03.2000 г. утвержден государственный образовательный стандарт по направлению 520 000 «Теология» или, что то

Как явствует из предпринятого выше анализа, российское законодательство, регламентирующее обучение и воспитание граждан, противоречиво. На наш взгляд, действительную, не декларируемую поддержку государства сегодня находит не идея информации, обучения и просвещения правам человека, а то, что направлено на закрепление доминирования интересов государства над интересами человека и общества, институтов над интересами личности, т. е. на восстановление азиатской модели взаимоотношений индивида и власти. Эта тенденция опирается на веками сложившиеся ценности российского народа, в числе которых никогда не было уважения к личности — бенефицианта всех прав и свобод. Единая территория, единая государственная власть, единый язык, единая судьба — все это выработало у народов России то сходство духовного уклада, которым отличаемся от жителей иных стран. Но эта единая судьба (азиатское иго, затянувшееся на непомерно долгий срок крепостничество, большевизм Петра I, сталинизм) сформировали такой духовный уклад, детер-минантой которого является антилиберальный тип мышления и поведения. Он стал доминантным. «Единая судьба» российских народов сформировала такой тип человека: человек, передоверяющий свою судьбу, свои ум, честь и совесть партии и государству, человек, лишенный права на свободную инициативу, уверенный, что в государстве от него ничего не зависит, и способный искать виновника своих бедствий (или же наоборот, творца благополучия) лишь в правителе, в государстве, но не в себе. Такое положение вещей именуется патернализмом.

С социологической точки зрения, мы продолжаем жить в традиционном обществе. Таким обществом в социологии называется родоплеменная патерналистская структура. В таком обществе правят старейшины — авторитетные люди. Традиционное общество не признает прав личности. Здесь требуется одно — беспрекословное подчинение. Здесь «каждый сверчок должен знать свой шесток». Здесь нет прав («право сильного» — не право), аесть обязанности и привилегии для тех, кто к старейшинам приблизился либо сам, выражаясь языком современным, стал «дедом».