§ 3. Права и обязанности собственника

Отвлеченное понятие "собственность" не сразу появилось в российском законодательстве. Сначала оно существовало в конкретных понятиях, в видовых и индивидуальных названиях — "мое", "свое", "твоя земля", "его дом".

Первоначально земля была собственностью только относительно посторонних родов, общин, а внутри их находилась в нераздельном владении всеми и каждым. Угодья образовались тогда, когда пахотные земли стали предметом исключительной собственности отдельных лиц как участки в общем владении, пользовании общим пространством непахотной земли. Угодьями были воды, рыбные ловли, сенокосы, пастбища и леса4.

В Гражданском кодексе РФ (равно как и в ранее действовавших гражданских кодификациях российского (советского) законодательства) предусматриваются ограниченные

' ВСНД и ВС. 1992. № 28. Ст. 1617. *СЗРФ. 1994. № 13. Ст. 1478.

См.: Морошкин Ф.Л. Указ. соч. С. 80—81.

Там же. С. 125.

51

вещные права, производные, как правило, от государственной (муниципальной) собственности либо на определенные имущественные комплексы, либо на землю.

В науке гражданского и иных отраслей права высказывались различные точки зрения о принадлежности к отраслям права норм, регулирующих право государственной собственности. Нормы Конституции РФ позволяют утверждать, что формы государственной собственности регулируются конституционным, земельным, гражданским законодательством. В ст. 35 Основного закона России перечислены права собственника — владения, пользования и распоряжения имуществом.

При разграничении научных специальностей юридических дисциплин следует иметь в виду, что конституционные идеи так или иначе, в той или иной степени присутствуют во всех государственно-правовых науках. Они своего рода базис для каждой научной отрасли права. Однако недопустимо, на наш взгляд, любое положение того или иного нормативного правового акта пытаться соотносить с положениями Конституции, что нередко наблюдается в деятельности Конституционного Суда РФ. Глава 2 "Права и свободы человека и гражданина" Конституции РФ имеет прямую целевую направленность только на защиту прав человека и гражданина, за редкими исключениями (например, ст. 30, 34, 35, 36). Поэтому многочисленные постановления Конституционного Суда РФ, направленные на защиту имущественных и неимущественных прав юридических лиц, не имеют под собой правовых оснований, когда они ссылаются на гл. 2 Конституции РФ.

Отменяя ту или иную норму федерального закона, Конституционный Суд РФ по существу изменяет сам закон и невольно становится органом, создающим новые нормы в том сегменте законодательства, который не имеет непосредственного отношения к защите прав и свобод человека и гражданина. Напомним, что п. 2 ст. 17 Конституции РФ говорит об основных правах и свободах человека, неотчуждаемых и принадлежащих каждому от рождения. Построенные на этих началах ст. 17, 18 ГК РФ только в общем виде отражают правоспособность гражданина как его неотъемлемое свойство. Разве может с момента

52

пождения гражданин создавать юридические лица самостоятельно или совместно с другими гражданами и юридическими лицами, избирать место жительства? Никакими юридико-тех-ническими приемами этого достигнуть нельзя.

Не выдерживают критики и положения ст. 18 Конституции рф, провозглашающие, что права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Если они являются непосредственно действующими, так зачем в названной статье существует вторая фраза: "Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием"? Сами по себе права и свободы человека и гражданина, установленные в Конституции РФ, не регулируют в достаточной мере те или иные отношения гражданина и государства, поэтому не могут рассматриваться как непосредственно действующие. При достаточно широком и глубоком правовом отраслевом регулировании в России на нынешнем этапе развития страны нормы Конституции РФ уже не могут служить средством восполнения пробелов в законодательном регулировании.

На наш взгляд, в п. 6 ст. 125 Конституции РФ необходимо внести дополнение. Если акты или их отдельные положения признаны неконституционными и утратили силу, то следует указать, каким образом должен быть устранен образовавшийся пробел в законе.

