Династическое «содружество» Ягеллонов и турецкая угроза

Сын Ягайло Владислав III, король Польши, избранный королем Венгрии—Жиг- монд (Сигизмунд) Венгерский и последние дни Сербии—Владислав III Варнень- чик—Завоевание Сербии, Боснии, Герцеговины, Зеты (Черногории) и Албании Мехмедом II—Матвей Корвин (Матьяш Хуньяди) и Владислав (Уласло) II Ягел- лон, король Чехии и Венгрии — Казимир IV, король польский, великий князь литовский—Продвижение Турции к южной границе Польши—Катастрофа, постигшая поход Яна Ольбрахта к черноморским портам—Успехи Александра в Крыму — Сигизмунд I Польский и Габсбурги — Трагическая гибель Людвика (Лайоша) II Ягел- лона в Мохачской битве—Габсбурги сменяют Ягеллонов в Чехии и Венгрии — Габсбурги, последние Ягеллоны и Турция

Польско-литовская уния имела естественным следствием колос-сальный рост престижа в Восточной Европе династии Ягеллонов, ставшей важнейшей после Габсбургов, и взоры соседей Польши уст-ремлялись к Кракову и Вильнюсу всякий раз, когда разражался по-литический кризис или следовало избрать нового правителя.

Венгрия всегда проявляла живой интерес к балканским странам, особенно к Сербии и Боснии. Когда после битвы на Косовом поле правитель сохранившейся части Сербии Стефан Лазаревич (1389— 1427; сын погибшего там князя Лазаря) стал турецким вассалом, Венгрия и Жигмонд были чрезвычайно встревожены развитием событий и выступили (тщетно) с притязаниями на власть над землями Лазаря.

При Стефане, а также его племяннике и преемнике Георгии Бранковиче (1427—1456), ставшем деспотом в 1429 г., Сербия обрела большую компактность, поскольку земли князя Лазаря, а также родов Бранковичей и Балшичей, представители которых действовали как независимые правители, были объединены в одних руках. Таким образом, Сербия почти восстановила размеры королевства при Неманичах в XIII в. Конечно, «Сербская деспотовина» платила дань туркам, но она же была венгерским вассалом и в признание этого факта король Жигмонд даровал деспоту Стефану Лазаревичу много-численные существенные пожалования в Венгрии.

Императора Сигизмунда I (Жигмонда Венгерского) часто и справедливо обвиняют в том, что он не сконцентрировал венгерские и немецкие силы для решающей борьбы с турками. Если бы он направил войска крестоносцев против турок, а не против гуситов, у него были бы прекрасные шансы остановить продвижение турок и помочь балканским народам освободиться от турецкого ига. В его время экспансия турок еще только начиналась, и их могущество далеко не достигло своего пика3.

То, что Сигизмунд I упустил эту возможность, тем более обидно, потому что в это время в результате поражения при Анкаре от вторгшихся в Малую Азию монголов османское государство переживало серьезный кризис.

Избрание Владислава III на венгерский престол произошло в тот самый момент, когда восставшими подданными был убит великий князь литовский Сигизмунд, сын Кейстута. Король Владислав, приглашенный литовцами править в великом княжестве, послал туда в качестве наместника своего брата Казимира, но вскоре тот был провозглашен литовской шляхтой великим князем и, опираясь на нее, правил фактически самостоятельно.

Владислав стремился ускорить осуществление обещанного похода против турок, но новые осложнения в Венгрии сорвали его планы. Вдовствующая королева Елизавета потребовала венгерский трон для своего младенца-сына Ладислава Погробека (Ласло Постума), признанного наследником своего отца в Чехии. Ее поддержали император Фридрих III, немецкие города в Венгрии и чешская гуситская армия под командовнием Яна Искры из Брандиса. Последний от имени младенца-короля занял северную часть Венгрии (современная Словакия) и отрезал Венгрию от Польши. Побежденная военачальником Владислава Яношем Хуньяди, королева заключила пе-ремирие с ним только в 1442 г.

