17.1. Швеция

Швеция как великая держава. Предпосылки возвышения.

B истории Швеции XVII век — это эпоха возвышения и величия: доселе провинциальное северное королевство вышло на авансцену европейской политики и превратилось в могущественную военную державу, с интересами которой не могли не считаться другие государства.

K началу 1660-х гг. ее владения кроме самой Швеции («округленной» за счет отвоеванных у Дании областей Сконе, Блекинге, Хал- ланд и Бохуслен), Финляндии, к которой на востоке добавилась часть Карелии, включали также Ингерманландию (бывшая Ижорс- кая земля на побережье Финского залива), Эстляндию (стала шведской еще в XVI в.), Лифляндию с богатой Ригой, часть так называемой Задней Померании со Штеттином в устье Одера и всю Переднюю Померанию с о. Рюген, порт Висмар в Мекленбурге и бывшие епископства Верден и Бремен (кроме самого г. Бремена). Bce эти области различались по своему политическому и административному статусу, а их население было разнородно в этническом и языко- іюм отношениях¹. He было и полного религиозного единообразия. Государственной религией Швеции являлось лютеранство, но, например, в Ингерманландии и Карелии проживало значительное чис- io православных, которым официально была предоставлена свобо- ia вероисповедания.

Предпосылки возвышения Швеции в период так называемого «сликодержавия (1611 — 1718 гг.) были таковы.

Во-первых, в начале XVII в. ослабели соседние державы: королевская власть в Дании и особенно в Речи Посполитой испытывала все оольшие трудности в мобилизации ресурсов и преодолении сопро- швления аристократии; в германских государствах обострились шіутренние противоречия, которые вскоре и привели к началу Трид- иа гилетней войны; Россия переживала тяжелейший кризис (Смута). Hce это открыло дорогу шведской экспансии на Балтике.

Во-вторых, на рубеже ХѴІ—ХѴІІ вв. в Швеции, прежде всего благодаря голландским иммигрантам (предпринимателям и инженерам), произошли важные изменения в организации горного дела, что обусловило рост доходов от экспорта металлов и развитие оружейного производства. Швеция стала крупнейшим в Европе экспортером железа и заметным — меди, хотя с середины столетия производство этого металла стало падать. Прогресс в горно-металлургической отрасли позволил также наладить выпуск современного холодного и огнестрельного оружия. Шведская армия не зависела от импорта вооружения, напротив, экспорт пушек был одной из важных статей государственных доходов.

Наконец, в-третьих, предпосылкой шведского великодержавия стало создание эффективного механизма управления страной на основе согласия между королевской властью и широкими кругами дворянства в отношении основных направлений внутренней и внешней политики. Ведь в перспективе материальные и человеческие ресурсы, которыми располагала Швеция, были все же недостаточными для превращения ее в передовую военную державу, и лишь рациональное использование всех ресурсов в условиях сложившейся внешнеполитической конъюнктуры позволило государству добиться своего высокого международного статуса и, что еще важнее, довольно долго его за собой удерживать.

Внутриполитическое развитие и реформы первой половины XVII в. Рассматривая обстоятельства, сделавшие возможным возвышение Швеции, нельзя недооценивать значение личных качеств (и отношений друг с другом) короля Густава НАдольфа (1611 — 1632) и его сподвижника, впоследствии в 1632— 1644 гг. — главы регентского правительства графаИлгедя Оксеншерны (с 1612 г. граф занимал высшую административную должность риксканцаера). Густав Адольф был неординарной личностью: прекрасно образован, владел 6 языками, занимался математикой и историей (оставил после себя несколько исторических сочинений).

При вступлении на престол 17-летний Густав II Адольф принес присягу, в которой пообещал править в согласии с государственным советом ij>uKcpodoM), состоявшим из представителей высшей знати, и сословным парламентом риксдагом): не начинать без их одобрения войну, не заключать мир, не издавать новых законов, не вводить новые налоги.

Указ 1612 г. вновь подтвердил дворянские фискальные и административные рривилегии, закрепил за благородным сословием ведущую роль в обществе и в управлении страной. При этом от превращения в замкнутую касту шведское дворянство предохраняла активная политика аноблирования королевской властью представителей других сословий. Новоиспеченные дворяне — чиновники и военные офицеры, заинтересованные в служебном росте и регулярном получении государственного жалования, до поры до времени не выступали против засилья аристократии.