Разве является нормой права ст. 32 Федерального закона "О федеральном бюджете на 2003 год", в которой упоминается Решение Конституционного Суда РФ от 27 декабря 1997 г. № 21-п "По делу о проверке конституционности п. 2 ст. 855 ГК РФ...", которым внесено изменение в п. 2 ст. 855 ГК РФ1?

Почему же в этом деле Конституционный Суд РФ не использовал норму ч. 2 ст. 8 Конституции РФ, которая говорит о признании и равной защите всех форм собственности? При акцентировании внимания прежде всего на частной собственности будет нарушен один из основополагающих принципов конституционного строя России.

1 СЗ РФ. 2002. № 52 (ч. 1). Ст. 5132.

53

В научной литературе господствующим является мнение о том, что право собственности коренится в экономических отношениях. Правда, ряд авторов, в частности К.И. Скловский, вообще затрудняются разграничить собственность и право собственности1.

В науке гражданского права на основе системного подхода к анализу и синтезу категорий, входящих в институт права собственности, выдвинута и обоснована универсальная замкнутая система отношений собственности2. Автор этой идеи В.П. Павлов исходит из положений В.П. Шкредова, считающего, что категория "производственные отношения" не оставляет места в политэкономии для применения категории "отношения собственности"3. Соглашаясь с позицией А.Е. Черноморца о необходимости разделения понятий "собственность" и "право собственности"4, В.П. Павлов подчеркивает: поскольку право собственности в субъективном смысле отнесено законодателем к жизненным благам, т. е. нематериальным, существующим только в рамках действующей правовой системы каждого общества, то существенные признаки этого блага следует искать в самом праве. Поэтому существенные признаки собственности следует искать в личных свойствах ее носителя и определять собственность как совокупность приемов и способов (навыков) действий конкретного лица с вещами, определенными родовыми признаками. Другими словами, по мнению В.П. Павлова, собственность является личной характеристикой наряду с такими неотъемлемыми свойствами лица, как жизнь, имя, честь и пр. Этим можно объяснить, что в ст. 209 ГК РФ нет определения собственности или собственника, а дано только содержание права собственности. Определив понятие "собственность" на философском уровне, В.П. Павлов упрекает законодателя, что он не учел в нормативном акте понимание собственности как сущностной характеристики лица, как категорию проявления собственности, рассматриваемой в качестве действия по владению, пользованию и распоряжению индивидуально определенной вещью.

' См.: Скловский К.И.

2              См.: Павлов В.П. Проблемы теории собственности в российском граж

данском праве. М., 2000.

3              Шкредов В.П. Метод исследования собственности в "Капитале" Маркса.

М„ 1973. С. 5.

4              См.: Черноморец А.Е. Некоторые теоретические проблемы права собствен

ности в свете Гражданского кодекса РФ // Государство и право. 1996. № 1.

С. 96-99.

54

Правовому воздействию подлежит не сама собственность, а ее проявления в виде действий собственника с конкретной вещью. Анализ этих проявлений собственности сводится к традиционным правомочиям владения, пользования и распоряжения. Однако действия с вещами и по поводу вещей имеют более широкий диапазон, чем обычные представления о триаде правомочий собственника. Так, понимая под владением удержание веши у себя в том неизменном виде, в котором она приобретена, В.П. Павлов включает во владение действия по обеспечению сохранности вещи для себя, подготовке ее к использованию и отчуждению. Но проявления собственности — это не что иное, как фактические действия собственника с имуществом, урегулированные нормами права. Выходит, что собственность выполняет роль экономических конкретных отношений, называемых В.П. Павловым имущественными состояниями. Такие состояния и их комбинации характеризуют формы соединения частичных собственников, а также все возможные формы соединения лиц, обладающих частичными правами на вещь, которые в совокупности дают полное право собственности. По этой причине различный правовой режим вещей, находящихся в государственной, муниципальной и частной собственности, еще ничего не говорит о формах собственности. Государственный служащий, освоивший новое уникальное пишущее устройство на своей службе, является единственным собственником этого устройства, потому что никто другой не владеет приемами работы с ним, хотя право собственности на это устройство принадлежит государству1 .

