Суверенитет власти.
Не менее важным понятием, характеризующим готовность людей следовать установлениям власти, является понятие суверенитета. Суверенитет — право власти управлять именно этой территорией и именно в это время.
Важность этого аспекта властных отношений видна при анализе сепаратистских движений, которые обычно не отрицают легитимности власти центра — они лишь не согласны с распространением его власти на их территорию, т. е. отрицают его суверенитет над данным пространством. Примером может служить Страна Басков в Испании — лидеры сепаратистов никак не ставят под сомнение легитимность власти Мадрида вообще, они лишь говорят, что Мадрид не имеет суверенитета над Страной Басков. Аналогичная ситуация сложилась в Нагорном Карабахе, где карабахцы отнюдь не претендуют на пересмотр всей политической системы Азербайджана, но требуют независимости от этой власти для своей собственной территории.В некоторых случаях целесообразно говорить о временном суверенитете. Он возникает в особых, чрезвычайных ситуациях, возможно, в результате стихийного бедствия или какого-нибудь социального катаклизма. В этих случаях отдельные структуры аппарата власти, например, Министерство по чрезвычайным ситуациям, могут приобретать огромные полномочия. Эта власть может быть вполне законной и легитимной. Люди готовы будут признавать эту власть, но лишь временно, до устранения тех причин, которые наделили эту структуру необычайно высокими полномочиями — до тех пор, пока не будут устранены последствия стихийного бедствия или пока не будет отменено чрезвычайное положение. Так, нормальный человек не протестует против того, что милиция перекрывает место автомобильной катастрофы и ему приходится идти в обход. Однако он будет протестовать, если проход будет закрыт и после того, как все работы на месте аварии закончены.
Естественно, ситуации возникновения временного суверенитета чреваты конфликтами и разночтениями.
Одно должностное лицо может считать ситуацию уже достаточно чрезвычайной для того, чтобы он мог пользоваться особыми полномочиями, другие же должностные лица или рядовые граждане могут и не согласиться с подобной расширительной трактовкой положения дел. Аналогичным образом конфликты могут возникать и по поводу определения момента прекращения временного суверенитета. Ни одна инструкция не может предусмотреть всего многообразия возможных жизненных ситуаций, поэтому и у чиновников, и у граждан остается простор для собственных интерпретаций того, можно ли уже возвращаться к обычному стилю правления или еще рано и власть должна оставаться в руках структур чрезвычайного положения.Разумеется, легитимность и суверенитет тесно связаны друг с другом. Потеря легитимности неизбежно приводит и к отказу в суверенитете власти над данной территорией. Например, резкое снижение легитимности власти КПСС в конце восьмидесятых годов повлекло за собой и потерю суверенитета Москвы над союзными республиками, а затем и сомнения по поводу суверенитета центра и над некоторыми национальными регионами в самой России. Аналогичные процессы можно проследить и на примере Ливана. Несколько десятилетий назад Ливан представлял собой стабильную и экономически благополучную страну, политическая система которой была построена по конфессиональному признаку. Власть распределялась между двумя основными религиозными группами — христианами и мусульманами, причем, это распределение было закреплено в Конституции страны. Устанавливалось, что Президентом должен быть христианин-маронит, премьер-министром — мусульманин-шиит и т.д. В период написания Конституции такое распределение более или менее соответствовало реальному раскладу сил и влияний внутри ливанского общества. В дальнейшем из-за разного уровня рождаемости у мусульман и христиан, а также в силу воздействия ряда других факторов социально-демографическая структура ливанского общества и реальный вес в нем различных конфессий изменились. Власть политически доминировавшей христианской общины перестала восприниматься как легитимная. Попытки пересмотра политической системы завершились многолетней гражданской войной. Потеря ощущения легитимности привела к потере суверенитета Бейрута над территорией страны. Власть на местах захватили мелкие феодальные армии и вооруженные группировки, и единая некогда страна оказалась расколотой на несколько частей. Конечно, война в Ливане имела множественную детерминацию, расколу республики способствовали и экономические факторы, и положение в ближневосточном регионе, особенно — арабо-израильские войны, и многое другое. Однако роль психологического компонента — изменение отношения людей к государственным институтам ни в коей мере нельзя недооценивать. Люди не выступают против того, что считают справедливым и законным.