Может ли быть в России система ювенальной юстиции и самостоятельная ювенальная судебная система
В рамках уголовного права Российской Федерации, во многом унаследовавшей социалистическую уголовно-правовую систему, в принципе не может существовать ювенального правосудия, поскольку оно исходит из категории преступления, т.
е. деяния, за которое назначается уголовное наказание любой степени тяжести (от «пожурения», т. е. условного осуждения, до смертной казни); другие меры уголовным законом не предусмотрены.Даже непризнание деяния, записанного в Уголовном кодексе Российской Федерации, преступлением в силу малозначительности и отсутствия общественной опасности (ч. 2 ст. 14) не меняет положения, так как подобные деяния записаны в Кодексе об административных правонарушениях, влекут за собой наказание, хотя и менее тяжкое, и имеют уголовно-правовую природу - покушение частного интереса на публичный.
В отличие от социалистической уголовно-правовой системы англосаксонская и континентальная уголовно-правовые системы исходят из понятия преступного деяния, за которое могут следовать меры уголовного наказания (лишение свободы на срок не менее 1 года), меры безопасности (лечение, надзор, контроль - на свободе), меры профилактики (учеба, режим, воспитание по определенным программам и т. д.). В зависимости от меры наказания преступные деяния подразделяются на преступления, проступки и нарушения; к последним относятся и наши так называемые административные правонарушения (деликты). Исходя из этой категоризации преступных деяний в зарубежных странах строится и система ювенального правосудия в отношении несовершеннолетних правонарушителей. В мире их несколько видов (канадская, североамериканская, новозеландская, шотландская, шведская, французская, японская и др.), но все они основаны на принципах полного или частичного исключения несовершеннолетних из уголовно-правовой юрисдикции, применения к ним не мер уголовного наказания, а прежде всего мер воспитательного воздействия, безопасности и профилактики, создания особой системы правосудия и особой системы пробации (профилактики), ресоциализации с привлечением к ней различных общественных формирований как на муниципальном, так и региональном и общегосударственном уровне.
Французская ювенальная юстиция при осуществлении правосудия назначает меры безопасности и профилактики только при согласии несовершеннолетнего правонарушителя и нарушение этих мер не считает преступным, требующим дополнительных более жестких
мер[523].
Не во всех странах ювенальное правосудие и ювенальная юстиция в целом дают значительные положительные эффекты в плане сокращения преступности, в целом, и правонарушаемости несовершеннолетних, в частности, но везде они способствуют декриминализации общества, снижению общественной опасности преступности и пенитенциарного населения. Определенный исторический опыт дала нам Германия, когда после объединения двух - Восточной и Западной - частей, на территориях Восточной Германии в течение двух лет не действовали в отношении несовершеннолетних ювенальные суды из-за их
отсутствия: преступность в целом возросла почти в 20 раз[524].
В США в 80-90-х годах прошлого века наступил кризис ювенальной юстиции и правосудия в отношении несовершеннолетних. В штатах Джорджия, Флорида, Орегона, Тенесси и других были введены фиксированные сроки заключения для несовершеннолетних с отбыванием в тюрьмах для взрослых; ювенальные суды в большинстве штатов стали карательными ввиду отсутствия четкой и логически последовательной структуры санкций для несовершеннолетних правонарушителей.
Главное, на наш взгляд, в ювенальной юстиции, в том числе и правосудии, это небезразличие к малолетнему, подростку, несовершеннолетнему. Надо всегда помнить слова Конфуция: «Три пути ведут к знанию: путь размышлений - это путь самый благородный, путь подражания - это путь самый легкий и путь опыта - это путь самый горький». Путь опыта - это метод проб и ошибок, и не всегда человек, особенно в малолетнем или юном возрасте, может отличить ошибку и не повторять ее. Главное - замечать эти ошибки, «отклонения» в поведении детей, говорить им об этом. Не зря в уголовном законодательстве Японии (страны с рекордно низкой преступностью) к преступным деяниям относятся такие, с российских позиций, детские шалости, как курение, уход далеко от дома, присвоение кем-то утерянного и др.
