§ 65. Эмбрион особого, волюнтативного наклонения
В форме прошедшего времени совершенного вида, омонимической с формой повелительного наклонения, намечается новый тип глагольного наклонения, которое можно назвать наклонением волюнтативным (или волевым).
Это наклонение близко к изъявительному, но отличается от него яркой модальной окраской. Выражаемая волюнтативным наклонением связь действия с его производителем носит резкую печать субъекгивной оценки этой связи со стороны говорящего лица. Эта связь изображается как немотивированная, внезапная, произвольная. Яркая модальная окраска этой формы прошедшего времени мгновенно-произвольного действия резко отделяет ее от системы изъявительного наклонения (впрочем, ср. форму будущего совершенного с как: «А Ефрем вошел в лес, да вырезал себе дерево, эдак перста в два, да как выскочит опять на дорогу. . . » — Тургенев, «Поездка з Полесье»). Но еще дальше по своим значениям эта форма отстоит от повелительного наклонения.Резкая грань между повелительным наклонением и волюнтативным обнаруживается и в том, что форма 2-го лица волюнтативного наклонения в повествовательном стиле не употребляется (2-е лицо возможно лишь в вопросительном предложении: А ты пойди и скамей1?)424. Ограничение употребления формы 2-го лица волюнтативного наклонения диктуется не только необходимостью формального размежевания с повелительным наклонением, но оно
487
вытекает и из модальных значений самой категории волюнтатива. Оттенок произвольности, полной независимости от чужой воли, свойственный этому наклонению, не сочетается со значением формы 2-го лица*.
Форма волюнтатива, как сказано, обозначает действие прошедшее, стремительное, мгновенное, представляющееся внезапным, немотивированным актом воли действующего лица.
Например: «Вдруг приглянись мне девушка, ах, да какая же девушка была, красавица, умница, а уж какая добрая!» (Тургенев, «Петр Петрович Каратаев»); «Да вдруг нелегкая ее дерни сходить в баню» (Тургенев, «Холостяк»); «И соберись они ночным делом, картежники-то» (Л. Толстой); «Только вдруг она как поскользнись, да навзничь, да и переломи себе ногу» (Тургенев).
Как указано А. А. Шахматовым и Стендер-Петерсеном, к области волюнтатива примыкает употребление так называемых «междометных форм глагола», а также аналитических конструкций с формальным глаголом взять {взять и, взять да; см. ниже).
По-видимому, близки к волюнтативу повествовательные обороты, состоящие из модальной частицы давай с инфинитивом несовершенного вида. Сочетанием инфинитива с давай выражается быстрый, немотивированный приступ к действию. «Сели вместе за стол и давай пить» (Афанасьев, «Народные сказки»).