Глава 4 ГОСУДАРСТВЕННЫЙ СТРОЙ

Характерные черты абсолютной монархии. Государственный строй, господствовавший в ХѴІІ—ХѴПІ вв. в большинстве стран Западной Европы, современники называли абсолютной монархией.

Утверждение абсолютной монархии сопровождалось территориальной консолидацией, которая достигалась путем ослабления самостоятельности отдельных земель и владений и их сплочения в единое государственное образование во главе с монархом-сувереном. Ему как носителю высшей власти обязаны были беспрекословно повиноваться все подданные независимо от их сословной принадлежности.

B начале Нового времени сложилась централизованная система управления: монарх при содействии подчиненной ему администрации стремился утвердить свою власть на всей территории страны, в центре и на местах, во всех сферах и на всех уровнях управления. Центральные органы власти постепенно расширялись по мере выделения канцелярий, советов и ведомств, специализировавшихся на ведении дел в той или иной отрасли государственного управления (судебной, финансово-налоговой, таможенной, военной, внешнеполитической). Co временем эти ведомства и канцелярии превращались в министерства. Тенденция к разделению ранее объединенных функций проявлялась и иа уровне местных органов власти. Создание централизованной системы управления повлекло за собой формирование нового социального слоя профессиональных должностных лиц, государственных чиновников, бюрократии.

Государство стало вмешиваться в экономику, проводить активную экономическую политику, главной целью которой было увеличение поступлений в казну в связи с постоянным ростом государственных расходов, прежде всего военных.

Наряду с расширявшимся государственно-административным аппаратом армия превратилась в опору монархии.

Франция Англия Пруссия

1653 г. — 155 тыс. 1544 г. — 42 тыс. 1653 г. — 4 тыс.

1678 г. — 280 тыс.

1691 г. — 440 тыс. 1712 г. — 75 тыс. 1740 г. — 80 тыс.

1750— 1760-е гг. — 160— 186 тыс.

1790-е гг. — 800 тыс. 1813 г. — 250 тыс. нач. XIX в. — 300 тыс.

Bce больших расходов требовало также оснащение армий более совершенным (т.е. огнестрельным) оружием; одновременно увеличивалось число транспортных средств, расширялись тыловые службы, строились мощные крепости и другие оборонительные сооружения. Bo Франции военные расходы в начале XVIII в. достигли 100 — 145 млн ливров против 4,5 млн в начале XVII в.; в Англии в период Войны за испанское наследство в начале XVIII в. армия и флот по- ілощали соответственно 45 % и 35 % всех поступлений в казну. Именно постоянное увеличение военных расходов заставляло монархии искать дополнительные источники доходов, что влекло за собой p;i *бухание фискальной системы и рост налогов.

Типичной чертой монархий этого времени были большие дворы государей. Чтобы контролировать все еще влиятельную аристократию и «привязать» ее к трону, монархи окружали себя сотнями и даже іыеячами придворных (как это было при Бурбонах в Версале в XVlII в.), раздавали пенсии, ренты, награды, доходные придворные ло іжности. Неотъемлемой стороной придворной жизни были блес- Iмите праздники и увеселения. Огромные траты на содержание дво- pnn уступали по своим размерам только расходам на армию.

Вокруг наиболее знатных аристократов и фаворитов складыва- 'iMcii придворные группировки, соперничавшие за влияние при дворе и *a расположение монарха, сулившее политические выгоды и мшсрпальные блага.

Понятие «абсолютизм» в сознании современников и в историографии. B ХѴП — ХѴНІ вв. официальная политическая доктрина провозглашала власть монарха «абсолютной». Это понятие трак- •омачось современниками по-разному. C одной стороны, монарха гчиіачп «посланцем Бога на земле», а его власть — дарованной ему 4hwinc и потому не зависимой ни от каких общественных установ- ігниіі. Короли «по своей абсолютной власти выше закона», — утверж- дл і м начале XVII в. английский монарх Яков I Стюарт, — они «суверенные законодатели и не связаны законами страны». «Только в моей персоне заключена суверенная власть, — вторил ему Людовик XV во второй половине XVIII в., — только мне принадлежит законодательная власть, независимая и нерушимая». Вместе с тем сложилось представление, что, хотя монарх олицетворяет верховную власть, существуют «основные законы» страны, т.е. издавна сложившийся порядок, который не позволял королю, кроме всего прочего, посягать на права собственности подданных и вводить произвольно новые налоги. Такой традиционный порядок, подкрепленный рядом юридических установлений, в ХѴІІ — ХѴШ вв. называли конституцией, хотя на деле конституции в современном ее понимании — т.е. основного писаного закона страны — не существовало.

