Отношение системы общего права к статутам

Господствующее положение статутного права в США не означает, что законы в США и в континентальной Европе применяются сходным образом или даже выглядят сходно. Достаточно лишь взглянуть на сборники федеральных законов и законов штатов, чтобы убедиться в том, что в США статуты больше по объему и сложнее по содержанию, чем любой кодекс, принятый в стране семьи романо-германского права, или «отраслевое законодательство», получившее распространение в странах семьи романо-германского права наряду с кодексами*.

Отношение системы романо-германского права к статутам. Под влиянием идей Французской революции в странах континентальной Европы тезис о законодательном верховенстве получил дальнейшее развитие и закрепился в виде постулата о законодательной исключительности, в соответствии с которым законодательство признавалось единственным легитимным источником права. Правомерность судебного нормотворчества официально отрицалась. Когда законодательные органы принимали кодексы, то они имели в виду, что эти кодексы исчерпывающе охватят предмет правового регулирования. Поэтому, когда неизбежно стали выявляться пробелы в законодательстве — либо допущенные разработчиками по невнимательности, либо в силу появления новых, не урегулированных кодексом отношений — судьи восполняли эти пробелы, но, будучи связанными постулатами всеобъемлющего характера и исключительности законодательства, вынуждены были обосновывать свои предложения необходимостью просто толковать положения кодифицированных законов. Такая практика положила начало гибкому толкованию законов. Развитию гибкого толкования законов также способствовало то обстоятельство, что в качестве сводных законодательных актов кодексы должны были действовать в течение длительного времени, и поэтому их положения формулировались в самом общем виде.

Отношение системы общего права к статутам. «Отношение системы общего права» к законодательным актам имеет свою специфику, которая отличает ее от подхода, принятого в большинстве стран, входящих в семью романо-германского права. Судьи, осуществляющие правосудие на основе норм общего права, относятся к статутам как к сборникам конкретных норм права, подлежащих справедливому применению только в рамках изложенных в них условий, но никак не за их пределами. Предметы правового регулирования, лежащие вне этих рамок, по- прежнему регламентируются нормами обшего права. Такое отношение означает, что американские суды, как правило, не дают двояких толкований одного и того же закона, как это обычно происходит в странах, входящих в семью романо-германского права.

Во-первых, суды в системе романо-германского права рассматривают кодексы как своды таких правовых принципов, из которых могут произрастать конкретные нормы права. Например, все деликтное право Франции произошло из нескольких строк общего содержания, записанных в Гражданский кодекс страны[214]. В США суды вряд ли станут отыскивать для себя, а законодатель вряд ли будет составлять лишь общие принципы в законодательстве, которыми следует руководствоваться при создании конкретных норм[215]. Тем не менее общие принципы права, используемые судами обшего права при разработке нормативных предписаний, существуют, но только в сфере действия общего права.

Во-вторых, суды в системе романо-германского права вправе выносить мотивированное решение по аналогии, применяя установленную законом норму права к ситуациям, непосредственно не регулируемым данной нормой. Например, Федеральный конституционный суд Германии на основе толкования положения закона, предусматривающего зашиту права пережившего супруга проживать в квартире после смерти супруга-квартиросъемщика, недавно вынес решение, устанавливающее аналогичное право в отношении мужчины-компаньона, проживавшего в квартире вместе с умершим квартиросъемщиком. Этим решением Федеральный конституционный суд Германии подтвердил не только правомерность, но и обязанность судов восполнять пробелы в праве по аналогии[216]. В США суд толкует положения закона с целью его применения строго в рамках условий действия нормы и, как правило, воздерживается прибегать к аналогии с другой нормой, когда мотивирует свое решение по делу. Если американский суд взялся бы толковать закон, подобный вышеупомянутому закону Германии, он, скорее всего, воспользовался бы правилом expressio unius est exclusio alter і us', чтобы еше раз подтвердить, что положение данного закона прямо и однозначно говорит о супругах, подразумеваемым образом исключая из круга субъектов данных правоотношений лиц, проживающих совместно, но не являющихся официально супругами.