4.5. Бедность и социальный протест

Выше говорилось об изменчивости взаимоотношений между монархами, дворянством, горожанами и крестьянством. Однако большая часть населения в Англии, Франции и Нидерландах оставалась при этом вне поля зрения.

Для общества, которое так сильно отличается от нынешнего, нелегко определить, что следует понимать под бедностью или каких людей следует отнести к беднякам. Лучше всего положиться на современников. В прединдустриальной Европе бедными считались люди, которые не были в состоянии достаточно зарабатывать, чтобы содержать самих себя и свои семьи. Короче говоря, это были люди, существование которых полностью или частично зависело от подаяний и благотворительности. В свете такой дефиниции бедность в течение всего пред-индустриального периода в Западной Европе представляла собой большую структурную проблему.

Грегори Кинг (Gregory King, английский статистик, 1648-1712) подсчитал, что в 1688 году по приведённым выше нормам 25 процентов всего населения Англии надо было считать бедняками. Можно полагать, что во времена экономического застоя и неурожаев их число сильно возрастало. Во Франции бедность тоже была большой. Проблема бедности особенно обострилась в течение восемнадцатого века. В 1790 году было подсчитано, что 30 процентов взрослых мужчин зарабатывали менее 20 су в день, тогда как в то время содержание семьи обходилось в 35 су.

По подсчётам, недавно произведенным в исторических исследованиях, в конце восемнадцатого века в разных районах Франции не более 10-50 процентов крестьян имели в своём распоряжении земельные участки, за счёт которых они могли бы прокормиться.

174

власти всё больше осознавали необходимость активных действий. В королевском указе 1530 года в Англии уже содержится жалоба на рост числа бродяг, «которых уже давно много и которые множатся с каждым днём в неимоверных количествах, откуда проистекают непрекращающиеся кражи и убийства». Ещё в шестнадцатом веке страх перед неповиновение и тяготами, причиня-емыми безработными бродягами, положили начало тому, что получило название «социальной политики».

В ряде городов и стран были предприняты шаги к решению проблемы бедности. Конечно, в каждом регионе имелись свои отличия, но почти для всех принятых мер характерны две особенности. Прежде всего предпринимались попытки по возможности воспрепятствовать бродяжничеству. Нищенство было зап-рещено, и если какой-то нищий и попадался в руки властей, его высылали туда, откуда он пришёл. Во-вторых, мы можем видеть, как, начиная с шестнадцатого века предпринимались попытки заставить людей работать.

Наиболее чётко очерченная и действенная социальная политика проводилась в Англии. Там в 1563 году был принят так на-зываемый «Статут Мастеров» (Statute of Artificers). В нём устанавливались требованиям, которые предъявлялись к желающим заниматься тем или другим ремеслом. На этом основании все разделялись на определённые профессиональные категории. Это не только было защитой гильдий, но и означало, что каждый бродяга, не имевший производственной выучки, автоматически мог быть отнесён к категории батраков и его могли заставить работать именно в этом качестве. В 1598 году существовавшие тогда законы против бродяжничества были усилены. Впредь бродягу могли схватить, публично высечь плетями, отправить в то место, где он родился. Тех же, кто продолжал заниматься бродяжничеством, могли отправить в изгнание, сослать на галеры или же, как стали делать несколькими десятилетиями позднее, сослать в американские колонии.

Наряду с этим состоятельные горожане облагались налогом, за счёт поступлений от которого бедняки могли быть направлены на работы. Законы 1598 года о бедных должны были положить конец всем видам нищенства: «никто не должен бродить без дела и просить милостыню, имея на это разрешение или нет, под страхом ареста и наказания, как бродяга». Правда, несмотря на законы о бедных, нищенство и нищета в Англии не отошли в прошлое, но они перестали создавать угрозу общественному порядку.

Во Франции дело обстояло иначе. Там забота о бедных и борьба с голодом были поставлены не так чётко, как в Англии. Во всяком случае в семнадцатом века, да и в восемнадцатом тоже,

175

кризисы существования представляли еще реальную угрозу, но и тогда когда острые кризисы, унаследованные от прошлых веков, прекратились, страх перед голодом по-прежнему определял поведение широких масс. Грозящая или существующая нехватка зерна во Франции восемнадцатого века каждый раз могла привести к новым восстаниям и беспорядкам. По традиции во Франции, как и в других странах Европы, забота о справедливом распределении имеющегося в наличии зерна лежала на вла-стях. Здесь важную роль играли городские власти, устанавливая, например, цены на зерно или препятствуя вывозу зерна из районов, где ощущалась нехватка хлеба. В семнадцатом веке мы видим, что центральная власть всё больше пытается вытеснить местные власти.

Однако часто центральной власти было нужно защищать более весомые интересы, нежели интересы местного населения. Преимущество оказывалось продовольственному снабжению армии, такие города, как Париж, тоже снабжались продовольствием ранее, чем сельская местность. Такая политика французского правительства, которое в отличие от английского не обращало внимания на бедственное положение значительной части населения, привела в семнадцатом и восемнадцатом веках к росту недовольства перед лицом грозящего голода.

176

чина реакции французского населения, которое проявляло в семнадцатом и восемнадцатом веках такую непокорность.