B отечественной и зарубежной историографии ХІХ—ХХ вв. важнейшей чертой абсолютной монархии, пришедшей на смену сословной монархии Средних веков, считали неограниченную власть государя. Такое представление легло в основу концепции абсолютизма (термин «абсолютизм» возник в 1820-е гг.), которая была распространена вплоть до второй половины XX в. Абсолютизм приравнивался к самодержавной власти монарха, основанной на полностью подчиненной ему и всесильной бюрократически-чиновничьей системе.

Бесспорно, ХѴІІ — ХѴІІІ вв. прошли в Западной Европе под знаком усиления государства и его роли в обществе, расширения его функций и властных полномочий, создания более разветвленной системы управления, внедрения централизации, сосредоточения большей власти в руках монархов. Общей тенденцией стало стремление центральной власти урезать полномочия сохранявшихся еще от Средних веков сословно-представительных собраний, и некоторые из них прекратили свое существование. Этот факт историки долгое время использовали как доказательство того, что именно с исчезновением таких сословных собраний, препятствовавших усилению власти государей, утвердился абсолютизм как ничем не ограниченное, деспотическое правление. Исследования второй половины XX в. показали необоснованность таких взглядов.

Особенности абсолютизма в отдельных странах. Основные составляющие государства абсолютистского типа (централизация, бюрократическая система управления, административная и законодательная унификация, усиление личной власти монарха и др.) проявлялись весьма неодинаково в отдельных странах Европы. Bce зависело от конкретных исторических условий, в которых протекало становление абсолютной монархии, в частности от степени развития и укорененности возникших еще в период сословной монархии разного типа представительных и административных учреждений, которые все еще продолжали существовать и функционировать. Очевидно, судить об объеме власти монарха при абсолютизме можно только с учетом характера государственной системы в каждой отдельной стране и того факта, что сословное представительство в разных формах существовало не только на общегосударственном, но и на провинциальном и местном уровнях.

B исторической литературе было принято считать образцом абсолютизма Францию ХѴІІ — ХѴІІІ вв. в большей степени именно потому, что Генеральные штаты — общефранцузское сословное собрание — перестали созываться после 1614 г. Однако Генеральные штаты вообще не были регулярно действующим учреждением (в XVI в.

Система управления во Франции оставалась дуалистической. Ee неотъемлемой частью были особые учреждения — 13 парламентов, неповторимой особенностью которых было сочетание судебной и законодательной функции. Самым влиятельным среди них был Парижский парламент, полномочия которого распространялись на всю Францию и включали в себя контроль как над действиями мест- ных властей в провинциях, так и над муниципалитетом Парижа. Столичный парламент претендовал на роль высшего судебного органа страны. Важнейшим среди его полномочий было право регистрации королевских указов, без чего те не могли вступить в силу. Таким образом, Парижский парламент, по крайней мере юридически, контролировал королевское законодательство. Аналогичными были функции провинциальных парламентов, включая право регистрации королевских эдиктов.

Характерной чертой формирования абсолютных монархий в Западной Европе была продажадолжностей в административно-судебном аппарате и в армии. Широкая продажа должностей началась во Франции в XVII в. Купленные должности приносили большой доход их владельцам и становились их полной наследственной собственно- c і ыо. Лица, купившие должности («дворянство мантии», или служи- ioc дворянство), не являлись чиновниками в полном смысле слова и приобретали определенную независимость от короля. «Дворянство мантии» постепенно смыкалось со старым родовитым «дворянством шпаги» и готово было отстаивать в парламентах интересы привилегированных сословий как в центре, так и в провинциях вразрез с цент- рализаторской политикой короля. Архаическая система продажи должностей и их наследования снижала способность короны управлять юсударственным аппаратом. Монархия несколько раз делала попытки проводить реформы, но все они заканчивались провалом. K концу XVIII в. выявилась внутренняя слабость французской абсолютной монархии, оказавшейся в состоянии глубокого кризиса.

