§ 3. Преступления против безопасности человечества

Основным непосредственным объектом этой группы преступлений является безопасность человечества, представляющая собой состояние защищенности человечества в целом либо демографических групп от угроз их физическому существованию.

Геноцид. Понятие «геноцид» происходит от греческого genos («племя», «род») и латинского caedo («уничтожаю», «убиваю»). Впервые геноцидом как преступлением против человечности было признано массовое истребление армянского населения по приказу властей Османской Турции, что зафиксировано в совместной Декларации стран-союзниц (Англии, Франции и России) от 24 мая 1915 г.

Однако понадобились еще одна мировая война для того, чтобы мир осознал не просто ужас и бесчеловечность подобного деяния, но и чтобы было выработано понимание его преступности и наказуемости как одного из тягчайших преступлений. В итоге государственная национальная политика нацистской Германии вылилась в осуществление холокоста (Holocaust) — физического уничтожения еврейского населения Европы.

На Нюрнбергском процессе 1945-1946 гг. геноцид в качестве преступного деяния был описан как «преднамеренное и систематическое истребление расовых или национальных групп гражданского населения на определенных оккупированных территориях с целью уничтожить определенные расы и слои наций и народностей, расовых и религиозных групп...» (п. «с» ст. 6 Устава Нюрнбергского трибунала).

В ст. II Конвенции о предупреждении преступления геноцида и наказании за него от 9 декабря 1948 г.1 «геноцид» определен как «любое из следующих действий, совершаемых с намерением уничтожить, полностью или частично, какую-либо национальную, этническую, расовую или религиозную группу как таковую:

Убийство членов такой группы.

Причинение серьезных телесных повреждений или психических расстройств членам этой группы.

Умышленное создание для какой-либо группы таких жизненных условий, которые рассчитаны на полное или частичное физическое ее уничтожение.

Осуществление мер, рассчитанных на предотвращение деторождения в такой группе.

Насильственная передача детей из одной группы в другую».

В вышеназванной конвенции и в ст. 357 УК РФ прямо указывается, что потерпевшими от этого преступления могут быть представители (члены) национальной, расовой, этнической или религиозной группы.

Расовая группа (от итальянского razza — «род, порода, племя») — это исторически сложившаяся группа людей, имеющих сходные анатомические и физиологические признаки, предаваемые по наследству (например, цвет кожи, форма носа и губ, рост, пропорции тела, а также такие скрытые физиологические признаки, как группа крови, резус-фактор и пр.). В основе расовой принадлежности человека лежат его наследственные биологические характеристики.

Этническая группа (от греческого ethnos — «группа, племя, народ») — это исторически сложившаяся устойчивая общность людей, имеющая в основе не биологические, а социальные признаки: общность территории и языка.

Национальная группа (от латинского natio — «племя, народ») — это тип этноса либо совокупность этносов, представляющих собой историческую общность людей, сложившуюся в процессе формирования общности их территории, экономических связей, культуры и характера, национального самосознания. При этом национальность обычно состоит из совокупности нескольких этносов (например, русские как национальность состоят Из таких этнических групп как великороссы, поморы, поволжцы, казаки, сибиряки и пр.).

Религиозная группа — общность людей, исповедующих ту или иную религию. При этом не имеет значения, носит ли религия мировой характер (например, христианство, ислам, буддизм) или имеет локальное значение (например, синтоизм).

В ст. 357 УК РФ объективная сторона геноцида определена как «действия, направленные на полное или частичное уничтожение национальной, этнической, расовой или религиозной группы».

убийства членов демографической группы;

причинения тяжкого вреда членам такой группы;

насильственного воспрепятствования деторождению членов такой группы;

принудительной передачи детей в другую демографическую группу;

насильственного переселения членов такой группы;

иного создания жизненных условий, рассчитанных на физическое уничтожение членов этой группы.

