§ 4. Кризис прежних форм экскурсионного метода. Распространение туризма
В период 1918-1920-х гг., как было показано выше, одной из форм освоения культурного и исторического пространства были экскурсии, а понятие «туризм» почти не использовалось в методической литературе и периодических изданиях.
Вероятно, в той форме, в которой он существовал до революции 1917 г., туризм считался «буржуазным пережитком». Статей, однако, обличающих суть туризма, автором не обнаружено. Лишь в трудах Н.П. Анциферова мы находим такое замечание: «Туризм и гидизм - злейшие враги экскурсионного дела». Он, однако, не обличал туризм как буржуазное явление. Анциферов считал туристов поверхностными людьми, искавшими в путешествии прежде всего развлечения. Турист, писал он, «ненасытно жаден, ему все хочется побольше посмотреть, но он хочет видеть то, о чем говорят, и его ненасытность избегает всякого внутреннего труда, все впечатления он воспринимает с лёгкостью, подобно гурману, смакующему трюфеля»[411] [412]. Именно безделье, как утверждал Н.П. Анциферов, отличает туризм от экскурсионного движения. Отметим, что презрительное отношение к туристу, вызванное его якобы праздностью и безынициативностью, было характерно для текстов начала XX в. В дискурсе той эпохи противопоставлялись «путешественник» и «турист»: путешественник был активен в выборе маршрута и объектов, а массовый турист - пассивен, он просто535
ожидал интересных впечатлений . По мнению Н.П. Анциферова «правильным» вариантом освоения пространства было не путешествие, а экскурсия. Он издал
цитируемое нами пособие в 1926 г. В те же годы слово «туризм» снова начинает появляться на страницах газет.
Больше всего внимание туризму уделяла редакция газеты «Комсомольская правда». В декабре 1926 г. на её страницах появилась целая полоса «Организуем массовый туризм»[413] [414] [415]. В статье Г.
Бергмана, помещённой в этой рубрике, отмечалось, что «туризм имеет огромное общественное значение. Туризм развивает любознательность, а отсюда вырастает тяга к знанию. Туризм537
воспитывает ловкость, привычку к лишениям...» . Там же обозначалась
пропагандистская роль туриста как человека, который «несёт с собой известные культурные начала и обязательно будет их пропагандировать хотя бы вечерком, на ночёвке у горца или рыбака на морском берегу», кроме того «турист узнаёт о
538
нуждах и запросах посещённого им края. Туризм - союзник науки» . В этой статье Г. Бергман выдвинул идею создания организации пролетарских туристов. Редакция поддержала эту инициативу, и в начале 1927 г. на страницах органа комсомола началось обсуждение вопроса создания общедоступной туристской
539
организации[416].
Предлагались различные варианты создания подобной организации, в частности, профсоюзными структурами[417]. В итоге, Общество пролетарского туризма, как оно стало называться с лета 1929 г., было создано на базе Российского общества туристов[418]. В различных регионах страны появились областные советы, на местах - ячейки данной структуры. В Ленинграде возник областной совет добровольного общества в 1928 г., а в 1929 г. были созданы его
542
районные советы и ячейки на предприятиях[419].
Параллельно, с 1926 г., в органах Наркомпроса РСФСР, курировавших экскурсионную работу, произошли серьёзные изменения. Было создано Объединённое экскурсионное бюро (ОЭБ), куда вошли Экскурсионное бюро при Главполитпросвете, Бюро дальних экскурсий Института методов внешкольной работы и Экскурсионное бюро при музейном отделе Главнауки. Работа ОЭБ заключалась в организации экскурсий по Москве и окрестностям, а также организации дальних экскурсий543. Объединённое экскурсионное бюро
просуществовали недолго, уже в конце 1928 г. оно было ликвидировано, так как в марте 1928 г. под эгидой Наркомпроса появилось акционерное общество «Советский турист»544.
