Жилища, хозяйственные сооружения

3 изучении жилищ одним из основных аспектов является выяснение действия тех факторов, которыми определяются их черты, — этнической традиции, характера семейных отношений, природных условий и пр.

Различия между памятниками первой и второй групп, заметные в керамике, при сравнении жилищ не ощутимы. Ранние жилища идентичны более поздним по размерам, плановой схеме, конструкции. Те, и другие полуземляночные, опущенные в землю на 0.3—0.6 м, в плане близкие к квадрату, с опорным столбом в центре пола, открытым очагом. Длина стен жилищ колеблется от 2.4 до 4.8 м, чаще — около 4 м. Площадь 6.5— 23 м^[70], в среднем 14—16 м². Большинство жилищ ориентировано по странам света. Пол ровный, земляной, без следов обмазки глиной. Очаги только открытые; небольшие углистые пятна на полу — все, что в лучшем случае

Таблица 1

РАСПРЕДЕЛЕНИЕ ЖИЛИЩ НА ДЕСНИНСКИХ ПАМЯТНИКАХ

П p и м e ч а и и e. Звездочкой ⁽*^J отмечены жилища, хронология которых требует уточнения.

от них сохраняется. Лишь в отдельных жилищах некоторых поселений (Смольянь, Мансурово) встречены очаги с подом, выстланном обломками керамики. На двух поселениях, датируемых V—VII вв. (Заярье, Ровчак), обнаружены углубленные очаги (рис. 7, 2, 5). На селище Ровчак очажная яма с обожженными докрасна стенками находилась всего в 0.2 м от опорного столба в центре пола. Ее диаметр 0.46 м, глубина 0.15 м. В Заярье такой же очаг обнаружен примерно посередине расстояния между центральным столбом и южной стеной жилища. Он имел размеры 0.6x0.75 м, глубину

0. 15 м от уровня пола. Под его был покрыт углисто-золистой массой. Что касается других поселений, то и на них очаги обычно расположены в южной половине жилищ, ближе к центральному столбу.

В ряде жилищ встречены кроме центральной и другие ямы от столбов. Одни столбы, видимо, связаны с внутренним устройством жилищ, другие поддерживали перекрытия. Столбы по периметру основания, как правило, единичные, иногда вообще отсутствуют. Можно думать, что последние не составляли основы стен, а применялись для их укрепления. Конструкция же стен чаще была срубной. Столбовая техника если и распространялась, то несомненно много меньше. Она прослежена на селище Белокамен- ка, где вел раскопки А. К. Амброз (рис. 7, 4).⁸¹ Плетневые стены, обмазанные глиной, на столбах как будто имели жилища Смольяни.⁸²

Преобладающую конструкцию кровли назвать трудно. Как полагает Э. А. Сымонович, жилище на селище Левкин Бугор и подобное ему возле городища Колочин I имели шатровую кровлю.⁸³ По мнению П. Н. Третьякова, перекрытие большинства деснинских жилищ с центральным столбом было четырехскатным.⁸⁴

Если же обратиться к материалам этнографии, то они показывают применение разной конструкции кровли («на столбах» или «на сохах»), в том ^{[71] 2 [72] [73]}

числе и двухскатной.⁸⁵ Это отмечает О. Н. Мельниковская при анализе жилищ милоградской культуры Южной Белоруссии, также зачастую имевших кровлю «на столбах». В отличие от деснинских, более поздних, у них были еще и боковые опорные столбы, стоявшие против центрального, что свидетельствует о преобладании здесь двухскатной коньковой кровли.^[74]

Из большого числа жилищ второй четверти и середины I тыс. в Подесенье лишь одно, открытое на селище Левкин Бугор, имеет достоверно определяемый вход. Он обозначен небольшим выступом в юго-восточном углу жи-

Рис. 7. Деснинские жилища середины I тыс.

1 — Стрелица (жил. 2); 2 — Заярье; з — Левкин Бугор; 4 — Белокаменка; S — Ровчак; 6 — Целиков Бугор (жил.

лища. Однако нередко место входа с той или другой долей вероятности может быть установлено по микрорельефу поселений. У жилищ, углубленных неодинаково по своему периметру, вход, очевидно, располагался с той стороны, где пол залегает ближе к древней дневной поверхности или, как например у жилищ Смольяни, на одном с нею уровне. Такие жилища характерны для поселений, занимающих склоны террас, понижающиеся к реке мысы. Обычно это склоны, обращенные к югу. Южным, видимо, чаще всего был и вход в жилище. Б. Крюгер, говоря об этой особенности славянских жилищ VI—VII вв., открытых им на селище Дессау-Мозиг- кау (ГДР), указывает, что при южных входах жилища могли лучше обогреваться и освещаться солнцем.^[75]

Хозяйственные ямы в пределах жилищ встречаются крайне редко, причем не всегда можно быть уверенным в том, что они имеют отношение к жилищам. В отдельных случаях, например на селищах Стрелица, Форо^Л стовичи, они явно другого времени, чем жилища, хотя и обнаружены в их полу. Те же из ям, которые несомненно принадлежат жилищам, размерами

меньше, чем обычные ямы-погреба. Кроме того, они всегда вплотную примыкают к одной из стен жилища.