Все это значительно отсрочило поход Владислава. Поощряемые папским легатом Дж. Чезарини, в 1443 г. король и Янош Хуньяди вторглись на Балканы, где поначалу их ждал большой успех. Хунья- ди взял Ниш и продвигался к Софии. Султан Мурад II запросил мира, обещая вернуть Сербию Георгию Бранковичу. Полагают, что был заключен мир, и Владислав в Сегеде скрепил его клятвой. Сербия освобождалась, а Валахия отдавалась Венгрии. Однако считается, что папский легат кардинал Чезарини убедил короля не соблюдать этот мир, а продолжить крестовый поход против турок на том основании, что христианин не может быть связан выполнением до-говора, заключенного с неверными.

Таково традиционное освещение событий 1444 г., но оно, в известной мере, нуждается в переоценке. Короля можно безоговорочно обвинять только в том, что он принял предложение султана начать мирные переговоры, которые велись в резиденции султана в Адрианополе, и обещал ратифицировать его условия. Мурад II, стремившийся перебросить свою армию в Малую Азию, где ему угрожала новая опасность, согласился на вышеназванные условия и одобрил договор, который венгерский король должен был ратифицировать в Сегеде. Нет сомнений, что Георгий Бранкович заключил перемирие, но король, видимо, считая нужным продолжить крестовый поход, по совету легата отказался ратифицировать договор, в выполнении которого уже поклялся Мурад II. В самом деле, несмотря на отсутствие сербского отряда, шансы на успех казались велики. Ожи-далось, что венецианский флот не позволит султану перебросить свои основные части из Малой Азии в Европу, а небольшая армия короля казалась вполне в состоянии победить турок и помочь оказавшемуся в бедственном положении византийскому императору4.

К несчастью, король не смог начать экспедицию в планировавшиеся сроки. Эта отсрочка и то обстоятельство, что флот христиан не смог воспрепятствовать переброске турецкой армии через проливы к европейскому побережью, оказались роковыми для похода и самого короля. Трансильванский воевода Янош Хуньяди, участвовавший в переговорах и сопровождавший короля, сумел спастись и сохранить большую часть своей армии.

Янош Хуньяди вновь вторгся в Сербию в 1445 г. и встретил войско Мурада II на Косовом поле, однако христианская армия потерпела серьезное поражение на том же поле битвы, где незадолго перед тем была решена судьба независимой Сербии.

Вскоре после того как в Турции пришел к власти Мехмед II Завоеватель (1451—1481), решилась судьба остатков Византийской им-перии. В 1453 г. пал Константинополь.

Георгий Бранкович, подвергшийся нападению в 1454 г., вынужден был просить мира и стать васслом султана. Он умер в 1456 г., а его преемники, посредственные правители, враждовавшие между собой, были не в состоянии спасти Сербию. Ее завоевание было за-вершено в 1459 г. после взятия последнего оплота — крепости Сме- дерево, и это был конец средневековой Сербии. О последнем этапе сербской средневековой истории напоминало только пожалование венгерскими королями, вплоть до начала XVI в., титула деспота членам рода Бранковичей и другим славянским аристократам, поселившимся в Венгрии после покорения Сербии.

Завоевав Сербию, Мехмед II повернул против Боснии. После смерти своего самого выдающегося правителя Твртко I (1391) эта страна была ввергнута в анархию. Начиная с Жигмонда Люксембургского венгерские короли притязали на сюзеренитет над Боснией, но большая часть магнатов действовала как независимые князья, не признавая власти ни боснийских королей, ни своих венгерских сюзеренов6. С 1440 г. южная часть Боснии (Хум) оказалась почти независимой и после того, как ее правитель Степан Вукчич принял титул герцога, стала называться Герцеговиной. Поначалу, с 1414 г., турки довольствовались вторжениями на территорию Боснии. Решающее наступление, которое Мехмед II предпринял лишь в 1463 г., не встретило большого сопротивления. Феодалы признали турецкий сюзеренитет и, чтобы спасти свои владения, приняли веру Пророка. Большое количество богомилов также приняло ислам. Последний боснийский король Степан Томашевич был взят в плен и убит. Герцеговина еще некоторое время сражалась за свою свободу, но в 1466 г. турки-османы стали полными хозяевами и этой страны .

