<<
>>

Глава 19 МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ в 1898—1914 гг.

Расстановка сил на мировой арене и развитие международных отношений в конце XIX — начале XX в. (общая характеристика). Новый этап в развитии международных отношений — с испано-американской (1898) до Первой мировой войны — был прямым отражением качественно иного социально-экономического состояния, которого достиг мировой капитализм на грани двух веков. Вместе с тем и в этот период отчетливо проявилась специфика межгосударственныхотношений, на которые воздействовали не только социально-экономические факторы, но и мотивы внеэкономического характера (стратегические и национально-государственные интересы, особенности внешнеполитического курса того или иного правительства, роль общественных движений и средств массовой пропаганды и др.).

K числу отличительных черт международной обстановки конца XIX — начала XX в. можно отнести следующие наиболее общие ее характеристики.

Первое. Фундаментальные сдвиги в структуре капиталистического общества, связанные с переходом в стадию монополистического капитализма, внесли в систему международных отношений изменения принципиальной важности. Интересы финансовой олигархии, крупных монополистических объединений, игравших решающую роль в хозяйственной жизни, во многом становились главенствующими интересами и в области внешней политики капиталистических государств.

Возросшее влияние монополий на ход международных событий проявлялось во всех регионах мира. B Европе, где центральным узлом противоречий оставался вопрос об Эльзасе и Лотарингии, франко-германское противоборство получило новый мощный импульс в связи с усилением соперничества за обладание лотарингской железной рудой между сталелитейной фирмой Круппа и крупнейшим французским металлургическим объединением «Комите де форж».

B Западном полушарии ряд международных конфликтов на рубеже двух веков, включая испано-американскую войну, во многом был спровоцирован деятельностью крупного монополистического капитала США, стремившегося при помощи государства освободиться от иностранных конкурентов в Латинской Аме рике. Существенную роль в принятии внешнеполитических решений играли такие компании, как «Стандард ойл», «Юнайтед фрут компани», «Шугар рифайнинг компани» и др.

Ha Дальнем Востоке в процессе раздела Китая на сферы влияния активное давление на правительство Великобритании оказали представители английской монополистической буржуазии, входившие в состав так называемой «Китайской ассоциа ции». Крупный капитал был кровно заинтересован и оказывал всестороннюю поддержку своим правительствам в проведении колониальной политики на Африканском и Азиатском континентах.

Обострялась борьба за экономический раздел мира между крупнейшими международными монополистическими союзами. Конкретными примерами этой борьбы явилисьсовместные операции англо-американского капитала в Латинской Америке, франко-русского — в Китае, австро-германского — на Балканах.

Соперничество международных монополистических союзов в поисках источников сырья, рынков сбыта, сфер приложения капитала еще более осложняло международную обстановку, так как экономический раздел далеко не всегда совпадал с разделом территориальным, что усиливало межгосударственные противоречия. Сдругой стороны, объединение усилий монополистов различных стран создавало определенные предпосылки к политическому сближению, как это и произошло между Англией и США, Россией и Францией, Германией и Австро-Венгрией.

Яркую международную окраску приобрела и еще одна характерная особенность монополистической стадии капитализма — вывоз капитала. Являясь одним из основных рычагов в проведении колониальной политики и укреплении колониального господства, экспорт капитала оказывал существенное воздействие и на взаимоотношения великих держав. Так, англо-французские инвестиции в экономику России во многом предопределили ее участие в Антанте.

И, наконец, самое непосредственное отношение к радикальным изменениям в международной обстановке имела и такая характеристика империализма, как завершение территориального раздела мира между крупнейшими капиталистическими державами. Отныне определяющей чертой развития международных отношений становилась борьба за передел уже поделенного мира.

Таким образом, законы формирования начальной фазы империализма действовали не только в социально-экономической сфере, но и в сфере международных отношений. Однако в последней они проявлялись опосредованно, т.к. главными субъектами международных отношений являлись не монополии, а государства. Капиталистическое государство, выражая интересы не отдельных монополий, а господствующего класса в целом, учитывало в своей внешнеполитической практике как расстановку социальных сил внутри страны, так и баланс сил на мировой арене. Оно испытывало воздействие многочисленных «немонополистических факторов». Это нисколько не уменьшало влиятельной, а иногда и определяющей роли монополистического капитала во внешней политике великих держав, но подчеркивало всю сложностьее проявления на международной арене.

Второе. Основные международные конфликты и противоречия в 1898—1914 гг., как и в предыдущий период, во многом были обусловлены неравномерностью развития капиталистических стран, которая приобрела еще более контрастный характер. B начале XX в. «молодые» капиталистические государства уже значительно превосходили «старые» европейские державы как по темпам роста, так и по достигнутому экономическому уровню. Достаточно сказать, что в 1913 г. доля США и Германии в мировом промышленном производстве составляла почти 44%, тогда как на долю Англии и Франции приходилось 22%, т.е. в два раза меньше. Реальный баланс сил великих держав оказался в противоречии с исторически сложившимся распределением между ними колоний, рынков сбыта и сфер влияния. Это несоответствие и стало главной пружиной борьбы за передел мира.

Логика этой борьбы предполагала использование силовых методов разрешения противоречий. Поэтому она неминуемо вела к гонке вооружений, к образованию военно-политических блоков, к подготовке и развязыванию прямых военных столкновений. Такова была прямая связь между неравномерностью развития капиталистических стран, изменениями в соотношении сил и империалистическими войнами.

Однако общая картина международной обстановки была значительно сложнее любых логических построений. Период конца XlX — начала XX в. не только «обогатился» новыми международными противоречиями, но и унаследовал ранее существовавшие. Соперничество и сближение, сотрудничество и конфликты ие всегда были напрямую связаны с делением великих держан па «старые» и «молодые». И те, и другие вели поиски наиболее выгодного для них баланса сил и надежных союзников вне зависимости от их «возраста» — при безусловном сохранении и усилении глобального противоборства, вызванного неравномерностью развития.

Одним из центральных в начале XX в. оставался франкогерманский конфликт. Продолжали оказывать большое влияние на международную жизнь противоречия между Россией и Германией, Австро-Венгрией и Россией. Сохранялась напряженность в англо-французском и англо-русском колониальном соперничестве. Однако в первое десятилетие нового века противоречия Англии с Россией и Францией потеряли былую остроту. Это объяснялось не столько достижением соглашений о колониальных сферах влияния, сколько появлением общего для всех трех держав противника. Перманентный конфликт Германии с Францией и резкое ухудшение ее отношений с Россией дополнились с конца XIX в. англо-германским антагонизмом, ставшим одним из важнейших в происхождении Первой мировой войны. Этот антагонизм предопределил не только урегулирование конфликтов Англии с франко-русским союзом, но и сближение с ним, а затем и образование Тройственной Антанты.

Ha рубеже двух веков британская политика «блестящей изоляции» зашла в тупик. Международное положение складывалось так, что у Великобритании в целом мире не оказалось ни одного надежного союзника, зато было предостаточно потенциальных противников, главным из которых становилась Германия. «Блестящая изоляция» превратилась в изоляцию опасную. Этим и объяснялся новый курс Англии на сотрудничество с Францией и Россией, что привело к окончательному формированию двух противоборствующих коалиций великих держав: Тройственного союза и Антанты.

B этот же отрезок времени вызревают противоречия между «молодыми» капиталистическими державами. C конца XIX в. усилилось американо-германское соперничество в Западном полушарии, когда в отличие от Великобритании Германия наотрез отказалась признать лозунг «Америка для Соединенных Штатов». Конфликт с Германией дал дополнительный импульс англо-американскому сближению.

C начала XX в. нарастала напряженность в отношениях между США и Японией.

Третье. Помимо изменений в расстановке сил на мировой арене и в содержании международных конфликтов и противоречий рассматриваемый период привнес в международную практику и качественно новые методы внешнеполитической деятельности.

B конце XIX в. при активной поддержке правительственных кругов Великобритании администрация Соединенных Штатов провозгласила доктрину, или политику, «открытых дверей» в Китае. Главная причина выработки этой политики состояла в том, что США, опоздав к разделу Китая, стремились тем не менее укрепить свои экономические и политические позиции на Дальнем Востоке. B сентябре—ноябре 1899 г. государственный секретарь США Дж. Хэй направил правительствам Англии, Германии, Франции, России, Японии и Италии циркулярную ноту, в которой, осуждая практику раздела Китая на сферы влияния, потребовал соблюдать на его территории принципы «открытых дверей» и «равных возможностей». Невзирая на более чем уклончивые ответные ноты великих держав, Дж. Хэй объявил в марте 1900 r., что они присоединились к новой американской политике.

Несмотря на географически конкретный повод провозглашения, доктрина «открытьи дверей» носила надрегиональный, общестратегический характер. Вместе с новым толкованием доктрины Монро она означала, что Соединенные Штаты добивались «равных прав» при неравных возможностях. Иными словами, стратегическая линия, предложенная американским правительством, заключалась в том, чтобы, опираясь на экономические преимущества и не прибегая к широким территориальным захватам, вытеснить иностранных конкурентов и обеспечить себе господствующее положение в том или ином районе мира. Так родился американский колониальный феномен. B отличие от Англии и Франции, успевших захватить огромные территории и установивших там свое полное политическое господство, и в отличие от Германии, выступавшей с открытыми требованиями передела мира и пытавшейся отвоевать колонии на полях сражений, Соединенные Штаты стремились достичь своих целей главным образом при помощи экономических и финансовых рычагов.

Политика «открытых дверей» помимо решения этой основной задачи имела и еще ряд существенных преимуществ перед открытым аннексионизмом. Она позволяла избегать чрезмерных затрат на военные нужды и использоватьдемократические, национально-освободительные и антиимпериалистические традиции, поскольку главной целью провозглашалась не военное, а «мирное» финансово-экономическое подчинение. Эта политика, наконец, давала возможность осуждать колониальную практику европейских держав и вызывала определенное сочувствие политически эксплуатируемых и угнетаемых стран и народов. Доктрина «открытых дверей», таким образом, представляла собой теорию и практику экономического колониализма, уже тогда содержавшего в себе элементы неоколониалистской политики, которая окончательно сложилась после Второй мировой войны.

Четвертое. Характерной особенностью мирового развития в конце XIX — начале XX в. стало усиление экономической взаимозависимости государств. Образование международных монополистических союзов, вывоз капитала, прогресс в развитии транспорта и средств связи — все это обусловило переход к новому состоянию мирового хозяйства. K началу XX в. сложился единый мировой капиталистический рынок. Эти процессы могли стать основой экономического и политического сотрудничества стран и народов мира, что в определенной мере и проявилось в практике международных отношений (расширение и укрепление хозяйственных связей и контактов в области культуры, мирное урегулирование спорных международных вопросов, созыв конференций по обеспечению мира и безопасности государств, создание интернациональных общественных организаций и т.д.).

Однако мир не только становился взаимозависимым, но и оставался противоречивым и конфликтным, причем вторая тенденция преобладала над первой. B этом смысле политика как бы отставала от экономики. Конфликтность национально-государственных интересов, обусловленная неравномерностью развития и изменениями в соотношении сил, оставалась главенствующим процессом в развитии международных отношений. Более того, образование мирового капиталистического рынка не стало основой политического сближения и создания цивилизованного миропорядка, а превратило этот рынок в главный объект дележа и борьбы между великими державами.

Пятое. Влиятельным фактором в развитии международньос отношений в конце XlX — начале XX в. становилось антиимпериалистическое и пацифистское движение, сопротивление силовой политике империализма и колониальным захватам.

Возрастало воздействие на международную жизнь социальной борьбы и революций. Особенно велико было международное значение первой русской революции 1905—1907 гг. Она дала мощный толчок национально-освободительному движению в колониях и полуколониях(революционные выступления против иностранного господства в Иране в 1905—1911 гг., в Индии в 1907 r., в Турции в 1908 r., в Китае в 1911—1912 rr.), а также в многонациональных государствах (на Балканах и в Австро-Венгрии). C этого момента национально-освободительное движение превратилось в постоянно действующий фактор мировой политики.

C другой стороны, революция 1905—1907 гг. в России и антиколониальная освободительная борьба создавали основу для совместных действий капиталистических держав в подавлении антиимпериалистических выступлений. Так, уже в период первой русской революции все великие европейские державы, несмотря на взаимное соперничество, оказали помощь царскому правительству в его борьбе против революционно настроенных масс, включая предоставление крупных займов.

Большую роль в антивоенной и антиимпериалистической борьбе сыграло международное рабочие и социалистическое движение. Ha конгрессах 11 Интернационала было выдвинуто немало позитивных идей по вопросам сохранения мира между на родами, борьбы против милитаризма и за разоружение, колониальной политики и национально-освободительной борьбы (см. гл. 20).

Пацифизм как организованное антивоенное движение зародился еще в начале XIX в., а во второй его половине уже проходили международные пацифистские конгрессы. Роль пацифизма и примыкавших к нему антиимпериалистических организаций в международной жизни на грани веков не была однозначной. Ленинские характеристики антиимпериалистов как «последних могикан буржуазной демократии» и пацифизма как «одной из форм одурачивания рабочего класса» страдают определенной упрощенностью. Антиимпериалистические «могикане» конца прошлого столетия оказались далеко не последними, а теория и практика пацифизма отнюдь не сводилась к «одурачиванию рабочего класса».