Не всегда родители могут объективно оценить поведение своих детей. Поэтому в некоторых цивилизованных странах в этот процесс вмешиваются ювенальные судьи и оценивают детские «шалости» с 7-9 лет (Франция, Уэльс, Япония и др.) и принимают меры по коррекции подобного поведения.Отсутствие неосуждения, безответственность, прощение ошибок и отклонений воспринимается детьми как поощрение к повторению, рецидиву и выработке соответствующего образа жизни.
Но если осуждение отклоняющегося поведения не будет влечь последствий для нарушителя, последний, вероятнее всего, продолжит самоутверждаться через причинение ущерба, вреда, оскорбление и унижение себе подобных - через правонарушения.
В Японии возмещение морального и материального вреда - гражданский долг любого правонарушителя, преступника, признак раскаяния, образ жизни, порядочности. По уголовному законодательству многих стран (Италии, Испании и др.) возможность досрочного освобождения осужденного из мест лишения свободы зависит от возмещения им материального ущерба потерпевшему.
Возмещение материального и морального вреда, причиненного несовершеннолетним правонарушителем, - это то, что он может сделать собственными силами и что может свидетельствовать о его раскаянии. Именно оно может стать альтернативой наказанию, избранной добровольно, а не по принуждению.
Американский опыт показывает, что отношение к ювенальной юстиции исключительно как институту правового воздействия на несовершеннолетних правонарушителей приводит к кризису этой системы. Ведь постоянно нарождаются во все большем количестве новые правонарушители - сторонники метода проб и ошибок, действует тяга к запретному, неизведанному, неиспробованному: опыт возмещения, заглаживания вреда - это уже полученное знание о том, что допустимо, а что порицаемо.
Фиксированные сроки заключения для несовершеннолетних при достижении ими
некоторого минимального возраста (или без установления возрастного ограничения) с отбыванием в тюрьмах для взрослых подрывает жизнеспособность ювенального суда для несовершеннолетних и всей системы ювенальной юстиции в целом.
О какой ювенальной юстиции для несовершеннолетних правонарушителей можно говорить в России, включая отдельные ювенальные суды в систему общих уголовно-правовых судов, не создавая специального законодательства (права и процесса) и рассматривая несовершеннолетних как субъектов действующей уголовно-правовой юрисдикции (УК, УПК, УИК РФ) - права, процесса, пенитенциарной системы?
Одной из самых серьезных проблем в США (как и в России) является отсутствие четкой и логически последовательной структуры санкций для несовершеннолетних правонарушителей. Действующие уголовно-правовые санкции - принудительные меры, которые призваны поддерживать социальные стандарты, - направлены на возмездие и сдерживание, а значит, носят карательный характер. Между тем они могут представлять собой реабилитационные, регулятивные и/или компенсирующие меры - нужно только определить их общие принципы и цели (возмещение ущерба, восстановление нарушенных прав, свобод и интересов, ресоциализация правонарушителя через воспитание, духовное развитие и образование, устранение социальных условий и факторов), которые определят новую парадигму ювенального правосудия как антиконфликтного, восстановительного, обеспечивающего мир и спокойствие в микросоциуме и макрообществе, реабилитационного, гарантирующего ресоциализацию личности несовершеннолетнего правонарушителя.
О невозможности создания ювенальной юстиции на основе действующего в нашей стране уголовного права высказывался и Рустем Максудов: «Я вижу здесь поле для социально-правовых и юридических исследований и разработок, результатом которых должны быть проекты, апробация и законодательное закрепление способов взаимодействия программ восстановительного правосудия и официального правосудия. В этом плане требуется переосмысление и переоформление практически всех юридических понятий в российском
уголовном праве (преступление, вина, ответственность, наказание и т. д.)»[525].
Что такое юстиция вообще и ювенальная юстиция в частности?
