НЕСОБСТВЕННО-ПРЯМАЯ РЕЧЬ
Начиная с 30-х годов XX в. большое внимание лингвистов привлекает художественный прием многоплановости (многоголосия, полифонии) повествования, позволяющий одновременно звучать голосам и автора произведения, и его героев, отражать разные точки зрения на то, о чем идет речь.
Но для обозначения этого приема единого термина не было. Использовались термины «свободная косвенная речь», «пережитая речь», «несобственно-прямая(несобственная прямая) речь», «несобственно-косвенная речь», «непрямая речь автора», «свободный косвенный дискурс» и др. Это объясняется большой сложностью явления. С одной стороны, для создания многоплановости повествования используются разнообразные формы выражения, а с другой — прием этот многообразно реализуется в конкретных текстах. Но постепенно в науке достаточно прочно закрепились два термина — «несобственно-прямая речь» (для обозначения той разновидности приема, для которой в языке закрепился определенный синтаксический шаблон) и «свободный косвенный дискурс» (для обозначения типа повествования, в котором этот прием функционирует, т.е. для его речевой реализации).
Несобственно-прямая речь — такой способ передачи чужой речи, в котором совмещаются грамматические признаки прямой и косвенной речи: высказывание построено от лица автора, как косвенная речь; связь между чужой речью и словами автора бессоюзная, как в прямой речи, причем могут сохраняться все особенности речи говорящего (героя).
Она думала: что с нею сейчас будет? Дадут ли ей сперва поесть или сразу начнут обучать, как лечить раненых?; Фаина повела его в штабной вагон — отдыхать. Кстати, сказала она Юлии Дмитриевне, она тоже немножко приведет себя в порядок и переоденется, ее уже тошнит от крови, а белье от пота все мокрое...; Кто она? Такая же простая, как он. Валенки на ней в заплатах, платок такой же, как у ее матери. Научилась и вон какая стала, думал он; Он рассказал.
Ему поручили собрать на тетрадки. Он собрал и хотел отдать Ольге Иванне, а Ольги Иванны не было, и ему велели отдать завтра; У нее было серое лицо и потухшие глаза. И губы серые. И вот губы улыбнулись. У нее будет та же судьба, что и у него.(В. Панова)
Несобственно-прямая речь может использоваться в реальном речевом общении, но основная сфера ее функционирования — художественная литература. Специфика и особое достоинство несобственно-прямой речи заключается в том, что она дает возможность совмещать субъектные планы автора и говорящего (в художественном произведении — автора и героя), причем линии речи автора и героя формально выражены в ней примерно равноценно. Отражение речи автора сближает эту разновидность с косвенной речью: это выражается употреблением личных форм глагола, личных и притяжательных местоимений, а отражение речи героя — с прямой речью (кроме не свойственной косвенной речи передачи особенностей речи самого героя, с грамматической точки зрения это выражается однотипностью синтаксической структуры — бессоюзной связью между словами автора и героя, возможностью для слов автора располагаться по отношению к передаваемой речи в препозиции, постпозиции или интерпозиции, а также опускаться). Происходит контаминация форм прямой и косвенной речи.
Дифференциальные признаки разных способов передачи чужой речи представлены в таблице 19.
Предлагаемый набор признаков не является исчерпывающим. Для способов передачи чужой речи релевантны возможность/не- возможность использования повелительного наклонения и обращений: в прямой речи обращения и глаголы в повелительном наклонении употребляются, в косвенной речи — не употребляются; в несобственно-прямой речи обращения не употребляются, как в косвенной речи, а повелительное наклонение употребляется лишь в форме косвенного повеления (пустъ он сделает); для конструкций с чужой речью характерны своеобразные соотношения видо-временных форм. Можно детализировать характеристику конструкций каждого из способов передачи чужой речи, рассмотреть вопрос о месте расположения слов автора в этих конструкциях, что связано с их пунктуационным оформлением.
Интерес представляет также характер слов, требующих изъяснения (в составе вводящих слов автора), синтаксическая структура каждой из частей конструкции.У тех разновидностей способов передачи чужой речи, которые расположены на шкале переходности между прямой речью и косвенной, наборы признаков будут несколько видоизменяться. (См. раздел «Диалог», Школа переходности способов передачи чужой речи.)