Как отмечал председатель «Советского туриста» И. Егоров в «совтуровском» сборнике «Экскурсант и турист» (название тоже показательное, «экскурсант» на первом месте), целью этой организации было стремление «охватить стихийно развивающуюся волну туризма, создать наиболее благоприятные условия для дальнейшего его развития и для материального и педагогического его обслуживания, словом дать ему направления, отвечающие задачам Советской власти в области культурной революции»545. В.Р. Менжинская писала в том же сборнике о «массовом советском экскурсионизме» и считала, что это «орудие политического просвещения» лучше всего может
546
продемонстрировать «пути и перепутья советского строительства» .
Столкновение интересов между институциями, занимающимися организацией экскурсий и туристических поездок, было очевидным. Так, в 1928 г. председатель Высшего совета по делам физической культуры и спорта
B. М. Михайлов отправил в Совнарком докладную записку. В ней содержалась просьба о предоставлении десяти тысяч льготных проездных билетов, мест на базах для туристов, так как «туризм среди трудящихся СССР начинает вырастать
543 Бем. Доклад о работе ОЭБ Наркомпроса // ГАРФ. Ф. 5451. Оп. 11. Д. 479. Л. 2.
544 Орлов И.Б., Юрчикова Е.В. Массовый туризм в сталинской повседневности. С. 39.
545 Егоров И. Задачи «Советского туриста» // Экскурсант и турист. Сб. по экскурсионному делу и туризму М., 1929.
C. 4.
546 Менжинская В. Достижения и задачи экскурсионного дела в СССР // Экскурсант и турист. Сб. по экскурсионному делу и туризму М., 1928. С. 9, 3.
в массовую форму»: в 1927 г. путешествовало «10 000 организованных туристов
слп
по РСФСР, не считая Сибири и Дальнего Востока» . Записка содержала жалобы на Наркомпрос, который значительную часть своих льготных билетов израсходовал не по назначению, не соблюдая классовый принцип. По данным, приведённым в записке в 1927 г. «экскурсии обслуживают, главным образом, сотрудников Наркомпроса и его филиалы , а также учительство», между тем в них «приняло участие всего 9 % рабочих», что объяснялось дороговизной
548
экскурсий .
Кроме того, в документе было указано, что экскурсии, организуемые Наркомпросом, «уменьшают воспитательное значение туризма», так как они не предполагали «самостоятельной бивуачной жизни, военно-прикладных знаний,549
ориентировки» .
Для укрепления своих позиций у идеологов «пролетарского туризма» возникла необходимость «реабилитировать» само понятие туризм. Для достижения данной цели ими была предпринята попытка обозначить основные проблемы в развитии туристической отрасли в дореволюционный период. Основным недостатком туристического движения начала XX в. признавалась его недоступность для широких масс. «Туризмом, - указывалось в одной из брошюр, пропагандирующих новое туристическое движение, - пользовались главным образом представители господствующих в то время классов - помещики, капиталисты, царствующий дом, а в нижних звеньях - ограниченный круг буржуазной и мелкобуржуазной интеллигенции»[420] [421] [422] [423]. По мнению некоторых авторов, проблема была не в низком достатке рабочих, а в том, что рабочие просто не имели подобных досуговых традиций, отчего «развитие культуры шло мимо рабочего класса»[424]. Ещё одним недостатком «буржуазного» туризма, как было показано выше, вполне традиционным для общемировой туристической практики, признавался его развлекательный, «увеселительный» характер. «Забава, попытка уйти от нудной скуки паразитической жизни - вот основной стержень этих буржуазных путешествий», - писал вставший во главе движения «пролетарского туризма» профессиональный революционер, председатель
552
уголовной коллегии Верховного суда СССР В.П. Антонов-Саратовский .
