§ 2. Прогнозирование криминологической безопасности в страховой деятельности
Рассмотрение вопросов прогнозирования криминологической безопасности в страховой деятельности требует уточнения двух понятий: криминологическая безопасность и безопасность в страховой деятельности.
М.П. Клейменов определяет криминологическую безопасность как состояние защищенности законных интересов личности, общества и государства от внешних и внутренних угроз, источниками которых выступают явления, которые в той или иной степени связаны с преступностью, общественно опасными посягательствами, криминальной деятельностью, интересами криминалите- та[117].
Указание в приведенном определении на признак законности защищаемых интересов представляется весьма ценным. Дело в том, что данный аспект понятия безопасности не всегда принимается исследователями во внимание, в частности, в случаях, когда речь идет о безопасности хозяйствующих субъектов.
Так, например, под безопасностью фирмы понимается способность и возможность для фирмы достигать высоких показателей коммерческого успеха и конкурентоспособности в условиях угроз и опасностей и реализация этой способности и возможности в конкурентных условиях рыночной экономики[118]. В другой работе экономическая безопасность предприятия определяется как состояние хозяйствующего субъекта, при котором он при наиболее эффективном использовании корпоративных ресурсов добивается предотвращения, ослабления или защиты от существующих угроз и обеспечивает достижение целей бизнеса[119].
Из подобных определений следует, что показателями безопасности хозяйствующего субъекта являются его коммерческий успех, высокая конкурентоспособность и достижение собственных целей, главная из которых, как известно, состоит в максимизации прибыли. Очевидно, что данные показатели могут достигаться как законными, так и противоправными способами. Следовательно, в последнем случае безопасность может означать защищенность противозаконных интересов.
Разумеется, в плане криминологической безопасности такое понимание является неприемлемым.Таким образом, при определении понятия криминологической безопасности недостаточно исходить из презумпции законности интересов объекта безопасности. Указание на законность защищаемых интересов должно непременно присутствовать в дефиниции «криминологическая безопасность».
С учетом сказанного, криминологическая безопасность в страховой деятельности представляет собой защищенность законных интересов субъектов такой деятельности и иных участников отношений страхования от внутренних и внешних криминальных угроз.
Следует подчеркнуть, что криминологическая безопасность в страховой деятельности предполагает защищенность законных интересов не только страхового предпринимательства, но и страхователей и иных участников страховых правоотношений.
Изучение соответствующей литературы показывает, что проблемы безопасности в определенной сфере предпринимательской и иной экономической деятельности традиционно рассматриваются с позиций безопасности хозяйствующих в этой сфере субъек- тов[120]. При данном подходе, криминологическая безопасность в страховой деятельности увязывается с необходимостью защиты имущественных интересов страховых организаций и других субъектов страхового бизнеса[121].
Однако представляется, что между понятиями безопасность в страховой деятельности и безопасность страхового предпринимательства нельзя ставить знак равенства. Первое является более емким по своему значению - такой вывод основывается на следующих положениях.
Страховщики выступают аккумуляторами денежных средств, предназначенных для компенсации имущественных потерь, которые могут понести страхователи. Материальным результатом такой аккумуляции выступает страховой фонд страховой организации, отношения собственности на который носят двойственный характер. Страховщик является полноправным собственником сравнительно небольшой доли страхового фонда, а именно той, которая образуется за счет части страховой премии, именуемой нагрузкой (в нее включаются расходы на ведение дела и прибыль страховщика).