Системный подход к объектам исследования приводит к необходимости использовать понятие «парадигма» не только в морфологии, но и в синтаксисе. Парадигма рассматривается как «ряд противопоставленных языковых единиц, каждый член которого определяется отношениями к другим членам ряда»1. Обращение к понятию «парадигма» в синтаксисе обусловлено стремлением представить синтаксические конструкции не изолированно, а рядами, которые образуются в связи с меной синтаксических значений, коммуникативных заданий и т.д.[257] [258].
Итак, прямая речь, косвенная речь и несобственно-прямая речь образуют синтаксическую парадигму: «Кстати, — сказала она Юлии Дмитриевне, — я тоже немножко приду в себя и переоденусь, меня уже тошнит от крови, а белье от пота все мокрое». — Кстати, сказала она Юлии Дмитриевне, она тоже немножко придет в себя и переоденется, ее уже тошнит от крови, а белье от пота все мокрое. — Она сказала Юлии Дмитриевне, что она тоже немножко придет в себя и переоденется, что ее уже тошнит от крови, а белье от пота все мокрое.
Дифференциальные признаки способов передачи чужой речи
| Прямая речь | Косвенная речь | Несобственно-прямая речь |
| I. Характер соотношения передаваемой (чужой) и передающей (авторской) речи | ||
| 1. Чужая речь передается с точки зрения говорящего (героя). 2. Типична буквальная передача содержания чужой речи | 1. Чужая речь передается с точки зрения автора. 2. Типична передача основного содержания чужой речи | 1. Точки зрения героя и автора совмещаются. 2. Типична буквальная передача содержания чужой речи |
| И. Основные лингвистические признаки разных способов передачи чужой речи | ||
| 1. Позволяет сохранить все лексикофразеологические и синтаксические особенности передаваемой речи. 2. Наличие слов автора типично, но их может и не быть. 3. Интонация предложений прямой речи независимая. 4. Грамматические признаки: а) связь прямой речи и слов автора бессоюзная; б) употребление форм лица независимое (с точки зрения говорящего). 5. Прямая речь выделяется кавычками (или тире с абзаца) | 1. Всех особенностей передаваемой речи сохранить не позволяет. 2. Наличие вводящих слов автора обязательно. 3. Интонация предложений косвенной речи зависимая. 4. Грамматические признаки: а) связь с помощью союзов или союзных слов (косвенная речь передается придаточным предложением); б) формы лица употребляются с точки зрения автора (зависимое употребление). 5. Косвенная речь кавычками не выделяется | 1. Позволяет сохранить все особенности передаваемой речи. 2. Наличие вводящих слов автора типично, но не обязательно. 3. Интонация предложений несобственно-прямой речи независимая. 4. Грамматические признаки: а) связь частей конструкции (несобственно-прямой речи и слов автора) бессоюзная; б) формы лица употребляются с точки зрения автора (зависимое употребление). 5. Кавычками или тире не выделяется (в остальном пунктуационное оформление, как у прямой речи) |
Несобственно-прямая речь наряду с некоторыми другими приемами передачи чужой речи используется в таком типе повествования (в свободном косвенном дискурсе), который основан «на сложном согласовании голосов разных персонажей друг с другом и с голосом повествователя»[259]:
Лиза была в восхищении от успеха своей выдумки. Она обняла отца, обещалась ему подумать о его совете и побежала умилостивлять раздраженную мисс Жаксон, которая насилу согласилась отпереть ей свою дверь и выслушать ее оправдания.
Лизе было совестно показаться перед незнакомцами такой чернавкою; она не смела просить... она была уверена, что добрая, милая мисс Жаксон простит ей... и проч. и проч.(А. С. Пушкин)
Она вспоминала, как мучительно было венчание, когда казалось ей, что и священник, и гости, и все в церкви глядели на нее печально: зачем, зачем она, такая милая, хорошая, выходит за этого пожилого, неинтересного господина?