553
«Наш туризм не похож на буржуазный» - этот тезис стал главным в идеологии советского туризма конца 1920-х - начала 1930-х гг. Чем же тогда было это новое движение? На основе анализа литературы, вышедшей до формирования официальной доктрины Всероссийского общества пролетарского туризма, постараемся выделить основные особенности пропагандируемого образа советского туризма. Это движение рассматривалось его популяризаторами, в первую очередь, как «здоровый и интересный» отдых554.
Причём отдых вне города, на природе, где есть «целебные вещи»: солнце, воздух и вода555. «Неужели надо обязательно привести справку о том, что природу любил Ленин - а он любил её всю жизнь - чтобы «убедить» наших «принципиальных» противников природы?» - отмечалось в «Первой книге туриста»556. Однако подобный отдых должен был быть совмещён с пользой. Организаторами советского туризма предполагалось, что «надышавшись свежего воздуха», турист «постарается557
внести чистоту и подвижность в окружающую жизнь» . Помимо этого, считалось, что туризм должен был развивать личностные качества: смелость,
558
выносливость, коллективизм . Кроме того, загородные путешествия являлись способом наглядного обучения, были призваны расширять культурный кругозор и способствовали повышению «культурного уровня масс»559.
2 Антонов-Саратовский. Основные задачи советского туризма. [М.], 1929. С. 3.
553 Как организовывать и что делать по отделениям. М., 1929. С. 1.
554 Там же; Первая книга туриста. С. 12.
555 Степанов Д.А. Памятка рабочего-туриста. М-Л., 1928. С. 8.
556 Первая книга туриста. С. 14.
557 Там же. С. 11.
558 Российское общество туристов. Ленинградское областное отделение. Материал для беседчиков по туризму. Л., 1928. С. 1; Степанов Д.А. Памятка рабочего-туриста. С. 8. и т.п.
559 Антонов-Саратовский. Основные задачи советского туризма. С. 5; Первая книга туриста. С. 11 и др.
Немаловажно отметить, что туризм рассматривался его идеологами как составная часть культурной революции. Этот пункт станет основным в официальных материалах ОПТЭ. Идеологами советского туризма будет выведена формула, напоминающая законы физики: «Туризм в советской действительности, и только в ней, превращается в особую форму культурной революции и социального быта»[425].
Данные тезисы не проясняли, чем туризм отличался от экскурсионного движения.
Оздоровление экскурсантов, воспитание коллективизма и солидарности, создание «атмосферы истинного товарищества», просветительская функция - всё это уже было поставлено ранее в качестве основных задач экскурсионной работы. Как отметил секретарь ЦК ВЛКСМ и один из идеологов «пролетарского туризма» Л.М. Гурвич, «вопрос о разнице между туризмом и экскурсиями давно является одним из наиболее спорных, вызывающих немалое количество дискуссий»[426]. Задача «отмежеваться» от старых форм экскурсионной работы была довольно сложной, так как даже идеологи нового туристского движения отмечали, что «до последнего времени организованное передвижение за город называлось у нас по большей части экскурсией»[427].Основное отличие туризма от экскурсионной работы авторы пособий о туристическом движении видели в самостоятельности и активности туриста в выборе маршрута путешествия[428]. Например, приводился такой аргументы: «Турист приучается думать своей головой, а не брать готовое»[429], в то время как «экскурсант вносит деньги (и чересчур много денег) и больше ему заботиться не о чем экскурсанта «возят» и «водят», не требуя от него почти никакой активности»[430]. Дешевизна туристической поездки в отличие от экскурсии подчёркивалась не раз: в пособиях отмечалось, что экскурсионная поездка стоит более чем в два раза дороже туристической[431]. Такое восприятие туриста идеологами нового движения, на наш взгляд, противоречит сложившейся в современности традиции восприятия туриста как обеспеченного пассивного участника поездки.