Перечень деяний, образующих объективную сторону геноцида, очевидно не является исчерпывающим, так как «иное» создание жизненных условий, рассчитанных на физическое уничтожение той или иной демографической группы, не определено ни в уголовном законе, ни в Конвенции о предупреждении геноциде.

Необходимо отметить, что факт полного или частичного уничтожения демографической группы как последствие, к которому стремится виновный, не влияет на юридическую оценку геноцида. Так, в решениях международных трибуналов по бывшей Югославии и Руанде подчеркнуто, что для вменения геноцида не требуется устанавливать «точное число жертв» либо число «реального уничтожения» демографической группы — достаточно установить совершение с этой целью любого «акта, образующего объективную сторону (actus reus)»[821].

В то же время в качестве характеристики действий, образующих геноцид, уголовный закон называет убийство и причинение тяжкого вреда здоровью представителям демографической группы, а эти деяния сами по себе являются самостоятельными преступлениями, причем оба — с материальным составом. Следовательно, состав геноцида с точки зрения конструкции объективной стороны носит формально-материальный характер.

Убийство. В диспозиции ст. 357 УК РФ говорится об убийстве членов демографической группы как таковом. Под таким убийством надо понимать любое умышленное причинение смерти, подпадающее под признаки ст. 105 УК РФ.

В решениях международных трибуналов убийством называется любое причинение смерти представителю демографической группы, причем под такое убийство подпадают ситуации, когда смерть стала последствием совершения иных действий, рассчитанных на уничтожение такой группы[822].

Причинение тяжкого вреда здоровью представителей демографической группы имеет место при причинении в результате действий виновного здоровью любого из последствий, указанных в диспозиции ч. 1 ст. 111 УК РФ.

В решениях международных трибуналов как причинение тяжкого вреда здоровью представителям демографических групп расценен «серьезный ментальный ущерб» (serious mental harm). В качестве такого ущерба были квалифицированны психические расстройства, возникшие у потерпевших, наблюдавших убийства своих соплеменников и родственников, сексуальное насилие над женщинами народа тутси (tutsi)[823].

Насильственное воспрепятствование деторождению как деяние может выражаться в совершении виновным самых разнообразных действий с целью недопущения рождения детей у представителей той или иной демографической группы населения.

В практике международных трибуналов как геноцид по признаку воспрепятствования деторождению расценены:

недопущение сексуальных контактов между представителями одной и той же демографической группы (при раздельном содержании мужчин и женщин);

запрещение браков между представителями одной демографической группы и установление «силового контроля за рождаемостью»[824];

принудительное прерывание беременности, а также хирургическое, химиотерапевтическое либо медикаментозное подавление половой функции у представителей демографической группы (стерилизация, кастрация и пр.)[825].

Принудительная передача детей — деяние, имеющее место при передаче детей в иную демографическую группу, при которой передаваемый ребенок утрачивает демографические свойства, присущие его родителям. Как указывалось в решениях Международного трибунала по Руанде, насильственная передача детей в другую группу наносит серьезный «ментальный ущерб» как детям, так и их родителям и близким родственникам, что по последствиям не отличается от «причинения серьезного телесного вреда» при осуществлении геноцида[826].

Насильственное переселение, рассчитанное на физическое уничтожение членов демографической группы — это действие, выражающееся в перемещении представителей демографической группы в непривычные природные (в первую очередь климатические) условия, которые могут привести к физическому вымиранию перемещаемой группы людей.

Наконец, последним из указанных в уголовном законе проявлений геноцида является иное создание жизненных условий, рассчитанных на физическое уничтожение членов демографической группы. Под иным созданием таких жизненных условий понимается неограниченный перечень деяний, которые не подпадают под признаки ранее рассмотренных, создающих угрозу физическому существованию демографической группы или ее части.

Примерами создания таких «иных жизненных условий» могут являться:

заражение места обитания демографической группы агрессивным агентом биологического происхождения (возбудителями эпидемий, эпизоотий, болезней растений и пр.) либо химическое заражение места обитания демографической группы; 2) наложение запрета на занятие единственно возможным видом деятельности, являющейся единственным источником существования демографической группы; 3) разрушение жилищ, изгнание из домов, лишение одежды, стимулирование голода у представителей демографической группы, принуждение к исключительно тяжелому физическому труду[827].