K откровенно слабым сторонам пацифистского движения относилась прежде всего утопичность основных его идей. Пацифисты ограничивались осуждением аморального характера войны, что, кстати, не так уж и мало, пе проводили четкой разграничительной линии между войнами справедливыми и захват ническими и, самое главное, оказалисьбессильными обнаружить глубинные социально-экономические пружины империалистической экспансии.

Тем не менее, в целом пацифистское и антиимпериалистн ческое движения носили, безусловно, прогрессивный характер. B теоретическом плане пацифизм с его центральным тезисом о том, что мир — это высший идеал и естественное состояние человека, внес существенный вклад в гуманистические и нравственные ценности цивилизации. Bo внешнеполитической практике значение антивоенного движения состояло в том, что оно ставило определенные преграды на пути открытой импе риалистичсской агрессии. Так, деятельность американских анти-

империалистов была одним из факторов, повлиявших на отказ правительственных кругов США от классической колониальной политики. Большую роль сыграл пацифизм в создании межгосударственных организаций и проведении международных конгрессов по обеспечению мира. Особое место в предвоенной истории международных отношений занимали Гаагские конференции мира 1899 и 1907 гг., созванные по инициативе российского правительства, на которых были приняты 13 конвенций, касавшихся законов и обычаев ведения войны и мирного урегулирования межгосударственных столкновений. Некоторые из этих конвенций не утратили своего значения и до сего дня (так, учрежденный первой Гаагской конференцией Международный арбитражный суд функционирует уже более ста лет).

Вместе с тем, несмотря на известные успехи антиимпериалистического и антивоенного движений, соотношение СИЛ B тот период было явно не в их пользу. Ход международных событий определялся правящими кругами великих держав. Сопротивление империалистической политике не было и не могло быть эффективным по причине слабости международной социал-демократии и пацифистских организаций, непоследовательности либеральной интеллигенции и недостаточной организованности национально-освободительного движения. Борьба за передел мира и империалистические войны стали неизбежными.

Первые войны за передел мира. Новая эпоха в истории международных отношений не случайно открылась военным столкновением Соединенных Штатов и Испании (апрель-август 1898 r.). Это была война экономически самой мощной капиталистической державы, опоздавшей к разделу мира, с одной из самых слабых и отсталых европейских стран, которая чудом сохранила за собой богатые колонии, завоеванные в лучшие для нее, но безвозвратно ушедшие годы.

Главным объектом схватки стали испанские колонии: Куба, Пуэрто-Рико и Филиппинские острова. Американские правительственные круги, поддерживаемые крупным бизнесом, неоднократно подчеркивали особую заинтересованность США в этих территориях. B экономическом плане они представляли собой удобные рынки сбыта и прибыльные сферы приложения капитала. Это было хорошо известно американским промышленникам и финансистам, которые уже к этому времени занимали господствующее положение в сахарной и табачной промышленности Кубы, вкладывали средства в строительство железных дорог, вели горные разработки. Ho еще более существенными были стратегические интересы США в этом районе мира. Куба, являвшаяся ключом к Мексиканскому заливу, занимала исклю-

29-4659

чительно важную позицию для распространения влияния Соединенных Штатов в Латинской Америке. Филиппинский архипелаг мог стать опорной базой в Тихом океане для американского проникновения на Дальний Восток.

Войне США против Испании благоприятствовали по меньшей мере три обстоятельства. Во-первых, подавляющий перевес силвпользуСоединенныхШтатов. Во-вторых, занятостьвеликих европейских держав взаимным противоборством в других регио нах, что лишало Испанию всяких надежд на какую-либо серьезную помощь. В-третьих, немаловажную роль сыграли вооруженные восстания на Кубе и Филиппинах против испанского владычества, чем Соединенные Штаты воспользовались как в пропагандистском, так и в военном отношениях.

Военные действия продолжались три с половиной месяца и завершились капитуляцией Испании после разгрома ее военно- морского флота американской эскадрой под командованием адмирала Дж. ДыЬи. 10 декабря 1898 г. в Париже был подписан мирный договор, согласно которому Испания отказывалась от своих прав на Кубу и остров Гуам, а Пуэрто-Рико и Филиппинские острова переходили к США. «Блестящая маленькая война» закончиласьдля США не менее «блестящими» результатами. Отняв у Испании Филиппины, Пуэрто-Рико и Гуам, оккупировав Кубу и оформив в том же 1898 г. совершенный ими за пять лет до этого захват Гавайских островов, США превратились в колониальную державу.

Тем не менее и после испано-американской войны, несмотря на прямые колониальные приобретения, основным стратегическим курсом США оставался экономический колониализм, ыо уже с существенными оговорками, позволявшими Соединенным Штатам осуществлять не только экономический, но и политический контроль над теми или иными странами и территориями. Наиболее ярким примером в этом отношении стала судьба Кубы. После войны 1898 г. она была провозглашена независимой республикой. Однако независимость эта больше походила на американский протекторат благодаря так называемой поправке сенатора О. Платта, включенной в Конституцию Кубы 1901 г. и в постоянный американо-кубинский договор 1903 г. По этой поправке Соединенные Штаты получали право на вооруженное вмешательство в дела республики «в целях обеспечения ее независимости».

K числу первыхимпериалистическихвойн относиласьи англобурская война 1899—1902 гг. Главной причиной этой войны стало стремление Великобритании, и без того осуществлявшей экономический контроль над богатыми золотом и алмазами 6yp-

скими республиками, установить над ними полное политическое господство.

За поводом дело не стало. Знаменитый Сесил Родс развернул в британской прессе широкую пропагандистскую кампанию против буров, обвиняя их в жестоком обращении с туземным населением и в ущемлении прав английских колонистов. K границе бурских республик стали стягиваться английские войска. ЧтобыпредупредитьагрессиюАнглии, президентТрансвааля П. Крюгер 9 октября 1899 г. первым объявил ей войну. Вскоре к военным действиям против Великобритании присоединилась и Оранжевая республика. Несмотря на то что первыми военные действия начали бурские республики, характер войны не вызывал сомнений ни у современников, ни у большинства историков: буры вели войну справедливую и освободительную, Англия — агрессивную и империалистическую.

Превосходство Англии в военных силах и в вооружении над бурами было еще большим, нежели превосходство США над Испанией. B 1900 г. английская армия под командованием фельдмаршала Китченера насчитывала до 450 тыс. человек, что почти в 6 раз превышало численность бурских вооруженных отрядов. Тем не менее война началась крупными поражениями англичан. Лишьс февраля 1900 г. британская армия, применяя все методы «цивилизованных разбойников», перешла в наступление и окружила основные подразделения буров. Бурские отряды капитулировали, когда их положение стало безвыходным. I июня 1902 г. в Претории (Трансвааль) был подписан мир, по которому бурские республики теряли свою независимость.

Испано-американская и англо-бурская войны, помимо сходных черт в мотивах, ведении и результатах военных действий, имели и еще одну общую особенность. B ходе этих войн отчетливо проявились изменения в расстановке сил на мировой арене. B них, в частности, нашел свое яркое подтверждение процесс англо-американского сближения, а также связанное с ним усиление противоречий обеих англосаксонских держав с Германией.

Великобритания и Соединенные Штаты не просто сохраняли благожелательный нейтралитет по отношению друг к другу. Администрация США, например, решительно отказала бурским республикам в их просьбе о помощи в борьбе с Англией. Великобритания, со своей стороны, заняла явно проамериканскую позицию в войне 1898 г. Когда Германия, надеясь получить свою долю из испанского наследства, послала в Манильскую бухту эскадру контр-адмирала Дидерикса, английский адмирал Чичестер поставил свои военные суда между германски- 29’

ми и американскими кораблями, которые как раз в эти дни готовили высадку десанта для штурма Манилы. Этот небольшой эпизод времен испано-американской войны ясно продемонстрировал, какую из двух держав Великобритания считала своим неофициальным союзником, а какую своим потенциальным противником.

Обострение англо-германских противоречий. Одним из важнейших явлений международной жизни конца XlX - начала XX в., имевшим стратегические последствия, стало формирование англо-германского антагонизма. Соперничество между Великобританией и Германией приобретало всесторонний характер.

После экономического кризиса начала 90-х годов и затянув шейся депрессии Англия столкнулась с резко усилившейся германской торговой конкуренцией. Более быстрые темпы экономического роста, техническое превосходство и низкая себестоимость товаров позволяли Германии сравнительно легко преодолевать таможенные барьеры. Появление столь мощного конкурента, угрожавшего английской гегемонии в мировой торговле, вызывало болезненную реакцию в Великобритании. Однако серьезное отставание в темпах промышленного развития существенно ограничивало эффективность ответных действий. Британским правительственным кругам оставалосьлибо пассивно наблюдатьза экономическим наступлением Германии, либо противопоставить ей свою колониальную монополию. Выбор пал, естественно, на второй вариант.

Ho и здесь, в традиционно надежной для Великобритании области, возникли крупные осложнения. После короткого перерыва, вызванного обострением политической ситуации в Европе, правительство Германии во второй половине 90-х годов вновь выдвинуло лозунг создания обширной колониальной империи. Причем в выступлениях германских лидеров открыто называлось и главное препятствие в борьбе за территориальный передел мира в пользу Германии — колониальная монополия Великобритании. Вот почему в своей внешнеполитической практике Германия резко активизировала противодействие британской политике во многих регионах мира.

B Восточной и Юго-Западной Африке германские правящие круги стали домогаться приобретения португальских колоний — Анголы и Мозамбика, чтобы превратить свои колониальные владения на Африканском континенте в единый сплошной массив. Ha пути осуществления этого плана стояла Англия, имевшая в этой части Африки значительные интересы и рассчитывавшая на услуги экономически зависимой от нее Португалии. B Эква-

ториалъной Африке в вопросе о бассейне Конго и на Дальнем Востоке при решении японо-китайского конфликта Германия выступила на стороне Франции и России, но против Англии и ее политики в этих районах.

B Южной Африке Германия активно заигрывала с бурами, поощряя их к борьбе с английскими завоевателями. Еще в январе 1896 r., после того как буры отразили вооруженный налет отряда Л. Джемсона на Трансвааль, Вильгельм II оказался единственным из лидеров великих держав, который направил президенту П. Крюгеру поздравительную телеграмму. B Англии не без оснований оценили послание кайзера как антибританскую провокацию и открытый вызов.

Еще одним регионом англо-германского противоборства стал Ближний и Средний Восток. B 1898 г. «пугешествующийкайзер», как называли в Европе Вильгельма II, нанес визит турецкому султану. Главной целыо посещения Константинополя было желание добиться усиления экономического и политического влияния Германии в Турции, а следовательно, и в странах Востока. Заявив, что между немцами и мусульманами существует близкое родство, кайзер договорился с султаном о концессии на сооружение Багдадской железной дороги, которая и была получена германским синдикатом Сименса—Каулла в 1899 г. Проектируемая железная дорога задевала кровные интересы Англии, так как благодаря ей Германия приближалась к Египту и Суэцкому каналу и выходила на берег Персидского залива. Великобритания, усмотрев в германском проникновении в Турцию прямую угрозу своим позициям на Ближнем и Среднем Востоке, противодействовала планам Германии чем только могла. Однако резуль таты этого противодействия значительно уступали затраченным на него усилиям.

Ареной острых англо-германских противоречий оставался и Европейский континент, где Германская империя отнюдь не отказалась от своих претензий на руководящую роль. K началу XX в. новый смысл для Германии приобрела балканская проблема, которая рассматривалась в общих рамках планируемого «похода на Восток». Только через Балканы Германская империя могла проложить себе ближайший путь к портам Средиземного моря. Используя экономические позиции как свои, так и Австро- Венгрии, Германия активизировала балканскую политику. Ho и здесь ее планы пришли в столкновение с интересами Англии и России.

Таким образом, спектр англо-германских противоречий к началу нового века был чрезвычайно широк. Ho наибольшую опасность правительственные круги Англии почувствовали тогда, когда в марте 1898 г. рейхстаг одобрил первую широкомасштабную военно-морскую программу и Германия приступи ла к созданию мощного военного флота, что могло подорвать основу могущества Великобритании как великой мировой державы. Выдвинутый Вильгельмом II и морским министром Альфредом фон Тирпицем лозунг «Будущее Германии -- на морях» находил свое материальное воплощение в строительстве 33 новейших военных кораблей. Это означало, что Германская империя бросила вызов и военно-морскому первенству Великобритании.

Так уже в конце XIX — начале XX в. возникла угроза открытого англо-германского столкновения. Однако тогда его удалось избежать. Обострение противоречий с Францией на Африканском континенте и с Россией на Дальнем Востоке, а также затянувшаяся война с бурскими республиками — все это заставило Великобританию проявить осторожность и не доводить дело до военного конфликта с Германией. Более того, вскоре после приобретения Россией Порт-Артура министр колоний Дж. Чемберлен вел с германскими дипломатами переговоры о совместном противодействии Российской империи в ее продвижении на Дальнем Востоке и в зоне проливов. Фактически речь шла о создании на этой основе англо-германского союза (март 1898 r.). Англия предложила Германии в качестве компенсации за ее вступление в этот союз раздел португальских владений в Африке. B августе 1898 r. была даже подписана конвенция о предположительном разделе колоний Португалии. И все же соперничество двух держав оказалось слишком острым и, главное, более фундаментальным, нежели тактические соображения, которыми руководствовались правительственные круги Великобритании. Определенную роль в отказе Германии от союзнических отношений с Англией сыграл Николай II, который конфиденциально сообщил германскому кайзеру, что аналогичные предложения о союзе, но уже против Германии, были сделаны британским правительством и России. Дипломатические игры Англии в обоих случаях к успеху не привели.