Что касается нетто-премии, т.е. части страховой премии, которая предназначена для покрытия возможного ущерба, правомочия страховщика в отношении нее ограничены. Это необходимо для того, чтобы гарантировать страховые выплаты. Только по истечении срока действия договора страхования, если страховое событие не произошло, страховщик получает нетто-премию в собственность. В итоге получается, что имущественные интересы страховщиков и имущественные интересы страхователей оказываются связанными категорией «страховой фонд».Принципиально важно учитывать, что страховщики являются не только предпринимателями, предоставляющими платные услуги и извлекающими из этого доход. На страховом деле покоятся основы безопасности (в первую очередь, экономической) граждан, хозяйствующих субъектов, муниципальных образований и государства. Ущерб страховщика - это ущерб его клиентов (страхователей). Следовательно, говорить о безопасности в страховой деятельности можно только при условии защищенности законных интересов как субъектов страхового предпринимательства, так и законных интересов страхователей и других участников отношений страхования. При этом защищенность интересов и тех, и других определяется сохранностью страхового фонда.
Суммируя сказанное можно заключить, что изучение феномена безопасности в страховой деятельности должно основываться на новом, комплексном, многостороннем подходе - концепции безопасности страхового фонда. Реализация указанного концептуального подхода обязывает при прогнозировании криминологической безопасности в страховой деятельности учитывать криминальные угрозы и криминальные риски двух порядков.
Криминальные угрозы и риски первого порядка сопровождают предпринимательскую деятельность хозяйствующих в страховом деле субъектов, в первую очередь, страховщиков. Субъектами прогнозирования в таком случае могут выступать правоохранительные органы, страховые организации и специалисты в области криминологии.
Криминальные угрозы и риски второго порядка касаются субъектов, чьи имущественные интересы обеспечены страховыми фондами, а именно граждан, организаций, муниципальных образований и государства.
Получение соответствующей прогностической информации отвечает интересам правоохранительных органов, а также всех групп страхователей, в том числе физических и юридических лиц. Правда, в последнем случае прогнозирование является ненаучным, поскольку клиентами страховщиков осуществляется, как правило, интуитивное прогнозирование собственной криминологической безопасности.Прогнозирование криминологической безопасности хозяйствующих в страховом деле субъектов распадается на два направления: прогнозирование соответствующих криминальных угроз и рисков[122].
В створе криминологического прогнозирования учитываются угрозы трех уровней: геополитического, внутригосударственного и угрозы в конкретной деятельности[123]. В контексте данной статьи важно сосредоточиться на криминальных угрозах третьего уровня, поскольку они представляются наиболее конкретными. К их числу относятся:
общественно опасные посягательства страхователей на имущественные интересы страховщиков;
общественно опасные посягательства страховых агентов и иных сотрудников страховых компаний на имущественные интересы страховщиков;
общественно опасные посягательства со стороны страховщиков, связанные с недопущением, ограничением или устранением конкуренции на страховом рынке, включая посягательства со стороны зарубежных страховщиков, связанные с недобросовестной конкурентной борьбой;
общественно опасные посягательства со стороны различного рода лжестраховых структур, действующих по типу «финансовых» пирамид и тем самым подрывающих репутацию страховщиков и доверие населения к ним;
общественно опасные посягательства коррупционного характера, связанные, в частности, с предоставлением отдельным субъектам страхового дела незаконных преимуществ либо с требованиями о передаче незаконных вознаграждений («откатов»);
Перерастание названных выше криминальных угроз из потенциальных в реальные происходит под влиянием определенных факторов риска. При этом под риском в данном случае понимается субъективная характеристика ситуации принятия решения в условиях неопределенности, отражающей возможность появления и значимость для субъекта ущерба в результате последствий принятия того или иного решения[124].
Данные риски, как и криминальные угрозы, являются прогнозируемыми.Прогнозирование соответствующих криминологических рисков требует особого внимания субъектов прогнозирования к таким риск-факторам, как правовой, правоприменительный, обязательственный, конкурентный и управленческий.
Правовой риск-фактор. Значительное число криминальных проявлений в отечественном страховом деле связано со злоумышленным использованием законодательных пробелов и противоречий. Криминогенные пробелы и коллизии современного российского «страхового» законодательства наиболее рельефно проявляются в плане:
закрепления правового статуса определенных субъектов страхового дела (страховых брокеров, обществ взаимного страхования и др.);
регламентации отдельных вопросов страховой деятельности (тарификации страховых услуг, государственного субсидирования при агростраховании, проведения тендеров на страхование госзаказов и др.);
соотношения положений гражданского и собственно страхового законодательства Российского Федерации;
регулирования маркетинговой деятельности в сфере страхования (в частности, сетевого метода продаж страховых полисов).