Тем временем турки одолевали и сопротивление Албании.

империи7.

Самое длительное сопротивление турки встретили в Зете, позднее получившей название Черногория. Ею правил доблестный род Черноевичей, возглавивший оборону, облегчавшуюся гористым ха-рактером местности. Установить свою власть над страной турки смогли лишь в 1479 г., хотя Черноевичи, поддерживаемые Венецией, сопротивлялись и после этого. Полностью эта часть Балкан была подчинена только в 1499 г.8

Все эти события явились косвенным последствием катастрофы, которую венгерский король потерпел под Варной в 1444 г. Венгрия была единственной христианской страной, которая могла вторгнуться на Балканы и была непосредственно заинтересована в их судьбе. К сожалению, политическая ситуация в Венгрии не всегда этому благоприятствовала.

После смерти Владислава Варненьчика (Уласло I) венгерская корона была предложена чешскому королю Ладиславу Погробеку (Ласло Постуму), сыну императора Альбрехта II, предпочитавшему находиться в Буде, а не в Праге, где он чувствовал себя неловко среди подданных-утраквистов. После его смерти (1457) сын героического Яноша Хуньяди Матвей Корвин (Матьяш Хуньяди) стал королем Венгрии (1458—1490). К сожалению, как и Жигмонда, его более привлекали перспективы завоеваний в более культурных Чехии и Австрии, чем на Балканах. Если бы он мог сосредоточиться на войне с турками, то благодаря военной реорганизации Венгрии был бы в силах надолго остановить их наступление на Балканы. Проведенные Матвеем Корвином финансовые реформы позволили ему сформировать постоянную армию из чехов и других наемников, внушившую уважение туркам. В 1479 г. он одержал громкую победу над турецкой армией, вторгшейся в Трансильванию, а в 1480 г. отвоевал часть Боснии, где учредил две военные бановины в Яйце и Сребренике, но не сумел воспользоваться кризисом в Турции после смерти Мех- меда II в 1481 г.

Проводившаяся Матвеем политика экспансии на запад привела его к конфликту с чешским королем Йиржи Подебрадом, а после его смерти, когда королем Чехии был избран старший сын Казимира IV Польского Владислав II,— c Ягеллонами. По достигнутому в Оломо- уце компромиссу (1478), Матвею Корвину достались Моравия, Силе- зия и Лужица — завоеванные им земли чешской короны. Однако когда после его смерти (1490) магнаты избрали Владислава II также и венгерским королем (Уласло II), они были воссоединены с Чехией.

Прежде всего Владиславу нужно было победить собственного брата Яна Ольбрахта, также претендовавшего на венгерскую корону. Увы, он был слабым правителем, полностью находившимся в руках магнатов, которые по этой причине и избрали его, рассчитывая усилить свое влияние. Поэтому в его правление большая часть достигнутого Матвеем Корвином во внутренней и внешней политике была потеряна. Постоянная армия, созданная доблестным королем, была расформирована, и этот важный фактор, который мог бы сдерживать турок, исчез.

К счастью, султан Баязид II (1481—1512) не был агрессивным правителем, а его преемник Селим I (1512—1520) столкнулся с новыми осложнениями на востоке. Так что турки возобновляли мирный договор с Венгрией каждые три года, как только истекал его срок. Тем не менее, возможность вмешательства на Балканах была упущена, и все, чего добилась Венгрия в Далмации, это заключение договора с Венецией.

