§ 12. Группа собирательно-разделительных имен числительных

К категории имен числительных наряду с обозначениями чисел относится группа собирательно-разделительных числительных***, распадающихся на два разряда: 1) двое, трое; 2) четверо, пятеро, шестеро, семеро, восьмеро, девяте­ро, десятеро (где явственно выступает суффикс -еро).

* Необходимо отметить морфологические своеобразия сложения числительной морфемы пол- с именами существительными. Номинатив образуется соединением пол- с родительным па­дежом существительного: полминуты, полведра, полчаса (ср. : эти полминуты; за зти полчаса; прошло целых полминуты). К косвенным падежам существительного присоединяется количе­ственный префикс полу- (в течение этой полуминуты; в продолжение первого получаса; этого по­луведра); но иногда возможно в разговорной речи и неизменное пол- (не забуду этой полминуты; полудня и полдни, но к полудню; пополудни; в полверсте и полуверсте и т. п. ; полночь, полночи, но полуночи). Ср. также: полгода, в течение полугода и т. п. , но множественное полугодия, полугодий и т. п. -1" Ср. формы согласования: «У тебя полголовы седая, а между тем куда ты ни оборо­тишься, всюду у тебя скандал» (Лесков, «Соборяне»).

** Ср. остаток местоименного прилагательного обой- в идиоме обоего пола.

*** Миклошич в «Vergleichende Grammatik der slavischen Sprachen» (Wien, 1879, 4, гл. З) на­зывает числительные типа двое, трое и т. п. distributiva (разделительными). В современном рус­ском языке собирательное значение возобладало в этих словах над разделительным. Однако употребление двое, трое и т. п. в сочетании с pluralia tantum (двое ножниц, трое саней и т. п. ) явно основано на старом дистрибутивном значении этих числительных.

9 В. В. Виноградов 257

четверыми* и т. п. ; 4) резким контрастом между формой именительного-ви­нительного падежа, с которой сочетаются существительные в родительном падеже множественного числа, и формами косвенных падежей, в которых эти собирательные слова согласуются с определяемыми существительными: че­тверо сыновей, но лишился троих сыновей; 5) смешанным характером системы словоизменения, сочетающей номинатив на -е, -о с формами косвенных паде­жей по склонению прилагательных множественного числа.

Собирательно-разделительные числительные гораздо «субстанциональ-нее», предметнее, чем прямые обозначения чисел (ср. : пятеро и пять, двое и два и т. п. ). В применении к лицам собирательные числительные приобре­тают яркий отпечаток субстантивности (вне связи с родительным падежом): семеро одного не ждут; «И вместе трое все в него [в воз] впряглись» (Кры­лов); у Тургенева в рассказе «Муму»: «Одаренный необыкновенной силой он работал за четверых» и т. п. Ср. в «Чапаеве» Д. Фурманова: «Вот кинулись все четверо, поплыли. Двоих убило в тот же миг, лишь только коснулись во­ды. Плыли двое, уже были у самого берега — и в этот момент хищная пуля ударила Чапаева в голову».

В значении и употреблении собирательно-разделительных числительных обнаруживаются категории лица и совокупности, характерные для имен существительных. Эти собирательно-количественные слова сочета­ются главным образом с обозначениями лиц. Например: «У ней было четверо сыновей, в том числе и мой отец, все четверо были отчаянные игроки» (Пушкин, «Пиковая дама»).

Однако категория лица у них не совпадает с категорией лица имен суще­ствительных.

Намечавшееся в газетных стилях второй половины XIX в. распростране­ние этого оборота и на категорию лица встретило решительный отпор со сто­роны пуристов41 (но ср. , например, в составных количественных обозначе­ниях: Можно принять сто четыре студента и т. п. ). Проф. Р. Кошутич констатировал, что слова из категории лица (в противоположность названиям животных) в языке образованных людей первой четверти XX в. не были охва­чены этим процессом нивелировки лиц и предметов при счете. Нормой и

* Впрочем, в современном языке формы творительного множественного четверыми, пятерыми, шестерыми и т. д. малоупотребительны; вместо них говорится: четырьмя, пятью, шестью и т.

