АРАБО-МУСУЛЬМАНСКИЕ И МЕСТНЫЕ КУЛЬТУРЫ ВОСТОЧНОГО ПОБЕРЕЖЬЯ АФРИКИ И ОСТРОВОВ ИНДИЙСКОГО ОКЕАНА
Виктор Владимирович Матвеев
Особая, оригинальная культура, по праву образующая отдельную общность, возникла на восточном побережье Африки и на островах Индийского океана в результате взаимодействия нескольких народов.
Ее появление стало результатом экономических, социальных и культурных процессов, происходивших в рамках местного общества. Имеющаяся у нас информация собрана из данных археологических раскопок, документальных источников на арабском, персидском и китайском языках, а также устных и письменных источников на суахили. Однако эта информация скудна и не дает полного представления об историческом и культурном фоне данного региона. Наибольший интерес представляют африканские источники на суахили и в некоторых случаях на арабском языке, так как вместе с фактическими данными они помогают понять внутреннюю организацию и дают разумное объяснение жизни восточноафриканского общества. Подобная информация, как правило, отсутствует во всех неафриканских источниках и, главное, в источниках, написанных на арабском языке. Эти и другие источники предоставляют достаточные объемы информации, однако их авторы интерпретировали все увиденное и услышанное с традиционной точки зрения своих, как правило, мусульманских, обществ. Археологические свидетельства неопровержимы, но их можно по-разному интерпретировать и датировать. Более того, во время раскопок можно найти лишь артефакты, произведенные из долговечных материалов, - в тропическом климате объекты растительного происхождения очень быстро портятся.Население данного региона однородным не было. Оно состояло главным образом из африканцев, говорящих на языках группы банту. Меньшую часть составляли чужеземцы, которые становились временными или постоянными жителями этого региона. В эту группу входили арабы, персы, индийцы и другие. Судя по всему, они составляли малую долю от общего населения, но были все же достаточно многочисленны, так как африканцы подразделяли их на группы ва-арбу (Wa-arbu), ва-шаму (Wa- shamii) и ва-ширази (Wa-sbirazi).
Не отличалось однородностью и местное население. Большинство составляли народы и группы, пришедшие на побережье и острова сравнительно недавно и сохранившие свои традиционные племенные отношения. Остальные жители проживали на побережье уже долго и были более развитыми в социальном и культурном отношениях, хотя и они придерживались некоторых традиций своего племенного общества. Первую группу арабские источники называли зинджи. Второй группой были суахили (от арабского слова «і'д/Ьй» [мн. ч. «sawabih], что значит «берег»). Следует отметить, что в арабских источниках термин «зинджи» используется для обозначения более поздних переселенцев только в тех случаях, когда он появляется рядом с термином «суахили». В отсутствие подобной связи этот термин обозначает все население Восточной Африки и островов, а также другие народы. Впервые он встречается в арабских источниках в VII в., но, возможно, существовал еще до этого времени. Слово sawafril в значении «суахили» впервые упомянул арабский писатель и богослов Джахиз (767-869 гг). Именно в VII в. из «плавильного тигля» культур всех этих групп впервые начала возникать единая культура. ѴІІ-Х вв. стали периодом ее формирования, Х-ХП вв. - периодом подъема; в ХГѴ в. наступил расцвет этой культуры, а XV в. стал свидетелем ее упадка и гибели после вторжения португальцев. Народ суахили сыграл главную роль в формировании этой культуры, которую иногда называют «цивилизацией суахили». Ее развитие стимулировала трансокеанская торговля со Средним Востоком, проводившаяся после сезона муссонов.Вклад разных народов в формирование этой культуры был различным, но одинаково ценным и важным. Зинджи материковых территорий и крупных островов сохраняли традиции и занимались самыми важными видами деятельности, без которых общество не выжило бы, - земледелием и в некоторых местах скотоводством и охотой на крупных животных. Охотники предоставляли товары для продажи - слоновьи бивни, рога носорогов и шкуры леопардов. Кроме того, зинджи занимались деревообработкой, плетением, а позднее выращиванием хлопка, прядением и ткачеством.
