§ 27. Деепричастия как гибридная наречно-глагольная категория

I. Образование и употребление деепричастий несовершенного вида

Гораздо менее глубок и силен процесс адвербиализации глагольных форм, из которых (кроме отпричастных наречий на -юще (реже -яще): умо­ляюще, потрясающе — обычно со значением: с каким-нибудь видом или ка­ким-нибудь образом) к наречию тяготеет лишь категория деепричастия.

* Ср. наречие впопыхах и: «Гаврило прибежал в страшных попыхах» (Тургенев, «Муму»). ** Акад. С. П. Обнорский считал на свой слух «вполне возможными деепричастия рвя, пеня, стригя, мн. ч. жня и т. п. » (Известия Отделения русского языка и словесности, 1916, т. 21, кн. 1, с. 334).

*** Учение о временах предшествования и одновременности в формах причастия и деепри­частия перенесено в русский язык из греческой грамматики 55.

319

гольная форма, выступающая в функции определяющего члена предложения, если она не имеет форм времени (например, инфинитив), обычно располагает­ся — при отсутствии дополнительных указаний — в той же временной плоско­сти, что и определяемый глагол. Таким образом, сама по себе форма деепри­частия на -а, -я от основ несовершенного вида, в сущности, не имеет своего времени, т. е. морфологически не выражает временных оттенков, так же как и причастие настоящего времени. В предложении же вневременность этой формы понимается как одновременность с главным действием. Впрочем, в тех случаях, когда в высказывании подчеркивается видовое значение повторяемо­сти, кратности, обычности, деепричастие несовершенного вида может выра­жать побочное действие, не одновременное основному действию, а лишь всег­да сопутствующее ему, . хотя бы в порядке предшествования. Например: «Вставая на рассвете, она спускалась в кухню и вместе с кухаркой готови­ла закуску к чаю» (Горький); «Иногда Илья целые дни не замечал отца и, вдруг являясь в контору, влезал на колени, приказывал.

Таким образом, лишь залоговые и видовые значения, лишь особенности глагольного управления противодействуют превращению этой формы деепри­частия (от основ несовершенного вида) в наречие, с которым ее роднит функ­ция качественно-действенного отношения к глаголу.

Не подлежит сомнению, что особенно сильный налет наречности лежит именно на деепричастиях несовершенного вида, и притом на формах без -ся (-сь) в большей степени, чем на формах с -ся (-сь) (конечно, если те и другие деепричастия имеют непереходное значение). Например: «Случалось, что сто­рож обладал способностью альбатроса: он спал ходя и кланяясь, а спросонья бил ложный всполох» (Лесков, «Однодум»); «Собачка вдруг начала пить с жадностью, фыркая, трясясь и захлебываясь» (Тургенев, «Муму»):

Из мертвой главы гробовая змия, Шипя, между тем выползала.

(Пушкин)

И всяк зевает да живет — И всех вас гроб, зевая, ждет.

(Пушкин)

Ср. : говорить не думая; она тратит деньги не считая; говорить не пере­ставая; волнуясь и спеша и т. п. ; ср. в идиоме: работать не покладая рук и т. п. Ср. также сближение деепричастий с предлогами и модальными словами: «Состраданье ведь на тебя глядя берет» (Достоевский, «Братья Карама­зовы»); «Меня иногда досада разбирала на них глядя» (Тургенев, «Яков Пасынков»); «Говоря по совести, это дело темное» и т. п. 57

В отвлечении от форм глагольного управления и деепричастия на -ся (-сь) носят яркий отпечаток адвербиально-качественных значений, если они семантически сопряжены с определяемым глаголом, включены в его действие. Особенно тесно они примыкают к нему, стоя позади него. Например: гово­рить заикаясь; действовать открыто, не таясь; необинуясь и т. п. Но ср. : «Сонливо щурясь и косясь на огонь, [собаки] изредка рычали с необыкно­венным чувством собственного достоинства» (Тургенев, «Бежин луг»).

