§ 2. Пределы основательности аналогии между естественными и социальными явлениями
Широкое распространение, полученное вышеупомянутым, так называемым органическим воззрением на социальные явления в литературе социальных наук всех народов, во всяком случае, свидетельствует о том, что бросающееся в глаза сходство, хотя, быть может, и чисто внешнее, между общественными явлениями и естественными организмами действительно существует в обоих указанных отношениях.
Тем не менее, лишь крайнее пристрастие к предвзятым мнениям, жерт-вующее из интереса к одним сторонам объектов научного наблюдения всеми остальными сторонами, может отрицать следующие три положения:
Во-первых, лишь некоторая часть социальных явлений обнаруживает аналогию с естественными организмами.
Значительная часть социальных явлений не является следствием естественного процесса, в каком бы смысле ни понимать последний, а является результатом целесообразной деятельности людей (соглашения членов общества или положительного законодательства), направленной на установление и развитие их. Социальные явления и этого рода по большей части обнаруживают известную целесообразность своих частей по отношению к целому, но целесообразность эта отнюдь не есть следствие естественного, «органического» процесса, а результат человеческого расчета, направляющего совокупность разнообразных средств к одной цели.
Об «органической» сущности, или «органическом» происхождении этих социальных явлений, которые, раз уж искать аналогии, обнаруживают ее в отношении не организмов, а механизмов,— конечно не может быть и речи .Во-вторых, аналогия между социальными явлениями и естест-венными организмами, даже там, где о таковой, согласно сказанному, и может быть речь, не бывает полной, объемлющей все стороны существа известных явлений, а ограничивается лишь моментами, указанными в предыдущей главе, и даже здесь она не вполне точна.
Это относится прежде всего уже к аналогии между обеими рассматриваемыми здесь группами явлений в отношении зависимости нормального существа и нормального функционирования целого — от частей, и частей — от целого. Воззрение, будто части известного целого и само целое взаимно могут быть в одно и то же время и причиной и следствием (взаимно вызывать друг друга), воззрение, которое многократно высказывалось в органическом направлении социального ис-следования , — мысль столь темная, не соответствующая законам нашего мышления, что едва ли будет ошибкой с нашей стороны принять это об-стоятельство за доказательство того, что нашему веку в некотором роде не достает еще более глубокого понимания сущности как естественных организмов, так и социальных явлений. Указанная аналогия, таким образом, основывается отнюдь не на полном уразумении сущности рассматриваемых явлений, а на неясном ощущении известного сходства функционирования естественных и некоторой части социальных явлений; очевидно, что аналогия подобного рода не может служить удовлетворительной основой для направления исследования, стремящегося к самому глубокому теоретическому уразумению социальных явлений.
Еще в большей степени применимо сказанное к аналогии, усматриваемой в отношении происхождения обеих рассматриваемых здесь групп явлений, аналогии, породившей разнообразнейшие теории об «органическом происхождении» социальных явлений. Отсут- ствие аналогии здесь прямо очевидно.
Естественные организмы состоят из элементов (частей), служащих функции целого совершенно механическим образом; они суть результат чисто причинного процесса (causale Processe), механического действия сил природы.
Так называемые социальные организмы, напротив, отнюдь нельзя считать исключительно продуктом чисто механического действия сил; скорее они суть результаты человеческих стремлений, стремлений мыслящих, чувствующих и действующих людей. Таким образом, если вообще может быть речь об «органическом происхождении» социальных явлений, или, правильнее говоря, известной части их, то собственно сводится оно к тому обстоятельству, что одна часть социальных явлений оказывается результатом направленной на установление их общей воли (соглашения, положительного законодательства и пр.), другая же часть, напротив, оказывается несознательным результатом человеческих стремлений, направленных на достижение совершенно индивидуальных целей. В первом случае социальные явления возникают вследствие общей воли, направленной на их установление (они суть преднамеренный результат последней); во втором случае социальные явления возникают не вследствие общей воли, направленной на их установление, а как непреднамеренный результат индивидуальных (преследующих индивидуальные интересы) человеческих стремлений. Лишь это обстоятельство, до сих пор крайне недостаточно сознаваемое (а никак не объективно обоснованная строгая аналогия с естественными организмами!), послужило поводом к тому, что происхождение последних социальных явлений (возникающих несознательным путем) в противоположность происхождению первых (возникающих сознательным путем вследствие общей воли), стали считать «природным», «натуральным» или даже «органическим». Так называемое «органическое» происхождение некоторой части социальных явлений, тот процесс образования социальных явлений, который мы обозначаем указанным выражением, представляет таким образом на самом деле существенные отличия от процесса, которому обязаны своим происхождением естественные организмы. Притом различия эти не такие, какие могут быть наблюдаемы и среди естественных организмов; различие в этом отношении является фундаментальным, таким, какое существует между механической силой и человеческой волей, между результатами механического действия сил и таковыми индивидуальной деятельности человека, направленной к известной цели.Даже та часть социальных явлений, об аналогии которых с естественными организмами может вообще быть речь, таким образом, обнаруживает ее во всяком случае лишь в известных отношениях, но и здесь она должна быть признана отчасти неясной, отчасти же просто-таки совер-шенно внешней и неточной.