6-1. Языки изменяются непрестанно
Для француза достаточно пробежать «Песнь о Роланде» или хотя бы перечесть в оригинале Рабле или Монтеня, чтобы убедиться, что с течением времени в языках происходят изменения. В то же время едва ли найдется человек, который станет утверждать, что язык, на котором он говорит, за время его жизни изменился или что разные современные ему поколения говорят по-разному.
Все убеждает носителей языка в неизменности и гомогенности того языка или наречия, на котором они говорят: устойчивость письменной формы, консерватизм официального и литературного языка, неумение вспомнить, как они говорили десять или двадцать лет назад. Кроме того, имеется естественная тенденция не отмечать тех отклонений, которые могли бы задержать восприятие сообщения, и просто не обращать внимания на все те расхождения, которые этому восприятию не препятствуют: в слове age я произношу звук [а], мой собеседник произносит в том же слове звук [а]; когда меня спрашивают Quel age avez-vous? «Сколько вам лет?», я тотчас же схватываю смысл этого вопроса, но не успеваю отметить, что мой собеседник произносит слово age не так, как я.Тем не менее остается несомненным, что язык, эволюционируя, изменяется непрестанно. Исследование любого языкового элемента в его функционировании позволяет обнаружить различные процессы, которые могут в конце концов привести к тому, что данный язык станет совершенно неузнаваем. Все в языке изменчиво: форма и значимость монем, т. е. морфология и лексика; расположение монем в высказывании, или, иначе говоря, синтаксис; природа и условия употребления различительных единиц, ИЛИ, Другими словами, фонология г Появляются новые фонемы, новые слова, новые конструкции, тогда как старые единицы и старые обороты употребляются все реже и забываются. При этом у носителя языка никогда не возникает ощущения, что тот язык, на котором говорит он сам и на котором говорят окружающие его люди, перестает быть идентичным самому себе.
Чтобы упростить наш анализ, мы предположим, что эволюционирующий язык представляет собой единственное и абсолютно гомогенное орудие коммуникации языковой общности, то есть что обнаруживаемые в нем различия соответствуют последовательным стадиям одного и того же языкового узуса, но не разным сосуществующим узусам. Подобная ситуация, разумеется, нереальна; совсем не таков, например, разговорный французский язык Парижа, в котором скрещиваются разные влияния и сосуществуют узусы, первоначально свойственные различным социальным слоям или различным районам страны. Однако здесь нам придется отвлечься от указанных различий и исходить, как это уже делалось выше, из гомогенности, реализация которой в действительности имеет место лишь в исключительных случаях.