Однако резко выраженное активное отношение к объекту, даже непрямо­му, яркие видовые оттенки или залоговые значения стоят как препятствия на пути адвербиализации деепричастий.

* Ср. статью Г. В. Валимовой «Деепричастные конструкции в современном русском языке» 56.

мужичонка, одергивая рубаху и поминутно нахлобучивая картуз, словно перед кулачками» (К. Федин, «Трансвааль»). Система глагольного управления ней­трализует всякий привкус «наречности» в форме деепричастия. Деепричастие связано с формами глагола гораздо крепче, чем причастие.

Особенно интенсивно мешают адвербиализации деепричастий видовые значения и оттенки. В некоторых разрядах глаголов они сильнее всего проти­водействуют сближению деепричастий с наречиями. Так, глаголы несовершен­ного вида с суффиксами -ыва-, -ива- почти не обнаруживают тенденции к адвербиализации. Даже отыменные непереходные глаголы на -ешь (типа бо­леть, светлеть и т. п. ), в которых выражается постепенное развитие процесса, адвербиализуются с трудом. Ср. , например, у Пушкина:

Меж нив златых и пажитей зеленых Оно [озеро], синей, стелется широко.

Итак, деепричастия несовершенного вида теснее связаны с глаголом, чем с наречием*. Своеобразие их синтаксического употребления, например отно­шение к субъекту действия, подчеркивает их глагольность. Акад. Д. Н. Овсяни-ко-Куликовский тонко заметил, что глагольность деепричастий увеличивается, когда они стоят перед определяемым ими глаголом, и, напротив, понижается, облегчая адвербиализацию их, когда они стоят позади определяемого глаго­ла. Ср. : Не оглядываясь, он медленно шел по улице и идти не оглядываясь**.

Деепричастные образования на -ши, -в и -вши от основ несовершенного ви­да в живом языке неупотребительны. Они вымирают. В них уже, в силу их не­продуктивности, обостряющей этимологическое чутье, сильнее ощутима гла­гольность, далекость от категории наречия. Ср. примеры, приведенные проф. A. Mazon: Лежавши на диване, Петр Иванович не заметил, как наступили су­мерки; Встречавшись с знакомыми, он всегда вежливо с ними здоровался^. Ср. у Тургенева в рассказе «Постоялый двор»: «Наум, удачно хозяйничавши лет пятнадцать, выгодно сбыл свой двор другому мещанину».

Употребление деепричастий на -в, -вши, -ши от основ несовершенного ви­да вообще было синтаксически ограничено. В русском литературном языке XIX в. оно было возможно лишь при глаголе-сказуемом в форме прошедше­го времени. Такого рода синтаксическое употребление, как в басенном языке Крылова: «Волк, евши, [т. е. во время еды] никогда костей не разбирает», от­клонялось от литературной нормы в сторону областного просторечия (впро­чем, ср. невозможность образовать от глагола есть деепричастие на -я).

• Необходимо заметить, что в языке художественной литературы или в прозе, стилизую­щей народнопоэтическое творчество или областное просторечие, встречаются еще формы дее­причастий на -учи, -ючи, которые с точки зрения современной литературной нормы уже являют­ся архаизмами или диалектизмами. Во всяком случае, употребление их всегда связано с своеобразными стилистическими оттенками (конечно, исключая наречия, вроде умеючи, краду­чись и т. п. ).

** Вопрос о синтаксическом употреблении деепричастий, о деепричастных конструкциях ле­жит за пределами грамматического учения о слове. Он входит и в учение о словосочетании и в учение о сложных синтаксических структурах и синтагмах как их компонентах. До сих пор разрабатывались лишь некоторые стороны этого вопроса: главным образом изучалось отношение деепричастия к сказуемому (простому глагольному или составному, в том числе и выраженному краткой формой имени прилагательного), а также к инфинитиву (в личном и безличном предложениях), к причастию и деепричастию. Есть кое-какие замечания и о неза­висимых деепричастных конструкциях, о «деепричастии при разных подлежащих». Во всем же объеме вопрос о деепричастных оборотах и о функциях деепричастных конструкций в разных условиях их синтаксического употребления остается еще не исследованным.

