§ 3. Защита прав собственности на культурные ценности
Основным средством (способом) защиты права собственности, в том числе и на движимые культурные ценности, является так называемый виндикационный иск. Под этим иском понимается иск невладеющего собственника к владеющему несобственнику об истребовании индивидуально-определенного имущества (вещи) из его незаконного владения.
В римском праве виндикационный иск назывался rei vindicatio (от vim dicere - "объявлять о применении силы") и означал регламентированное правом поведение собственника по розыску и возвращению своей вещи: где нахожу свою вещь, там и виндицирую ее (ubi rem meam invenio, ibi vindico). Параллельно развивалось и материально-правовое понятие виндикации как требования невладеющего собственника к владеющему несобственнику о возврате ему вещи (restituere rem). Вот здесь применялось понятие реституции. Истцом в этом иске выступал собственник, утверждавший, что требует свою вещь. Ответчиком признавался всякий владелец вещи в момент возбуждения спора. Отношение между сторонами устанавливалось при содействии магистрата, позднее судьи, выяснявшего, какая из сторон владеет спорной вещью (независимо от основания владения) и, следовательно, является ответчиком в процессе о собственности <1>.--------------------------------
КонсультантПлюс: примечание.
Учебник "Римское частное право" (под ред. И.Б. Новицкого, И.С. Перетерского) включен в информационный банк согласно публикации - Юристъ, 2004.
<1> См.: Римское частное право: Учебник / Под ред. И.Б. Новицкого и И.С. Перетерского. С. 196 - 197.
В соответствии с российским гражданским законодательством истец должен доказать, что он является собственником вещи <1>. Он должен доказать право собственности не на похожую вещь, не на вещь такого же рода, а именно на данную конкретную вещь. Как отмечал А.Л. Маковский, чем культурная ценность значительнее, чем она более известна в истории культуры, тем легче доказать право собственности на нее.
По-настоящему крупные культурные ценности трудно утаивать, они попадают в каталоги музеев, аукционов, регистрируются в различных реестрах, описываются в литературе. Но доказать право собственности на то, что мы называем культурными ценностями обычного быта, бывает намного сложнее <2>.--------------------------------
<1> См.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный). 2-е изд. М., 2002. С. 652 - 653.
<2> См.: Маковский А.Л. Проблемы реституции и добросовестного приобретения культурных ценностей. С. 312.
При рассмотрении виндикационного иска необходимо, как отмечал А.Л. Маковский, решить проблему столкновения интересов собственника и интересов того лица, которое вещь не похитило, не подобрало на дороге, а приобрело ее у кого-то и при этом не знало, что то лицо, у которого оно эту вещь купило или от которого оно эту вещь унаследовало, не имело права этой вещью распоряжаться. Иными словами, покупатель должен быть добросовестным приобретателем. Проблема столкновения интересов собственника и добросовестного приобретателя существует по меньшей мере 2000 лет. Римское право решало эту проблему определенно в пользу собственника, и каким бы добросовестным и честным ни был приобретатель вещи, оно говорило, что прежде всего надо защищать собственника вещи. У него есть право, в то время как у приобретателя нет никакого права. Вещь надо вернуть. Но уже в раннем Средневековье законодательство стран Европы, прежде всего Германии, встало на другой путь, на путь защиты в этих случаях добросовестного приобретателя. И встало на этот путь, как замечает А.Л. Маковский, по очень простой причине. Дело в том, что, если вы защищаете только собственника, вы практически делаете чрезвычайно рискованной всякую торговлю, всякий гражданский оборот в том случае, когда предметом оборота становятся культурные ценности.
Но дальше развитие пошло по пути исключений. Чем более цивилизованным, культурным, демократичным становилось общество, тем определеннее закон говорил, что нельзя защищать добросовестного приобретателя во всех случаях, нельзя во всех случаях отдавать ему предпочтение перед собственником.
Есть такие ситуации, когда это безнравственно, когда интересы собственника стоят выше <1>.--------------------------------
<1> См.: Маковский А.Л. Проблемы реституции и добросовестного приобретения культурных ценностей. С. 319.