Субъект — общий. Если в осуществлении актов геноцида принимали участие лица в возрасте от 14 до 16 лет, то они подлежат ответственности за убийство и умышленное причинение тяжкого Ъреда здоровью.

Субъективная сторона — прямой умысел. Цель геноцида — стремление к полному или частичному уничтожению национальной, этнической, расовой или религиозной группы — фундаментальный признак, отличающий это преступление от общеуголовных преступлений и преступлений против международного гуманитарного права. Указанная цель может проявляться двояко: в стремлении уничтожить как можно большее количество членов демографической группы либо в стремлении уничтожить избранных ее представителей (политическую, религиозную, интеллектуальную элиты); говоря иными словами, каждый акт геноцида должен ставить под вопрос само существование национальной, этнической, расовой или религиозной группы как таковой[828].

В решении по делу Jelisic Международный трибунал по бывшей Югославии указал, что, несмотря на всю чудовищность, содеянное не может считаться геноцидом по причине отсутствия у виновного цели уничтожить группу как таковую (to destroy the group in question)[829].

ч.              2 ст. 111 УК РФ).

Отечественное правоприменение на сегодняшний день знает единственную (и неудачную) попытку вменения ст. 357 УК РФ.

10 апреля 2001 г. постоянная сессия Ставропольского краевого суда завершила слушания уголовного дела Г. и X. Их жертвами становились только русские. Уроженцы чеченской станицы Шелковская, Г. и X. вместе со своими земляками своими жертвами выбирали русских, проживающих в соседней станице Червленной: чеченцев не трогали, опасаясь кровной мести. Выпив или приняв наркотики для храбрости, компания, под каким-нибудь предлогом обратившись к хозяевам, врывалась в дом, расправлялась с его обитателями и забирала ценности. Самым чудовищным преступлением стала расправа над семьей 3.: Г. и X. изнасиловали жену на глазах ее мужа и 10-летнего сына и зарубили ее топором. Затем задушили мужчину. Последним был убит мальчик, которого перед смертью жестоко истязали. Всего виновные, действовавшие в Червленной на протяжении двух лет, совершили десять убийств, два изнасилования и четыре разбоя.

Суд, признав этих лиц виновными в убийствах и других преступлениях, отменил ст. 357 УК РФ на основании недоказанности цели уничтожения полностью либо частично русского населения Чечни, не приняв во внимание заявление Г. о том, что он «просто убивал русских»[830].

Экоцид как преступление против безопасности человечества связан с необратимыми последствиями для окружающей среды и самого существования человека. Его опасность заключается еще и в том, что нарушение экологического равновесия в каком-либо одном районе пагубно сказывается и на других, часто далеко лежащих, местностях.

Юридическое определение экоцида как преступления против безопасности человечества берет свое начало в документах, регламентирующих правила ведения вооруженных конфликтов, и корреспондируется с международно-правовым запретом на «военное или любое иное враждебное использование» средств воздействия на природную среду, которое имеет «широкие, долгосрочные или серьезные последствия»[831].

Объективная сторона экоцида. В российском уголовном законодательстве состав экоцида сформулирован как состав угрозы — наказуемо совершение любого из перечисленных действий, если они способны причинить последствие в виде экологической катастрофы. При этом наступление указанного последствия само по себе на квалификацию содеянного не влияет.

Угрожающее последствие в виде экологической катастрофы — понятие очень емкое. Сопоставительный анализ положений ст. 1 Федерального закона от 10 января 2002 г. № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды»[832] и ст. 2 Конвенции ООН о биологическом разнообразии от 5 июня 1992 г. позволяет прийти к выводу, что экологическая катастрофа как уголовно значимое последствие имеет своими признаками устойчивое нарушение естественного функционирования экологических систем и значительное нарушение (изменение) биологического разнообразия. Угроза наступления такого последствия может иметь место в результате совершения любого из указанных в диспозиции ст. 358 УК РФ действий.