Профессор В.
В. Панкратов, заведующий отделом проблем предупреждения правонарушений несовершеннолетних и молодежи и прокурорского надзора НИИ проблем укрепления законности и правопорядка при Генеральной прокуратуре Российской Федерации данный вопрос разрешает следующим образом: ювенальная юстиция не просто нормативный институт, принимающий решения на основе жестких норм. Это не суд по деламнесовершеннолетних, а одно из звеньев системы профилактики, причем важнейшее[526].
Профессор А. С. Автономов, зав. сектором Института государства и права РАН, отмечает, что в настоящее время в России отсутствуют система ювенальной юстиции как развитый институт и институт уполномоченного по правам человека, который он определяет как самостоятельный государственный орган, опирающееся на парламент должностное лицо, непосредственно занимающееся защитой прав и законных интересов граждан, нарушаемых действиями или бездействием административных органов и должностных лиц. «Развитие рассматриваемого института в XX веке привело к появлению специализированных омбудсманов: по вопросам здравоохранения, по делам несовершеннолетних, по делам национальных меньшинств, по вопросам информации и др. Наибольшей эффективности от введения института уполномоченного по правам ребенка (детского омбудсмана) можно добиться лишь в рамках системы ювенальной юстиции, что потребует разработки
соответствующей законодательной базы»[527].
К новым целям воздействия ювенальной юстиции, следует отнести реабилитацию и обеспечение безопасности несовершеннолетнего правонарушителя и общества на микро- и макроуровне.
Восстановительное правосудие для несовершеннолетних является альтернативой карательному правосудию: правонарушитель непосредственно отвечает перед жертвой, которой возмещает ущерб, и перед обществом, в котором разрешается конфликт и происходит ресоциализация правонарушителя.
Профессор Э. Б. Мельникова определяет: ювенальная юстиция (Juvenile Justice - англ.) - термин международный.
На русском языке он звучит как «правосудие для несовершеннолетних». Этот второй термин - уже сугубо российский, поскольку ни в одном языке слово «правосудие» не существует, а есть только слово «юстиция». Соглашаясь с данным толкованием и переводом английского термина, следует отметить, что это понятие имеет английские корни. Слово «юстиция» происходит от «jus» - право и «tice» - пространство, система, функционирование и может быть переведено как «правовое пространство» или «правовая система», функционирующая в отношении кого-либо или где-либо. В правительствах всех стран имеются Министерства юстиции, но они не являются органом правосудия, а руководят системами правоприменения, правоисполнения. Поэтому и термин «ювенальная юстиция» должен трактоваться как «правовая система в отношении несовершеннолетних», регулирующая их поведение, их защиту, их статус в обществе. А «ювенальное правосудие» - как одна из подсистем ювенальной юстиции, куда могут входить подсистемы ресоциализации личности правонарушителя, профилактики девиантного поведения, правового воспитания и образования и др.Профессор Э. Б. Мельникова относит к ювенальной юстиции преимущественно и даже почти исключительно специализированные судебные органы: не только в виде отдельной системы судов, но и в виде судебных присутствий, составов, коллегий в рамках судов общей юрисдикции. Не отрицает она и создание административных органов, альтернативных судам, в
том числе и ювенальным[528].
Другие авторы (Ермаков, Ильчиков) предлагают включить в систему ювенальной юстиции более широкий круг органов: комиссии по делам несовершеннолетних; уполномоченного по правам ребенка; органы и учреждения, связанные с молодежной политикой, обеспечением прав несовершеннолетних; органы опеки и попечительства над несовершеннолетними, следствия и дознания по делам несовершеннолетних; учреждения изоляции несовершеннолетних правонарушителей.