Ср. соответствующие разделы и параграфы в русских грамматиках, начиная с «Российской грамматики» М. В. Ломоносова (у А. X.

11 ВВ. Виноградов 321

П. Образование и употребление деепричастий совершенного вида

От основ совершенного вида образуются три формы деепричастий: 1) на -а, -я от основ совершенного вида, оканчивающихся в инфинитиве на согласный (кроме основ на -г-, -к- и основ с суффиксом -ну-); кроме того, деепричастия на -ясь производятся от глаголов совершенного вида, оканчи­вающихся на -иться: устремясь, простясь, расходясь и т. п. *;

2) на -в, реже на -вши от основ совершенного вида, оканчивающихся в ин­ финитиве на гласный, а также от основ на согласный д при инфинитиве на -сть, -сти: давши, купивши, украв, упав и т. п. ;

3) на -ши от основ совершенного вида с суффиксом -ну, если он устра­ няется в формах прошедшего времени, а также от основ на заднеязычные г, к, на з, с, на р (инфинитив на -ереть): испекши, изнемогши, запершись, замерзши, принесши и т. п. ; ср. несколько устарелые пришедши, приобретши и некоторые другие образования от глагольных основ на д и т.

Все эти формы деепричастий совершенного вида обозначают относитель­ное прошедшее время со значением совершенного вида. Значение прошедшего времени совершенного вида, соотнесенного с формой времени определяемого глагола, чаще всего становится значением предшествования. Например: «Же­на! — говорил он медленно, не вставая с места и слегка повернув к ней голо­ву» (Тургенев, «Однодворец Овсяников»); «. . . возопил вдруг Обалдуй, выпив духом стакан вина и сопровождая свое восклицание. . . странными размахива­ниями рук» (Тургенев, «Певцы»); «Наконец-то пришел!» — крикнула она, бро­сив карты и радостно здороваясь с Алешей» (Достоевский, «Братья Карама­зовы»).

Однако далеко не всегда деепричастие совершенного вида обозначает дей­ствие предшествующее. «Категория преждевременности ассоциируется с пред­ставлением о результативности», — заметил А. А. Шахматов60. А результа­тивное значение формы прошедшего времени в современном русском языке связано с выражением отношения к настоящему времени или ко времени дру­гого действия. Поэтому — при наличии благоприятных семантических усло­вий — результативное значение деепричастия совершенного вида может пре­вратиться в значение состояния, возникшего как результат осуществленного действия и в то же время сопровождающего другое действие (глагол-сказуе­мое) как обстоятельство способа или образа этого действия ** в известных син-таксико-стилистических условиях. В этих случаях деепричастие обычно стоит позади глагола-сказуемого, хотя может стоять и впереди него. Например: «На валу подле маленькой пушки сидел караульный, поджав под себя ноги» (Пушкин); «Этот Афанасий стоял обыкновенно у двери, скрестив руки» (А. Че­хов); «Анна шла, опустив голову и играя кистями башлыка» (Л. Толстой); «Я плохо тебя понимаю, — сказал Павел, пожав плечами» (Горький). Ср. иной порядок слов: «Хохол и Весовщиков, тесно прижавшись друг к другу, стояли в углу» (Горький); «Скрестив руки, вцепившись пальцами в плечи себе, он стоял спокойно, прижимая ногой к палубе какой-то узел» (Горький); «На по­роге кухни, подплывая кровью, неловко запрокинув голову, лежала Прокофь­ева жена» (Шолохов). Ср. еще: «[Матвей] о чем-то думал, уставивши глаза и сдвинувши брови» (Короленко); «Несколько раненых офицеров сидели на

• А. А. Шахматов указывал, что деепричастие на -а, -я (отступая, полозка, отнеся, помо­лясь и т. д. ), весьма распространенное в старом языке, «в современном все более уступает место образованиям на -ив, -ивши, -ши»-4.

** См. интересные примеры и анализы употребления деепричастий от основ совершенного вида у Эм. Черного в работе «Об отношении видов русского глагола к греческим временам».

