Первоочередная функция претора состояла в решении вопроса о справедливости иска.

В некоторых случаях претор, ссылаясь на необходимость действовать быстро, решал дело уже на первой стадии. Из этой практики постепенно родилась новая форма процесса — экстраординарный процесс, который в эпоху империи стал основным, а после 294 г. н. э. — единственным. Экстраординарный процесс строился не на прежнем принципе соглашения сторон, а на началах власти; решение было уже не мнением третейского судьи, а властным приказом носителя государственных полномочий. Деления на две стадии в экстраординарном процессе не существовало; все дело рассматривало по поручению императора одно лицо (городской префект в Риме, правитель провинции, муниципальный магистрат и т. п.). Оно устанавливало обоснованность иска, оценивало фактическую сторону дела, выслушивало ответчика и постановляло решение. При этом судья имел право широкого судебного усмотрения: в случае пробела в праве он мог действовать на основе судебной практики или консультации адвоката. В экстраординарном процессе значительно возрастала роль государственных органов: они брали на себя вызов ответчика в суд и исполнение судебного решения. Вводились судебные пошлины; судопроизводство стало письменным. На решение нижестоящего суда могла быть принесена апелляция в вышестоящий. Последний пересматривал дело в полном объеме по существу. Высшей апелляционной инстанцией являлся император. Повторный проигрыш дела грозил истцу крупным штрафом.

Процесс по уголовным делам характеризовался тем, что народные собрания, являвшиеся в республиканский период носителями высшей уголовно-правовой власти, постепенно утрачивали свои судебные функции.

В период империи уголовная юрисдикция полностью сосредоточилась в руках императора, который и являлся высшей апелляционной инстанцией. Уголовные дела вели уже не коллегии, а императорские чиновники, которые соединяли в себе функции следователя, обвинителя и судьи. Процесс носил ярко выраженныйинквизиционный характер.