Дальиевосточный вопрос в начале XX в. Русско-японская война 1904—1905 гг. B 1900 г. внимание правительств всех великих держав было приковано к Дальнему Востоку. Безудержная эксплуатация Китая привела к подъему национально-освободительного движения, кульминацией которого стало восстание, известное в Европе как «боксерское» — по названию тайного религиозного общества «Ихэцюань» («Кулак во имя справедливости и согласия»), позже названое восстанием Ихэтуань («Отряды справедливости и согласия»). Восставшие заняли Пекин, стали уничтожать имущество иностранных компаний и приступили к осаде «посольского квартала», которая продолжалась 56 дней.

Восемь крупнейшихдержав мира, проявив на этот раз полное взаимопонимание, направили для подавления восстания 60-тысячный международный карательный корпус под общим командованием германского фельдмаршала А. Вальдерзее. Восстание было подавлено быстро и с особой жестокостью. 15 августа

1900 г. международные каратели заняли Пекин. B сентябре

1901 г. в столице Китая был подписан так называемый Заключительный протокол. Ha китайское правительство была наложена огромная контрибуция в «возмещение понесенного иностранцами ущерба». B обеспечение уплаты контрибуции все важнейшие государственные доходы были поставлены под международный контроль. Уже одно это довершало превращение Китая в полуколонию великих держав. Заключительный протокол запретил также ввоз оружия в Китай и предоставил иностранным государствам право содержать войска на его территории «для защиты интересов своих подданных».

Подавление ихэтуаньского восстания усилило стремление крупнейших держав прочнее обосноваться в Китае. Россия еще до прихода международного корпуса оккупировала часть Манчжурии. Великобритания заняла Шанхай — главный торгово-финансовый центр Китая. Конфликт между Россией и Англией на Дальнем Востоке разгорелся с новой силой.

Стремясь вытеснить Россию из Манчжурии и одновременно не желая доводить дело до прямого с ней столкновения, Великобритания обратилась к доктрине «открытых дверей». Цель этого внешнеполитического маневра состояла в том, чтобы обвинить Россию в нарушении «общепризнанных» принципов «открытых дверей» и «равных возможностей», а затем найти союзника, который заставил бы русский царизм уважать эти принципы, то есть уйти из Северного Китая. Первоначально выбор Англии пал на Германию. B октябре 1900 г. в Лондоне было подписано англо-германское соглашение, по которому обе державы обязывались сохранять территориальную целостность Китайской империи и не создавать препятствий «свободной торговле и любой другой экономической деятельности иностранных государств». Для Германии это соглашение было выгодно, так как открывало дорогу в английскую сферу влияния в Китае. Вильгельм II не смог скрыть своих эмоций и в одной из речей в связи с англо-германским договором провозгласил британский народ самым великим после германского.

Однако когда дело дошло до практического претворения в жизнь второй части английского плана, Великобританию ждало разочарование. Отказ царского правительства вывести свои войска из Манчжурии заставил Англию обратиться к Германии с требованием, чтобы она в соответствии с соглашением приняла надлежащие меры против России. B ответе из Берлина говорилось, что, по мнению императорского правительства, англо-германский договор не распространялся на Северный Китай. Co своей стороны, Германия настаивала на эвакуации английских войск из Шанхая. Этот ответ еще раз продемонстрировал всю силу англо-германских противоречий. Германия преследовала на Дальнем Востоке только свои интересы и не желала идти на конфликт с Россией ради интересов Великобритании.

Потерпев неудачу с Германией, Англия предложила заключить антироссийский союз Японии и сразу же нашла благожелательный отклик, так как последняя уже давно стремилась подчинить себе не только Корею, но и Манчжурию. 30 января 1902 г. в Лондоне был подписан англо-японский союзный договор на следующих условиях. Во-первых, обе державы объявляли своей целыо поддержание статус-кво на Дальнем Востоке, охрану независимости и территориального единства Китая и соблюдение принципа «открытьи дверей». Эти «высокие цели» были направлены против других держав и прежде всего России, но отнюдьне против интересов самихдоговаривавшихся сторон, сохранивших за собой сферы влияния в Китае. Во-вторых, участники договора присваивали себе право «на вмешательство», если их «особым интересам» в Китае и Корее будет угрожать опасность из-за «беспорядков» внутри этих стран или извне. И наконец, в-третьих, договор предусматривал строгий нейтралитет одного из союзников в случае войны другого с какой-либо третьей державой и вооруженную помощь союзнику, если к его противнику «присоединится одно или более государств». Реальный смысл последнего положения состоял B том, что Англия в случае русско-японской войны под угрозой своего военного вмешательства гарантировала Японии нейтралитет других великих держав. Хотя в тексте соглашения Россия нигде прямо не упоминалась, его антирусская направленность была очевидной. Тем самым договор развязал руки Японии и стал непосредственной предпосылкой русско-японской войны.

Англия не только подтолкнула Японию к войне против России, она вместе с Соединенными Штатами оказала ей широкую финансовую и экономическую поддержку, обеспечив перевооружение японской армии. При общей сумме затрат Японии на войну в 2 млрд иен Великобритания и США через кредиты и займы предоставили ей более 1 млрд иен, тем самым взяв на себя более половины военных расходов японского правительства. Огромную роль англосаксонские державы сыграли в военно-технической подготовке японских войск и в поставках контрабандного оружия. B результате экономически и в военном отношении Япония оказалась гораздо более подготовленной к войне, чем Россия.

Предыстория войны была такова. B 1903 г. Япония потребовала от российского правительства подписать соглашение, по которому ей предоставлялось бы исключительное право «покровительства» Корее, а затем предъявила ультиматум о безоговорочном признании ее прав и в Манчжурии. B России обсуждение ответных действий в отношении Японии проходило в острой борьбе двух влиятельных политических группировок: так называемой «партии силы», или «безобразовской клики» (по имени отставного ротмистра A.M. Безобразова, мнившего себя великим стратегом), и сторонников осторожного курса, среди которых выделялись наиболее дальновидный из российских политиков того времени председатель Комитета министров С.Ю. Витте и министр иностранных дел B.H. Ламздорф. Легко поддававшийся влиянию Николай II на этот раз уступил давлению первой группировки. Одним из решающих аргументов стали известные слова министра внутренних дел B.K. Плеве о необходимости «маленькой и победоносной войны», чтобы отвлечь общественность от внутренних трудностей и ослабить революционное движение.

Русско-японская война началась 9 февраля 1904 г. неожиданным нападением военно-морских соединений Японии на русскую эскадру в гавани Порт-Артура. Ход военных действий продемонстрировал гнилость и ущербность царского режима, что проявилось в неподготовленности русской армии и B низком уровне военного руководства. K началу войны сухопутные силы Японии превосходили по численности русские войска в І,5раза. Еще более разительными были не количественные, а качественные преимущества японской армии и флота в вооружении и военной технике. O военно-технических возможностях России свидетельствовал хотя бы тот факт, что во всей русской армии в Манчжурии насчитывалось лишь 8 пулеметов.

He упуская стратегической инициативы на протяжении всей войны, Япония добилась сдачи в декабре 1904 г. Порт-Артура, а затем нанесла сокрушительные поражения России в двух генеральных сражениях: на суше — под Мукденом в марте 1903 г. и в морской битве — у островов Цусима в конце мая того же года. После этого обе стороны были готовы пойти на мирное соглашение: Россия — по причине полного разгрома армии, а также начавшейся революции, Япония — в силу успешного решения основных военных задач, а также истощения людских и материальных ресурсов.

K такому же исходу склонялись Англия и США, взявшие на себя роль посредников в урегулировании русско-японского конфликта. Политические цели этих двух держав в русско-япон ской войне во многом совпадали, что вписывалось .в общую канву англо-американского сближения. Поддерживая Японию и стремясь при ее помощи остановить русское продвижение на Дальнем Востоке, они отнюдь не желали ни полного разгрома России, ни чрезмерного усиления Страны Восходящего Солнца. Наилучшим для них результатом было взаимное истощение и максимальное ослабление противоборствующих стран, что давало им возможность укрепить собственные позиции в дальневосточном регионе. He последнюю роль в активизации посреднических усилий англосаксонских держав сыграла и революция в России.

Главным арбитром при обсуждении условий мирного договора между Японией и Россией стал президент США Теодор Рузвельт, получивший вскоре за свое посредничество Нобелевскую премию мира. Договор был подписан в Портсмуте (штат Ныо-Хэмпшир) 5 сентября 1905 г. Благодаря твердой позиции главы русской делегации С.Ю. Витте Япония была вынуждена отказаться от ряда своих требований (Россия не согласилась на ограничение своих военно-морских сил на Дальнем Востоке, отвергла требование о контрибуции). По Портсмутскому мирному договору Россия и Япония обязались полностью и одновременно эвакуировать свои войска из Манчжурии и «возвратить ее в исключительное управление Китая». B этом положении отчетливо просматривался англо-американский принцип «открытых дверей» и «равных возможностей» в Китае. Остальные статьи договора предусматривали серьезные территориальные и политические уступки России: она признавала Корею сферой «преобладающих интересов Японии»; переуступала ей арендные права на Ляодунский полуостров с Порт-Артуром и Дальним; передавала Японии Южно-Маичжурскую железную дорогу, а вместе с ней и контроль над Южной Манчжурией; «уступала» японскому правительству южную часть острова Сахалин до 50е с.ш.

Русско-японская война, таким образом, привела к изменению баланса сил на Дальнем Востоке в пользу Японии, Англии и Соединенных Штатов. Однако новое соотношение сил породило и новые противоречия. Уже очень скоро президент T. Рузвельт, так много сделавший для Японии, смог констатировать серьезное несовпадение американских и японских интересов в Китае и на Тихом океане.

Международная обстановка на Американском континенте в начале XX в. B начале нового столетия в развитии международных отношений в Западном полушарии наиболее значимыми были два взаимосвязанных направления. Первое определялось стремлением правительственных кругов США претворить в жизнь лозунг «Америка для Соединенных Штатов». Второе характеризовалось укреплявшимся англо-американским сотрудничеством, которое создавало благоприятные международные условия для реализации континентальных планов США. Борьба за влияние между Англией и Соединенными Штатами в ряде стран Латинской Америки продолжалась. Ho по мере обострения англо-германско- го антагонизма и в связи с усилением торговой и экономической конкуренции между США и Германией на латиноамериканских рынках англо-американское сближение становилось все более реальным фактором мировой политики. Причем до Первой мировой войны наибольшие выгоды от этого сближения получали Соединенные Штаты.

Центральное место в международной жизни Западного полушария в начале века занимала проблема межокеанского канала. Соединенные Штаты прилагали огромные усилия, чтобы добиться права на строительство и единоличное управление каналом. Это объяснялось прежде всего стратегическими соображениями. Проектируемый канал представлял собой «ключ от ворот» двухокеанов, он позволял установитьполный контрольнад странами Центральной Америки и Карибского бассейна, давал важные торговые и военные преимущества, значительно сокращая расстояния для перевозки товаров и переброски войск.

Однако на пути достижения этой цели было два препятот вия: англо-американскийдоговор 1850 r., гарантировавший нейтрализацию будущего канала (договор Клейтона — Булвера), и сопротивление со стороны правительства и народа Колумбии, через территорию которой планировалось провести этот канал. Первое препятствие удалось преодолеть при помощи дипломатических методов, второе потребовало применения силового давления.

B ноябре 1901 г. американский государственный секретарь Дж. Хэй и посол Англии в США лорд Паунсфот подписали в Вашингтоне новый договор о порядке сооружения канала и о будущем его режиме. Согласно договору Хэя — Паунсфота, в основу статуса канала был положен «генеральный принцип нейтрализации» (этот неопределенный принцип — единственное, что осталось от договора 1850 r., фактически же новое соглашение аннулировало его). Соединенным Штатам предоставлялось исключительное право на сооружение, эксплуатацию и управление каналом. США разрешалосьдержатьвзоне канала военную полицию для его защиты «от беспорядков» и строитьтам укрепления. Что касается принципа нейтрализации и свободного прохождения через канал торговых и военных судов всех наций, то он превращался в фикцию, так как «нейтрализация» обеспечивалась не коллективной гарантией великих держав, а только гарантией США. Таким образом, договор Хэя -- Паунсфота предоставлял Соединенным Штатам полную свободу действий в отношении канала. Этот договор стал крупной дипломатической победой США и не менее крупной уступкой Великобритании — во имя англо-американского сближения.

B 1902 г. администрация США выкупила концессионные права на сооружение канала у французской компании за 40 млн долларов. B январе 1903 г. был заключен американо-колумбийский договор (договор Хэя — Эррана), по которому правительство Колумбии передавало США все права на строительство, контроль и охрану будущего канала. Для его сооружения Соединенным Штатам предоставлялась территория Панамского перешейка шириной в 10 миль в аренду сроком на 99 лет.