Польские Ягеллоны не могли непосредственно вмешиваться в дела южной Европы. После трагической гибели Владислава III у Варны в течение двух лет польский трон оставался свободным из-за ходивших слухов (и им охотно верили), что король жив и находится в плену у турок. В 1446 г. краковский епископ Збигнев Олесницкий, пользовавшийся в Польше наибольшим влиянием, добился общей поддержки для избрания великого князя литовского Казимира, брата погибшего короля. Казимир принял предложение, но воспротивился усилиям Олесницкого установить более тесную унию Литвы с Польшей. Коронованный польской короной в 1447 г.9, Казимир IV отстаивал принцип равенства между Литвой и Польшей и завершил территориальный спор между ними, передав Подолию Польше, а Волынь Литве.

Тем временем с юга к границам Подолии надвигалась турецкая угроза. Два румынских княжества — Молдавия и Валахия — были ближайшими соседями Венгрии и Польши, и, конечно, они были более всего обеспокоены продвижением турок. В 1390 г. Валахия уже заключила нечто вроде союза с Польшей, но та не могла регулярно влиять на дела там, поскольку Валахию от нее отделяла Молдавия. Еще в 1387 г. при Ягайло молдавский господарь стал польским вассалом, и в XV в. эти отношения между двумя странами сохранялись. Самым доблестным из молдавских господарей был Стефан Великий (1457—1503 ), который сохранил независимость своей страны, несмотря на несколько походов турок, разграбивших Валахию одновременно со взятием Константинополя10.

Более серьезным фактором было турецкое завоевание генуэзской колонии в Крыму Кафы, важнейшего торгового центра. Оказавшись в опасности в связи с турецким продвижением к Крыму, Кафа обратилась за защитой к Польше, но та не могла ей помочь, и в 1475 г. Кафа попала в руки турок11. То, что турки утвердились в Крыму, таило угрозу и для Польско-Литовского «содружества». До тех пор татарское Крымское ханство, управлявшееся династией Гиреев, было союзником Польши и Литвы. После турецкого завоевания Кафы хан Менгли-Гирей переменил курс и стал вассалом Турции и союзником Москвы. Своими частыми вторжениями на русские земли, находившиеся под властью Литвы, он отрезал Литву от Черного моря.

Наступление турок на этом не закончилось. В 1484 г. Баязид II напал на Молдавию и захватил два важных черноморских порта — Килию и Аккерман. Эта тяжелая потеря заставила Стефана Великого обратиться за помощью к Польше и стать вассалом Казимира IV, хотя последний и не отваживался вступить в прямой конфликт с турками. С военной помощью Польши Стефан смог изгнать турок из Молдавии, но объединенного войска было недостаточно для того, чтобы отвоевать черноморские порты и освободиться от уплаты дани туркам. Дальнейшее польское наступление было сорвано вторжени-

- \ " /л

ем Золотой Орды , инспирированным крымским ханом и турками.

Новые осложнения на южной границе проявились в правление преемника Казимира IV Яна Ольбрахта (1492—1501). Новый король был очень популярен среди польской шляхты и горожан, но, хотя он и стремился усилить королевскую власть, был вынужден сделать новые уступки магнатам, чтобы получить необходимые ему средства.

Он не забывал польских интересов на юге, и венецианцы прилагали огромные усилия, чтобы убедить его продолжить войну с Турцией. Видя, однако, что для подготовки его планов требуется больше времени, Ян Ольбрахт принял предложение Баязида II и в 1494 г. заключил перемирие сроком до 1497 г.

В 1494 г. в Левоче в Верхней Венгрии на съезде Ягеллонов обсуждались планы отвоевания черноморских портов и Кафы. Было ре-шено принять меры для укрепления власти Уласло (Владислава) II в Венгрии, но в ходе обсуждения кампании против турок выяснились расхождения Польши и Венгрии в отношении положения Молдавии. Венгрия считала ее своим вассалом, что делало Стефана Великого подозрительным в глазах Польши.