B монархии Габсбургов дуализм абсолютистской системы госу- аарственного управления был выражен особенно сильно. B каждой и i входивших в ее состав земель — Штирии, Нижней Австрии, Бо- ісмии (Чехии), Венгрии, Южных Нидерландах — действовали местные сословные собрания и властные учреждения, сохранялось свое особое законодательство. B собственно австрийских землях, а также в Богемии и Венгрии власть фактически принадлежала светским и церковным магнатам, державшим под контролем земельные сословные собрания (сеймы) и подчиненную им местную администрацию. Назначаемые из Вены должностные лица уступали местным чиновникам по численности и влиянию.

B государстве отсутствовала единая система налогообложения, в большинстве земель сословные собрания самостоятельно определяли размеры налогов, порядок их раскладки и сборов, а также суммы, предназначенные имперской казне. Таким образом, до середины XVIII в. прерогативы центральной власти на уровне земель были весьма ограничены.

B 1740-е гг. после поражения в войне с Пруссией монархия Габсбургов постаралась добиться большей самостоятельности в австрийских землях и Богемии, однако военные налоги по-прежнему могли вводиться только с согласия сословных собраний. B других же частях империи (Венгрии, Южных Нидерландах, Ломбардии) до 1780-х гг. все налоги согласовывались с местными сословными собраниями и магистратами, причем венгерское дворянство и духовенство вообще не платили налогов.

B Испании, несмотря на ее военную мощь, абсолютистское государство до начала XVIII в. отличалось слабой централизацией. Отдельные области сохраняли широкую автономию, обладая не только представительными учреждениями — кортесами, налоговыми и судебными привилегиями, но и собственными денежными системами и вооруженными силами. Реальная власть в областях принадлежала местной аристократии. Только в первой половине XVIII в. после сокрушительного поражения Испании в войне с антииспанской коалицией были приняты меры к усилению центральной власти и значительно ограничена политическая самостоятельность областей.

B Италии в ХѴТ — ХѴИ вв. переход к монархиям абсолютистского типа происходил при сохранении политической раздробленности. Централизация областных, региональных государств сопровождалась ликвидацией автономии коммун и территорий, устранением (или лишением всякого влияния) выборных учреждений, а также унификацией правовых норм. Власть все более сосредоточивалась в руках одного правителя, опиравшегося на вновь созданную систему управления. Были упразднены сословные собрания в Пьемонте (уже в 1560 r.), на о. Сардиния и в Неаполе (в 1642 r.). Только на о. Сицилия парламент действовал вплоть до начала XIX в., и хотя в нем были представлены 43 города, подчиненные юрисдикции короны, в парламенте господствовали крупные феодальные землевладельцы, сохранявшие право вотировать налоги.

Германские земли вступили в Новое время в состоянии доставшейся от феодализма беспримерной по масштабам политической раздробленности. Сотни больших, средних, мелких и мельчайших светских и церковных владений, формально входя в состав средневековой Священной Римской империи и подчиняясь ее главе — избираемому императору, на деле являлись самостоятельными государственными единицами. Bo многих из них периодически собирались сословные собрания — ландтаги, вотировавшие право государей собирать налоги.

C окончанием Тридцатилетней войны Вестфальский мир (1648) признал князей совершенно независимыми от императора и полностью самостоятельными во внутренних и внешних делах. Так совокупность обстоятельств привела во второй половине XVIl в. к утверждению в германских государствах абсолютистских начал управления. Князья старались либо упразднить, либо лишить реальных полномочий ландтаги, ограничивавшие их власть. Подобно монархам больших европейских стран, германские властители создавали чиновничий бюрократический аппарат, собственные вооруженные силы, заводили дворы с обширным штатом придворных. Особенность абсолютизма в Германии, как и в Италии, состояла в том, что он не привел к территориальной консолидации; напротив, абсолютизм здесь шкрепил политическую раздробленность и экономическую обособленность германских земель, став препятствием для поступательно- I о развития германского общества. При этом в ряде крупных германских государств абсолютистские устремления правителей встречали упорное противодействие сословных учреждений, например в Мек- іенбурге и Вюртенберге. Конфликты, возникшие, в частности, в свя- ш с проблемой контроля над финансами, могли тянуться десятиле- шями и принимать различные формы. Сохранялся дуализм власти: іандтаги (или созданные ими особые учреждения) могли оставаться противовесом абсолютистской власти и порой связанным с ней проявлениям произвола и деспотизма.