В отношении добросовестного приобретения для различных правовых систем характерны различные подходы. Как уже говорилось выше, еще в римском праве был установлен принцип: никто не может передать больше прав, чем имеет <1>. Если исходить из этого принципа, то надо вообще исключить возможность добросовестного приобретения вещи, утраченной по каким-то причинам собственником. В определенном объеме этот принцип в современных условиях продолжает действовать в странах англосаксонской системы права (common law) <2>. Украденная вещь не может быть приобретена добросовестным приобретателем.
--------------------------------
КонсультантПлюс: примечание.
Учебник "Римское частное право" (под ред. И.Б. Новицкого, И.С. Перетерского) включен в информационный банк согласно публикации - Юристъ, 2004.
<1> См.: Римское частное право: Учебник / Под ред. И.Б. Новицкого и И.С. Перетерского. С. 186.
<2> Основное правило такого рода было установлено в Законе о купле-продаже товаров. См.: Sale of Goods Act 1979 // Halsburg's Statutes of England. Vol. 39. P. 60. Однако этот акт с 3 января 1995 г. не действует (Sale of Goods (Amendment) Act 1994).
Согласно ст. 2279 Гражданского кодекса Франции 1804 г. возможно добросовестное приобретение вещи в силу закона. Аналогичное положение характерно для Италии, однако ограничения, как и во Франции, установлены для культурных ценностей, находящихся в публичной собственности (музеях, библиотеках и т.п.). Согласно итальянскому праву допускается возможность добросовестного приобретения и в отношении похищенных вещей. В законодательстве России в ряде случаев обеспечивается преимущественная защита не собственника, а добросовестного приобретателя. Добросовестный приобретатель согласно ГК РФ - это лицо, которое не знало и не могло знать, что имущество приобретается у лица, которое не имело права его отчуждать, и считало, что законно приобретает имущество в свою собственность.
Собственник вправе истребовать имущество у добросовестного приобретателя только в случае, когда имущество выбыло из владения собственника либо лица, которому оно было передано собственником во владение, помимо его воли (утеряно, похищено и т.д.). Именно в интересах добросовестного приобретателя в ст. 302 ГК РФ предусмотрены эти ограничения на истребование собственником своего имущества из чужого незаконного владения.Согласно Закону 1993 г. в случае приобретения добросовестным приобретателем незаконно ввезенных из других государств, похищенных или утерянных культурных ценностей указанные ценности подлежат возврату законному собственнику с выплатой справедливой компенсации добросовестному приобретателю, если требование об их возврате предъявляется государством - участником международного соглашения, являющегося действующим для Российской Федерации и предусматривающего такую выплату, или если такая выплата предоставляется на началах взаимности (ст. 43). В случае если культурная ценность была похищена у собственника либо выбыла из его владения иным путем помимо его воли, он имеет право требовать эту культурную ценность у добросовестного приобретателя без выплаты ему какого-либо возмещения, если собственником являются государственные музеи, архив, библиотека, иное государственное хранилище культурных ценностей, а также религиозное объединение (ст. 44).
Как следует из ст. 234 ГК РФ, лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение 15 лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество в силу приобретательной давности. Специальное правило о приобретательной давности в отношении культурных ценностей сформулировано в ст. 43 Закона 1993 г. В ней говорится, что физическое или юридическое лицо, не являющееся собственником культурной ценности, но добросовестно и открыто владеющее ею как собственной не менее 20 лет, приобретает право собственности на эту культурную ценность.
Из положений о приобретательной давности, ГК РФ и Закона 1993 г.