Ян Ольбрахт подготовился к походу на черноморские порты и предпринял его в 1497 г. Литовцы во главе с великим князем Александром снарядили собственный поход. Однако все предприятие закончилось катастрофой. До сих пор неясно, что побудило Стефана Великого враждебно отнестись к полякам, как только они вступили на молдавскую землю. Вместо того чтобы воевать с турками, польская армия безуспешно осаждала столицу Стефана Сучаву. Когда же благодаря дипломатическому вмешательству Уласло II Венгерского было заключено перемирие, и польская армия отступала через Буковину, она была атакована войском Стефана и потерпела серьезное поражение. Ее спасла помощь, посланная великим князем литовским Александром, но вся экспедиция польских и литовских войск завершилась провалом. Турки отомстили, дважды вторгшись в Польшу и опустошив страну вплоть до Львова, Самбора, Санока и Пржеворска. Ян Ольбрахт был вынужден заключить оборонительный союз с Венгрией и примириться со Стефаном Великим. Он отказался принять участие в крестовом походе, который должен был помочь венецианцам в их войне с турками (1499), и начал переговоры о перемирии, заключенном в 1500 г.

Яна Ольбрахта сменил на престоле его брат Александр (1501— 1506), ранее бывший великим князем литовским. Он мало что мог сделать для улучшения ситуации на юге, поскольку был глубоко поглощен конфликтами с Московским государством, серьезно усугублявшимися проводившейся им вестернизацией и полонизацией русских земель, находившихся под властью Литвы. Александр настой-чиво, хотя и с малым успехом, защищал права короны от посягательств знати. Благодаря вмешательству Уласло II Венгерского между Польшей и Молдавией было достигнуто соглашение; сын и преемник Стефана Великого Богдан III уступил Польше Покутье и женился на принцессе из дома Ягеллонов (1505). За этим успехом в 1506 г. последовало поражение, нанесенное крымскому хану Менг- ли-Гирею литовцами, в результате чего хан вынужден был отказаться от союза с Москвой.

Правление Сигизмунда I Старого (1506—1548) отмечено расцветом польской культуры и глубоким воздействием Ренессанса12. Мир на южной границе Польши вскоре был нарушен. Богдан III воспользовался сменой короля и вновь занял уступленное им Покутье (1508). Изгнанный польскими наемниками, в 1509 г. он вновь вторгся на спорную территорию. Благодаря посредничеству Венгрии, чей сюзеренитет над Молдавией Польша признала в 1507 г., в 1510 г. был заключен мир. Новые осложнения в Турции, где Селим восстал против своего брата Баязида II и собирался завоевать Молдавию, и в Крыму, где хан Менгли-Гирей заключил союз с Московским государством, требовали принятия предосторожностей на южной границе. Татарские набеги были прекращены предложением финансовой помощи хану, а новый турецкий султан Селим I (1512) возобновил перемирие с Польшей.

Осложнения с великим магистром Тевтонского ордена, поддерживаемым императором Максимилианом I, и опасность, угрожавшая Польско-Литовскому государству со стороны Москвы, побудили Си- гизмунда I вступить в переговоры с Габсбургами. Договор, заключенный между Габсбургами и Ягеллонами в Вене в 1515 г., был скреплен браками Людвика (Лайоша) II Ягеллона, будущего короля чешского и венгерского, с внучкой Максимилиана Марией, а также од-ного из внуков императора Фердинанда с сестрой Людвика Анной.

К счастью, султан Селим I, занятый в Египте и в Армении, не принял предложения Москвы о союзе против Польши и возобновил с ней перемирие, но в правление его сына Сулеймана I Великолепного (1520—1566) турецкая угроза проявилась в полной мере. Предприняв новую попытку завоевания Европы, турки вторглись в Венгрию, где правил сын Уласло II Лайош II Ягеллон (1516—1526). Как и его отец, он одновременно являлся чешским королем (Людвик II). В 1521 г. Белград был захвачен турками, и путь в Венгрию оказался открыт.

