Завещание

Приходится сожалеть о том, что стремление к сокращенным наименованиям побудило английских юристов заменить ясное слово «testament» двусмысленным словом «will» для обозначения распоряжения своей собственностью, которое человек делает на случай смерти.

* О значении «открытого договора продажи» см. Дженкс, Свод: английского права. Москва, Юриздат І 439 и след.

С юридической точки зрения завещание — это не Имеющее правового эффекта при жизни составителя и могущее быть свободно отмененным им распоряжение собственностью, которой завещатель к моменту его смерти может располагать, в чем бы она ни состояла. Если эти моменты входили в намерения завещателя, то как бы это распоряжение ни называлось, оно является завещанием, а если один из этих моментов отсутствует, то как бы это распоряжение ни называлось и чем бы онс ни было, по английскому закону это не завещание. Эти три момента в своей совокупности делают завещание, как говорят, «подвижным» («ambulatory»).

Всякое такое «подвижное» распоряжение, как бы оно ни именовалось, может быть действительным завещанием, если соблюдены требуемые формальности и если оно сделано лицом, которое обладает завещательной правоспособностью.

С другой стороны, сколько бы ни говорилось в документе о том, что он является завещанием, если имеется в виду связать при жизни волю завещателя, либо придать документу неотменяемость, или предполагается, что он вступит в силу не после смерти завещателя, а в связи с другим событием, то документ этот не есть завещание.

Всякий человек (в том числе и замужняя женщина), достигший ?возраста в двадцать один год, достаточно рассудителен, чтобы понимать, что он делает, и если он не находится под воздействием страха или обмана, он может составить завещание, имеющее законную силу.

Эти формальности или как их называют «solemnities»,. требующиеся для того, чтобы обычное завещание имело законную силу, сводятся к наличию:              1)              письменной              формы:

записи, 2) подписи под документом завещателя или кого- либо другого в его присутствии и по его поручению и 3) последующего засвидетельствования двумя свидетелями, которые оба ставят свою подпись под завещанием в присутствии завещателя, хотя не обязательно каждый из них в присутствии другого. Свидетелем может быть всякий разумеющий свои поступки. Не требуется, чтобы он знал содержание завещания или даже то обстоятельство, что подписываемый документ является завещанием. Но никакой свидетель или супруг свидетеля не может получить какие-либо выгоды по завещательному документу, засвидетельствованному им или его супругом.

В некоторых системах права придается особое значение- так называемым «собственноручным» завещаниям, т. е. написанным рукой завещателя, причем в таких случаях даже не требуется известных формальностей, необходимых для признания 'законной силы за завещанием, написанным профессиональным поверенным или его служащим. Английское право не создает, естественно, препятствий для собственноручного написания завещания завещателем, но за таким завещанием оно не признает (преимуществ или привилегий в сравнении с завещаниями, составленными юристами, во всяком случае в отношении формальностей.

Воля завещателя может быть (выражена в ряде последовательных документов, из которых все, кроме первого, называются «codicils» или подчиненными документами (ancillary documents). Последние должны быть подписаны и засвидетельствованы точно так же, как и завещания, и с правовой точки зрения ничем от завещаний не отличаются.

Более поздний завещательный документ аннулирует более ранний в той мере, в какой это нужно, чтобы позднейший документ получил силу; завещание может быть также отменено тем, что оно сжигается, разрывается или уничтожается другим способом самим завещателем или кем- либо по его распоряжению и в его присутствии, с намерением отменить его.

Брак завещателя также отменяет ранее составленное им завещание, кроме двух следующих случаев: 1) когда в завещании указывалось, что оно составлено именно в виду этого предполагаемого брака и 2) поскольку имущество, которым завещатель распорядился в завещании, не перешло бы к его родственникам, если бы он им не распорядился, например, доверительная собственность, или капитал, который завещатель имел право завещать только определенной группе лиц.

Правила завещательного распоряжения, изложенные выше, столь просты и ясны и столь общеизвестны, что из-за них возникает мало контроверз. Гораздо чаще возникающие в судах дела по завещаниям связаны с толкованием значения отдельных выражений; многообразие их столь велико, что здесь невозможно входить в их рассмотрение. Но поскольку завещания часто составляются в критические моменты самим завещателем, либо юристом, не лишне указать, что золотое правило в таких случаях гласит: «Отдайте себе точный отчет в том, что вы имеете в виду сделать, и выразите это, по возможности, кратко и просто». Прежде всего надо бояться, как чумы, таких двусмысленных выражений, как «не сомневаясь, что», «будучи уверен, что», «надеясь, что» (А поступит так-то и так-то).