Население суахили, судя по всему, занималось тем же самым, но не везде и в гораздо меньшем масштабе. Их деятельность была в большей степени сосредоточена на рыболовстве и промысле различных видов морских животных, собирании раковин, добывании жемчуга и т.п, на мореплавании, кораблестроении и занятиях астрономией. Кроме того, известно, что суахили также занимались добычей золота и железа и в некоторой степени обработкой железа и работорговлей, использовали продукты почти всех видов деятельности для торговли в обмен на фарфор из стран Западной и Восточной Азии, бусы и различные ткани. Они строили небольшие жилища, а в ХІ-ХІІ вв. появились постройки из камня и коралловых блоков.
Иноземцы принесли с собой ислам и сумму знаний и правил, с ним связанных, включая правовую систему (в XIII— ХГѴ вв.), а также знания и умения, свойственные их странам.
Идеологические концепции африканских народов зинджи и суахили были, в сущности, концепциями доклассового общества. Однако относить восточноафриканское общество VII в. к примитивным и общинным было бы ошибочным. И все же эта эпоха и последующие периоды стали свидетелями упадка этого общества и выдвижения племенных правителей из новой элиты влиятельных людей, разбогатевших на торговле. Новая социальная система подкреплялась ростом неравенства во владении собственностью. Самые ранние записи, касающиеся положения людей, датируются X в. В них отмечено, что уравнительные принципы примитивной общинной идеологии изжили себя. Возникла потребность в новой идеологии, и именно ислам ее удовлетворил. Конкретное подтверждение этого присутствует в сочинениях арабского историка и путешественника Масуди, относящихся к 916 г. Он пишет о правителях зин- джи и суахили, а также об о. Канбалу (Пемба), населенном мусульманами, которые не говорили на языке зинджи. Они правили этим островом, взяв живущих там зинджи в плен. Это говорит о том, что суахили были мусульманами, а зинджи - более простыми и отсталыми людьми.
Появление письменности на некотором этапе, очевидно в Х-ХІІІ вв., стало важным событием в развитии культуры суахили.
Основанная на арабском алфавите, эта письменность была не простым заимствованием, а, скорее, творческим использованием готового материала. Исследование, проведенное русским ученым В.М. Мисюгиным, показало, что для понимания записанных текстов требуется глубокое знание языка суахили, а это говорит о том, что именно народ суахили изобрел свой письменный язык, главным образом для ведения торговли, учета и прочих записей.Морская торговля суахили повлекла за собой появление множества поселений на берегу материка и на островах, причем с течением времени многие из них превратились в города, которые первоначально состояли из простых традиционных хижин, а позднее - из каменных зданий, начиная с мечетей (в ХІ-ХІІ вв.) и продолжая строениями, выполняющими другие функции, - в ХГѴ-ХѴ вв. Методы строительства зависели от местных условий и обстоятельств; самыми выдающимися примерами этой архитектуры являются Большая мечеть в Килве (которая была отреставрирована) и дворцовый комплекс Хусуни-Кубва (илл. 35,271,272).
К XII в. общество суахили, язык которых развился за последние пять веков, формировалось, оставшись многоэтническим. Восточная Африка так и не стала арабоязычным регионом; исламизация проходила мирно, а взаимодействие языков суахили и арабского привело к обогащению первого важными обыденными словами, заимствованными из последнего.
Отказ от прежних убеждений и принятие ислама означали, что народу суахили нужно найти свое место в идеологической, исторической и политической космографии исламского мира. В результате этого родилась целая серия этногенетических легенд, связывающих происхождение всего народа или его правящей фамилии со знаменитым исламским персонажем или какой-нибудь династией Ближнего Востока. Практически все города Восточной Африки и почти всех африканских стран, в которых распространился ислам, имеют такие легенды, которые должны подтверждать, что основатели восточноафриканской культуры по происхождению были арабами или персами. Это не значит, что именно так все и было или что корни культуры суахили, в сущности, не местные.