Под формами проявления собственности В.П.

По мнению В.П. Павлова, категория "общенародная собственность" не может быть использована внутри государства, поскольку она является личностной характеристикой народа определенного государства в целом как субъекта международных правоотношений3.

Однако, на наш взгляд, рассмотренная философско-право-вая концепция собственности, несмотря на ее стройность и определенную аргументацию, не может быть принята для объяс-

См.: Павлов В.П. Указ. соч. С. 191. См. там же. С. 192. См. там же. С. 336.

55

нения природы государственной, муниципальной собственности и собственности юридического лица, поскольку собственники указанных образований не обладают естественной сущностью лица. В этих формах собственности нет личных характеристик соответствующего собственника, которые можно было бы назвать совокупностью приемов и способов (навыков) действий ее носителя с вещами. Проявления же собственности — это не что иное, как экономические конкретные акты, которые получают отражение в нормах права в обобщенном виде как правомочия владения, пользования и распоряжения собственника вещью, называемые В.П. Павловым имущественными состояниями. Предложенная им таблица имущественных состояний вряд ли применима в правотворческой работе, так как их комбинации не могут быть использованы в виде жестко закрепленных форм частичных собственников. Примеры, приведенные автором, показывают практическую несостоятельность сделанных им выводов, их противопоставление основополагающим положениям Конституции РФ и Гражданского кодекса РФ.

Трудно представить себе государственного служащего собственником освоенного им уникального пишущего устройства, находящегося в государственной собственности и оперативном управлении соответствующего государственного учреждения. Не может быть принята для практического применения теория, игнорирующая основы конституционного строя государства. В связи с этим напомним, что в ст. 8 Конституции РФ четко зафиксированы признание и равная защита частной, государственной, муниципальной и иных форм собственности. В методологическом плане важно установить, насколько система права допускает возможность оперировать философскими и экономическими категориями. Отметим, что философия — это прежде всего гносеологическая наука, объясняющая наиболее общие подходы к познанию действительности, в том числе правовой. Поэтому включение в предмет гражданского права совокупности приемов и способов (навыков) действий лица с вещами нельзя считать правильным.

Мы уже показали, что право собственности по своей природе — явление персонифицированное. Конкретизация фактических и правовых отношений происходит с помощью их субъектов. Это наиболее простой, очевидный признак, позволяющий определять не только принадлежность имущества какому-то лицу вообще, но и само это лицо.

В литературе высказана и в определенной степени обоснована точка зрения, что проблема триады правомочий собственника является прежде всего проблемой истории права. "Право собствен-

56

ности нельзя исчерпать перечислением правомочий, поскольку само определение собственности посредством любого перечня — это знак ограничения права, прямое обнаружение потенциальной, а чаще актуальной ущербности этого права"1. Для обоснования своей позиции К.И. Скловский прибегает к аргументам, взятым из философской и психологической наук. Так, он считает, что в праве собственности в наибольшей, концентрированной форме выражены свойства лица. Если признать верным его постулат о том, что с технической точки зрения исчерпывающего перечня быть не может в принципе, то следует вообще отказаться от определения правовых явлений в законе.

Нет необходимости привносить в содержание тех или иных понятий, связанных с правом собственности, психических отношений к вещи. Для права не имеет никакого значения степень близости правообладателя к вещи. Истинное постижение права возможно лишь в тех случаях, когда тождественность позиции владения объясняется не степенью близости лица к вещи, а пониманием владения как правового явления. Поэтому в теории права и в практике весьма редко можно встретить понимание того, что владение, осуществляемое собственником, совсем не то же, что у арендатора или хранителя. Действительно, у последних разное отношение к вещи, разные мотивация и поведение, но для права, для опосредования в нормах права владения тех и других лиц никакого различия нет. Неприменимы здесь положения философской науки о том, что в приведенных выше ситуациях "владение" и "обладание" выражают отношение к вещи как к себе, к "части себя".