Правоприменительный риск-фактор. Подавляющее большинство страховщиков, функционирующих сегодня на российском страховом рынке, во взаимоотношениях с правоохранительными органами избирают следующую тактику поведения. Страховщики предпочитают не обращаться в правоохранительные органы, если имеется возможность отказать мошеннику в выплате страхового возмещения на законных основаниях. Даже в тех случаях, когда страховщиком вскрыт факт подлога либо обнаружены иные явные признаки мошенничества, он зачастую ограничивается устным внушением и отказом в выплате недобросовестному страхователю. Такое поведение страховщиков «питает» миф о безнаказанности «страховых» мошенников, что в немалой степени обусловливает актуальность соответствующих криминальных угроз.
Обязательственный риск-фактор. Политика наращивания объемов продаж страховых полисов осуществляется страховщиками при отсутствии какого-либо внимания к вопросам селекции рисков, принимаемых на страхование.
Большинство страховщиков, полагаясь на то, что устойчивость бизнес-процессов можно обеспечить увеличением сбора премий, действуют по принципу: «лучше не отказать одному мошеннику, чем отпугнуть отказом десять порядочных клиентов». В результате их страховой портфель становится все более рискованным, что грозит им огромными убытками, вплоть до перспективы банкротства.Конкурентный риск-фактор. Многих отечественных страховщиков характеризует толерантное отношение к коррупционным «схемам» получения определенных преимуществ в бизнесе. Так называемые «откаты» прочно вошли в практику страхового дела. Менеджмент страховщиков не воспринимает данные коррупционные проявления как криминальную угрозу деятельности компании, так как расходы на взятки являются окупаемыми (за счет страхователей). Более того, коррупционный «тыл» рассматривается как конкурентное преимущество в нынешних условиях страховой деятельности, поскольку гарантирует доступ к рентабельным видам страхования.
Управленческий риск-фактор. Эксперты отмечают, что низкое качество управления в страховых организациях является главным риск-фактором российской страховой отрасли[125]. Основными показателем этого является отсутствие в структуре управления страховых организаций отделов внутреннего контроля и аудита, что самым благоприятным образом сказывается на деятельности внутрикорпоративных расхитителей. Российские страховщики, в большинстве своем, не заинтересованы в создании систем внутреннего контроля и аудита, как минимум, по трем следующим причинам.
Во-первых, это существенно повысит себестоимость страхового бизнеса. Во-вторых, система внутреннего контроля и аудита, будучи организованной, вскроет многие негативные моменты в деятельности организации, над которыми придется размышлять и устранять их, в то время как многие страховщики привыкли, что называется, «работать с колес». Наконец, в-третьих, аудит непременно ассоциируется с дополнительными ревизиями, которых, по мнению страховщиков, и без того предостаточно.
В соответствии с концепцией безопасности страхового фонда объектами криминологической безопасности в страховой деятельности, наряду с законными интересами страховых коммерсантов, являются законные интересы страхователей и других участники отношений страхования. Основными криминальными угрозами безопасности последних в настоящее время выступают:
общественно опасные посягательства со стороны различного рода лжестраховых структур, действующих по типу финансовых пирамид;
общественно опасные посягательства страховщиков, страховых агентов и иных сотрудников страховых организаций.
Субъектами научного криминологического прогнозирования в данном случае могут выступать органы государственного регулирования страхового дела, органы страхового надзора, правоохранительные органы и криминологи. Интуитивное прогнозирование криминологической безопасности также могут осуществлять страхователи - физические и юридические лица.
Прогнозирование криминологических рисков в рассматриваемом аспекте требует от субъектов прогнозирования (как научного, так и интуитивного) принимать во внимание следующие риск- факторы: правовой, правоприменительный, обязательственный и информационный.