Это противоречит нашему мнению, которое приписывает восточноафриканской культуре эндогенные корни, имея для этого достаточные основания. В.М. Мисюгин считал письменные документы суахили не столько хрониками событий, сколько официальными записями о вступлениях на престол различных династий. Это, в свою очередь, помогло прояснить характер и правила наследования власти. Судя по всему, в правящих династиях восточноафриканских государств власть передавалась по мужской линии, но не напрямую от отца к сыну, а от поколения отцов и дядей к поколению сыновей, в пределах же одного поколения (ндугу) - от старших братьев к младшим. Женщины правящего клана были хранительницами этой власти, но приобретение ее зависело от брака - церемонии, которая также была причиной перехода власти к следующему в роду. Для сохранения власти браки старались заключать в пределах правящего клана. Однако иногда имели место и браки вне клана, которые открывали путь к власти мужчине, не принадлежащему к данному клану. Так, видимо, произошло с Сулейманом (Sulayman) - основателем династии ал-Набхани (al-Nabhani) в Пате, женитьба которого на представительнице правящего клана легла в основу ряда этногенетических легенд.Подобные притязания на ложную родословную подтвердились и в более поздние времена, когда различные восточноафриканские группы или кланы стали претендовать на арабское или персидское происхождение, несмотря на свои неоспоримо африканские корни. Таким образом, существование описанной системы наследования среди правителей восточноафриканских поселений и городов показывает, что эти правители были африканцами (суахили), а не арабами или персами, имевшими другую систему наследования.
Все вышеперечисленное свидетельствует о том, что культура народов Восточной Африки и островов, сформированная под влиянием местного общества, впитала некоторые черты различных источников, но в основе своей осталась местной культурой - африканской и суахили.
БИБЛИОГРАФИЯ
МИКЛУХО-МАКЛАЙ М.С. 90, Африканский этнографический сборник, 6.
- М.МИСЮГИН В.М 1966. Суахильская хроника средневекового государства Пате: В: Африка, культура и язык народов Африки. Академия наук СССР. Труды институты этнографии им. Миклухо-Маклая, 90, Африканский этнографический сборник, 6. - М.
СНІТПСК, Н. N. 1974. Kilwa: An Islamic Trading City on the East African Coast. Nairobi.
— 1980. CAfrique de l’Est et l’Orient: les ports et le commerce avant 1’аггіѵёе des Portugais. Paris, pp. 15-26.
FREEMAN-GRBNVILL, G. S. E 1962. The Medieval History of the Coast of Tanganyika. London.
— 1962. The East African Coast: Selected Documents from the First to the Earlier Nineteenth Century. Oxford
INGRAMS, W. H. 1931. Zanzibar, Its History and Its People. London.
MASAO, F. T.; MUTORO, H. W. 1988. East African Coast and the Comoro Islands. In-. General History of Africa. VoL III. UNESCO, Paris, pp. 586-615.
MATHEW, G. 1966. The East African Coast Until the Coming of the Portuguese. In: OLIVER, R.; MATHEW, G. (eds) History of East Africa. Oxford, pp. 94-128.
MATVEIEV, V. V. 1984. The Development of Swahili Civilization. In: General History of Africa. Vol IV. UNESCO, Paris, pp. 455-480.
— 1960. Northern Boundaries of the Eastern Bantu (Zinj) in the tenth century, according to Arab sources. Oriental Institute, Moscow.
OLIVER, R. 1970. Afrique orientale. In: DESCHAMPS, H. (ed.) Histoire generate de l’Afrique noire des origins a 1800. Paris, pp. 424-432.
STIGAND, С. H. 1966. The Land of Zinj. London.
35.4