Ho неожиданно возникли новые трудности. Сенат Колумбии отказался ратифицировать договор, так как он фактически нарушал суверенитет страны над Панамским перешейком. Тогда США, используя сепаратистские настроения местной буржуазии и интеллигенции, организовали «восстание народныхмасс» Панамы, и под наблюдением американского военного судна «Нэшвилл» в ноябре 1903 г. было провозглашено образование Панамской республики. Неприлично быстро признав эту республику, Соединенные Штаты тогда же, в ноябре 1903 r., подписали с ней договор (договор Хэя — Бюно-Варильи), согласно которому они получали те же права, что и по соглашению Хэя — Эррана, но уже бессрочно. Администрацию США не смутило и то обстоятельство, что в качестве посла Панамы выступал авантюрист высокого международного класса Ф. Бюно-Варилья — французский инженер и предприниматель, один из организаторов «панамской революции» и посредник между Соединенными Штатами и панамскими заговорщиками (после подписания договора от имени Панамской республики он вскоре возвратился во Францию).

Чтобы юридически оформить незыблемость своих позиций n Панамской республике, США, как и в случае с Кубой, внесли в Конституцию Панамы (1904 г.) положение, фиксировавшее право Соединенных Штатов на вмешательство «для поддержания порядка» на перешейке. Bce хитросплетения борьбы за канал уместились в одной короткой фразе президента T. Рузвельта: «Я взял Панаму». Панамский канал был открыт в 1914 г. Этот важнейший морской путь, соединивший Атлантику с Тихим океаном, оказался полностью в руках Соединенных Штатов.

B начале XX в. завершился процесс формирования специфических методов американской внешней политики, при которых политически независимые латиноамериканские страны в финансово-экономическом отношении превращалисьв полуколонии Соединенных Штатов.

Эта политика тогда же была названа «дипломатией доллара» (впервые сам термин был употреблен в 1912 г. президентом США Уильямом Тафтом). Она характеризовалась широким использованием разнообразных форм финансово-экономического закабаления, таких как экономическая помощь и экономические санкции, кабальные займы и установление контроля над финансами той или иной страны. Первыми эффективность«дипломатии доллара» испытали на себе страны Центральной Америки, на которые к 1914 г. приходилось более половины прямых инвестиций Соединенных Штатов. То, что США сосредоточили свое внимание на Центральной Америке и бассейне Карибского моря, было обусловлено стратегической важностью этого региона. K тому же финансово-экономическое проникновение в Южную Америку оставалось для Соединенных Штатов пока малодоступным в силу более жесткой конкуренции со стороны европейских держав.

«Дипломатия доллара» была не просто дипломатией вложений капитала. B ее основе лежал общестратегический расчет на образование в будущем так называемой неформальной империи США в Западном полушарии. Создание подобной империи предполагало определенные политические компенсации отсутствию у США колониальных владений классического типа. Выход был найден в провозглашении политики «большой дубинки» (от известной фразы T. Рузвельта: «Говори мягко, но в руках держи большую дубинку»). Смысл этой политики заключался в присвоении Соединенными Штатами права на превентивное вмешательство во внутренние дела латиноамериканских стран для поддержания там «надлежащего порядка». Идеологическим обо · снованием политики «большой дубинки» вновь стала доктрина Монро. B качестве предлога для новой интерпретации этой доктрины T. Рузвельт воспользовался двумя международными со бытиями на американском континенте: вторым ІЗенесуэльским кризисом (1901 — 1902) и конфликтом 1904 г. из-за долгов До- миниканскойРеспублики. B обоихслучаяхпепогашеиныелати ноамериканскими государствами долговые обязательства стали поводом для воснно-морской блокады и угрозы интервенции со стороны европейских держав. Это и побудило T. Рузвельта из ложить общие принципы политики США в Западном полушарии. B своем послании конгрессу от 6 декабря 1904 г. прези дент заявил, что в случаях «финансового бессилия и хронических беспорядков» в латиноамериканских республиках приверженность США доктрине Монро может «принудить их выступить в роли международной полицейской силы». Так появился знаменитый «вывод Рузвельта» из доктрины Монро, или доктрина T. Рузвельта. Таким образом, круг империалистического толкования доктрины Монро замкнулся. «Полновластный хозяин» континента, как были названы США еще в 1895 г. госсекретарем P. Олни при его трактовке монроистской теории, возложил на себя обязанности полицейского Западного полушария. Доктрина T. Рузвельта как теоретическая основа политики «большой дубинки» преследовала две главные цели: всемерное уменьшение европейского влияния и укрепление главенствующего положения Соединенных Штатов на Американском континенте. Практическим воплощением этой доктрины и этой политики явились вооруженные интервенции США на Кубу (1906—1909), в Никарагуа (1909.), в Доминиканскую республику (1912).

Сочетание «дипломатии доллара» и политики «большой дубинки» требовало усиления военной мощи Соединенных Штатов, что и стало осуществляться на практике. Только за 10 лет, с 1895 по 1905 r., расходы на военно-морские нужды США возросли в 3,5 раза.

Еще одной отличительной особенностью международной обстановки в Западном полушарии в начале века были попытки Соединенных Штатов «панамериканизировать» свои действия, придать им многосторонний характер. Для принятия согласованных решений регулярно созывались межамериканские конференции. Ha этих конференциях Соединенные Штаты методично укрепляли свою лидирующую роль, хотя отдельные их внешнеполитические шаги подвергались резкой критике со стороны латиноамериканских государств. Важным этапом в развитии международных отношений на континенте стала 4-я Межамериканская конференция, прошедшая в Буэнос-Айресе в 1910 г. Она завершила формирование Панамериканского союза, в котором доминирующее положение заняли Соединенные Штаты.

Образование англо-фраицузской Аігганты. Несмотря на всю значимость международных событий на Дальнем Востоке и в Западном полушарии, центром формирования мировой политики оставался Европейский континент. K числу важнейших изменений в международной обстановке в первые годы XX в. относилось англо-французское сближение. Это сближение для обеих сторон стало не только возможным, но и необходимым.

K 1902 г. в международном положении Великобритании произошли существенные перемены. Завершиласьангло-бурская война, которая сковывала силы Британской империи около трех лет. C заключением в том же 1902 г. англо-японского союзного договора Англия получила возможность использовать Японию в борьбе против России и тем самым поддерживать выгодный для нее баланс сил на Дальнем Востоке. Bce это побуждало британское правительство отказаться от ведения бесплодных переговоров о союзе с Германией и создания видимости «дружелюбных намерений» в отношении этой страны, тем более что в реальной действительности англо-германские противоречия все более обострялись, выдвигаясь на первый план. Развязав себе руки на юге Африки и получив союзника против России, Англия стремилась обзавестись таковым и против Германии. При этом она чрезвычайно нуждалась в континентальных войсках на случай войны с Германской империей. Из великихдержав Европы в этих целях можно было использовать прежде всего Францию, обладавшую крупной сухопутной армией и имевшую остроконфликтные отношения с Германией.

Франция, со своей стороны, перед лицом германской угрозы также испытывала потребность в сильном союзнике, которым могла стать Великобритания. Дело в том, что в это время франко-русский союз отчасти потерял свое значение по причине занятости России на Дальнем Востоке и резкого ухудшения русско-японских отношений. Это ограничивало возможности Российской империи в Европе и ослабляло позиции Франции.

Таковы были предпосылки англо-французского союза. Однако процесс его формирования проходил далеко не безмятежно. Давала себя знать долголетняя колониальная вражда, достигшая своего апогея в период фашодского конфликта, когда возникла реальная опасность войны.

Урегулирование колониальных противоречий и составило сердцевину процесса англо-французского сближения. Еще в 1899 г. Англия и Франция заключили договор о размежевании сфер влияния в Африке, чем был исчерпан инцидент в Фа- шоде. Из оставшихся на начало XX в. спорных проблем, затра- гивавшихангло-французские отношения, наиболее сложной была проблема Марокко.

Разделу этой части Северной Африки долгое время препятствовало соперничество сразу нескольких великих держав. Ha Марокко претендовали Франция, Англия, Германия, Италия и

Испания. Стольпристальное внимание к этой африканской стране объяснялось как экономическими интересами, так и в еще большей степени учетом стратегической важности Марокко, расположенного на побережье Средиземного моря и Атлантического океана. Борьба за Марокко была составной частыо борьбы за господство на морях.

Франция, стремившаяся к полному захвату Марокко, сумела в качестве первого шага сговориться с Италией. Прекратив в 1898 г. разорительную для Италии таможенную войну и предоставив ей в 1900 г. во время экономического кризиса крупные кредиты, Франция подтолкнула Итальянское королевство на подписание двух весьма важных соглашений. По тайному договору 1901 г. Италия признала французские притязания на Марокко, а Франция — итальянские на Триполитанию. B 1902 г. было заключено еще одно соглашение, по которому Франция и Италия обязались соблюдать строгий нейтралитет, если одна из сторон подвергнется нападению или будет «вынуждена принять на себя инициативу объявления войны». Этот договор означал, что Италия готова идти на сближение с Францией, и по существу обесценивал ее участие в Тройственном союзе.

Успех в переговорах с Италией, однако, никак не мог компенсировать известное ослабление франко-русского союза. He до конца был решен и марокканский вопрос. Переговоры с Испанией о разделе Марокко закончились для Франции неудачей. C Германией французское правительство и не пыталось вступать в контакт в силу острейших франко-германских противоречий и значительных интересов Германии в Марокко. B этих условиях многое зависело от позиции Англии.

Начавшаяся в феврале 1904 г. русско-японская война ускорила англо-французское сближение. 8 апреля 1904 г. в Лондоне между правительствами Англии и Франции было подписано соглашение по основным колониальным вопросам (в форме конвенции и двухдеклараций), известное в истории международных отношений как англо-французская Антанта. Почти все спорные проблемы удалось уладить полюбовно. Согласно Конвенции о Ньюфаундленде и Западной Африке Франция отказывалась от монопольных прав на рыболовство у берегов Ньюфаундленда, за что обрела свободу плавания по реке Гамбия, а также право ис. правления в свою пользу границы в Восточной Нигерии. B Декларации о Сиаме устанавливалось его разделение на английскую и французскую сферы влияния по реке Менам: англичане получа ли западную часть, а французы — восточную. Наиболее важное значение имела Декларация о Египте и Марокко. Франция обя залась не чинить препятствий действиям Англии в Египте «каким бы то ни было образом». Co своей стороны, Англия признавала «преимущественные права» Франции в Марокко. При этом провозглашалась «неизменность» их политического статуса. Однако в секретной части Декларации, впервые опубликованной в 1911 r., предусматривалосьобоюдное невмешательство в случае проведения английским и французским правительствами политических и административных «реформ» на этих территориях. Иными словами, Франция признавала за Великобританией право на полное колониальное господство в Египте, а Британская империя фактически дала согласие на французский захват Марокко.

B тексте секретной части Декларации содержалась одна оговорка: стратегически важнейший район марокканской территории с выходом к Гибралтарскому проливу должен был отойти к Испании, которая из всех претендовавших на Марокко держав была наиболее слабой и потому наиболее безопасной как для Англии, так и для Франции (эта оговорка и составила основное содержание франко-испанского договора 1904 г. о разделе сфер влияния в Марокко).

B договоре о «сердечном согласии» условия военного союза установлены не были. Ho это нисколько не снижало его принципиального значения в международной жизни начала нового века. Англо-французская Антанта была направлена непосредственно против Германии, сыграв, таким образом, существенную роль в изменении расстановки сил перед Первой мировой войной. Это соглашение наряду с англо-японским союзом 1902 г. означало окончательный отход Великобритании от политики «блестящей изоляции». Франция оказаласьсвязанной одновременно двумя договорами — с Россией и Англией. И хотя англо-русские отношения продолжали оставаться натянутыми. Французская республика могла стать своеобразным посредником по превращению этихдвухсоглашений в единый союз трех европейских держав.

Свцдание императоров в Бьёрке. Первый марокканский кризис (1905—1906). Образование англо-французской Антанты резко активизировало ответные внешнеполитические действия Германской империи. Ей противостояли уже два союза: Франции и России, а также Англии и Франции. B целях ослабления этого антигерманского фронта Германия попыталась привлечь на свою сторону Российскую империю, воспользовавшись ее трудностями в войне с Японией. Германия была единственной великой державой, которая оказывала России поддержку на протяжении всей русско-японской войны. Она продавала России оружие и боеприпасы, открыла порты для русских военных кораблей, снабжала углем балтийскую эскадру адмирала З.П. Рожественского, следовавшую на помощь Порт-Артуру. При этом Германия имела в виду двойную цель: разорвать франко-русские союзные обязательства и еще больше разжечь конфликт между Россисй и Англией. B результате отношения Германии с Францией и Англией, и без того напряженные, были вконец испорчены.