видно, что сроки давности, установленные в этих Законах, не совпадают. В ГК РФ говорится о пяти годах (в отношении движимого имущества), а в Законе 1993 г. в отношении такой особой категории движимых вещей, как культурные ценности, - о 20 годах. Применяться должен 20-летний срок, поскольку он установлен специальной нормой, а специальные нормы пользуются приоритетом <1>. В литературе совершенно правильно отмечалось, что увеличение срока для приобретения по давности движимых культурных ценностей по сравнению с другими движимыми вещами в четыре раза является вполне оправданным с точки зрения защиты права собственности на движимые культурные ценности <2>. В тексте ст. 234 ГК РФ под добросовестным владельцем понимается физическое или юридическое лицо, которое добросовестно, открыто и непрерывно владеет имуществом как своим собственным, а в ст. 43 Закона 1993 г. говорится о физическом или юридическом лице, которое добросовестно и открыто владеет имуществом. Это отличие, как мне представляется, не имеет существенного значения, поскольку в задачу специального Закона не входило общее определение понятия приобретательной давности. Это понятие дается таким законодательным актом, как ГК РФ.--------------------------------
<1> Однако правило о приоритете специальной нормы не может применяться к общему определению понятия того или иного правового института. Это следует иметь в виду при сравнении текста ст. 234 ГК РФ с текстом ст. 43 Закона 1993 г. Подробнее о сравнении этих норм см.: Мазеин Д.В. Некоторые проблемы правового регулирования гражданского оборота движимых культурных ценностей // Журнал российского права. 2004. N 9. С. 46 - 47.
<2> См.: Мазеин Д.В. Некоторые проблемы правового регулирования гражданского оборота движимых культурных ценностей. С. 47.
Значение соблюдения требования об открытом владении чужим имуществом для приобретения его в собственность было подчеркнуто Конституционным Судом РФ в Постановлении от 20 июля 1999 г. по делу о проверке конституционности Закона 1998 г.
Конституционный Суд РФ отметил, что многие перемещенные культурные ценности находились в закрытых фондах музеев и других учреждений, что не отвечает требованиям Закона о добросовестном открытом владении для приобретения права собственности на бесхозяйные вещи (см. об этом в гл. 9).А.Л. Маковский обращает внимание на то, что один из центральных вопросов этой проблемы - вопрос о самом понятии "добросовестность". С точки зрения российского права, с точки зрения российской правовой доктрины понятие добросовестности (как оно сформулировано в законе) - это вполне объективное понятие. Добросовестный приобретатель - это тот, кто не знал и не мог знать о том, что он приобретает вещь у лица, не управомоченного ее отчуждать. Но критерии "не знал" и "не мог знать" - субъективные <1>. Они в каждом конкретном случае зависят от обстоятельств, при которых происходило приобретение, получение культурной ценности - картины, манускрипта, реликвии и т.п. Иными словами, в каждом конкретном случае надо ответить на вопрос, таковы ли были эти обстоятельства, что приобретатель должен был догадываться о том, что получает ценность от несобственника.
--------------------------------
<1> См.: Маковский А.Л. Проблемы реституции и добросовестного приобретения культурных ценностей. С. 320.
В международной практике известны случаи, когда добросовестному приобретателю не отдавалось предпочтение, но в то же время его интересы в определенной степени учитывались.
Так, после окончания Второй мировой войны по этому пути пошло законодательство Швейцарии. В 1945 г. Федеральный совет принял решение, согласно которому правила об охране добросовестного приобретателя в соответствии со ст. 934 Гражданского кодекса Швейцарии не подлежали применению к культурным ценностям, похищенным или изъятым гитлеровцами. Это означало, что ценности по требованию законных собственников должны были отбираться и у тех владельцев, которые приобрели их добросовестно, не зная о происхождении приобретенной вещи. В то же время у добросовестного приобретателя сохранялось право требования в свою очередь (в порядке так называемого регресса) к тому, у кого он приобрел ценность.
Иск о возврате ценностей мог предъявляться лицом, у которого движимая вещь была изъята способом, противоречащим международному праву (в частности, конфискована), а также тем, кто передал вещь сам, но под страхом принуждения со стороны оккупационных властей. Для рассмотрения таких требований в Швейцарии был создан специальный суд из трех членов. Этот суд обязал вернуть картины, полученные в порядке обмена, организованного гитлеровцами, из знаменитой французской коллекции импрессионистов.
Следует напомнить и положение ст. 7 Конвенции ЮНЕСКО 1970 г., согласно которому предусматривается возможность выплаты справедливой компенсации добросовестному покупателю. Аналогичное положение предусмотрено Конвенцией УНИДРУА 1995 г. (см. гл. 3).