Заключение
Анализ литературы по проблеме жанра в целом и мемуарного жанра в частности показывает отсутствие единства мнений в вопросах о природе жанра, его целостности, конститутивных признаках.
В нашей работе принято понимание мемуарного текста как высказывания, являющегося субъективированным повествованием, создателем которого является свидетель или участник изображаемых событий. В основе речевого порождения мемуарного текста лежит когнитивная деятельность автора, обусловленная функционированием специфических механизмов памяти, состоящая в реконструировании фактов и явлений прошлого и определяющая в тексте наличие особого хронотопа, двух временных планов, двойной точки зрения на события.Проделанный нами анализ текстов Г. Иванова доказывает их принадлежность к мемуарному жанру, так как наличествуют его характерные (устойчиво повторяющиеся) признаки: субъективность (личностное начало); ретроспективность, вызывающая появление двух временных планов; наличие особого хронотопа, обусловленного перспективно-ретроспективным движением мысли повествователя, заключающегося в хронологической подвижности; концептуальность; репрезентативность, некоторые из которых получили специфическое воплощение. Так, наличие у субъекта положительного идеала, убеждённость в общезначимости своего представления о нём являются предпосылками иронии. Характерное для мемуарных текстов Г. Иванова отсутствие большого разрыва между текстовым и перцептивным временем приводит к появлению среди адресатов Г. Иванова персонажей воспоминаний – «внутренних адресатов», связь с которыми осуществляется через включение в авторский текст текстов или их фрагментов в виде цитат, реминисценций, аллюзий с иным субъектом речи (интертекстуальность). Характер цитации, способ публикации мемуаров позволяют определить как первичную интенцию Г. Иванова-адресанта желание выразить своё душевное состояние адресату-современнику со сходным образовательным и культурным потенциалом.
Определив тему воспоминаний как «быт литературного Петербурга», мемуарист позиционирует себя как представителя литературного круга Петербурга и в соответствии с выбранной концепцией осуществляет подбор и размещение фактов: за рамками мемуаров Г. Иванова остаются события, отражающие менталитет автора как социальной личности, – создание семьи, рождение ребенка, знакомство со второй женой – молодой поэтессой И.В. Одоевцевой, ученицей Н.С. Гумилёва. Неординарность повествования Г. Иванова поддерживается метафорическими заглавиями циклов мемуарных очерков “Китайские тени”, “Петербургские зимы”.
Наличие обязательных и специфических характеристик позволяет говорить о произведениях Г. Иванова как о художественно-документальной (беллетризованной) разновидности мемуарной прозы. Предметом описания Г. Иванова являются многообразные факты из жизни литературного Петербурга, участником и очевидцем которых он был в период с 1910 по 1922 годы; преобладают “общие планы” изображения людей, кружков, социальных явлений, что даёт основание квалифицировать тексты Г. Иванова как мемуарные очерки. Использование субстратных элементов Петербургского текста, относящихся к природной (туман, белые ночи, Нева), духовно-культурной (конкретные тексты русской литературы, реальные фигуры петербургского периода русской литературы и искусства в целом, памятники искусства, философские и социальные идеи), материально-культурной (планировка, характер застройки, улицы), исторической (реальные фигуры русской истории, закономерности развития) сферам, позволяет считать мемуарные тексты Г. Иванова частью единого Петербургского текста.
Фразеологический массив мемуарных очерков Г. Иванова обширен и разнообразен, что проявляется в количественном составе и стилистической неоднородности. Активное употребление фразеологизмов мы объясняем их высоким коммуникативным потенциалом, который обусловлен наличием специфических признаков фразеологического значения – сложностью предметно-логического содержания фразеологизма; диффузностью фразеологического значения; особой природой внутренней формы ФЕ; бoльшей антропоцентричностью по сравнению с лексическим значением; омонимичностью фразеологического значения синтаксическому значению нефразеологического словосочетания, сочетания слов и терминологического сочетания.
54 % от общего числа узуальных ФЕ имеют функционально-стилистическую окраску. Преобладание разговорных ФЕ (81 % от числа стилистически окрашенных ФЕ) объясняется как жанровой спецификой анализируемых источников, так и особенностями языковой личности автора. Широкое употребление моделируемой прямой речи персонажей, присущее мемуарам Г. Иванова, являясь сигналом разграничения документально-художественной и художественно-документальной (беллетризованной) разновидностей мемуарной литературы, обуславливает преобладание разговорных ФЕ. Равноправное взаимодействие в тезаурусе языковой личности собственно Г. Иванова как персонажа, повествователя и комментатора книжных и разговорных фразеологических единиц объясняется присущим представителям элитарного (полнофункционального) типа речевой культуры, к каковым мы относим Г. Иванова, умением переключаться в процессе коммуникации с одних разновидностей языка на другие. Механизм кодовых переключений (Л.П. Крысин) позволяет Г. Иванову-повествователю дать широкую языковую картину того исторического периода, современником которого был Г. Иванов-персонаж.
В мемуарных текстах Г. Иванова преобладают узуальные ФЕ (76 %), что объясняется природой фразеологизма: являясь воспроизводимыми в речи языковыми единицами, передаваемыми из поколения в поколение, они способствуют «межпоколенной трансляции культурно значимых установок» (В.Н. Телия).