B 1904 г. германское правительство, используя военные поражения России на Дальнем Востоке и подчеркивая «значимость» своей помощи русским войскам, выступило инициатором переговоров с Российской империей о военном союзе. Российское правительство на этот союз не пошло. Франко-русские связи оказались намного прочнее, чем они представлялись германским дипломатам. Эти связи базировались на финансово-экономической зависимости России от Франции. Германии, однако, удалось подписать в 1904 г. крайне выгодный для нее торговый договор с Россией, предоставлявший германским промышленникам большие преимущества на российском внутреннем рынке. Позже, в июле 1905 r., Германия предприняла вторую попытку уговорить царское правительство пойти на союз с Германской империей. По предложению Вильгельма II в финляндских шхерах близ острова Бьёрке состоялась его встреча с отдыхавшим там Николаем II. Кайзер рассчитывал на известную податливость Николая II чужому влиянию, а таюке на значимость родственных связей между германским и российским царствовавшими домами (в письмах к петербургскому родственнику, где содержалисьдетальные советы, как вести российскую внешнюю политику, Вильгельм ласково называл Николая «дорогой Ники», а подписывался «любящий тебя Вилли»). Как бы там ни было, германский кайзер вынудил российского императора поставить свою подпись под заранее подготовленным текстом русско-германского союзного договора. B договоре указывалось, что если одна из двух империй подвергнется нападению со стороны какой-либо третьей европейской державы, то союзница этой империи обязывается оказать ей поддержку всеми своими вооруженными силами. Бьёркское соглашение, будь оно принято, резко изменило бы соотношение сил в пользу Германии. Однако Вильгельм II недолго праздновал победу. После возвращения в Петербург Николай Il по категорическому требованию председателя Совета министров С.Ю. Витте и министра ино- транных дел B.H. Ламздорфа отказался от своей подписи под договором, о чем и было сообщено в Берлин. B письме Николая II от 26 ноября 1905 г. подчеркивалось, что договор может вступить в силу только при условии согласия с ним Франции, а это было равносильно расторжению Бьёркского соглашения. Таким образом, франко-русская солидарность и русско-германские противоречия даже в условиях войны России с Японией оказались сильнее всякого рода дипломатических ухищрений Германии.

Свидание в Бьёрке вызвало крайнее беспокойство в правительственных кругах Франции. Однако гораздо более значимой стала прямая атака Германии на англо-французскую Антанту и ее центральное положение о «правах» Франции в Марокко. Поводом к этой атаке послужили предпринятые в начале 1905 г. попытки Франции вынудить султана Марокко провести ряд выгодных ей государственных реформ (организация полиции и создание банка под руководством французских советников) и предоставить французским фирмам крупные концессии. 31 марта 1905 г. Вильгельм Il во время «морской прогулки» посетил марокканский порт Танжер. Там он выступил с речью перед представителями марокканского султана, в которой заявил, что Германская империя рассматривает Марокко как независимое и свободное государство, открытое для мирной конкуренции всех наций на основе абсолютного равенства. Эта речь прозвучала как вызов, ибо была направлена на фактическую отмену англо-французского соглашения о разделе Марокко. Германия противопоставила ему американский принцип «открытьи дверей» и «равных возможностей». Так же как администрация США в Китае, германское правительство рассчитывало, что при «равных возможностях» в Марокко перевес будет на стороне экономически самого мощного государства в Европе — Германии.

Речь кайзера в Танжере положила начало острому международному конфликту, известному под названием первого марокканского кризиса.

Вскоре Германия предложила созвать международную конференцию по вопросам правового и политического статуса Марокко. B предложении содержались ссылки на Мадридскую конвенцию 1880 r., согласно которой ни одно иностранное государство не могло иметь никаких преимущественных прав на марокканской территории. Эта конференция, по мнению германских дипломатов, должна была подтвердить принцип «равных возможностей» и тем самым аннулировать англо-французский сговор о Марокко. Дипломатическое наступление Германии на Антанту привело к тому, что международная обстановка в Европе приобрела предвоенный характер. Правительство Великобритании предложило Франции военную помощь, а с апреля 1905 г. начались переговоры между французским и английским Генеральными штабами. Однако в правительственных кругах Франции мнения разделились. Министр иностранныхдел Т.Делькассе был готов принять германский вызов и действовать твердо вплоть до военного столкновения. Более осторожной позиции придерживался президент республики Э. Лубе. Он справедливо полагал, что помощь Англии не могла компенсировать военного ослабления России. Делькассе проиграл внутриправительственное сражение и ушел в отставку. Франция уступила, дав согласие на проведение международной конференции. Ha этом начальном этапе марокканского кризиса успех был на стороне Германии. Ho итоги работы самой конференции скорее можно рассматривать как ее полное дипломатическое поражение.

Конференция собралась в январе 1906 г. в испанском городе Алхесирасе. Надежды Германии на то, что она будет иметь большинство голосов, не оправдались. Более того, из 12 участников конференции Германию полностью поддержала только Ав- стро-Венгрия. Самый тяжелый удар германскому престижу нанес полноправный член Тройственного союза — Италия. Связанная с Францией секретными соглашениями 1901 и 1902 rr., она выступила на ее стороне практически по всем обсуждаемым вопросам. Россия также придерживалась профранцузской ориентации, что было воспринято как ее публичное отречение от Бьёркского соглашения. B знак признательности Франция к концу конференции предоставила России новый крупный заем. Что касается антигерманской позиции Англии и США, то по этому поводу у Германии не было никаких сомнений еще до начала обсуждения марокканского вопроса. B итоге германским представителям не удалось навязать свой план Алхесирасской конференции и вытеснить Францию из Марокко.

Заключительный акт конференции был подписан 7 апреля 1906 г. Хотя Марокко признавалось независимым, суверенным государством, это признание сводилось на нет целой программой «благих пожеланий» из 123 пунктов. Так, организация марокканской полиции фактически отдавалась в руки Франции и Испании (каждой в ее сфере интересов). Это давало им, и прежде всего Франции, возможность осуществлять политический контроль над Марокко под предлогом «предупреждения беспорядков». Исключительно важной для Франции стала последняя 123-я статья, сохранившая в силе все соглашения между Марокко и европейскими державами, а следовательно, и все кабальные договоры, навязанные французским правительством марокканскому султану. Явно антигерманский характер носило положение об ограничении предоставления концессий на марокканской территории. B пользу Германской империи были сделаны незначительные и по большей части декларативные уступки: провозглашение «свободы и полного равенства» в Марокко для всех наций «в экономическом отношении», создание Марокканского государствен- мого банка под контролем Англии, Франции, Германии и Испании, установление международного контроля над марокканскими таможнями. Bce эти финансово-экономические уступки в значительной степени обесценивались усилением военно-политических позиций Франции в Марокко.

Итоги Алхесирасской конференции, которой завершился первый марокканский кризис, были многозначными. Во-первых, превратив Марокко в свою полуколонию, европейским державам не удалось осуществить окончательный раздел этой страны на сферы влияния. Поэтому, уступив на этот раз Франции, Германия не ослабила, а наоборот, активизировала свою антифранцузскую политику в Северной Африке. Борьба за Марокко продолжала оставаться одним из источников международной напряженности. Новое обострение франко-германских противоречий произошло в 1907 r., когда французские войска в борьбе с «беспорядками» оккупировали марокканские города Касабланку и Уджду. Только в 1909 г. после двух лет взаимных угроз конфликт был урегулирован подписанием франко-германского соглашения, в котором вновь провозглашалось «экономическое равенство» французских и германских фирм в Марокко при одновременном признании Германией «особых» политических интересов Франции в этой стране. Однако, как показали последующие события, и это урегулирование носило временный характер.

Во-вторых, Алхесирасская конференция еще более сплотила англо-французскую Антанту и укрепила франко-русский союз, обострив их противоречия с Германией. Соперничество европейских коалиций вступило в новую фазу — фазу интенсивной подготовки к войне. A это, в свою очередь, привело к двум важным последствиям: к усилению заинтересованности Антанты в России и к новому витку гонки вооружений и военных приготовлений. Правительство Великобритании в период первого марокканского кризиса приняло решение о создании сухопутных вооруженных сил, пригодных не только для колониальных экспедиций, но и для переброски на континент в случае большой европейской войны. Германия, со своей стороны, имея сильную сухопутную армию, сосредоточила свои усилия на создании высококлассного военно-морского флота.

Англо-германское морское соперничество. Борьба за военно- морской приоритет была важнейшей составной частью англо- германского антагонизма. Потеряв промышленную монополию, Великобритания была кровно заинтересована в сохранении ос · новы своего могущества — монополии колониальной. Гарантией ее сохранения в условиях обострения всего комплекса международных противоречий и угрозы войны являлся самый мощный в мире военный флот. Вот почему вызов Германии в области военно-морского строительства стал причиной особой тревоги в правительственных кругах Великобритании.

Программа создания германских военно-морских сил, изложенная в законах 1898 и 1900 гг., вначале воспринималась в Англии с большой долей иронии и сомнения в возможности ее реализации. Тем не менее под жестким контролем морского министра Германии фон Тирпица все пункты программы выпол- нялисьс немецкой тщательностью и строго по графику. B результате к 1905 r. Англия, удерживая первенство по количеству военных кораблей, стала проигрывать Германии по темпам роста морского бюджета и военно-морского строительства. Преимущество Германской империи состояло также в том, что ее флот при меньших размерах был более концентрированным, британский же был разбросан по всему миру. Учитывая это, британское Адмиралтейство перебросило часть судов из Тихого и Индийского океанов в Северное море. Эта мера была направлена непосредственно против Германии.

Одновременно английские правительственные круги предприняли и еще один крупный шаг. Отставая по темпам наращивания количества военных судов, Англия решила превзойти Германию по их качественным показателям и мощности. B 1905 r. в Великобритании был заложен броненосец принципиально нового типа, значительно превосходивший прежние скоростью хода (17 и более узлов) и водоизмещением (18 тыс. тонн и более). Ero огневая мощь в сравнении с силой артиллерии любого броненосца старого типа увеличилась в 2,5 раза. По имени первого судна {Dreadnought — «Неустрашимый») весь класс этих кораблей получил название дредноутов. Британское Адмиралтейство полагало, что этот рывок Англии в военно-морском соревновании парализует Германию. Ho расчет оказался ошибочным. Вскоре в Германии был спущен на воду дредноут «Нассау». K 1908 r. в английском военно-морском флоте насчитывалось 12 дредноутов, а в германском — уже 9. Между тем появление линейных кораблей класса дредноутов во многом сводило на нет значение судов прежних типов и морское соперничество как бы получило новую точку отсчета. Господство на море определялось теперь наличием и количеством этих гигантов. И если соотношение сил Англии и Германии по старым броненосцам составляло 63 к 26, то по дредноутам — 4 к 3. Инымм словами, уровень военно-морских сил Германии был поднят с 41% от уровня английского флота до 75%.

Исключительно важным являлось и то обстоятельство, что гонка морских вооружений напрямую зависела от реальной мощности промышленной и технической базы. A здесь преимущества были на стороне Германии. B связи со строительством дредноутов военные расходы обеих стран поднялись до неслыханных ранее размеров, что ложилось тяжелейшим бременем на налогоплательщиков.

Учитывая все эти факторы и под давлением общественности английское правительство начиная с 1909 г. не раз предлагало Германии подписать соглашение об ограничении сооружения военных судов и прежде всего дредноутов. Однако в ходе переговоров обе державы предлагали взаимонеприемлемые формулы соотношения военно-морских сил. K тому же в качестве важного дополнения к соглашению Германия требовала принятия взаимных обязательств о соблюдении «благожелательного нейтралитета» в случае войны каждого из участников договора с третьим государством или группой государств. По понятным причинам Англия отвергла эти встречные предложения. Англо-германское морское соперничество принимало все более острый и непримиримый характер.

Апгло-русское соглашение (1907). K 1907 г. сложились предпосылки еще одного фундаментального изменения в международной обстановке в Европе — наметилось англо-русское сближение.

Поворот России от вражды к улучшению взаимоотношений с Великобританией был обусловлен целым рядом причин. Важнейшей из них явилось резкое обострение русско-германских противоречий. Достигнув известной внутриполитической стабильности после подавления революции 1905—1907 гг. и потерпев поражение в войне с Японией, русский царизм вновь активизировал свою политику на Балканах и Ближнем Востоке. Однако и здесь его ожидали неблагоприятные перемены: возросло влияние Германии в Турции и усилилась балканская экспансия Австро- Венгрии, которая опиралась на поддержку все той же Германской империи. B результате главным противником России на Ближнем Востоке и в зоне проливов стала теперь уже не Англия, а Германия. Приобретение ею концессии на строительство Багдадской железной дороги создавало прямую угрозу интересам России. Царизм десятилетиями отстаивал бездорожье в Персии, считая его лучшей гарантией незыблемости своих позиций в этой стране. Теперь же при помощи железнодорожных линий к границе Персии подбирался мощный соперник — Германия. Серьезную озабоченность у российского правительства вызывало и то, что германо-турецкое сближение могло превратить Турцию в сферу единоличного влияния Германской империи, а это, в свою очередь, открывало возможность для установления германского контроля над проливами.

Нарастанию этой взаимной вражды во многом способствовал русско-германский торговый договор 1904 r., который был подписан Россией под давлением Германии, воспользовавшейся ее тяжелым положением в период русско-японской войны. Невыгодный для России договор привел к стремительному захвату Германией российского внутреннего рынка. Русская промышленность не выдерживала конкуренции немецких товаров. B то же время германский рынок был недоступен для экспорта сельскохозяйственных продуктов из России в силу высоких таможенных пошлин. Экономическая конкуренция еще более обостряла русско-германские политические отношения.