В это время возможности Венгрии к сопротивлению были подорваны анархией в управлении и социальными беспорядками, явившимися следствием эксплуатации крестьян дворянством, влияние которого на общественную жизнь значительно выросло в годы слабого правления Уласло II. Перед лицом новой опасности юный король обратился за помощью к чешскому сейму и к Польше. Сигиз- мунд I Польский сумел прислать лишь небольшой отряд, а чешские силы подошли слишком поздно. Король отважился встретить турецкую армию у Мохача, где его небольшая армия была полностью уничтожена, а сам Лайош погиб (1526)13.

В это же время в огне была и южная граница Польши. Вторжения турок и их крымского ставленника Сидет-Гирея опустошали русские земли, находившиеся под властью Польши и Литвы. Эти набеги вынуждали короля усиливать оборону южной границы. Благодаря энергии великого коронного гетмана Яна Тарновского был осуществлен старый проект содержания на южной границе постоянной армии наемников. Набеги на польские земли прекратились, а вскоре литовский великий гетман Константин Острожский аналогичным образом обезопасил и литовские пограничные территории.

В этих условиях впервые на сцену истории Литвы вступают казаки. Это были колонисты различного происхождения, по большей части русского и польского, беглые крестьяне и дворяне, селившиеся в пограничных землях между Польско-Литовским государством и Крымским ханством, получивших название Украина. Для защиты своей собственности они организовывались в военные общины. Литовский сейм выдвинул идею (1524) включить их в литовскую армию для защиты границы. Кроме того, в 1533 г. на нижнем Днепре была основана флотилия для обеспечения безопасности этих районов. Однако попытка Польши отвоевать черноморский порт Очаков была сорвана Сулейманом Великолепным и его марионеткой — крымским ханом. Более того, поражение в Мохачской битве имело следствием угрозу польской безопасности на венгерской границе.

Если бы Сигизмунд I немедленно после получения известия о Мохачской катастрофе выставил свою кандидатуру на чешский и венгерский трон, он, возможно, имел бы некоторые шансы быть избранным. Но он сделал это слишком поздно и без должной убежденности, и это давало шанс Габсбургам, притязавшим на обе короны в силу договора 1515 г. и скрепивших его брачных уз. Избрание Фердинанда I Австрийского (1526—1564), супруга Анны Ягеллонки и брата императора Карла V (1519—1556), в Чехии произошло после длительного торга, а в Венгрии состоялась двойная элекция, поскольку часть дворянства проголосовала за Яноша Запольяи. Между двумя кандидатами началась гражданская война. Это явилось страшным несчастьем для Венгрии и всей Центральной Европы. Разделенная Венгрия не могла сопротивляться захватчикам, и турки заполонили ее равнины. Была завоевана большая часть Хорватии. Далмация, оккупированная после распада королевства Боснии Венецией, также подверглась вторжению. Спасла свою самостоятельность только Рагуза — благодаря торговым связям с турками. Мирный договор 1540 г. отдал прибрежные далматинские города Венеции.

В Венгрии оба соперника обратились за помощью к Сигизмунду I Польскому. Король оказался в сложной ситуации. Запольяи был его зятем, и ему благоволила польская шляхта. Фердинанд I ссылался на венское соглашение, и, несмотря на враждебность большинства шляхты к Габсбургам, он также пользовался некоторой поддержкой польской знати. Все, что Сигизмунд мог сделать при таких обстоятельствах, это постараться прекратить гражданскую войну и примирить противников. Его усилия оказались тщетны, и Запольяи, дважды побежденный Фердинандом, бежал в Польшу, а затем был спасен султаном, с которым при посредничестве своих польских сторонников заключил союз. С помощью султана он смог захватить Буду и продвинуться до Вены.