(А. ГТ. Чехов)
В примере из «Барышни-крестьянки» повествователь (автор) передает слова самой Лизы (персонажа), а в примере из «Анны на шее» повествователь (автор) преломляет чьи-то мнения через призму сознания Ани (персонажа произведения).
Особенно широко несобственно-прямая речь используется для передачи размышлений, причем это могут быть и отдельные мысли, и целые внутренние монологи:
И вдруг он вспомнил. Как же он ничего не сделал, чтобы найти Игоря? Очевидно, что-то можно было сделать. Позвонить по телефону. Написать заявление. Где-то похлопотать, кого-то попросить... Глупости, бред — куда звонить, где хлопотать, кого просить?.. Нет, нет. Что-то можно было сделать, безусловно. Просто он не умеет. Сонечка сумела бы. Он недогадливый, всегда был недогадлив в таких вещах. Сонечка догадалась бы, потому что она любила Игоря. Настоящая любовь обо всем догадывается и все умеет. Он мало любит Игоря, он всегда любил его слишком мало, он никчемный, незаботливый, неумелый отец. Он любил больше Лялю. А чем она лучше? Завитушки на уме, оперетка и флирт. Только что ластиться мастерица...
(В. Панова)
Очень часто при передаче чужой речи или мыслей точки зрения автора и героя принципиально расходятся:
При известии об этом [о том, что его жена, Зиночка, ждет ребенка] Супругов испытал настоящий леденящий ужас.
Ребенок?! Тесть и теща немедленно спихнут его вместе с Зиночкой к Супругову, на его шесть с половиной метров. Это же черствые эгоисты. Его, Супругова, будущее их не интересует. С утра до ночи детский писк, горшки, пеленки... Он сойдет с ума.
А расходы на содержание ребенка.
Придется бросить факультет и ехать фельдшером в деревню.Он решил не сдаваться.
(В. Панова)
В отрывке, переданном несобственно-прямой речью, выражается одновременно и ужас эгоиста Супругова перед перспективой, которую он себе нарисовал, и осуждение супруговского эгоизма автором.
Иногда расщепление линий речи автора и героя происходит за счет того, что автор и читатель знают то, чего не знает герой:
Но, обойдя кругом палубу и не найдя Даши, Иван Ильич заволновался, стал заглядывать повсюду. Даши не было нигде. У него пересохло во рту. Очевидно, что-то случилось. И вдруг он прямо наткнулся на нее.
(А. Н. Толстой)
Слова очевидно, что-то случилось — несобственно-прямая речь, так как автор и читатель знают, что с Дашей ничего не случилось, а не знает этого Иван Ильич.
Бывают и такие случаи, что «не знает» чего-то из того, что передается в форме несобственно-прямой речи, другой герой:
— Ах, лампа? Она давно не работает, я ее засунула куда-то под диван. Давайте сначала напьемся чаю, я умираю пить!
(Невозможно же было сознаться, что лампа в полной исправности...)
Лампу починить не удалось. К концу чаепития Низвецкий вспомнил о цели своего прихода. Но Фаина сказала, что она хочет спать, и попросила Низвецкого прийти завтра вечером: в самом деле, надо же починить лампу, без лампы она, Фаина, как без рук...
(В. Панова)
Но такого расхождения может и не быть, хотя совершенно очевидно, что вместе с голосом автора в повествовании начинает звучать и голос персонажа:
Она встала, сняла дорогое платье, в котором провожала его, и надела старую голубую майку, заштопанную на локтях. Ключ — управдому. Другой ключ — Кате Грязновой. И нечего тут сидеть. Только надо все убрать аккуратно: вдруг он вернется раньше нее? Она убрала, вышла из своего рая и отправилась в военкомат.
(В. Панова)
Если же другой речевой пласт, передаваемый формой несобственно-прямой речи, эмоционально не маркирован, отчетливо не расщеплен, обычно есть вводящие ее слова автора:
В таком случае, — продолжает Жюли все тем же длинным, длинным тоном официальных записок, — она отправит письмо на двух условиях...
(Н. Чернышевский)
Этот способ создания многоплановости повествования иногда называют лексико-фразеологической разновидностью несобственно-прямой речи. Эта разновидность тесно соприкасается с принципиально другим явлением — с цитированием.