Немаловажную роль в англо-русском сближении сыграла Франция, которая была связана договорами как с Англией, так и с Россией. Огромные затраты на войну с Японией и на подавление революционных сил внутри страны увеличили финансовую зависимость царизма от французского капитала. Миллиардный заем, полученный из Парижа, спас самодержавие в самый трудный для него момент, но не давал возможности залатать все прорехи бюджета. Франция же не хотела и слышать о новых займах, пока не будут урегулированы отношения России с Англией. Русское правительство, со своей стороны, стремилось добиться финансовой помощи не только от Франции, но и от Великобритании, что подталкивало его к политическому союзу со своим бывшим противником.

Царское правительство стало склоняться к союзу с Англией еще и потому, что надеялось путем дипломатического соглашения с ней поднять свой международный престиж, подорванный русско-японской войной. Поддержка Великобритании, как рассчитывали в правительственных кругах России, могла явиться гарантией сохранения старых и получения новых сфер влияния в качестве компенсации за российские союзнические обязательства.

Для Великобритании курс на улучшение отношений с Россией был продиктован радикальными изменениями баланса сял в Европе и прежде всего обострением англо-германского антагонизма.

Поражение России в войне с Японией и ее конфликт с австро-германским блоком на Балканах и в зоне проливов нс без оснований расценивались в английских политических кругах как ослабление опасного соперника на Ближнем и Дальнем Востоке. Англо-русские противоречия сохранялись, но теперь оии отступали на второй план. Ha первом же стояла угроза со стороны Германии, в том числе в азиатском регионе. Стратегический замысел Великобритании состоял в том, чтобы использовать старого противника в борьбе с новым.

Правительство Англии рассматривало Россию как двойного союзника — в будущей войне с Германией и в деле подавления революционного и национально-освободительного движения на Востоке. Bo втором случае расчет оправдался очень скоро. Уже в 1908 г. царская Россия и Великобритания совместно выступили против революции в Персии.

Bce эти факторы и привели к заключению англо-русского соглашения, в котором были четко разграничены сферы влияния двух держав на Ближпем и Среднем Востоке. Соглашение было подписано 31 августа 1907 г. в Петербурге. B нем были выделены три вопроса: о Тибете, Афганистане и Персии.

Стороны согласились признать территориальную неприкос- новенностьТибета, который оставался под суверенитетом Китая.

Наибольшие разногласия на переговорах вызвал вопрос об Афганистане. Англия требовала признать его своей единоличной сферой влияния. Россия отказывалась. Лишь включив в текст соглашения обязательство не нарушать территориальную целостность Афганистана и неофициально пообещав России поддержать ее в решении вопроса о праве прохода русских военнык кораблей через Босфор и Дарданеллы, Англия добилась от российского правительства признания афганской территории сферой интересов Британской империи.

B отношении Персии была достигнута договоренность о ее разделе на три зоны: преобладающего российского влияния (наиболее населенная и развитая северная частьстраны); преобладающих английских интересов (юго-восточный Иран, богатый природными запасами нефти и прикрывавший доступ к Индии и Персидскому заливу); расположенная между ними нейтральная зона (центральная Персия, оставшаяся полем англо-русской конкуренции).

Англо-русское соглашение 1907 г. явилось важным этапом в развитии международных отношений начала XX в. Его значение заключалось в том, что оію, разрешив основные и наиболее спорные вопросы в отношениях между Англией и Россией, сделало возможным сотрудничество двух держав в борьбе с Германской империей. При наличии франко-русского (1891—1893) и англо-французского (1904) договоров англо-русское соглашение 1907 г. завершило создание военно-политического блока, направленного против коалиции держав во главе с Германией. Косвенным доказательством антигерманской направленности этого блока явился первый в истории англо-русских отношений визит короля Великобритании Эдуарда Vll в Россию, во время которого он вел переговоры с Николаем II о возможной совместной войне с Германской империей. Так закончился процесс формирования Тройственного Согласия, или Тройственной Антанты, в составе Англии и недавних ее грозных соперников — Франции и России.

Боснийскийкризис 1908—1909гг.В 1908 г. вновьобострилась международная обстановка на Балканах — разразился так называемый боснийский кризис.

Его причиной была аннексионистская политика Австро-Венгрии, стремившейся укрепить свои позиции на Балканском полуострове. Одна из важнейших стратегических задач австрийской внешней политики состояла в том, чтобы обеспечить себе выход в Эгейское море через македонский порт Салоники. Решение этой задачи предполагало захват южнославянских земель.

Главным препятствием на пути реализации внешнеполитических планов Австро-Венгрии было национально-освободительное движение балканских народов. Ситуация осложнялась целым рядом факторов. После государственного переворота 1903 r., приведшего к власти династию Карагеоргиевичей, новое сербское правительство взяло твердый курс на сотрудничество с Россией и освобождение от австро-венгерского финансово-экономического господства. Экономическая блокада, объявленная Сербии Австро-Венгрией, закончилась полным провалом, так как сербское правительство сразу же заключило торговые соглашения с Россией, Францией, Италией и некоторыми балканскими государствами. По тем же причинам победой Сербии завершилась таможенная война с Австро-Венгрией, начавшаяся в 1906 г. Сербскис руководители выдвинули лозунг собирания южнославянских земель, что не могло не привести к еще большему обострению австро-сербских отношений. Сильнейшее беспокойство в австро-венгерских правительственных кругах вызвала младотурецкая революция 1908 г. и введение в Османской империи конституционного строя, что дало дополнительный толчок освободительной борьбе на Балканах.

B этих условиях в целях реализации своих стратегических замыслов и подавления антиавстрийского движения южных славян монархия Габсбургов перешла в решительное наступление. 5 октября 1908 r. был опубликован рескрипт императора Франца- Иосифа об аннексии Боснии и Герцеговины. Это было прямым нарушением постановлений Берлинского конгресса 1878 r., по которым эти провинции переходили под временное управление Австро-Венгрии, но формально оставались частью Османской империи.

Турция, испытывая растущие внутренние затруднения, после короткого сопротивления подписала с Австро-Венгрией соглашение, по которому признала аннексию под видом выкупа этих земель за 2,5 млн ф. ст. Более твердую позицию заняла Сербия. Сербское королевство рассматривало Боснию и Герцеговину как часть будущего южнославянского государства и поэтому восприняло их аннексию как ущемление своих национальных' интересов. Сербское правительство заявило протест и потребовало автономии для Боснии и Герцеговины. Одновременно оно обратилась за помощью к России, которая поддержала сербские требования и предложила рассмотреть вопрос об австрийской аннексии на конференции стран — участниц Берлинского конгресса. Вмешательство России привело к эскалации конфликта, к подключению к нему всех великих европейскихдержав.

B феврале—марте 1909 г. кризис достиг своей кульминации. Австро-Венгрия сосредоточила на границе с Сербией крупные армейские подразделения. He осталась в стороне от конфликта и Германская империя. B поддержку своей союзницы она предприняла дипломатический демарш. Канцлер Б. Бюлов направил в Петербург два послания (март 1909 r.). B первом он предложил России санкционировать аннексию АвстроВенгрией Боснии и Герцеговины, а также добиться признания этой аннексии от Сербии. Bo втором содержался ультиматум: Германия требовала немедленного ответа, дав понять, что если он будет отрицательным, это повлечет за собой нападение Австро- Венгрии на Сербию при поддержке со стороны Германской империи.

Позиция Германии решила исход Боснийского кризиса. Россия, а затем и другие государства, подписавшие Берлинский трактат, приняли германское «предложение». Вопрос о конференции отпал. Антанта отступила в силу неподготовленности России к войне и отказа Англии и Франции от активного противодействия Тройственному союзу. B российских политических кругах это отступление назвали «дипломатической Цусимой».

Боснийский кризис 1908—1909 гг. явился еще одним важным этапом на пути к Первой мировой войне. Одержав дипломатическую победу, центральноевропейские державы не желали останавливаться на достигнутом. Ихдипломатические усилия все более подчинялись решению военных задач. B правительственных кругах Австро-Венгрии разрабатывался план войны против Сербии, являвшейся наиболее серьезной преградой на пути австро-венгерской экспансии на Балканах. Германия, стремясь укрепить свои позиции в Турции, стала оказывать ей не только финансово-экономическую, но и военно-техническую помощь. C 1909 г. качественно иное содержание принимает военное сотрудничество в рамках австро-германского блока, о чем свидетельствовали регулярные совместные совещания Генеральных штабов Германии и Австро-Венгрии.

Весьма очевидным было и другое последствие Боснийского кризиса: резко возросла напряженность в отношениях России и ее союзниц по Антанте с Австро-Венгрией и Германией. Дипломатическое поражение Тройственного Согласия, а также усиливавшиеся военные приготовления австро-германского блока не могли не привести к ответным мерам как политического, так и военного характера. Россия готовилась возобновить борьбу за влияние на Балканах и в зоне черноморских проливов. C 1909 г. стала осуществляться так называемая большая военная программа, предполагавшая реорганизацию российской армии, оснащение войск современным оружием и техникой, восстановление военно-морского флота, почти полностью уничтоженного в период русско-японской войны. B Англии правительство Асквита провело через парламент бюджет со значительным увеличением расходов на военные нужды. Чуть позже аналогичные шаги предприняло и французское правительство.

И, наконец, еще одно важное последствие кризиса состояло в том, что он дал новый мощный импульс освободительному движению на Балканах. Аннексия Боснии и Герцеговины усилила стремление балканских народов к объединению. Сербия не отказалась от идеи создания южнославянского государства, рассчитывая при этом на поддержку Российской империи. Боснийский кризис ускорил образование Балканского союза, направленного против Турции и Австро-Венгрии. B этом контексте можно говорить о сомнительности дипломатической победы австро-германского блока в 1909 г.

Балканы оставались регионом сложного переплетения противоречий великихдержав, национально-освободительной борьбы и международной напряженности.

Второй марокканский кризис (1911). Итало-^рецкая война. B предвоенной истории международных отношений последним относительно спокойным был 1910 год. Начиная со следующего 1911 г. международные конфликты и кризисы возникали один за другим с нарастающей быстротой, вылившись в войну мирового масштаба.

B мае 1911 r., воспользовавшисьвосстанием марокканских племен и под классическим предлогом защиты своих подданных, Франция оккупировала столицу Марокко город Фес. Этот акт фактически означал захват всей страны. Опасаясь контрмер со стороны Германии, французское правительство несколько раньше предложило ей часть своих колониальных владений в Конго в обмен на ее отказ от притязаний на Марокко. Стремясь получить ббльшую компенсацию и следуя традициям противодействия французской политике в Северной Африке, правительство Германии направило в начале июля 1911 г. в атлантический порт Марокко Агадир два крейсера и канонерскую лодку «Пантера». Так называемый прыжок «Пантеры» должен был, по мнению германских правительственных кругов, заставить Францию пойти на более серьезные уступки.

Франко-германские отношения вновьоказалисьна грани войны. Англия в целях укрепления Антанты выступила на стороне Франции. B разгар кризиса английское правительство в резких тонах предупредило Германию, что оно окажет Франции полную поддержку — не только дипломатическую, но и, если понадобится, военную (публичная речь министра финансов Ллойд Джорджа 21 июля 1911 r.).

Вильгельм II и его правительство вынуждены были отступить. B ноябре 1911 г. было подписано франко-германское соглашение, признававшее преимущественные права Франции в Марокко в обмен на передачу Германии части Французского Конго и предоставление ей в Марокко режима «открытьи дверей» сроком на 30 лет. Франция отказалась удовлетворить требование Германии и уступить ей свое предпочтительное право на покупку Бельгийского Конго. B марте 1912 г. согласно Фесскому договору над Марокко был установлен французский протекторат. Франко-германская борьба в Марокко завершилась победой Франции.

Агадирский кризис усилил напряженность в международной обстановке. Германскаяимперия, столкнувшисьсболеетвердым сопротивлением Англии и Франции и чувствуя себя обделенной, еще энергичнее стала готовиться к войне за коренной передел мира.

B том же 1911 г. острый конфликт из-за Триполитании и Киренаики привел к войне между Италией и Турцией. K этому времени Италия добилась от великих держав признания своих «прав» на эти две турецкие провинции (по соглашению с Францией 1901 г. и соглашению в Раккониджи с Россией 1909 r.). 28 сентября 1911 г. Италия предъявила Турции ультиматум с требованием в течение 24 часов дать согласие на оккупацию Триполитании и Киренаики итальянскими войсками. Турецкое правительство ответило примирительной нотой, проявив стремление решить этот вопрос мирным путем. He желая тратить время на дальнейшую дипломатическую переписку, итальянское правительство на следующий день объявило Османской империи войну.

Италия относительно быстро разбила турецкие гарнизоны в Триполитании, хотя еще долго не могла подавить сопротивление арабских племен. Согласно Лозаннскому мирному договору 1912 г. Триполитания и Киремаика отторгалисьот владений Османской империи и фактически превращались в итальянскую колонию, позже названную Ливией.

Триполитанская война еще раз показала, что члены Тройственного союза, в данном случае Италия, целенаправленно и последовательно вели борьбу за перераспределение колоний и сфер влияния, приближая глобальное столкновение великихдер- жав.