Мы полагаем, что в систему ювенальной юстиции должны входить и органы воспитания и образования, учебные заведения, школы, а также органы и организации, занимающиеся разработкой и принятием законодательных и иных правовых актов в отношении несовершеннолетних. Система ювенальной юстиции должна распространяться на все несовершеннолетнее население и определять ориентиры, принципы и нормы его жизни, развития, становления, а не выделять в отдельную категорию несовершеннолетних правонарушителей и делинквентов. Система принудительного воспитания и образования несовершеннолетних - это часть отсутствующей системы ювенальной юстиции.
Кто должен возглавлять систему ювенальной юстиции: высшие органы государственной власти и управления; президент, правительство; Министерство воспитания, образования и науки, Министерство юстиции? Где должен быть Департамент по защите прав и интересов материнства, детства и семьи? Куда должны входить комиссии по делам несовершеннолетних (КДН), а также ювенальная квази-судебная система с функциями определения проблем и методов социального контроля, воспитания и образования несовершеннолетних правонарушителей, а также изоляции их от общества? Места изоляции для несовершеннолетних также должны быть в ведении Министерства юстиции или МВД. Система уголовно-правовой юрисдикции Верховного Суда (судов общей юрисдикции) должна ли поглощать и систему ювенальной юстиции? Или соотноситься с ней только в конкретных случаях, когда профилактическая ювенальная система оказывается беспомощной? Система органов МВД в отношении несовершеннолетних правонарушителей должна быть доминирующей или вспомогательной и подчиненной проблемам системы ювенальной профилактики? Достаточно ли сегодня в России органов власти и действующего законодательства для организации противодействия девиантному и правонарушающему поведению несовершеннолетних?
Ответы на все эти и другие вопросы определяют сущность ювенальной юстиции, ее философию, основные принципы ее построения и фунционирования.
В. В. Панкратов полагает, что система ювенальной юстиции должна обеспечить широкий выбор экспертов уже при помещении в ЦВИНПы, спецшколы, спецПТУ несовершеннолетних, в том числе и лиц, не достигших возраста уголовной ответственности. Суды и прокуратуры испытывают значительные трудности при оценке особенностей личности, восприимчивости к воспитательным мерам[529].
Главная задача - изменение норм закона, пропаганда новых терминов (понятийного механизма).
Статья 25 УПК Российской Федерации предусматривает возможность прекращения уголовного дела в процессе уголовного судопроизводства на любой стадии (дознавателем, следователем, прокурором, судом) в связи с примирением сторон, устанавливает основания (если привлекаемое к уголовной ответственности лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред) и условия (если в отношении этого лица уголовное преследование осуществляется впервые и если оно подозревается или обвиняется в совершении преступления небольшой или средней тяжести).
В. В. Панкратов считает ст. 25 УПК Российской Федерации основой для применения восстановительного правосудия: «Раз эта статья есть и примирительная процедура возможна, то ювенальная юстиция - не паровоз, а прицепной вагон, потому что примирение сторон было изобретено раньше ювенальной юстиции. Это более древний принцип, и этим можно гордиться».
УПК Российской Федерации содержит целую систему норм, регулирующих применение примирительной процедуры: ст. 421 УПК, которая устанавливает дополнительные (по отношению к ст. 73 УПК) обстоятельства, подлежащие установлению при производстве предварительного следствия и судебного разбирательства по уголовному делу о преступлении, совершенном несовершеннолетним; ст. 57 УПК (эксперты), ст. 58 (специалисты), ст. 73 (подлежащие доказыванию обстоятельства, смягчающие наказание и освобождающее от наказания). В действующем законодательстве не оговорена лишь фигура посредника между потерпевшим и преступником (фигура медиатора). Но запустить процедуру примирения можно и на основе действующих УК и УПК Российской Федерации. Международная правовая общественность нас критиковала: почему мы лишаем детей свободы без суда? КДН были лишены карательных функций. Сейчас мы уже согласны лишить карательных функций и
суд[530]. Но ведь это уже не суд, а его подобие, совершенно другая система. Значит, мы должны не ликвидировать суд как орган правосудия, а вывести несовершеннолетних из уголовно-правовой юрисдикции.
5.3.