Итак, для III—VII вв. в Подесенье характерны жилища, опущенные в землю на 0.3—0.6 м, в плане близкие к квадрату, срубной и столбовой конструкции. Они имеют опорный столб в центре, поддерживающий перекрытие, и расположенный на некотором расстоянии от него открытый очаг. Планировка жилищ, несмотря на встречающиеся отклонения, в общем была устойчивой. Очаг находился между одной из стен и столбом в центре, чаще — в южной половине жилища. Скорее всего более или менее устойчивым по отношению к очагу было и место входа.^[76]

Ямы-погреба выявлены на всех поселениях рассматриваемого времени, подвергавшихся раскопкам. Как правило, они располагаются скученно, ближе к пойме, без достоверной связи с тем или другим жилищем. Если размеры ям несколько колеблются, то форма их обычно выдержана.

К VII—первой половине VIII в. относятся отдельные жилища, по конструкции и планировке тождественные известным в достоверно славянской культуре второй половины I тыс. как в том же Подесенье, так и далеко за его пределами. Бесспорно более поздними, чем рассмотренные выше, хотя и явно дороменского времени, являются всего три жилища, два из которых открыты на селище Целиков Бугор (рис. 8,7, 2), а третье — в уроч. Стрелица у с. Дехтяревка (рис. 8, 3). В отличие от жилищ III— VII вв., в плане приближающихся к квадрату, они прямоугольные и имеют не открытые очаги, а печи. Отсутствует в них и центральный столб, что позволяет предполагать иное устройство перекрытия. Зато по конструкции стен жилища VII—первой половины VIII в. такие же, как и более ранние. То, что ато так, следует из наблюдений, полученных при исследовании двух погибших от пожара жилищ-полуземлянок на селище Целиков Бугор на левом берегу р. Смячи, в самом ее устье. Сохранились нижние

горелые венцы срубов этих жилищ (4X3 м). Стены были рублены в лапу из сосновых бревен толщиной около 15—18 см. В углу жилищ, в одном случае южном, в другом — восточном, находились развалы печей, сложенных из крупных кусков железной руды и небольших камней.

который занимала печь, подмазан глиной. Пол обоих жилищ ровный, со следами глиняной подмазки. На полу и в заполнении жилищ встречены остатки сгоревшей кровли, судя по расположению дерева, двухскатной.

Рис. 8. Деснинские жилища третьей хронологической группы. 1,2 — Целиков Бугор; 3 — Стрелица.

Печь хорошо сохранилась и в жилище Стрелицы. Однако здесь она слеплена из глины, в плане квадратная, со сторонами около 1 м. Под углублен ниже пола на 0.08—0.1 м. Свод печи и частично стенки были сооружены из глиняных валиков и конусов. Конструкция стен жилища с печью осталась невыясненной.^[79]

С чем связана смена к исходу третьей четверти I тыс. одних жилищ, квадратных, с опорным столбом в центре и открытым очагом, другими,, с печью в углу, пока сказать трудно. По мнению П. Н. Третьякова, жилища «более совершенной конструкции» (с двухскатной крышей и печью в углу) в Подесенье «появились не сразу». Об этом, как он полагает, можно судить по тому, что на некоторых поселениях обнаружены «оба типа жилищ-землянок, старый и новый». Среди таких поселений им названы Смольянь, Стрелица и Целиков Бугор. Однако жилища двух последних датируются разным временем, на что указывает, в частности, типология найденной в них керамики. Поздние комплексы представлены рядом форм,

Рис. 9. Печи.

1 — Целиков Бугор (жил. 2); 2 — Хитцы (жил. XII).

ни разу не встреченных в жилищах с центральным столбом тех же и других поселений. Особенно заметен контраст в керамике жилищ Целикова Бугра. Так, в жил. 2, с печью, найдены обломки сковородки с высоким бортиком, горшка с отпечатком на днище оси гончарного круга, привозной «салтоид- ной» керамики. В жил. 1, без печи, со столбом в центре, ничего этого нет, хотя отсюда происходит много больше керамики, чем из двух других полуземлянок, вместе взятых: 235 обломков против 53 из жил.

Устанавливаемая П. Н. Третьяковым эволюция жилищ Смольяни, каждое из которых якобы имело особенности, присущие только ему, не бесспорна уже потому, что она не находит подтверждения в исследованиях других поселений того же времени в Подесенье. Кроме того, трудно понять, как вообще такой последовательный переход от одной формы к другой мог получить отражение в четырех жилищах одного недолговременного поселения. Да и так ли уж надежно определяется характер жилищ Смольяни, как думал Третьяков, если в них обнаружены не отчетли- ливые остатки очагов, а бесформенные «скопления полуобожженной глины (но не печины)», такой, какая могла относиться и к стенам жилищ. Ведь в жил. 1, где «очаг располагался в центре», глина определенно связывается со стенами. В жил. 2, как указывается в отчете и видно на чертежах, «развалы. . . пода очага» находились в «западной и центральной частях», а не в его углу. Еще одно жилище (4) нарушено двумя большими ямами,из которых одна приходится на угол с предполагаемой печью^[81] Все это мало согласуется с заключением Третьякова и уж во всяком случае не позволяет считать его единственно возможным.