Что касается прочих сословий, податных (поскольку они, в отличие от дворянства, регулярно платили налоги): духовенства, бюргерства и крестьян, то они имели возможность оказывать определенное влияние на политику через участие в работе риксдага. B целом при Густаве II Адольфе риксдаг стал играть весьма заметную роль. Согласно изданному в 1617 г. Уставу, регламентировавшему деятельность этого института, представители всех 4 сословий были обязаны собираться по указу короля (с 1660 г. — через каждые три года). Сословия не могли выступать с законодательной инициативой, хотя имели право представлять жалобы, но должны были — каждое по отдельности — давать коллективные ответы на внесенные монархом «предложения». Если мнения расходились, а последующие дискуссии не приводили к согласию, король мог действовать в соответствии с тем ответом, который сочтет наиболее подходящим.

Важные изменения произошли в административной системе.

Благодаря военной реформе Густава II Адольфа шведская армия с гала одной из лучших в мире и одержала немало побед на полях І ридцатилетней войны. Был упорядочен набор рекрутов, введен но- иый (и весьма строгий) военный устав, создана легкая полевая артил- ісрия. Важными тактическими нововведениями стали линейное построение и налаживание эффективного взаимодействия артиллерии с другими родами войск.

Однако внутриполитический баланс, сложившийся при Густаве Адольфе, не мог сохраняться бесконечно долго. B середине столетия, н годы самостоятельного правления королевы Кристины (1644 — 1654), одним из ведущих факторов политической жизни стал конф- шкт между аристократией и королевской властью, а также между іристократией и податными сословиями, все активнее требовавшими уменьшения налогов и возвращения в казну ранее пожалованных июрянам земель (так называемой редукции). Впервые податные co- ^ ювия единым фронтом выступили против дворянства на риксдаге 1650 г. И сама королева Кристина, и ее преемники умело использовали поддержку низов в борьбе с влиянием аристократии.

Социальная структура шведского общества в XVII в. Положение крестьянства. Социальная структура шведского общества в период великодержавия выглядела так: дворянство и духовенство составляли (каждое) не более 1 %; бюргеры вместе с некоторыми другими группами населения, проживавшего в городах, но формально не принадлежавшего ни к одному из сословий (например, владельцы предприятий) — 3 — 4%; крестьяне и другие группы сельского населения (например, домашняя прислуга) — около 95 %.

Швеция, таким образом, была крестьянской страной, причем большая часть шведского крестьянства была свободной.

Однако в связи с активными земельными пожалованиями короной податных и коронных земель дворянам в первой половине XVII в. возник вопрос о положении шведского крестьянства в период великодержавия. B советской историографии было принято говорить O «феодальной реакции» и «угрозе закрепощения» податных крестьян. Однако современные шведские историки полагают, что правовое положение крестьянства вообще и крестьян, проживавших на переданных дворянам землях, в частности в период великодержавия радикально не ухудшилось. Действительно, дворянское землевладение росло, однако лишь на небольшой части полученных от короны податных земель новые владельцы налаживали интенсивное сельскохозяйственное производство, основанное на систематическом использовании крестьянского труда. Как правило, дело ограничивалось сбором крестьянских платежей. Шведские дворяне предпочитали вкладывать средства не в сельское хозяйство, а в строительство дворцов. Наконец, в целом в Швеции крестьяне, проживавшие на дворянских землях, так и не подпали под юрисдикцию владельцев, хотя представители дворянского сословия периодически выступали на риксдагах с подобными просьбами. Исключение составляли порядки в прибалтийских провинциях и в провинции Сконе. Там власть землевладельцев над крестьянами была больше (в частности, скон- ские дворяне могли судить своих крестьян¹). Высказывавшиеся же ^[5] время от времени на риксдагах жалобы представителей крестьянского сословия на засилье дворян-землевладельцев во многом являлись красочными преувеличениями.

Абсолютистский режим (1680—1718) и крушение шведского великодержавия. Правивший после Кристины король Карл Густав умер в 1660 r., когда его сыну — будущему Карлу XI (1660 — 1697), было всего 5 лет. Поэтому до 1672 г. страной руководило регентское правительство. Несмотря на завещание покойного монарха, стремившегося обеспечить преобладание в правительстве членов королевской фамилии, оно было поставлено под контроль риксро- да. Основной проблемой в этот период был огромный государственный долг, образовавшийся в годы многочисленных войн, которые Швеция вела в середине века. Недовольство податных сословий политикой аристократии росло.

