Психологическая функция пропаганды как орудия империалистической психологической войны
Психологическая сущность буржуазной пропагандист* ской доктрины наиболее отчетливо выступает в пропащ гандистских акциях, осуществляемых в рамках психолЦ гической войны. Здесь нет необходимости пояснять сут$ идеологической подоплеки, а также стратегию и тактику, психологической войны.
Этот вопрос специально рассмот^ рен в работах по соответствующей проблематике . Дл4 ясности напомним только, что одним из главных элемент тов психологической войны является пропаганда, в осо-> бенности так называемая «черная пропаганда», основан-» ная на лжи и провокациях.Пропагандистские акции, предпринимаемые в ходе ве-дения психологической войны, направлены на то, чтобы воздействовать на низменные чувства людей, пробудить у них ненависть, страх, ужас, дезорганизовать человече-скую психику. Американские методы пропагандистского воздействия в этой сфере не признают никаких мораль-ных и гуманистических ограничений. Известный теоретик психологической войны, уже не раз нами упоминавшийся, П. Лайнбарджер описывает, например, такие методы морального воздействия: «...На голодающие японские войска в Северной Бирме сбрасывались красочные открытки, изображающие различные японские кушанья и деликатесы... немцы в войне с Францией... посылали французским солдатам фальшивые письма из родных городов, рассказывающие о том, что их жены якобы прелюбодей-ствуют или что они болеют венерическими болезнями»; японцы во время второй мировой войны распространяли среди американских солдат «фотографии с изображением обнаженных женщин, чтобы приводить солдат в такое сильное возбуждение, которое вынудило бы их потерять голову и сдаться в плен» Именно такое стимулирование негативных психических процессов, разрушительное воздействие на человеческую личность составляет суть пропаганды в условиях психологической войны.
Подобные, но более «усовершенствованные» методы пропагандистского воздействия применялись в качестве «морального» подспорья в период военных действий во Вьетнаме. Организуя такие пропагандистские акции, американцы прибегали к наиболее изощренным приемам.
Для того чтобы вызвать уя^ас, особенно в ночное время, уси-< лители передавали записанные на пленку душераздирающ щие стоны, вопли, отчаянный плач ребенка и матери, буддийскую погребальную музыку, таинственное рычание и звуки, напоминающие голоса диких зверей или вообра-жаемых лесных демонов. Эти звуки перемежались разговором матери с ребенком или причитаниями плачущего малыша: «Папочка, где же ты? Почему так долго не при- ходишь? Я не хочу, чтобы ты погиб, возвращайся к нам, мы с мамой тебя ждем» КАнтичеловеческий характер такого рода пропагандист-* ских процедур настолько очевиден, что здесь не нужны никакие комментарии. В них, как в фокусе, преломляются все наиболее отвратительные свойства пропаганды, применявшейся агрессорами во Вьетнаме: антигумаиизм, ложь, коварство.
Психологические знания в этих случаях используются против человека и его наиболее сильных жизненных потребностей, таких, в частности, как душевное равновесие. Расшатывание психического равновесия должно привести к облегчению осуществления замыслов агрессора. Теоре-тики психологической войны работают над созданием са-» мых изощренных методов, служащих военным и политическим целям.
Пропаганда, ведущаяся в рамках психологической войны, не ограничена никакими моральными запретами и не считается ни с какими средствами. По мнению JI. Фрэзера, «неразборчивая в средствах пропаганда при равных условиях будет более эффективной, чем пропаганда, оста-» навливающаяся перед ограничениями морального плана, которые мешают работнику пропагандистского аппарата проявить свои способности» . Это высказывание, не требующее комментариев, выражает психологический и моральный смысл пропаганды как оружия психологической войны.