Подмена права собственности собственностью в философском понимании как "идеальное продолжение личности в вещах" или ее "перенесение на вещи" не позволяет К.И. Скловс-кому удержаться и на правовых позициях при решении проблемы о формах собственности. "Право собственности непосредственно не отражает экономических отношений собственности, Даже если последние и существуют"2. Отвечая на вопрос, имеет ли форма собственности свое собственное содержание, он видит проблему формы собственности не в самой собственности, а в субъекте. Однако, основываясь на факте российского законодательства, К.И. Скловский вынужден рассматривать формы соб-ственности исключительно как способ определения принадлежности имущества тому или иному субъекту. Статья 212 ГК РФ Субъекты права собственности" дает возможность в зависимо-

Скловский К.И. Указ. соч. С. 125. Там же. С. 159.

57

сти от принадлежности имущества тому или иному субъекту определить формы собственности как правовые явления, отличные одна от другой по особенностям приобретения и прекращения права собственности, владения, пользования и распоряжения имуществом формы собственности, которые отнюдь не сводятся только к правовому режиму имущества, находящегося в той или иной форме собственности.

Определяя собственность как юридическое отношение, ст. 209 ГК РФ делает акцент на то, что собственность выступает в виде определенной правовой связи по поводу имущества. Правовое регулирование отношений в обществе заключается в наделении их участников правами и обязанностями. Эта дополнительная, создаваемая законом сеть юридических отношений обеспечивает стабильность отношениям собственности, что представляет чрезвычайно важную характеристику собственности как юридического отношения. Собственность нельзя провозгласить законом или указом, она реально существующее отношение по поводу вещей. Государство может расширить или сузить перечень форм права собственности, изменить способы ее приобретения и прекращения юридического отношения собственности. Но собственность как общественное отношение по поводу вещей и их обладания — категория вечная, она не подвержена идеологическому влиянию. В этом плане она безразлична к социально-политическому строю общества.

В то же время право собственности нельзя рассматривать только как общее понятие, как иногда предлагается в литературе. На уровне отраслевого, прежде всего гражданского, законодательства оно проявляется в различных формах и видах. В зависимости от формы собственности закон устанавливает особенности приобретения и прекращения права собственности, владения, пользования и распоряжения (п. 3 ст. 212 ГК РФ).

Юридическое отношение собственности — это права и обязанности собственника. Он является управомоченным лицом в отношении действий по владению, пользованию и распоряжению своим имуществом. В многообразии хозяйственной и иной жизни собственник обособляется, индивидуализируется как автономный носитель указанных прав. Для юридического отношения собственности характерна независимость прав собственника от других лиц. Наличие имущества обусловливает возможность и свободу действий.

Неверно было бы строить юридические отношения собственности по модели обязательства и создавать общую теорию правоотношения. Закон регулирует отношения собственности, со-

58

средоточивая Права и обязанности в одном лице — собственнике, а не "разбивает" их на двух или более лиц, которые выступает как самостоятельные носители. Другое дело, когда собственник, осуществляя свои права, вступает в сделки и другие обязательства. Собственность как субъективное право возникает и прекращается сразу по всей совокупности и всему многообразию проявления прав в силу закона, а не сделок и других юридических действий несобственников, которые являются лишь основанием ее возникновения. Собственность в отличие от договора рассматривается только как юридическое отношение, она не может быть сама юридическим фактом.

Собственность как субъективное право существует независимо от действий других лиц, опираясь на факт принадлежности имущества собственнику и на закон, который только ограничивает его правомочия по владению, пользованию и распоряжению имуществом. Право собственности является формой полного господства над вещью1. Оно означает исключительность права, никакое иное право, аналогичное этому вещному праву, не может быть установлено на данную вещь.