Ещё одно отличие туризма от экскурсионной работы заключалось, по мнению пропагандистов туризма, в целях путешествия. «В экскурсиях есть некоторый перегиб в сторону “учёбы”», а туризм, в первую очередь, - отдых[432]. Кроме того, идеологи массового туризма пытались подчеркнуть разницу и в использовании различных способов передвижения. Так, ими отмечался выбор транспорта для организации туристических путешествий и экскурсий: экскурсанты выбирают механический или конный транспорт; туристы путешествуют пешком, на велосипеде или лодке[433].
В конечном итоге, в марте 1930 г. произошло слияние ОПТ и «Совтура» и возникло Всесоюзное общество пролетарского туризма и экскурсий (ОПТЭ)[434] [435] [436].
В 1931 г. вышла брошюра одного из идеологов «пролетарского туризма», секретаря ЦК ВЛКСМ Л.М. Гурвича, «Туризм и экскурсии». Это 28-ми страничное произведение - обвинительная речь против экскурсионной работы, которая «в течение довольно долгого промежутка времени находилась под правооппортунистическим руководством, не дававшим отпора классово-
570
чуждым теориям и практике» . Обращает на себя внимание, что лексика, использованная здесь автором принадлежит развернувшейся с 1928 г. политической кампании против «правого уклона в ВКП(б) и Коминтерне». Начиная с отрицания экскурсионного движения и характеристики экскурсии как придатка туризма - «экскурсионного движения нет, да и быть не может. Есть
571
экскурсионный метод» , - Л.М. Гурвич перешёл к прямым политическим
обвинениям в адрес экскурсионных деятелей: В.Р. Менжинской, Б.Е. Райкова и Э.В. Краснуха572.
Тем самым, функции и материальная база туристско-экскурсионной работы, ранее курировавшиеся структурами Наркомпроса, перешли в ведение ОПТЭ. С 1930-х гг. в связи с активным развитием ОПТЭ и закрытием организаций, которые ведали исключительно экскурсионной работой, экскурсии стали развиваться как составная часть туризма.
& & &
В 1920-е гг. руководители «культурного фронта» воспринимали экскурсии как элемент политического просвещения и производственной пропаганды, как инструмент для реализации «текущих задач момента». В то же время само определение понятия «экскурсия», а также представления методистов о воспитательном и образовательном значении экскурсий, нашедшие отражение в методической литературе 1920-х гг., мало чем отличались от идей, фигурирующих в дореволюционных изданиях. Большинство из них по-прежнему видели в экскурсионной работе действенное средство для «улучшения» человека. В советский период методисты ставили перед экскурсиями цели,
соответствующие новой идеологии: политического просвещения и пропаганды атеистическо-марксистского мировоззрения.
В методических материалах 1920-х гг. по подготовке и проведению экскурсий по Петрограду-Ленинграду для взрослых экскурсантов и школьников, жителей города и приезжающих из других регионов, отражены схожие сюжеты. Как и в дореволюционной экскурсионной литературе, город рассматривался как центр культуры и арена исторических событий.
В 1924-1925 гг. в методических материалах появляются новые темы экскурсий по Ленинграду. Они отразили интерес современников к революционной тематике и «новому быту». Особую значимость в этот период приобрели экскурсии по промышленным объектам.
572 Там же. С. 9, 19, 28, 25-29.
Исходя из анализа отзывов экскурсантов, история революционного движения интересовала публику. Кроме того, внимание горожан и гостей Петрограда-Ленинграда привлекали художественные музеи, а также музеи, где можно было получить ответы на различные вопросы быта и профессиональной деятельности: музей гигиены, сельскохозяйственный музей.
В конце 1920-х гг. - начале 1930-х гг. позиции в сфере пространственного освоения мира начинает занимать движение «пролетарского туризма». Его идеологи выдвигали в качестве приоритетных рекреационные цели. С 1930-х гг. в связи с активным развитием ОПТЭ и закрытием организаций, которые ведали исключительно экскурсионной работой, экскурсии стали развиваться как составная часть туризма.