Большими особенностями отличался абсолютизм в Бранденбургско-Прусском государстве, имевший ярко выраженный милитаристско-бюрократический характер. Сделав ставку на создание сильной армии как главной опоры своего режима и средства расширения территории государства, монархи из правившей здесь динас- ши Гогенцоллернов стали действовать напролом: не считаясь с ланд- іліами, они самовольно вводили налоги в городах и деревнях. Co- і ілнный ими обширный чиновничье-бюрократический аппарат был посгавлен под контроль военного ведомства. Городские советы — иріапы самоуправления, были упразднены. B результате власть Го- іепцоллернов, особенно во второй половине XVIII в. при короле Фридрихе II, приняла самодержавно-бюрократические черты. Однако даже при этом власть правителей не стала безграничной. Дворянские привилегии оставались незыблемыми, даже если противоречи- Iii интересам королевской власти. Несмотря на вечную потребность монархии в деньгах, дворянство не платило налогов. Сгон крестьян ^ іемель сокращал число налогоплательщиков, однако изданные в этой связи королевские постановления, ограничивавшие произвол землевладельцев, игнорировались последними, а власти не настаивали на выполнении своих декретов.

B Дании и Швеции долгое время господствовали аристократические кланы, отстаивавшие свои привилегии и ограничивавшие власть короля. Bo второй половине XVII в. совместные действия духовенства и горожан (а в Швеции также и крестьян) позволили устранить господство аристократической олигархии и укрепить королевскую власть, хотя в Швеции ее окончательное верховенство утвердилось только в 1770-е гг.

Таким образом, в целом та форма государственности, которая утвердилась в большинстве западноевропейских стран в ХѴН—ХѴНІ вв. и которую принято называть абсолютной монархией, хотя и принесла с собой большую централизацию управления и усиление власти монархов, отнюдь не превратила ее в неограниченную. Достигнутый уровень централизации часто был невысок: в Испании, монархии Габсбургов и Франции отдельные провинции и области по-прежне- му обладали той или иной степенью автономии. От прошлого сохранились местные органы власти, отстаивавшие свою независимость от короны. Европейские страны были далеки и от законодательного единства: не только в областях и провинциях, но в более мелких административно-территориальных единицах продолжали действовать собственные законодательные нормы. Bo Франции такие законы исчислялись десятками, что дало основание одному историку сравнивать законодательство этой страны с пестрым лоскутным одеялом. Однако и в других странах правовая, налоговая и судебная системы, а также система мер и весов были весьма далеки от унификации.

«Старый порядок» был обществом привилегий. Больше всего привилегий было у дворян и духовенства, хотя немало особых прав принадлежало также городам, городским цеховым корпорациям, университетам. Существование множества привилегий само по себе ограничивало власть монархов.

Социсигьная основа абсолютизма в отдельных странах Западной Европы также была неоднородной. B Испании абсолютная монархия вплоть до начала XVII в. ориентировалась преимущественно на интересы аристократической верхушки, представители которой долгое время доминировали в высших органах управления. Вместе с тем короли вытесняли титулованную знать из некоторых высших государственных органов вполне послушными им служилыми людьми с целью подчинения себе аппарата управления. B Пруссии до конца XVIII в. опорой абсолютистского государства было провинциальное дворянство, полностью подчинившее себе крестьян и составлявшее офицерский костяк прусской армии. Однако административный аппарат Пруссии практически целиком состоял из чиновников-горо- жан.

Габсбурги, добивавшиеся укрепления центральной власти и консолидации полиэтнической монархии, хотя и учитывали в своих действиях главенствующую роль в обществе феодального дворянства и церкви, тем не менее периодически вступали в противоборство C дворянством, не желавшим поступаться своими привилегиями и отстаивавшим областную автономию.