Несмотря на жёсткую закреплённость компонентного состава ФЕ на уровне синтаксической модели, благодаря чему ФЕ являются устойчивыми и воспроизводимыми языковыми единицами, отмечается тенденция к развитию (динамике), что проявляется в разных типах структурного варьирования. 30 % фразеологических единиц, употреблённых в мемуарах Г. Иванова, допускают в узусе все выделяемые типы структурного варьирования. Особенностью идиостиля Г. Иванова является употребление в 88 % случаев постоянной формы ФЕ, фиксируемой фразеологическими словарями русского языка как инвариант, что является показателем фразеологической компетентности автора.
Употребление ФЕ Г. Ивановым подчиняется общеязыковым законам и в то же время характеризуется своеобразием, что делает авторский стиль индивидуальным и неповторимым. Преобразования фразеологических единиц производятся автором для реализации совокупности коммуникативных установок: 1) создания многоплановости семантики текста, 2) экспрессивного наполнения текста и выражения дополнительной окказиональной коннотации, 3) активизации восприятия контекста, 4) увеличения образности текста при минимуме языковых средств. Индивидуально-авторские преобразования Г. Иванова приводят в большей степени к возникновению окказиональных вариантов узуальных ФЕ. 18 % ФЕ претерпевает значительные видоизменения, в результате которых образуется окказиональный фразеологизм, идентификация которого с инвариантом возможна при тщательном анализе.
Многоаспектный анализ ФЕ, функционирующих в мемуарных текстах Г. Иванова, позволяет утверждать, что фразеологизмы являются средством формирования идиостиля писателя, своеобразие которого определяется: 1) количеством и частотностью употребления ФЕ, 2) приёмами авторской модификации узуальных ФЕ, 3) особенностями введения ФЕ в контекст.
Употребление ФЕ в мемуарах Г. Иванова имеет обусловленный жанром характер, определяется совокупностью коммуникативных установок автора: обозначить референтную ситуацию, выразить эмотивно-оценочное состояние, воздействовать на адресата.
В мемуарных текстах Г. Иванова фразеологические единицы выполняют следующие функции: 1) лаконизации речи, 2) обобщающую, 3) метатекстовую, 4) динамическую, 5) стилистическую функцию в её изобразительно-оценочной разновидности, 6) участие в реализации текстовых категорий: информативности, модальности, континуума и когезии, автосемантии отрезков текста, интеграции и завершённости.
Употребление ФЕ Г. Ивановым подчинено общеязыковым законам и в то же время характеризуется своеобразием, что делает авторский стиль индивидуальным и неповторимым.
Совокупость особенностей употребления ФЕ позволяет говорить о стилеобразующей роли фразеологизмов в мемуарных текстах Г.
Иванова, об их влиянии на формирование идиостиля писателя, отличительной чертой которого является эмоциональность, обусловленная первичной интенцией мемуариста – выражение боли индивида, оказавшегося эмиграции, сравнимой с экзистенциональной пограничной ситуацией. Наличие в семантической структуре большинства ФЕ эмотивного микрокомпонента обуславливает их активное участие в формировании этой черты. Фразеологизмы способны выражать отношение говорящего к предмету речи, субъектам и объектам окружающей действительности. Эмоциональное состояние мемуариста передаётся через использование трансформированных ФЕ, создание фразеологически насыщенного контекста, способы введения ФЕ в контекст. С эмоциональностью тесно связана другая черта мемуарных текстов Г. Иванова – оценочность. Наряду с оценкой явлений окружающей действительности, мемуаротворчество в первую очередь предполагает осознание самого себя: рядом с персонажами, наиболее полно реализовавшими общественный идеал, репрезентируется ценность собственной жизни. Наличие оценочного микрокомпонента в структуре фразеологического значения даёт исследователям основание считать эти языковые единицы «свёртками таких речевых актов, как одобрение, порицание, неодобрение, осуждение и т.п.» (В.Н. Телия). Оценочность в значительной степени увеличивается при трансформации ФЕ. Особую роль при выражении оценки играет такой активно используемый Г. Ивановым способ введения ФЕ в контекст, как развёртывание семантики ФЕ (контекстное толкование ФЕ).Фразеологизмы оказывают непосредственное влияние на формирование прагматичности мемуарных очерков Г. Иванова. Мемуары прагматичны по своей сути: автор-адресант, работающий в этом жанре, полагает, что читатель-адресат хочет иметь возможность представить события глазами мемуариста как их участника или очевидца. В свою очередь читатель, ориентируясь на определение жанра как своего рода маркер, принимает условия автора мемуаров. Фразеологические единицы образны по своей природе. Поэтому их использование в качестве средства воздействия на эмоциональную и интеллектуальную сферы адресата очень эффективно. Прагматика ФЕ значительно увеличивается при трансформации, затрагивающей как формальную, так и семантическую организацию фразеологической единицы.
Отсутствие единообразия в понимании общеязыковых/речевых, стилеобразующих/жанрообразующих функций обуславливает необходимость дальнейшего исследования текстообразующих, концептообразующих функций в целом. Перспективным является выявление характерных для мемуарных текстов Г. Иванова концептов и способов их языковой вербализации, описание идиостиля Г. Иванова во всей полноте жанрообразующих элементов в сфере лексики и фразеологии.