) и явилась самой длительной и тяжелой во всей франкской истории.
Завоевывая авторитет в глазах церкви и ее высшего понтифика, Карл проявил себя самым ревностным защитником чистоты христианской веры.
Когда в результате интриг римской знати папа Лев III был вынужден покинуть свою резиденцию, Карл укрыл его при своем дворе, а позднее предпринял поход на Рим в защиту папы. Усилия Карла не пропали даром: 25 декабря 800 г., в первый день Рождества Христова, он получил от папы титул императора Священной Римской империи. Этим символическим актом была подчеркнута преемственность между властью франкских королей и прерогативами римских императоров. Самому же Карлу эта интронизация была нужна для укрепления его внутреннего положения в феодальной иерархии и повышения международного авторитета на фоне других европейских государей. Существенным было также то, что подчинив себе церковную столицу Запада — Рим, Карл мог претендовать на руководство церковью и на господство над всеми христианскими народами Западной Европы. Идея цезарепапизма (т. е. подчинения церкви главе государства) стала важнейшим принципом государственной политики как самого Карла, так и его преемника — Людовика Благочестивого. «Дело короля — управлять церковью и защищать ее, а дело папы — за нее молиться», — говорил Карл папе Льву III. Руководствуясь этой формулой, Карл созывал церковные соборы (как это делали византийские императоры Константин I и Юстиниан I), распоряжался епископами и аббатами как своими служащими, а церковными землями — как собственным фондом. На прелатов церкви возлагалось исполнение государственных административных функций.Получение Карлом императорского титула вызвало, однако, его острый конфликт с Византией, правители которой считали себя единственными законными наследниками власти римских императоров. Лишь в 812 г. императоры Византии с определенными оговорками вынуждены были признать императорский титул франкского короля.
Приобретение Карлом императорского титула не означало, однако, превращения его власти в абсолютную. Как уже было показано выше, к IX в. реальная политическая власть сосредоточилась в руках местных светских и духовных правителей, так что на долю императора оставалась лишь определенная часть из общего реестра государственных полномочий. Наиболее значительными были функции императора как «охранителя мира» внутри страны и гаранта внешней безопасностигосударства.