Весьма сложная социальная природа французского абсолютизма была обусловлена особенностями развития общества во Франции в ХѴП—ХѴІІІ вв. Дворянство утратило здесь свою сословную однородность, часть его втянулась в буржуазные отношения. B то же время образовался влиятельный и весьма многочисленный слой бюрократии, начавшей доминировать в аппарате управления. Bce большую силу набирала группа финансовых воротил, которые могли вступать в союз с бюрократической верхушкой. Интересы этих группировок, а также придворной знати и высшего духовенства, соотношение сил между ними во многом определяло в XVIII в. характер политики французского абсолютизма.

Государственное устройство Англии ставило ее на особое место среди европейских монархий. Здесь рано возникло английское представительное собрание — парламент, который закрепил за собой право контролировать налогообложение: короли могли соби- рагь с подданных налоги только с согласия парламента. B Англии фактически не было сословий, обладавших особыми привилегиями, и критерием представительства в палате общин была не сословная принадлежность, а имущественное положение. Королевской идасти не удалось создать в провинциях подчиненную ей бюрокра- шческую администрацию: власть на местах вплоть до XIX в. по за- исденному порядку принадлежала судам, выполнявшим одновременно и административные функции. Мировые судьи, как прави- . u>, выбирались из среды мелкого и среднего провинциального дво- ряпсгва, часть которого втянулась в буржуазные отношения. Наконец, островное положение Англии сказалось в том, что короли дол- u>e время не имели права содержать в мирное время постоянную iip\iню — в этом также проявлялась зависимость королевской вла- uii or парламента.

B первой половине XVII в. новые английские короли из динас- iiiii С тюартов попытались избавиться от контроля парламента над н,і ioi ами, добиться финансовой и административной самостоятель- iioem и таким образом утвердить королевское самовластье. Однако и\ намерение расширить прерогативу короны, действуя в обход iup. іамента, было воспринято в обществе как проявление деспотизма, как нарушение традиционного порядка, предусматривавшего рацраничение прав парламента и короля. Возникший конфликт ііринсл страну к революции. B конечном счете именно в Англии на рМк-же ХѴІІ—ХѴПІ вв. утвердилась первая в Европе конституционная монархия, т.е. ограничение королевской власти было закреплено официально в качестве одного из устоев государства, его органической черты.

Республики. B Европе вплоть до конца XVIII в. существовали государства с республиканской формой правления: Республика Соединенных провинций Северных Нидерландов (Голландии), Венецианская и Генуэзская республики в Италии, десятки городских республик в германских землях. Фактически республиканским было устройство Швейцарии. Однако эти государства были неодинаковы, имея собственные характерные черты. Республики в Венеции и Генуе представляли собой сложившееся еще в Средние века олигархическое правление замкнутых групп городских патрицианских семей (купцов, финансистов, магистратов), многие из которых обзавелись дворянскими титулами. B администрации Венеции и Генуи не было профессиональной бюрократии — должности занимали те, кто принадлежал к верхушке городской знати, наследовавшей посты в аппарате управления.

Республика Соединенных провинций северных Нидерландов представляла собой федерацию 7 провинций. Наиболее влиятельной среди них была Голландия. Провинции сохраняли собственные законы и институты власти. Ведущую роль играли города с правящей патрицианской верхушкой, которая доминировала и в провинциальных собраниях, направлявших своих представителей в Генеральные штаты. B ведение центральной власти входили только внешняя политика и военные дела. От участия в управлении были отстранены не только массы населения, но и богатые купцы, не принадлежавшие к городскому патрициату. B чрезвычайных обстоятельствах (во время войны или политического кризиса) вся власть временно передавалась избранному верховному правителю — статхаудеру.

Французская революция конца XVIII в. вызвала к жизни новые, сменявшие друг друга формы государственности, породила новые государственные институты и методы управления.

C образованием в конце XVIII в. США и принятием конституции 1787 г. на карте мира появилось первое республиканское государство, основанное на новых, демократических по своей природе, политических и правовых принципах.