322

лавке, подобрав костыли, — бледные, грустные» (Лермонтов); «На краю боло­та, около воды, в которой распустились белые кувшинки, лежит девочка, ши­роко разметав во сне руки» (Куприн); «Иван Игнатьевич выслушал меня со вниманием, вытараща на меня свой единственный глаз» (Пушкин).

Легко заметить, что деепричастия совершенного вида со значением одно­временного — совокупного или сопряженного — действия-состояния чаще все­го относятся к таким глаголам, с которыми они семантически сочетаются как их обстоятельственная характеристика61. Формы времени и наклонения глаго­ла-сказуемого безразличны для такого употребления деепричастия. Именно в этом кругу семантических связей деепричастные формы чаще всего осла­бляют свои видо-временные и залоговые значения и оттенки, приближаясь к фразеологическим сочетаниям наречного типа.

Синонимической конструкцией для многих из этих деепричастных оборо­тов была бы конструкция из страдательного причастия и существительного в творительном падеже с предлогом с для выражения сопровождающего об­стоятельства или же конструкция из предикативного причастия при глаголе. Например: лежала запрокинув голову — лежала с запрокинутой головой; «По ночам лежал в подводе, укрывшись шинелью, закинув над головой руки» (Шо­лохов). Ср. По ночам лежал в повозке, укрытый шинелью, с закинутыми над головой руками. Ср. : «Как бык, покорно опустив голову, он ждал обуха, ко­торый, он чувствовал, был над ним поднят» (Л. Толстой); «Пантелей Про-кофьевич израсходовал всю приваду и, недовольно подобрав губы, тупо гля­дел на недвижный конец удилища» (Шолохов). Ср. также близость значений деепричастий к значениям наречий образа действия в таких выражениях: «Ан­на, прищурившись, смотрела на нее» (Л. Толстой); «Свахи, обнявшись, сидели на сундуке» (Шолохов); «Облокотись, Татьяна пишет» (Пушкин).

В этих случаях деепричастие выражает скорее признак основного дей­ствия, чем параллельное, хотя и второстепенное, действие. В качестве основ­ного глагола, к которому примыкает деепричастие совершенного вида со зна­чением сопровождающего обстоятельства, чаще всего бывают или глаголы состояния: сидеть, лежать, стоять, ходить,— или глаголы речи и чувства62*. Особенно ярко значение сопутствующего признака или сопровождающего об­стоятельства выступает в деепричастиях, когда они примыкают к глаголам несовершенного вида. Например: «Мальчик не отвечал ни слова и стоял, по-тупя голову и приняв на себя вид настоящего дурачка» (Пушкин);

Окна разинув. Стоят магазины.

(Маяковский)

Кроме этих случаев наблюдается и другая серия конструкций, в которых деепричастие совершенного вида обозначает побочное одновременное дей­ствие, сплетенное с действием глагола-сказуемого, включенное в него как его составная часть или образующее вместе с ним один сложный акт. В этих слу­чаях деепричастия также чаще ставятся позади глагола-сказуемого, выражен­ного формой совершенного вида, но могут стоять и впереди него. Например: «Мать уложила его в постель, накрыв бледный лоб полотенцем» (Горький); «Сухо чмокнув, лопнула тонкая леса» (Шолохов); «Солнце. . . укрылось в серых облаках, зарывшись в пухлую мякоть их» (Горький); «Дело-то какое, а? — ска­зал Тихон и, хлопнув себя по шее, убил комара» (Горький); «Но, право, пра­во, я не виновата или виновата немножко, — сказала она тонким голосом, про­тянув слово «немножко» (Л. Толстой); «Он заплакал и свалился в ноги

* Ср. в послании Ивана IV кн. Курбскому: «А князь Иван Васильевич Шуйский седит на лавке локтем опершись, о отца нашего постелю ногу положив».

323

полицейского чиновника, загремев своими цепями» (Пушкин); «Рослый воро­ной конь качнулся, подняв на стремени седока» (Шолохов). Ср. : «Дверь. . . рас­пахнулась, оглушительно хлопнув о стену» (Куприн).

