-61.

SMITH, P. J. 1991. State Power and Economic Activism during the New Policies, 1068-1085. In: HYMES, R. P.; SHIROKAUER, C. (eds) Ordering the World Berkeley, pp. 76-126.

SONG LIAN et al. 1976. Yuan Shi Zhonghua Shuju. Beijing

SUNDERMANN, W. 1992. Iranian Manichaean "IUrfan texts Concerning the "IUrfan Region. In: "IUrfan and "IUn-huang. The Texts. Florence, pp. 63-84.

TANG ZHANGRU. 1992. Wei-Jin-Nanbeichao-Sui-Tang Shi Sanlun (Three Treatises on Wei-jin Northern and Southern Dynasties - Sui- Tang History). Wuhan.

TOQTO et al. 1977. Song Shi Zhonghua Shuju. Beijing

TSIEN TSUEN-HSUIN. 1985. Paper and Printing. In: J. NEEDHAM’S Science and Civilization in China, Vol. 5, part 1.

TWITCHETT, D. 1963. (2nd edn. 1971). Financial Administration under the Tang Dynasty. Cambridge.

— 1966. The Tang Market System. Asia Major, n. s. 12, part 2, pp. 202-248.

— 1968. Merchant, Trade, and Government in Late Tang Asia Major, n. s. 14, part 1, pp. 63-95.

— (ed) 1979- The Cambridge History of China, Vol. 3, Part 1: Sui and Tang China, pp. 589-906. Cambridge.

— 1992. The Writing of Official History under the Tang. Cambridge.

WATSON, B. 1984. The Columbia Book of Chinese Poetry. New "Vbrk.

XU SONG, (comp.). 1957. (reprint of 1809 MS). Song Hui Yao Ji Gao.

Zhonghua Shuji. Beijing

XUEJUZHENG et al. 1976. (Jiu) Wu Dai Shi Zhonghua Shuju. Beijing

YANG LIEN-SHENG. 1957. Buddhist Monasteries and Four Money- Raising Institutions in Chinese History. Harvard Journal of Asiatic Studies, Vol. 20, pp. 36-52.

YANG XIANY1; YANG, G. (trans.) 1984. Poetry and Prose of the Tang and Song Beijing.

28