Собственность и вещные права (хозяйственного ведения, оперативного управления) отличаются от обязательственных прав на вещь (договор залога, имущественного найма с его разновидностями, безвозмездного пользования имуществом (ссуда), хранения, перевозки и т. д.) тем, что они признаются таковыми лишь в силу прямого указания закона. Поэтому стороны не вправе при помощи договора устанавливать вещные права, которые не предусмотрены в законе. Вещные и обязательственные права различаются тем, что первые разделяют имущество на свое и чужое, а вторые соединяют кредитора и должника, в том числе и по поводу передачи вещи, в одно единое правоотношение. При этом следует учитывать, что деление прав на вещные и обязательственные в высшей степени условно, поскольку лицо, обладающее имуществом на основании договора, вправе воспользоваться вещно-правовыми способами защиты также и против собственника (ст. 305 ГК РФ).

Особенность собственности как субъективного права обусловлена тем, что его объектом является реально существующая вещь, имущество, определенное индивидуальными признаками. Предметом обязательственных, прежде всего договорных, пРав может стать вещь, не только определенная родовыми признаками, но и еще не существующая в природе. Поэтому соб-ственник обладает абсолютным правом на свою вещь, права и

юо-, ^м' Вагацума Сакаэ, Ариидзуми Тору. Гражданское право Японии. М., 1У83- С. 163.

59

обязанности на принадлежащее ему имущество определяются только законом, а не действием или воздержанием других лиц. Абсолютный характер юридического отношения собственности как субъективного права означает неразрывность его связи с имуществом — оно следует за ним при переходе имущества к другим лицам (п. 3 ст. 216 ГК РФ). Абсолютный характер собственности как субъективного права определяет его исключительность, так как никакое иное право собственности или вещное право не может быть установлено на данную вещь.

Право собственности по своему содержанию является обобщенным выражением тесно связанных между собой правомочий владения, пользования и распоряжения. Они намечают три основные группы правовых возможностей, характеризуя с разных сторон процесс обладания и обращения собственника с имуществом. Закон не устанавливает назначения и не раскрывает их конкретного содержания, а разрешает собственнику использовать свое имущество для осуществления любой предпринимательской и иной деятельности, не запрещенной законом.

Каждое из трех правомочий собственника имеет определенную специфику и известную самостоятельность.

Правомочие владения — это предоставленная законом возможность фактического обладания имуществом, физического или хозяйственного воздействия на него. Владение включает в себя осуществление непосредственного контроля над объектом независимо от действий других лиц, т. е. означает прямой контроль над вещью и управление ею. Владение обеспечивает собственнику возможность удержания вещи в сфере его хозяйственного господства, т. е. владение следует рассматривать прежде всего как фактическое отношение лица к вещи. В институте владения происходит столкновение элементов права и факта, причем победа оказывается на стороне последнего. В технико-юридическом смысле владение — специальный и самостоятельный институт вещного права, занимающий положение, с одной стороны, параллельное собственности, а с другой — служебное по отношению к защите этих прав, находящих в нем необходимое дополнение и облегчение своей защиты1.

Владение, охраняемое законом, называется титульным, т. е. оно основано на законе или договоре. Право владения может возникнуть у лица, не являющегося собственником, например, в силу передачи вещи в хозяйственное ведение или оперативное управление.

1 См.: Гамбаров ЮС. Указ. соч. С. 389.

60

Правомочие пользования представляет собой основанную на законе возможность эксплуатации имущества, извлечения из него полезных свойств и (или) получения от него плодов и доходов. Пользование тесно связано с владением. В процессе использования имущество либо полностью потребляется (например, молоко топливо), либо постепенно снашивается, амортизируется. Правомочие пользования, которым обладает собственник имущества, следует отличать от права пользования, возникающего по воле собственника у других лиц. В этих случаях важное значение имеет договор аренды (имущественного найма), который в зависимости от предмета договора и других обстоятельств приобретает в условиях хозяйственного оборота различные виды — аренды (здания), лизинга и т. п. В свою очередь, тот, кто пользуется имуществом, взятым у собственника по договору, может передать его в пользование другим лицам (поднаем, субаренда).