258

теперь остаются конструкции с родительным падежом прямого объекта: Я видел двух детей, трех сестер и т. п.

Собирательно-разделительные имена числительные двое, трое, четверо сочетаются также с существительными pluralia tantum. Например: двое суток, трое саней и т. п. * По-видимому, это употребление к половине XIX в. вытес­нило в литературном языке старые формы числительных-прилагательных двои, трои и т. п. Ср. : «Остановимся, может быть, сутки на двои» (Фонви­зин); «Он мог так пробыть хоть трои сутки» (Гончаров).

В первой трети XIX в. еще употреблялись обе формы: двое и двои, но уже в «Практической русской грамматике» Н. И. Греча обнаруживается склон­ность к смешиванию этих двух типов (т. е. двое, трое, четверо и т. п. с двои, трои, четверы и т. п. ). Указывая на то, что двое, трое, четверо, десятеро, се­меро «служат для обозначения числа предметов одушевленных, личных, а двои, трои, четверы — для исчисления имен, употребляемых только во мно­жественном числе »43, Греч предписывает сочетать и те и другие формы с ро­дительным падежом множественного числа: двои часов, трои саней, четверы ножниц. Ср. у Пушкина: «Сделаны были трои триумфальных ворот» («Мате­риалы для истории Петра I»); у Гончарова: «Знаменитые отпиратели всяких дверей и сундуков. . . пробились трои суток. . . и объявили замок неотпи-раемым» («Фрегат Паллада») и т. п. **

Однако А. X. Востоков («Русская грамматика», § 44, 1, 6), а за ним и Павский стремятся разграничить употребление двое, трое и т. п. и двои, трои и т. п. : «. . . двое прикладывать к одушевленным существам и сочетать с родительным падежом, а прилагательные двои прикладывать к неоду­шевленным и сочетать с ними в одном падеже и числе. Например: двое то­варищей, двое слуг, двои сапоги, двои рамы, двои очки»44.

Позднее К. С. Аксаков констатировал: «Мы употребляем двое. . . Мы не смеем употребить двои. . . но народ употребляет обе формы, он говорит: двои ключи. Образованный или лучше испорченный наш язык оскорбляется таким выражением и называет его простонародным.

Формы двои, трои, четверы и т. п. , вытесненные омонимическими форма­ми двое, трое и т. п. , вымерли, так как противоречили основному принципу категории числительных — принципу грамматического разрыва между но­минативом и косвенными падежами. Но в современном языке при pluralia tantum собирательные числительные, кроме двое, трое, четверо, употребляют­ся наряду с простыми числовыми обозначениями. В сочетании двое, трое, че­тверо суток, ворот и т. п. совсем недопустима замена двое, трое, четверо че­рез два, три, четыре. Начиная с пяти возможны параллельные конструкции: пять суток и пятеро суток, шесть ворот и шестеро ворот и т. п. По-видимо­му, пять, шесть ворот и т. п. гораздо нормальнее, чем пятеро, шестеро во­рот. В косвенных падежах употребление простых числительных при pluralia tantum явно предпочитается: при помощи двух щипцов, с тремя ножнищми, на четверых воротах 46, с семью дверями и т. п. Формы косвенных падежей от пятеро, шестеро и т. п. в связи с существительными pluralia tantum, по-види­мому, вовсе не употребительны.

* Любопытно, что двое, трое, четверо и т. п. в применении к парным предметам могут обозначать, в отличие от числительных два-две, три, четыре, две, три пары чего-нибудь: двое брюк, двое сапог, двое перчаток и т. п. 42

** О возникновении оборотов двои, трои с родительным падежом множественного числа см. : Шахматов А. А. Исследование о двинских грамотах XV в. А. А. Шахматов видел здесь ре­зультат взаимодействия оборотов два часа и двои сутки, т. е. перенос родительного падежа из конструкций с два, три и т. п. на формы с двои, трои и т. п. (с. 128—129).

259