В 1532 г. Сулейман Великолепный предпринял еще один поход на Вену, и в 1533 г. под впечатлением от успехов турок Сигизмунд I заключил мирный договор с султаном. Опасаясь новой враждебной акции со стороны султана, Фердинанд I и Янош Запольяи в 1538 г. заключили соглашение о разделе Венгрии. Запольяи получил Тран- сильванию, Буду и центральную Венгрию, но было обусловлено, что после его смерти все не захваченные турками земли перейдут под власть Габсбургов.

Ситуацию на южной границе Польши осложнили очередные не-приятности, связанные с Молдавией. Новый молдавский господарь Петр Рареш, хотя и являлся венгерским вассалом, воспользовался борьбой за венгерский престол для враждебной акции в отношении Польши. Он захватил уступленную Польше молдавскую провинцию Покутье, но был разбит гетманом Сигизмунда Яном Тарновским, вернувшим спорную территорию (1531). Дальнейшие вторжения Ра- реша в Польшу прекратило новое нападение на Молдавию турок, поставивших вместо него господарем Стефана и ставших полными владыками страны.

С другой стороны, события в Венгрии предоставили султану новый предлог для вмешательства. Отношение Польши к обоим правителям разделенной Венгрии было довольно двусмысленным. В 1538 г. Сигизмунд I дал окончательное согласие на брак своего сына Сигизмунда Августа с эрцгерцогиней Елизаветой из дома Габсбургов. Несмотря на это, королева Бона из итальянского дома Сфорца, более благоволившая Запольяи, убедила мужа выдать за него замуж их дочь Изабеллу. Последний, рассчитывая на турецкую и польскую поддержку, забыл заключенное с Фердинандом I в 1538 г. соглашение. Когда в 1540 г. Запольяи умер, венгерская националистически настроенная знать провозгласила его младенца-сына Яноша Жиг- монда королем Венгрии. Польский король просил султана поддержать его внука и в то же время уверял Фердинанда, что будет соблюдать нейтралитет в венгерских делах в обмен на признание притязаний Боны на герцогство Миланское.

Поход Фердинанда I на Буду привел к турецкому вторжению в Венгрию (1541). Армия Фердинанда была разбита, и Буда включена в турецкие владения в Венгрии. Янош Жигмонд получил, под турецким сюзеренитетом, Трансильванию с землями к востоку от реки Тисы. Новое нашествие турок в 1543 г. еще увеличило их владения. Опасаясь возобновления наступления турок, королева Бона дала согласие на отказ своей дочери Изабеллы от венгерского трона в обмен на обещанные ей Фердинандом уступки в Силезии (1544).

Националистически настроенные поляки, как и королева Бона, сохраняли враждебное отношение к Габсбургам и даже замышляли заключение антигабсбургского союза с Турцией и Францией. Напро-тив, прогабсбургская партия выступала за войну с Турцией. Обещания Габсбургов в отношении претензий Боны на герцогство Миланское предотвратили создание антигабсбургской коалиции, и Сигиз- мунд Август женился на эрцгерцогине Елизавете (1543), умершей, однако, спустя два года.

В интересах Габсбургов было спровоцировать конфликт между Польшей и Турцией. Польша нуждалась в свободном доступе к Черному морю и в 1545 г. захватила объект своих притязаний — порт Очаков. Войну, однако, предотвратило то, что королева заставила сейм одобрить выплату Турции возмещения за эту потерю и понесенный ущерб14.

В первые годы правления Сигизмунда II Августа (1548—1572) Габсбурги продолжали разжигать в Польше антитурецкие настроения. Молодой король не скрывал своей неприязни к беспокойной польской шляхте и доверял только тем, кого сам возвысил до положения магнатов. Наиболее влиятельны среди последних были Рад- зивиллы, занимавшие первое место в Литве. Чтобы усилить свой престиж в королевстве, Сигизмунд Август считал полезным укрепить связи с Габсбургами. В 1549 г. он заключил союз с королем Чехии и Венгрии Фердинандом I и императором Карлом V (это подразумевало отказ от защиты интересов в Венгрии сына Яноша Запольяи и сестры Сигизмунда Августа Изабеллы).