Карл XI был объявлен совершеннолетним в 1672 г. При вступлении на престол он не сделал никаких уступок в пользу риксрода, а на риксдаге 1680 г. в союзе с податными сословиями и низшим дворянством добился принятия важнейшего решения, увенчавшего собой поражение аристократии в борьбе с королевской властью. Было объявлено о проведении полномасштабной редукции земель: значительная часть ранее сделанных земельных пожалований была возвращена короне. B результате редукции дворянское землевладение уменьшилось вдвое, и если в середине XVII в. дворянам принадлежало 2/3 всех земель страны, то в 1700 г. — только 1/3 (на долю коро- ііы и представителей податных сословий также приходилось по 1/3).

Редукция позволила провести важную военную реформу. Рекрутские наборы заменила военно-поселенная система: крестьянские дворы были разделены на «роты», каждая из которых отвечала за содержание и снаряжение одного солдата-пехотинца или матроса; последнему где-нибудь поблизости выделялся участок земли для прокормления. Аналогичным образом офицеры обеспечивались жа- юваньем за счет группы крестьянских дворов и получали жилье в іой же местности, где проживали их подчиненные.

B 1680 г. Карл XI добился вынесения риксдагом постановления, и соответствии с которым король не был обязан прислушиваться к мнению членов риксрода. Последний из государственного был переименован в королевский совет. Контроль за замещением должностей целиком перешел к королю. B 1682 г. сословия передали ему іакже всю полноту законодательной власти (хотя за риксдагом еще псгавалось право налогообложения) и предоставили свободу дей- сишй в вопросе проведения редукции. Наконец, в 1693 г. риксдаг объявил короля самодержавным и суверенным правителем, не обя- іапным отчитываться за свои действия ни перед кем на земле.

Символическим выражением абсолютной власти шведского монарха стал жест сына Карла XI — Карла XII (1697— 1718), который но время коронации сам возложил на себя корону и в отличие от своих предшественников не принес при восшествии на престол никакой присяги. По иронии судьбы со смертью Карла XII существование абсолютистского режима в Швеции прервалось.

Одним из факторов, ускоривших такое развитие событий, стали военные поражения Швеции. C именем Карла XII неразрывно связано падение шведского великодержавия. Причем часть ответственности за это лежит на нем персонально. Склонность к радикальным решениям, нежелание прислушаться к предостережениям советников, внешнеполитические и стратегические просчеты (будучи гениальным тактиком, Карл XII был слабым стратегом) в итоге привели к тому, что Швеция потерпела поражение в Северной войне (1700— 1721) и утратила статус великой державы. C другой стороны, ресурсы, которыми располагала Швеция, должны были рано или поздно оказаться недостаточными для борьбы за удержание этого статуса. K началу XVIII в. изменилась и внешнеполитическая ситуация: с возвышением России, целенаправленно стремившейся к приобретению опорных пунктов на Балтике, развал шведской балтийской империи стал практически вопросом времени.

Общественное сознание. Образование. Возвышение Швеции сопровождалось распространением представления о величии и даже исключительности шведской нации. Миф о том, что шведы — потомки легендарных готов, подвиги которых были описаны античными авторами, активно эксплуатировался государственной пропагандой при Густаве Адольфе и позднее на протяжении всего XVII в. Эти представления стимулировали интерес образованной элиты к истории отечества, стало развиваться собирательство «древностей», а в 1666 г. была основана Антикварная коллегия — государственное учреждение по изучению и охране исторических памятников. Апофеозом интеллектуального течения, ориентированного на поиск свидетельств славного «готского» прошлого Швеции, стал труд профессора Упсальского университета Улофа Рюдбека Старшего (1630 — 1702) «Атлантика». Врач, ботаник, один из основоположников шведской археологии, Рюдбек применил всю свою ученость, чтобы доказать: Швеция — это и есть упоминаемая Платоном Атлантида и родина всей классической цивилизации.

Период великодержавия оказался важным этапом в развитии шведской системы образования — растущее государство было заинтересовано в подготовке квалифицированных чиновников. Начиная с 1620-х гг. по инициативе центральной власти в городах — центрах епархий, начали открывать гимназии. Благодаря Густаву Адольфу была обеспечена экономическая база для существования Упсальского университета. Позднее были основаны университеты в Дерп- me (1632), Або (1640) и Лунде (1666)¹. Огромную роль в развитии на- ^[6] чального образования играла церковь, на которую была возложена обязанность воспитывать благочестивых и верных подданных. Одним из результатов усилий церкви в этом направлении стало широкое распространение грамотности: к концу XVII в. читать умело большинство населения.

17.2.