Правовой риск-фактор. Содержание правового риск- фактора идентично его содержанию применительно к прогнозированию криминологического безопасности субъектов страхового предпринимательства, поскольку преступниками в данном случае используются те же самые правовые пробелы и противоречия.
Правоприменительный риск-фактор, в свою очередь, специфичен. Анализ практики правоохранительной деятельности в сфере страхования показывает, что основное внимание правоохранителей сосредоточено на откровенно преступных посягательствах страхователей на имущественные интересы страховщиков. При этом общественно опасной деятельности различного рода лжестраховых структур (страховых консультантов, псевдоброкеров, обществ взаимного страхования, потребительских кооперативов с элементами страхования и т.п.) и других мошенников (в частности, компаний, занятых откровенным демпингом) уделяется явно недостаточно внимания. Оценивая такую ситуацию, криминологи отмечают, что уголовно-правовое реагирование на экономическую преступность в России (по сравнению с реагированием на традиционную корыстную преступность) является символическим[126]. Следствием такого «крена» правоохранительной деятельности в сфере страхования выступает то, что интересы страхователей оказываются слабо защищенными от криминальных опасностей.
Обязательственный риск-фактор. Ситуация на страховом рынке сегодня такова, что для многих страхователей определяющим фактором при выборе страховщика для покупки страхового полиса является стоимость последнего. Данное условие имеет для большинства страхователей главное и решающее значение при заключении страхового контракта. Страхователи при этом готовы идти на риск неполучения в дальнейшем страховой выплаты либо риск получения ее в значительно меньшем размере. В ряде случаев страхователям заранее известен тот факт, что риск неполучения страховой выплаты является стопроцентным. Речь идет о ситуациях, когда страхователь сам готов жертвовать своей страховой защитой, покупая у страховщика полис по демпинговой цене. Парадоксально, но в таком случае действия и страховщика, и страхователя представляют угрозу сохранности страхового фонда и, следовательно, подрывают криминологическую безопасность других клиентов данного страховщика. Однако приведенный пример экстраординарен. Как правило, риск неполучения страховой выплаты или получения ее в меньшем размере является следствием «нечестных» условий договоров страхования. Степень такой «нечестности» различна. Она может быть минимальной, когда посредством «уловок» в договоре страхования размер страховой выплаты уменьшается. Но нередко такая степень является максимальной, когда руководство «страховой» пирамиды, заманив привлекательными условиями страховых контрактов определенное число страхователей, скрывается с собранными страховыми премиями. Таким образом, страхователи, вступая в обязательственные отношения со страховщиками, ориентируясь исключительно на цену предлагаемого страхового продукта, в большинстве случаев подвергаются серьезным криминальным рискам.
Информационный риск-фактор. Наибольшее значение данный риск-фактор имеет для такого субъекта прогнозирования криминологической безопасности в страховой деятельности, как страховой надзор. Искажение страховщиками отчетности, направляемой в страховой надзор, и манипулирование информацией в иных формах может осуществляться в целях обеспечения:
непрозрачности деятельности страховщиков, интегрированных в финансово-промышленные группы, в части внутригрупповых трансакций;
непрозрачности операций страховщиков по трансграничному страхованию, в особенности, при участии в цепи таких операций оффшорных юрисдикций;
непрозрачности структуры корпоративного управления и собственности страховых организаций;
непрозрачности сделок по слияниям и поглощениям в страховом деле в части конечных собственников, добивающихся контроля над страховщиком.
Суммируя сказанное, необходимо отметить, что значимость вопросов криминологического прогнозирования в страховой деятельности обусловлена не только их ролью в обеспечении безопасности субъектов страхового дела и иных участников отноше- ний страхования. Соответствующий поисковый прогноз всегда служит импульсом для осуществления нормативного криминологического прогнозирования. Это означает, что выводы поискового криминологического прогноза указывают направления совершенствования системы мер противодействия криминальным проявлениям в страховой деятельности.