Заключение Польшей пакта с Габсбургами, естественно, было с неудовольствием встречено в Турции, но поскольку султан в это время вел войну с Персией, он не смог предпринять никакой враждебной акции против Польши. Антитурецкая агитация, разжигавшаяся в Польше Габсбургами и их сторонниками, имела некоторый успех. В 1552 г. несколько авантюристов из польской шляхты предприняли поход против Молдавии, находившейся под властью Турции. Тем не менее, в 1553 г. султан утвердил польско-турецкий мирный договор. Дальнейшие экспедиции такого рода, предпринимавшиеся между 1560 и 1562 гг. и в 1572 г., не привели к разрыву дружественных отношений между Польшей и Турцией. Султан не хотел толкать Польшу в объятия Габсбургов, а Сигизмунд II Август, со своей стороны, глубоко вовлеченный в войну с Московским государством15, не желал никаких осложнений с Турцией. Дважды, в 1565 и 1569 гг., обсуждалась возможность польско-турецкого союза против Москвы, но она так и не была реализована.

Таким образом, Габсбурги должны были бороться с турками в Венгрии в одиночестве. В 1551—1562 гг. Фердинанд I вел в Венгрии постоянные военные действия с войсками Сулеймана I, но не добился решающих результатов. Сменив своего брата Карла V на императорском троне (1556), Фердинанд заключил мир с Яношем Жигмон- дом Запольяи, отказавшись в его пользу от притязаний на Трансиль- ванию. Турки продолжали удерживать собственно Венгрию, а за предоставленную ему ее западную часть Фердинанд был вынужден платить им дань.

Преемник Фердинанда Максимилиан II (1564—1576) прекратил рейды на турецкую часть Венгрии, и Сулейман I в 1566 г. организовал против него новый поход. Это был его тринадцатый поход против Запада, оказавшийся и последним: он умер во время безуспешной осады крепости Сигетвар, которую героически оборонял хорватский бан Миклош Зриньи. Это было последнее наступление турок.

Максимилиан II, однако, не сумел развить успех и в 1568 г. заключил мир сроком на восемь лет с султаном Селимом II (1566—1574), не пытаясь извлечь выгоду из правления этого умного, но неумелого правителя. Даже великая морская победа, одержанная Испанией и Венецией над турками при Лепанто (1571), не подвигла Максимилиана II к действию, хотя победители были полны желания продолжать войну с Турцией. Бездействие Габсбургов и Ягеллонов дало Османской империи, мощь которой быстро сокращалась, некоторую передышку. Со смертью Сигизмунда II Августа (1572) пресеклась династия Ягеллонов, и польский трон вновь стал объектом соперничества.

Тяжелые обязательства, взятые на себя Польшей перед Литвой против растущей мощи Московского государства, были основной причиной, по которой «содружество» Ягеллонов было не в состоянии более эффективно бороться против турецкой опасности, хотя короли-Ягеллоны некоторое время занимали троны Польско-Литовского государства, Чехии и Венгрии.

Другой причиной была слабость польских королей в силу упадка королевской власти и роста экономического и политического влияния шляхты. Король целиком зависел от доброй воли шляхты и маг-натов, принимавших на сеймах решения относительно налогов и по-датей. Жена Сигизмунда I королева Бона слишком хорошо это по-нимала, и одной из ее главных забот было создание для королевского дома собственного состояния: в этом отношении она следовала примеру германских королей XIII и XIV вв. Она пыталась провести многие другие экономические и политические реформы, направленные на усиление королевской власти, но не смогла добиться поддержки своих идей демократической шляхтой и эгоистическим магнатством. Так не оправдало ожиданий правление Ягеллонов, которым, казалось, была предназначена особая роль в борьбе с турецкой опасностью, но в этом их, пожалуй, едва ли можно обвинять.