Первая Балканская воина (1912—1913). B марте—октябре 1912 г. сложился Балканский союз в составе Болгарии, Сербии, Греции и Черногории (на основе договоров и военных конвенций о взаимной помощи, заключенных между его участниками). Объективно важнейшей целью союза являлось освобождение от османского гнета тех балканских территорий, которые еще оставались под господством Турции. Надежду на решение этой задачи пробуждала прогрессирующая слабость Османской империи, проявившаяся, в частности, в аннексии Австро-Венгрией Боснии и Герцеговины, а также в захвате Италией Триполитании и Киренаики. O том же свидетельствовали возобновившиеся с новой силой национально-освободительные движения в Македонии, Албании и на острове Крит. Одновременно Балканский союз если не формально, то по существу был направлен и против Австро-Венгрии. Так, в болгаро-сербском договоре от 13 марта 1912 r. прямо говорилосьо совместныхдействиях против «какой-либо великой державы», если она попытается захва- титьбалканскиетерритории, принадлежавшиеТурции. Подобные положения были внесены в договоры и других участников союза. Понятно, что в условиях австро-венгерской экспансии на Балканах под «какой-либо великой державой» подразумевалась прежде всего Австро-Венгрия.

Вместе с тем, помимо этих освободительных задач, правительства стран — участниц Балканского союза преследовали и свои особые внешнеполитические цели. Болгария путем присоединения Салоник и Западной Фракии рассчитывала получить выход к Эгейскому морю, а также, выступая вместе с Сербией, овладеть большей частью Македонии. Греция претендовала на территориальные приобретения в Южной Македонии и Западной Фракии, а также на остров Крит и другие островные территории в Эгейском море. Сербия, помимо претензий на Македонию, стремиласьвместес Грециейосуществитьраздел Албании и тем самым обеспечить себе выход к Адриатическому морю. Стратегической целью Сербии было создание под своей эгидой единого южнославянского государства. Различные интересы участников Балканского союза осложняли его борьбу против иностранного господства на Балканах, однако на первом этапе этой борьбы преобладали общие национально-освободительные цели и устремления, что и предопределило успех.

Образование военно-политической коалиции балканских государств вызвало различную реакцию со стороны великих европейских держав. Австро-Венгрия и Германия восприняли ее создание негативно. Первая — в силу традиционно враждебного отношения к национально-освободительному движению, которое представляло угрозу не только турецкому, но и австро-венгер- скому владычеству на Балканах. Вторая — по причине стратегической заинтересованности в сохранении Османской империи, которая все в большей степени подпадала под германское влияние. Что касается держав — участниц Тройственного Согласия, то их согласие в отом вопросе было далеко не полным. Россия поддержала образование Балканского союза, так как видела в нем преграду австро-германскому продвижению на Балканах и в зону проливов. Отношение к Балканскому союзу Англии и Франции можно назватьдвойственным. C одной стороны, оно определялось боязныо усиления позиций России на Ближнем Востоке, а с другой — остротой противоречий с австро-германским блоком. Однако в это время последние соображения превалировали над первыми и поэтому в целом Антанта благосклонно отнеслась к объединению балканских государств и деятельности Балканского союза.

Поводом к войне послужил отказ турецкого правительства от своего обещания предоставить автономию Македонии и Фракии. Военныедействияначалисьвоктябре1912г. B псрвысже дни войны определилось полное превосходство армий союзников над турецкими войсками, что объяснялось значительным пере весом в численности вооруженных сил (600 тыс. у балканских государств и 400 тыс. — у турок), более подготовленным офицерским составом, освободительным характером войны и помощью местного населения. Союзные войска повели решительное наступление на всех фронтах. Турки столь же решительно отступали. Болгария, чья армия нанесла главный удар, устремилась к Константинополю, остановившись в 45 км от турецкой столицы. Греки очистили от противника Эпир и одновременно с болгарами в начале ноября заняли Салоники. Греческий флот гос- подствовалв Эгейском море, блокировав выход из Дарданелл. Сербские войска освободили большую часть Македонии, Северную Албанию и вышли на побережье Адриатики. Потеряв всего лишь за один месяц почти все свои европейские владения, Турция запросила перемирия.

16 декабря 1912 г. в Лондоне открылась конференция представителей воюющих сторон и заинтересованных держав. Обсуждение условий мирного договора было долгим и трудным из-за сопротивления Турции, вмешательства великих европейских держав и обострения противоречий между самими странами-побе- дительницами. При всей многосложности споров и столкновений на мирных переговорах за ними отчетливо просматривался конфликт двух военно-политических блоков и прежде всего России и Австро-Венгрии.

Российская дипломатия решала две группы задач. Первая сводилась к тому, чтобы закрепить результаты одержанных балканскими государствами побед (что соответствовало интересам укрепления позиций России на Ближнем Востоке). Вторая состояла в том, чтобы противодействовать стремлению Австро-Венгрии к исключительному влиянию на Балканах.

Австро-Венгрия, по понятным причинам, преследовала прямо противоположные цели. Габсбургские дипломаты стремились внести раздор между балканскими союзниками, обещая каждому из них, за исключением Сербии, различные привилегии и территориальные уступки за счет других участников коалиции. При этом задачей первостепенной важности считалось максимальное ослабление Сербии, применение всех средств для того, чтобы воспрепятствовать ее выходу к Адриатическому морю и созданию крупного южнославянского государства. По этой причине, отказавшись от традиционно негативного отношения к образованию самостоятельных балканских государств и используя естественное желание албанцев, Австро-Венгрия настаивала на образовании независимой Албании, дабы преградитьдоступ Сербии к морю (независимость Албании была провозглашена в ноябре 1912 r.). Другим средством достижения этой цели стали прямые военные угрозы в адрес сербского правительства. Сербия была вынуждена уступить, так как она и поддерживавшая ее Россия не были готовы к открытому вооруженному столкновению с Австро-Венгрией, которая в этом вопросе находила полное взаимопонимание с Германской империей.

Тем временем Турция, вдохновленная антисербской позицией Австро-Венгрии и Германии, отвергала на переговорах одно за другим все требования Балканского союза. Это привело к тому, что в январе 1913 г. военные действия возобновились.

Войска Османской империи вновь были быстро разгромлены, что сделало ее более сговорчивой.

B мае 1913 г. в Лондоне состоялось подписание мирного договора, по которому Турция уступала балканским государствам значительные территории к западу от линии Мидия—Энос. Иными словами, юридически оформлялось отторжение от Османской империи всех европейских территорий, за исключением ее собственной столицы и небольшой части Восточной Фракии.

Помимо очевидных военно-политических итогов первая Балканская война имела важные международные последствия стратегического характера. Во-первых, к бесспорно прогрессивным ее результатам следует отнести окончательное освобождение Балкан из-под власти Османской империи. Во-вторых, итоги войны усилили напряженность в отношениях великих держав и резко обострили противоречия между балканскими государствами. Балканы неминуемо должны были стать ареной нового военного столкновения.

Вторая Балканская война ¢1913). Сразу же после подписания Лондонского договора разногласия между союзниками из-за дележа завоеванных территорий, обозначившиеся уже во время мирных переговоров, вступили в стадию открытой вражды. Усилению этой вражды активно способствовали великие державы, искавшие пути установления своего господства на Балканах.

Первым свое неудовлетворение результатами войны с Турцией высказало королевское правительство Сербии. He получив Северной Албании и выхода к Адриатическому морю, оно в качестве компенсации потребовало от Болгарии передачи части македонской территории — так называемую Вардарскую Македонию. Болгария отвергла эти притязания. Греция претендовала на Салоники и Эгейское побережье. Болгария отказала и грекам. «Исправления» своей границы за счет Болгарии потребовала и Румыния. Она рассчитывала на присоединение Южной Добруджи и крепости Силистрия. Болгария и в этом случае дала отрицательный ответ. Логика последующих событий была вполне предсказуема: Сербия заключила антиболгарский союз с Грецией, к которому вскоре присоединилась Румыния, а затем и Турция, надеявшаяся отторгнутьот Болгарии хоть что-то из потерянного в предыдущей войне.

Попытки правительства России примирить бывших ооюзии · ков и сохранить Балканский союз к успеху не привели. Болгария не желала идти ни на какие уступки. B этом она находила полнос понимание со стороны Австро-Венгрии и Германии, стремившихся разрушить Балканскую коалицию, которая рассматривалась ими как орудие Антанты и в первую очередь России. Ободренный поддержкой австро-германского блока, болгарский царь Фердинанд I Кобургский в июне 1913 г. открыл военные действия против Сербии. Так началась вторая Балканская война.

Несмотря на то что болгарские войска считались лучшими на Балканском полуострове, силы были неравными и Болгария потерпелапоражение. Войназавершиласьподписаиием 10 августа Бухарестского и 29 сентября 1913 г. — отдельно между Болгарией и Турцией — Константинопольского мирных договоров. Условия этихдоговоров были крайне невыгодны для побежденного. Болгария утратила почти все приобретения в Македонии, исключая небольшой район — Пиринский край. Сербия получала западную и центральную части македонской территории (Bap- дарская Македония), Греция — ее южную часть, включая Салоники (Эгейская Македония). K Греции отходили также почти все острова Эгейского моря и Эпир. Румыния приобретала Южную Добруджу и Силистрию. Турция возвращала себе большую часть Восточной Фракии с Адрианополем. Хотя Болгария и сохраняла выход в Эгейское море, у нее не осталось ни одного сколь- ко-нибудьзначительного порта.

Вторая Балканская война изменила расстановку сил в этом районе. Она содействовала сближению Румынии, Греции и Сербии с Антантой и переходу Болгарии на сторону австро-германского блока. За преимущественное влияние в независимой Албании разгорелась борьба между двумя членами Тройственного союза — Австро-Венгрией и Италией.

B истории международных отношений конца XIX — начала XX в. Балканские войны, несмотря на свой региональный характер, стали событиями общемирового значения. Они довели до логического завершения национально-освободительную борьбу балканских народов против турецкого господства и вместе с тем явились прологом Первой мировой войны. Балканы превратились в самый взрывоопасный район мира. Освободительное движение на Балканах было направлено не только против турецкого, но и любого другого иностранного господства. A это ставило под вопрос само существование Габсбургской монархии. Бесспорным лидером освободительной борьбы южнославянских народов была Сербия. Правительственные круги Австро-Венгрии уже давно пришли к важному политическому выводу: чтобы подавить сопротивление южных славян и спасти империю, необходимо было если не уничтожить, то максимально ослабить сербское государство посредством войны. Ho австро-сербский военный конфликт не мог быть локальным, так как за спиной

Сербии стояла поддерживавшая ее Россия и, следовательио, Антанта, а за спиной Австро-Венгрии — Германия, имевшая свои, и немалые, интересы на Балканах. МеждународНая обстановка складывалась так, что любой острый инцидент в этом районе был чреват войной всеевропейского масштаба. He случайно великий стратег и дальновидный политик Бисмарк еще в конце XIX в. предсказывал, что искрой большой войны явится «какая-нибудь проклятая глупость на Балканах».

Непримиримость противоречий на Балканах проявилась и в том, что со времен франко-прусской войны Балканские войны 1912—1913 гг. сталисамымикровопролитными. Прямыевоенные потери в них составили 224 тыс. человек. Важнейшим итогом Балканских войн было то, что они резко ускорили военную и дипломатическую подготовку Первой мировой войны.

Нарастание военной опасности. Усиление неравномерности развития капиталистических стран и ожесточенная борьба за передел мира, обострение межгосударственных противоречий и образование военно-политическихблоков великихдержав — все это говорило о неизбежности глобального военного столкновения. Об этом же свидетельствовали многочисленные локальные войны и острые дипломатические конфликты (всего в период C 1898 по 1914 г. их было 36). Важнейшим показателем готовившегося силового противоборства стало усиление гонки вооружений (с 1905 по 1914 г. военные расходы шести крупнейших европейских держав ежегодно увеличивались в среднем на 7,5%).

B накаленной противоречиями и конфликтами международной атмосфере оба военно-политических блока — Тройственный союз и Тройственное Согласие приступили к непосредственной подготовке «большой войны».

Наиболее впечатляющими были военные приготовления Германской империи. K 1914 г. Германия имела целый ряд военных преимуществ перед своими противниками из Антанты: комплектование резервов второй и третьей очереди; создание многочисленного офицерского корпуса в расчете на широкомасштабные военные действия; расширение производственной базы, превосходившей по своей мощности французскую и российскую вместе взятые; развитую сеть железных дорог, которая могла быть с успехом использована для военных нужд. Bo всяком случае по темпам мобилизации и срокам переброски войск Россия и Франция уступали Германии в 2—3 раза. Что касается военного флота, то после принятия морской программы 1906 г. Германская империя, отказавшись от строительства броненосцев старого типа, стала ежегодно закладывать по три дредноута. A в 1912 г.

зг

сверх этой программы рейхстаг ассигновал средства на постройку в ближайшие пять лет еще трех дредноутов. Угроза британскому господству на морях приобрела материальные очертания.

Одним из свидетельств всесторонней подготовки Германии к европейской войне стала миссия Лимана фон Сандерса. B нояб ре 1913 г. было подписано германо-турецкое соглашение о направлении в Турцию новой германской военной миссии. Глава этой миссии генерал О. Лиман фон Сандерс стал командующим турецкого корпуса, расположенного в районе Константинополя и проливов. Последовали резкие протесты со стороны государств Антанты и прежде всего России. C огромным трудом российской дипломатии удалось в начале 1914 г. добиться от Германии и Турции перевода фон Сандерса на другую должность. Ho это было уступкой по форме, а не по существу. Германские власти вскоре повысили фон Сандерса в звании, а власти турецкие назначили его генерал-инспектором всей своей армии. Таков был еще один открытый вызов Германии Антанте.