В третьей группе деепричастных конструкций, не выражающих предше­ствования, деепричастие совершенного вида, примыкая к глаголу, облеченному в форму прошедшего времени совершенного вида, и стоя позади него, обо­значает действие, не предшествующее и даже не одновременное, а как бы не­посредственно последующее, являющееся органическим следствием основного действия. Деепричастие в этих случаях обозначает следствие, сопутствующее основному действию, выражает результат, осуществление которого обусло­влено совершением основного действия. Например: «Он зажег серную спичку, осветив синим огнем свое лицо хорька, измазанное сажей» (Горький); «У нее [часовни] провалилась крыша, продавив потолок подземелья» (Короленко); «Упал, ударившись головой о ступеньки лестницы»; «Муж у нее давно умер, оставив ей одну только дочь, Феничку» (Тургенев); «Он быстрыми костлявы­ми пальцами расстегнул сюртук, открыв рубаху навыпуск, медные пуговицы жилета и цепочку часов» (Л. Толстой); «Старуха сурово улыбнулась, удивив Христоню густым рядом несъеденных мелких зубов» (Шолохов).

В этих условиях деепричастия сохраняют все свои глагольные значения и остаются далеко за пределами категории наречия. Таким образом, сила и яркость видо-временного значения, осложненного иногда залоговыми от­тенками, а также значениями приставок, парализует и тормозит движение дее­причастий прошедшего времени в сторону наречий. Правда, постановка оди­нокого деепричастия совершенного вида с непереходным значением позади глагола несколько смягчает его глагольность и затушевывает видовые и вре­менные оттенки. Например: сидел облокотись или облокотившись; стоял вы­тянувшись и т. п. * Ср. : «Старик долго ходил задумавшись» (С. Аксаков, «Се­мейная хроника»); «сидел сгорбившись» (Тургенев).

Во всяком случае, яркие оттенки «наречности», т. е. образа действия, за­тушевывающие, стирающие глагольность (ср. : сидеть развалясь, говорить на-супясь, читать пригорюнясь и т. п. ), развиваются только при наличии сопут­ствующих семантических условий, которые нейтрализуют видо-временные и залоговые значения формы деепричастия, ее глагольные свойства**. Ср. также: «Конечно, прилгнул немного, да ведь не прилгнувши не говорится ни­какая речь» (Гоголь, «Ревизор»)***.

Некоторые деепричастия на -а, -я (на -ясь, -ась) от приставочных основ со­вершенного вида, выпадая из структуры продуктивных деепричастных типов, приобретают более ощутительный оттенок «наречности», если они сбрасы­вают с себя систему глагольного управления и развивают значение качествен­ного состояния или становятся неразложимыми идиоматическими сочетания­ми (повеся голову, разиня рот, высуня язык, сложа руки и т. п. ).

Таким образом, процесс адвербиализации деепричастий в современном русском языке более активно протекает внутри форм несовершенного вида. Формы прошедшего времени совершенного вида еще настолько глубоко и ор-

* Ср. В рассказе Н. Успенского «Деревенская газета», в речи помещика: «У вас это своя комната: приехали вы выпивши — никто вас не видит. . . жена моя пьяных не шибко боится. Я сам частенько приезжаю к ней подгулявши».

** В некоторых случаях, например при отрицании, временные и видовые различия деепри­частных форм становятся почти неощутительными. Например, можно употребить дееприча­стие — как совершенного, так и несовершенного вида — в таком сочетании: «Он вернулся поздно и, ни к кому не заходя (или не запоя), прямо прошел к себе»'3.

*** Понятно, что форму деепричастия отделяет от наречия отношение к лицу, к субъекту действия; при этом в некоторых синтаксических условиях (например, при примыкании наречия к инфинитиву или причастию) в качестве такого субъекта действия при деепричастии могут вы­ступать обозначения объектов основного глагола.

32*

ганически слиты с системой глагола, что наречия бессильны широко втянуть их в свою орбиту.