Массовое уничтожение растительного или животного мира состоит в физическом истреблении растительных сообществ и совокупностей живых организмов, постоянно или временно населяющих ту или иную территорию. Массовость такого уничтожения нигде не определена, однако массовым уничтожением надо признавать случаи любого воздействия на флору и фауну, в результате которого создается угроза уничтожения растительного или животного вида хотя бы в одной экологической системе. В первую очередь такое деяние осуществимо посредством использования химических реагентов и других неизбирательных способов воздействия на природную среду (источники радиоактивного излучения, суммарное применение взрывчатых веществ и т.п.).

Только по официальным данным, в войне США во Вьетнаме (1961-1972 гг.) применили около 96 тыс. тонн гербицидов, из них 57 тыс. тонн рецептур, содержащих вещество диоксин. Засекреченными остались сведения об объемах применения гербицидов в 1970-1972 гг. на территории Вьетнама и масштабы гербицидных обработок в Лаосе и Кампучии1. В документах международного симпозиума по вопросам отдаленных последствий войны США во Вьетнаме (Хошимин, 1983 г.) отмечалось, что в результате применения дефолианта «Оранж эйджент» («Orange Agent») флора, фауна, почвы многих районов Южного Вьетнама претерпели сильные изменения. Большую часть тропических лесов война превратила в саванны, территории которых в ряде районов и сейчас расширяются; многие прибрежные мангровые леса полностью уничтожены, и их спонтанное восстановление потребует многих сотен лет; потеряно плодородие на больших массивах пахотных земель. Содержавшиеся в дефолиантах диоксины привели к массовым патологиям у населения Вьетнама: у большого количества жителей возникли эндокринные и гормональные расстройства, изменилось содержание половых гормонов, гормонов щитовидной и поджелудочной желез, увеличился риск развития сахарного диабета, были нарушены процессы полового созревания и развития плода.

Отравление атмосферы или водных ресурсов как акт экоцида зачастую совершается параллельно массовому уничтожению растительного и животного мира либо является способом такого уничтожения. Отравление означает виновное введение в водную или воздушную сферы таких активных агентов, которые лишают атмосферный воздух и естественную водную среду их жизнеобеспечивающих качеств как сред обитания растительных и животных организмов. Данное деяние может совершаться в виде воздействия на водные ресурсы и атмосферу химически активными веществами, продуктами биологического распада, искусственным изменением физического и химического составов водной или воздушной сред.

Законодательно не определен исчерпывающий перечень актов экоцида — ведь это преступление может совершаться иными действиями, способными вызвать экологическую катастрофу. Такой подход представляется оправданным, так как результатами научно-технического прогресса в обозримом будущем может стать создание новых факторов воздействия на природную среду, применение которых, в свою очередь, будет угрожать наступлением экологической катастрофы.

Субъект — общий.

Субъективная сторона экоцида. Так как это преступление окончено при совершении любого из перечисленных действий, то по отношению к последним должен быть установлен прямой умысел. Что касается угрожающего

последствия — экологической катастрофы, то психическое отношение к ней может быть выражено в форме как прямого, так и косвенного умысла. Мотивация виновного юридического значения не имеет.

Именно психическое отношение к грозящей экологической катастро- • фе отличает экоцид от экологических преступлений: «Загрязнение вод» — ст. 250 УК РФ, «Загрязнение атмосферы» — ст. 251 УК РФ, «Загрязнение морской среды» — ст. 252 УК РФ, «Порча земли» — ст. 252 УК РФ, «Уничтожение критических местообитаний для организмов, занесенных в Красную книгу Российской Федерации» — ст. 259 УК РФ. При совершении всех перечисленных экологических преступлений виновный не допускает (и тем более не желает) наступления экологической катастрофы, хотя последствия собственно экологических преступлений тоже могут быть ужасающими.