Результаты хозяйственного или иного использования имущества, включая произведенную продукцию, а также плоды и иные доходы от использования арендованного имущества, принадлежат арендатору этого имущества (ст. 606 ГК РФ).

Распоряжение — третье и самое важное правомочие собствен-

ника, по существу олицетворяющее право собственности. В нем наиболее концентрированно выражается воля собственника определять юридическую и фактическую судьбу своего имущества. Правомочие распоряжения означает, что собственник по своему усмотрению самостоятельно совершает действия, изменяющие или вовсе прекращающие право собственности, весь тот объем юридических возможностей, которые составляют полное, всеобъемлющее право собственности. Право распоряжения при обычном течении предпринимательской деятельности принадлежит собственнику или уполномоченному им органу (лицу). Но при несостоятельности (банкротстве) собственника возможно принудительное распоряжение его имуществом.

В п. 2 ст. 209 ГК РФ правомочие распоряжения в отличие от Других правомочий изложено достаточно развернуто. Собственник может передать свои права владения, пользования и распоряжения имуществом другому лицу, оставаясь собственником, использовать имущество в качестве предмета залога или обременять его другим способом, передавать свое имущество в собственность или управление другому лицу, совершать любые Другие действия, не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц.

Распоряжение имуществом осуществляется путем совершения сделок (купли-продажи, поставки, контрактации, дарения, Мены, имущественного найма и т. д.). Собственник может пере-

61

дать свое имущество в доверительное управление другому лицу. Однако такая передача не означает перехода права собственности к доверительному управляющему, который обязан осуществлять управление имуществом в интересах собственника или указанного им третьего лица (п. 4 ст. 209, ст. 1012—1026 ГК РФ).

Правомочие распоряжения включает также определение фактической судьбы имущества, т. е. уничтожение и отказ от ненужной вещи или ее потребление. Фактические действия собственника в этих случаях не приобретают юридического значения.

Очевидно, нет необходимости при уничтожении или отказе от вещи трактовать такие действия в первом случае как одностороннюю сделку, а во втором — как юридический поступок1. Конечно, фактические действия собственника в этих и подобных случаях имеют какое-то юридическое значение. Но вряд ли их можно квалифицировать как сделку или юридический поступок. Само по себе выделение юридического поступка в качестве самостоятельного вида юридического факта вызывает сомнение. Но дело даже не в этом. Поскольку собственность как субъективное право абсолютна, то она включает и те действия собственника, которые не могут даже корреспондировать с общей обязанностью воздержания всех других лиц от нарушения права собственности. Однако, как указывается в ст. 236 ГК РФ, отказ от права собственности не влечет прекращения прав и обязанностей собственника в отношении соответствующего имущества до приобретения права собственности на него другим лицом. Но эта статья, на наш взгляд, требует изменений: в данном случае за собственником должна быть оставлена лишь обязанность по возмещению вреда с отказом от права собственности, поскольку в нынешней редакции статьи ограничиваются права собственника на распоряжение своей вещью.

В странах с развитой экономикой идет сложный процесс эволюции отношений собственности, который нельзя упускать из вида, реформируя право собственности в России. Интернационализация капитала и его концентрация ведут к дальнейшему развитию коллективных форм частной собственности в акционерных компаниях, партнерских предприятиях, кооперативах. Одновременно происходит дезинтеграция права собственности. Ранее принадлежавшие одному лицу права распространяются по функциональному признаку на широкий круг лиц, каждое из которых в той или иной степени причастно к использованию совокупного капитала. Перед российским законодательством должна быть поставлена задача дополнить нормативную базу, учиты-

1 См.: Советское гражданское право. Ч. 1. М., 1986. С. 280.

62

вая традиции русского права, нормами с более дробным делением правомочий собственника, как это представлено в континентальной и англосаксонской системах права. Собственность охватывает отношения, существенно различающиеся по характеру и последствиям. Право же собственности независимо от ее форм определяется как фактически действующая в обществе система исключений из доступа к материальным и нематериальным ресурсам. Понятие исключительности выступает в качестве смыслового центра, организующего в определенную систему бесконечную вереницу разнообразных конкретных собственнических полномочий1. "Полное" определение права собственности, которое к настоящему времени стало хрестоматийным, было предложено английским юристом А. Оноре и включает 11 элементов. В последующих главах работы мы сделаем попытку обосновать наличие права управления по крайней мере в государственной собственности2.

