( Подобный синтез характерен для русской философской и философско-правовой мысли, вспомним хотя бы славянофилов,
Одними из основных компонентов философско-правового учения Н.Н.
Алексеева являются феноменологическая аксиология, исходящая из учения М. Шелера и феноменологическая концепция права А. Райнаха,32 но и эти мыслители лишь развивали идеи, заложенные в феноменологическом методе познания. Феноменологический метод в его классическом варианте был обоснован немецким философом Э. Гуссерлем (1859 - 1938). Гуссерль остро чувствовал как несовершенство современной ему науки, так и хаотическое состояние философии, представляющей собой собрание разнообразных и подчас не выдерживающих критики мнений. Его собственный замысел был связан с созданием строго научной философии. Но толчок к исследованию должен исходить не от философии, а от вещей и проблем. «Мы должны спрашивать у самих вещей. Назад к опыту, к созерцанию,33
которое одно только может дать нашим словам смысл и разумное право» - такова отправная точка немецкого мыслителя.
Основные посылки феноменологического подхода заключаются в следующем: Термином « феномен» Гуссерль обозначает все то, что является данным и очевидным в восприятии или сознании индивида. Феноменология стремится описать феномены сознания и показать, как они конституируются. Индивидуальное бытие любого рода, по Гуссерлю, в самом общем виде - «случайно», т.е. по своей сущности оно могло бы быть и иным. Однако смысл такой случайности, называемой Гуссерлем фактичностью, ограничивается тем, что он «коррелятивно сопрягается с необходимостью, каковая означает не простую фактическую наличность сохраняющего свою значимость правила соупорядочивания пространственно-
См., напр.: Шелер М. Избранные произведения. М., 1994; Райнах А. Собр. соч. М., 2001. Гуссерль Э. Философия как строгая наука. Новочеркасск, 1994. С. 143.
временных фактов, но обладает характером сущностной необходимости и тем самым сопряженностью с сущностной всеобщностью. Если мы говорили, поясняет свою мысль Гуссерль, что каждый факт мог бы « по его собственной сущности» быть и иным, то тем самым мы уже выразили следующее: от смысла всего случайного неотделимо обладание именно сущностью, а тем самым подлежащим чистому постижению эйдосом, и таковой обретается отныне среди сущностных истин различных ступеней всеобщности. Индивидуальный предмет - не просто вообще индивидуальный, не просто некое - « вот это!», не просто один-единственный в своем роде, он «в себе самом» обладает своеобразием, своей наличностью существенныхпредикабилий, каковые обязаны подобать ему ( как «сущему, каково оно в себе») с тем, чтобы ему могли подобать иные, вторичные,
34
относительные, определения».