Некоторые из наиболее дорогостоющих и сложных тяжб по завещаниям возникли вследствие применения завещателем выражений, смысл которых он не продумал основательно: суды же, стремясь к установлению истинных намерений завещателя, часто искали выражение воли завещателя там, где ее на самом деле не было. Затем неопытный в юридических вопросах завещатель должен тщательно избегать пользования техническими выражениями, которые он слышал, но, вероятно, не понял. Если он хочет завещать землю, пусть он не называет ее «real property» (реальным имуществом):

' если он хочет распорядиться деревенским ДОМОМ, В KOTGIDOM он жил, пусть он не называет его «шу personal hereditament» (мое персональное наследственное имущество). В результате проявления такой учености вероятнее всего возникнет тяжба.

Одна из наиболее удивительных особенностей английского права — это полная свобода, предоставляемая завещателю выбирать лиц, в пользу которых он составляет свое завещание. В тех странах, которые прямо или косвенно заимствовали принципы римского права, правило «обязательной доли», как она называется, обеспечивает вдове и детям покойного различные доли в его собственности; правило это сохранилось, как наследие старинных обычаев, и в большинстве стран, не испытавших римского влияния. Имеются некоторые доказательства того, что даже в Англии это старинное правило сохранялось, по крайней мере, в некоторых округах до конца XVII века. Но с тех пор оно совершенно исчезло, в такой степени даже, что, как мы видели, «заповедные права» (entailed interests) могут свободно завещаться

Человек может распорядиться в своем завещании всей собственностью, которой он располагает на момент своей смерти, кроме такой (например, пожизненные права), на которую его права истекают вместе с его жизнью. Он может сделать это в общих выражениях, например: «Вся моя собственность, в чем бы она ни заключалась», или специально указать, например: «Моему сыну Георгу я оставляю картину Рубенса».

Воля завещателя может оказаться тщетной вследствие смерти при ег’о жизьи одного или нескольких из назначенных им наследников. Это называется «lapse». В большинстве случаев «lapse» делает соответственную часть завещательного распоряжения недействительной, но в двух случаях оно ?не имеет такого следствия. Во-первых, когда завещатель оставил какую-либо собственность одному из своих прямых нисходящих и тот умер при жизни завещателя, оставив в свою очередь прямых нисходящих, которые пережили завещателя. В таком случае применяется правовая фикция и исходят из того, что первоначальный наследник умер непосредственно после (а не до) завещателя и, следовательно, завещанная собственность переходит по завещанию первоначального наследника, либо же к его ближайшим родственникам, если он умирает без завещания. Можно усомниться в том, что первый вариант имелся когда-либо в виду составителями Акта о завещаниях, задача ноторої о заключалась, вероятно, в том, чтобы обеспечить собственность за потомством первоначального наследника. Но в этом состоит опасность правовых фикций.

Другое исключение из общего правила о ?«lapse» имеет место, когда завещание создает заповедное (entailed) право в пользу лица (родственника или чужого), которое умирает при жизни завещателя. В таком случае наследующие потомки получают это право опять-таки, как будто первоначальный наследник умер непосредственно вслед за завещателем. Но в обоих случаях оно, вероятно, обременяется претензиями кредиторов завещателя, так как никто не может получить права по завещанию, пока не уплачены все долги завещателя.

Во всех других случаях «lapse» — собственность, завещанная лицу, которое умирает при жизни завещателя, переходит либо к остальным наследникам по завещанию, либо к наследникам по закону.

В итоге можно сказать, что завещатель может а) сделать в своем завещании любое распоряжение в отношении своей собственности, которое он мог бы сделать для выполнения его при жизни и б) не может сделать никаких других распоряжений. Все правша, касающиеся законности распоряжений, как, например, Правило против увеков ечения, правила относительно прав, основанных на общем праве и на справедливости, об объеме созданных прав, о незаконной цели сделки и т. д., распространяются одинаково на документы за печатью и завещания. Вероятно, наиболее 'существенное различие между обоими способами распоряжения заключается в том, что земля, дарованная по завещанию с благотворительными целями, хотя она и предназначается для благотворительности, должна быть продана в течение года после смерти завещателя, если она не требуется для фактического использования в благотворительных целях; такое же дарение по документу за печатью, во всяком случае, если оно зарегистрировано уполномоченными по благотворительным делам, позволяет благотворительному учреждению сохранить землю, как помещение капитала.

Но следует оказать несколько слов об анормальной форме дарения -post mortem, которая является, очевидно, компромиссом между безотзывным даром и даром, который может быть отозван.

Это — donatio mortis causa. Человек, страдающий или полагающий, что он страдает смертельной или опасной болезнью, -может передать другому в качестве дара движимое имущество (а в случае things in action, документ, служащий титулом для него) в предвидении своей смерти от этой болезни. Между сторонами должно быть установлено, что дар вступает в силу только в случае смерти дарителя от болезни, которой он, по его мнению, страдает. Даритель может в любое время восстановить свое владение этой движимостью или документом. Но если он не сделает этого или умрет от своей болезни, эта движимость становится собственностью одаряемого, хотя она, вместе с тем, в последнюю очередь служит источником удовлетворения по долгам дарителя.