В западной юриспруденции существуют две противоположные правовые традиции. Одна из них нашла классическое воплощение во французском Гражданском кодексе, в котором право собственности провозглашено "священным и неприкосновенным", "неограниченным и неделимым", оно воспринимается как единый монолит, а случаи рассредоточения правомочий среди нескольких лиц — как пережитки феодализма. В противовес континентальной системе англосаксонская правовая традиция сохранила многие институты феодального права, допуская дробление права собственности на частичные правомочия нескольких лиц на какой-то объект. В настоящее время элементы англосаксонского права постепенно проникают в правовые системы стран континентальной Европы. В рамках первой традиции эволюция капиталистической собственности в XIX—XX вв. представляет прогрессирующее урезание, сжатие когда-то единого и неделимого права собственности, а в рамках второй — как естественный и непрерывно идущий процесс перегруппировки правомочий самими собственниками. С этой точки зрения "единое и неделимое" право собственности не более чем некая идеальная конструкция.

Метода

См.: Капелюшников P.M. Экономическая теория прав собственности:

'логия, основные понятия, круг проблем. М., 1990. С. 11.

2,

В ГК. РФ слово "распоряжение" употребляется и в несколько ином смысле.

еется в виду, что вещь находится в сфере фактического господства друго-

лица (например, продавца), но в силу договора купли-продажи она пре-

тавляется в распоряжение покупателя, хотя последний и не владеет ве-щью (Ст 458 гк рф)

63

Собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, а также риск его случайной гибели или случайной порчи, если иное не предусмотрено законом или договором (ст. 210—211 ГК РФ). Это диспозитивное право придает праву собственности завершенный имущественный характер, накладывает на собственника естественно вытекающие из его положения обязанности по поддержанию имущества в нормальном состоянии, осуществляя его текущий и капитальный ремонт, другие хозяйственные операции. На усмотрение собственника закон передает и установление способа хозяйственного или иного содержания имущества. Собственник сам оценивает, может ли он вести предпринимательскую деятельность, или передаст имущество другому лицу для образования предприятия, или он совершит какие-то другие юридические действия по распоряжению имуществом.

Закон регламентирует порядок осуществления права собственности, предусматривая определенные обязанности для собственника, который не должен нарушать прав и охраняемых интересов других лиц. Ущерб, причиненный собственником вследствие злоупотребления своим монопольным или иным доминирующим положением, использования недобросовестных методов предпринимательства (недобросовестной конкуренции) и совершения иных действий, ущемляющих права и интересы других лиц, подлежит возмещению в полном объеме (ст. 10 и 15 ГК РФ).

При осуществлении своего права собственник обязан принимать меры, предотвращающие нанесение им ущерба здоровью граждан и окружающей среде. Согласно ст. 77—79 Федерального закона "Об охране окружающей среды" от 10 января 2002 г. № 7-ФЗ юридические и физические лица, причинившие вред окружающей среде, здоровью и имуществу граждан, народному хозяйству загрязнением среды, порчей, уничтожением, повреждением, нерациональным использованием природных ресурсов, разрушением естественных экологических систем, обязаны возместить его в полном объеме в соответствии с действующим законодательством1.

Итак, собственник не только обладает правомочиями владения, пользования и распоряжения, но и несет определенные обязанности. Поэтому точнее называть это правовое явление юридическим отношением собственности, а не правом собственности. В связи с этим целесообразно было бы, кроме триады прав собственника, установленных в Гражданском кодексе РФ, предусмотреть наличие иных прав собственника, по крайней мере применительно к государственной и муниципальной собственности.

1 СЗ РФ. 2002. № 2. Ст. 133.