План войны был разработан германским Генеральным штабом еще в 1891—1905 гг. и по имени его начальника получил название «план Шлиффена». Альфред фон Шлиффен исходил из того, что Германии придется воевать одновременно с Россией и Францией. Учитывая медлительность мобилизации русской армии, он предложил начать с молниеносного разгрома Франции (в течение первых четырех недель военныхдействий), а затем уже перебросить главные германские силы на Восточный фронт, чтобы в течение следующих четырех недель добиться победы и над Россией. Удар по Франции предполагалось нанести через Бельгию, где не было такого количества оборонительных сооружений, как на франко-германской границе.

Страны Антанты, хотя и с опозданием, также включились в интенсивную подготовку к войне. Россия при помощи французских займов медленно, но последовательно осуществляла свою «большую военную программу». Франция в 1913 r. перешла от двухлетней к трехлетней военной службе, что позволяло ей к 19l6 г. увеличить численность армии на одну треть. Французский военный план в качестве первоочередной задачи предполагал организацию массированной обороны против немцев по всей линии франко-германской границы. Так называемый «План XVII», разработанный Генеральным штабом Франции, по существу был планом ответных действий по отражению немецкого наступления, направление которого французы не могли с твердой уверенностью предсказать заранее. Поэтому он должен был представлять возможность, как выразился начальник Генерального штаба Ж. Жоффр, «для внесения изменений задним

числом и исходя из реальной обстановки». При всей абстрактности этого плана предполагалось, что одновременно с усилением обороны Франции русская армия будет активно действовать с востока. После достаточного ослабления Германии французские войска должны были перейти в решительное наступление в районе Эльзаса и Лотарингии. России в этом плане отводилась весьма «почетная» роль «парового катка» Антанты.

Готовилась к сухопутной войне и Англия, увеличив по военному закону 1907 г. свои регулярные войска с 25 до 166 тыс. человек и создав из них экспедиционный корпус для возможной высадки на континент. Возросла численность и базовой территориальной армии для непосредственной защиты Британских островов. B условиях обострившегося морского соперничества с Германией Англия еще более усилила внимание к раз- витиюсвоеговоенногофлота. B 1912 г. оназаключиласекретную морскую конвенцию с Францией, в которой предусматривались совместные действия против Германии на море. B том же году аналогичная конвенция была подписана между Францией и Россией.

B дипломатической предыстории Первой мировой войны особой политической активностью отличалась Великобритания. B 1912—1914 гг. английское правительство предприняло целый ряд попыток смягчить англо-германские противоречия. Цель, которая при этом преследовалась, заключалась в том, чтобы в случае успеха обеспечить Великобритании выгодную роль арбитра между континентальными группировками держав.

Еще в начале 1912 г. во время визита в Берлин военный министр Англии лорд Холден предложил германскому правительству отказаться от выполнения новой военно-морской программы в обмен на английские уступки в колониальном вопросе. Германия отклонила это предложение. B следующие два года по инициативе правительственных кругов Великобритании проходили англо-германские переговоры по более широкому кругу международных проблем. После долголетнего сопротивления Англия дала согласие на строительство Багдадской железной дороги, но при условии, что ее конечный участок -- от Багдада до Персидского залива — будет передан под британский контроль. Великобритания возобновила переговоры с Германией и по вопросу о разделе португальских колоний.

Bce эти шаги английского правительства создавали в Берлине впечатление, что Англия ищет примирения с Германией и что она во всяком случае останется нейтральной в случае войны центральноевропейскихдержав с Россией и Францией.

Однако надежды на британский нейтралитет не имели под собой сколь-нибудь серьезной основы. Англо-германский антагонизм оставался одним из решающих факторов приближавшейся мировой войны и не шел ни в какое сравнение с тактическими маневрами Великобритании. «Миротворческая» деятель- ностьанглийской дипломатии отнюдьне имела своими целями ни умиротворение Германии, что было невозможно, ни англо-германское сближение, что было противоестественно при столь острых противоречиях. Скорее всего она была направлена на обеспечение для Великобритании выгодного баланса сил. B любом случае эта деятельность создавала в германских политических кругах иллюзию, что противниками Германии среди великих держав будут только Россия и Франция. Объективно это провоцировало Германскую империю на развязывание войны. Сдругой стороны, заигрывая с Германией, Англия оказывала давление на Францию и особенно на Россию, с которой у нее к этому времени вновь возникли разногласия по вопросу о разделе Персии (из-за английских притязаний на так называемую нейтральную зону, установленную соглашением 1907 r.).

Свой вклад в умиротворение Германии попытался внести и российский император. B мае 1913 г. он нанес свой последний визит в Берлин. Ha переговорах с кайзером Николай II заявил, что Россия готова отказаться от своих притязаний на черноморские проливы и согласиться на преобладающее влияние Германии в Турции, если Германская империя, со своей стороны, удержит Австро-Венгрию от политики захватов на Балканах. Никакой ответной реакции на это предложение не последовало, а Вильгельм II ограничился разговорами на общие темы. Исход переговоров еще раз продемонстрировал, что германские правительственные круги отдают предпочтение не политическому, а военному «урегулированию» международных проблем и конфликтов.

Накануне войны заметно укрепилисьполитические связи между Францией и Россией. Важную роль здесь сыграли поездки в Петербург в 1912, 1913 и в июле 1914 г. премьер-министра, а затем президента Французской республики Раймона Пуанкаре. Bo время последнего визита стороны твердо договорились поднять перчатку, если она будет брошена им Германией и Австро- Венгрией, и не отступатьдаже под угрозой военныхдействий.

Что касается дипломатической подготовки войны со стороны Германской империи, то она в основном свелась к поискам удобного момента и обеспечения благоприятных условий для начала агрессии. При этом Германия была вынуждена спешить в силу целого ряда причин. Одиа из них — все более очевидная ненадежность союзников. Италия продемонстрировала это еще в период первого марокканского кризиса, когда выступила на стороне Франции и против Германии. Австро-Венгрия находилась в состоянии перманентного внутреннего брожения вследствие усиления национально-освободительной борьбы угнетаемых ею народов, составлявших большую часть населения габсбургской монархии. Во-вторых, Германиястремиласьиспользоватьпоявившиеся к 1914 г. серьезные трения внутри Тройственного Согласия, связанные с англо-русским конфликтом в Персии. И, наконец, в-третьих, соотношение сил в Европе, которое складывалось пока в пользу Германии, могло статьдля нее гораздо менее благоприятным через 2—3 года, когда Россия и Франция должны были завершить выполнение своих военных программ. Поэтому Германская империя в 1914 г. активно подталкивала свою союзницу Австро-Венгрию к разжиганию крупного военного конфликта. Дело оставалосьза поводом, и он вскоре был найден.

Сараевское убийство и июльский кризис 1914 г. стали прологом войны мирового масштаба. Язык нот и дипломатических демаршей был переведен на язык пушек и военных кампаний. Первая мировая война явилась результатом соперничества двух военно-политических блоков, итогом развития противоречий великих держав. Для обеих враждующих сторон война носила несправедливый, империалистический характер. Ho при этом наибольшую долю вины и ответственности за развязывание мировой войны нес Тройственный союз и прежде всего Германская империя, выступившая главным инициатором коренного передела уже поделенного мира. Отличительной чертой стратегических установок и внешнеполитической практики центральноевропейских держав было то, что среди всех политических методов достижения своих целей они отдавали предпочтение силовому давлению и открытой агрессии.

Вместе с тем не отличалась миролюбием и внешняя политика стран Антанты. Требованиям передела мира они противопоставили оборонительно звучавшие лозунги сохранения статус-кво. Однако по своему реальному содержанию эти лозунги означали не что иное, как борьбу за сохранение уже захваченного, во-первых, и максимальное ослабление своих конкурентов, во-вторых. Борьба эта не только не исключала, но и предполагала применение вооруженной силы.

Первая мировая война стала важнейшим историческим рубежом, подведя итоги одному этапу в развитии международных отношений и открыв новый этап, унаследовавший многие черты предыдущего, но уже с иной расстановкой сил и иными международными проблемами.

<< | >>
Источник: И.В. Григорьева. Новая история стран Европы и Америки. Начало 1870-х годов — 1918 r.: Учебник / Под ред. И.В. Григорьевой. — M.: Изд-во МГУ,2001. - 720 с.. 2001

Скачать готовые ответы к экзамену, шпаргалки и другие учебные материалы в формате Word Вы можете в основной библиотеке Sci.House

Воспользуйтесь формой поиска

Глава 19 МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ в 1898—1914 гг.

релевантные научные источники:
  • Развитие российско-монгольских отношений: основные направления, проблемы и перспективы (1921-2005 гг.)
    Джагаева Ольга Александровна | Диссертация на соискание ученой степени доктора исторических наук. Элиста - 2006 | Диссертация | 2006 | Россия | docx/pdf | 10.06 Мб
    07.00.03 - Всеобщая история. Актуальность исследования. В монголоведческой тематике проблема российско-монгольских отношений является одной из актуальных. Это объясняется целым комплексом причин, в
  • Международное право
    Вылегжанин А.Н. | Под. ред. Вылегжанина А.Н. М.: — 1012 с. | Учебник | 2009 | pdf | 7.36 Мб
    Содержание учебника в духе традиций научно-педагогической школы МГИМО охватывает базовый понятийно-терминологический аппарат международного права и стержневые проблемы его современного толкования и
  • Международное право
    Кузнецов В. И., Тузмухамедов Б.Р. | Ред. Кузнецов В. И., Тузмухамедов Б. Р., 3-е изд., перераб. - М.: — 720 с. | Учебник | 2010 | Россия | pdf | 9.98 Мб
    В учебнике в соответствии с государственным образовательным стандартом освещаются все основные вопросы современного международного права Авторы стремились совместить научный анализ основных понятий и
  • Международное право
    Щербинина О. Е. и др. | Конспект лекций. Красноярск: ИПК СФУ, — 301 с. | Учебно-методические комплекс | 2008 | Россия | pdf | 2.4 Мб
    Настоящее издание является частью электронного учебно-методического комплекса по дисциплине «Международное право», включающего учебную программу, пособие по семинарским занятиям, методические
  • Международные экономические отношения
    | Ответы к зачету/экзамену | 2016 | Россия | docx | 3.02 Мб
    1.Внутренняя политика и обменный курс в открытой экономике. 2.Валютные обменные курсы: определения и измерения 4.Расчет цены в зависимости от базисных условий поставки. 5.Применение ИНКОТЕРМС в
  • Гражданское и арбитражное судопроизводство как предмет совместного международно-правового и внутригосударственного регулирования
    Фёдоров Игорь Вадимович | Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук | Диссертация | 2002 | docx/pdf | 4.9 Мб
    Специальность 12.00.00 - Международное право. Европейское право. Екатеринбург 2002 ВВЕДЕНИЕ. ГЛАВА I. ПРИМЕНЕНИЕ МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВЫХ НОРМ В ГРАЖДАНСКОМ И АРБИТРАЖНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ -
  • Международно-правовая ответственность государств
    Прошина Елена Анатольевна | Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва — 2006 | Диссертация | 2006 | Россия | docx/pdf | 2.8 Мб
    Специальность 12.00.10 — международное право; европейское право. Введение 3-12 Глава I. Институт международно-правовой ответственности в системе международных отношений 13-57 § 1. Понятие и природа
  • Международные хозяйственные организации (особенности правового статуса и деятельности)
    Ямпольский Илья Михайлович | Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Санкт-Петербург 2005 | Диссертация | 2005 | Россия | docx/pdf | 3.5 Мб
    Специальность 12.00.10 - международное право; европейское право. ВВЕДЕНИЕ З Глава 1. Международные хозяйственные организации — участники международных отношений 15 § 1. Участники современных
  • Сравнительное и международное семейное право
    Учебник | Учебник | 2016 | Международное | docx | 0.3 Мб
    Перечень условных обозначений 6 Предисловие 7 Глава 1. Общее представление о дисциплине «Сравнительное и международное семейное право» 9 1.1. Понятие семейных отношений с иностранным элементом 9
  • Международное право
    Шаповалова Н. Н. | Учебное пособие. М.: МФПА, — 120 с. | Учебное пособие | 2004 | Россия | pdf | 0.93 Мб
    Московская финансово-промышленная академия. Содержание Введение 5 Раздел I. Международное публичное право 8 Тема 1. Международное право как особая система юридических норм 8 Тема 2. Дипломатическое и
- Археология - Великая Отечественная Война (1941 - 1945 гг.) - Всемирная история - Вторая мировая война - Древняя Русь - Историография и источниковедение России - Историография и источниковедение стран Европы и Америки - Историография и источниковедение Украины - Историография, источниковедение - История Австралии и Океании - История аланов - История Византии - История Древнего Востока - История Древнего Рима - История Казахстана - История кинематографа - История Новейшего времени - История Нового времени - История первобытного общества - История Р. Беларусь - История России - История средних веков - История стран Азии и Африки - История стран Европы и Америки - Історія України - Музееведение - Новейшая история России - Палеонтология - Первая мировая война - Ранний железный век - Украина в XVI - XVIII вв - Украина в составе Российской и Австрийской империй - Україна в середні століття (VII-XV ст.) - Энеолит и бронзовый век -