Сильные позиции редуцированных гласных ь, ъ

1. Если они находились под ударением: кусъ'чькъ - кусо'чек.

Таким образом, в результате чередования сильной и слабой позиции редуцированных в разных формах одного слова в русском языке появились чередования гласных о, е с нулем звука.

В любом современном слове русского языка можно определить место редуцированных гласных до XI - XII вв.: там, где имеются звуки о или е, которые при изменении слова или при образовании родственного слова исчезают, а также там, где в данной морфеме нет гласных о или е, но они появляются при изменении слова или при образовании нового слова, в древнерусском языке были ъ или ь. Например, в родительном падеже в слове пса в корне пс нет гласного, но в именительном падеже - пес гласный появляется. Следовательно, в древнерусском языке до XI - XII вв. в этом слове во всех формах был редуцированный ь. Если же о или е при изменении слова или образовании нового слова остаются, то эти о или е

исконные или е из ^ , а не из редуцированных. Например, в словах лоб - лба, рот - рта, сон - сна, день - дня, отец - отца наблюдаются чередова-

Поскольку беглость о, е объясняется изменением редуцированных гласных ъ, ь, то этот фонетический процесс должен был бы обнаруживаться только в словах, существовавших в древнерусском языке до ХІ - ХТТТ веков. Но это явление наблюдается и в словах, появившихся уже в ХХ веке, например: ленинградец - ленинградца, комсомолка - комсомолок. Это позволяет сделать вывод о том, что беглость гласных о, е из фонетического явления превратилась в морфологическое средство образования определённых грамматических форм слов. Так, например, если в грамматических формах И. и Р. падежей в суффиксах имён существительных кусок - куска, комочек - комочка происходит чередование [о]//[0] и [э]//[0], то оно объясняется тем, что в древнерусском языке эти суффиксы включали в свой состав редуцированные ъ, ь (в древнерусском языке - -ък- и -ьц-), которые в слабой позиции выпадали, а в сильной переходили в гласные полного образования.

Последствия изменения редуцированных гласных ъ, ь

В результате изменения редуцированных гласных ъ, ь в звуковом составе русского языка произошли многочисленные явления, сильно изменившие облик языка. Многие слова после исчезновения слабых редуцированных настолько изменились и удалились от исходных слов в своем произношении, что не каждый говорящий на русском языке может осмыслить их этимологию. Например, древнерусское название реки Дьсна ясно указывало на то, что Дьсна является правым притоком Оки (десница - правая рука). Но после падения редуцированного ь в слабой позиции, так как он находился перед гласным полного образования, слово должно было иметь вид Дсна, но так как звонкий согласный [д] перед глухим [с] в пределах одного слога не мог находиться, то происходила регрессивная ассимиляция по глухости: Дсна^ Тсна. А слитное произношение смычного глухого согласного [т] и щелевого глухого согласного [с] давало аффрикату [ц]: Тсна - Цна. Но в названии реки Цна уже трудно увидеть ясное указание на то, что эта река является правым притоком Оки. Другой пример. В современном названии города Брянск трудно увидеть указание на его окру-

жение дремучими лесами (дебрями), но такое указание было в древнерусском названии - Дьбряньскъ. После утраты слабого редуцированного ь (так как он был перед гласным полного образования) рядом должны были оказаться два взрывных согласных [д] и [б]. Но так как первый взрывной согласный нельзя было произнести со следующим слогом (это противоречило бы структуре слога в древнерусском языке), то стечение двух взрывных согласных устранялось путем упрощения групп согласных: первый взрывной согласный исчезал в произношении.

В результате утраты слабых редуцированных ъ, ь в древнерусском языке произошли следующие изменения в звуковой системе языка и в характере слогов.

1. В древнерусском языке действовал закон открытого слога, то есть слог обязательно должен был оканчиваться гласным звуком: дь-нь, съ-нъ. После падения редуцированных этот закон перестал действовать, и стали возможны закрытые слоги: день, сон.

2. Уменьшилось количество слогов в слове. На конце слова редуцированные всегда были в слабой позиции, но и в слабой позиции редуцированные были носителями слога. А когда они исчезали в произношении, слоги также исчезали. В слове оставались только те слоги, в которых были или гласные полного образования, или редуцированные в сильной позиции, переходившие в о или е. Слово теряло столько слогов, сколько в нем было редуцированных гласных в слабых позициях. Например, в древнерусском языке в слове съ-про-съ-нъ-къ было пять слогов (все открытые), а в русском языке слово спро-со-нок имеет только три слога (два открытых и один закрытый).

В древнерусском языке не было знаменательных слов, имеющих один слог, а в современном русском языке есть много односложных слов и словоформ: дом, кот, дел.

3. Появились беглые гласные о, е: конец (из коньць) - конца (из коньца), рот (из рътъ) - рта (из ръта). Подробнее о чередованиях [о]//[0], [э]//[0] см. выше.

4. Звонкие шумные согласные на конце слова оглушались и заменялись парными глухими шумными согласными (закон конца слова): дуб - ду[п], год - го[т], луг - лу[к]. В составе согласных русского языка появился новый глухой согласный звук [ф] на месте звонкого согласного [в] (в незаимствованных словах): ров - ро[ф].

5. Произошла ассимиляция (уподобление) согласных по глухости, когда после падения редуцированных гласных звонкие шумные согласные, оказавшись перед глухими согласными, оглушались: лодъка - лодка - ло[тк]а, лавъка - лавка - ла[фк]а.

6. Произошла ассимиляция согласных по звонкости, когда глухие шумные согласные после падения редуцированных гласных, оказавшись перед звонкими шумными согласными, озвончались: просьба - про [з’ б] а.

7. Произошла ассимиляция по мягкости, когда после падения редуцированных гласных твердые согласные, оказавшись перед мягкими согласными, смягчались: сътирати - стирати - [с’т’]ирати.

8. Ассимиляция по твердости, когда после падения редуцированных гласных мягкие согласные, оказавшись перед твердыми, становились твердыми: правьда (ср.: праведный) - пра[вд]а.

9. Ассимиляция по месту и способу образования, когда после падения редуцированных свистящие согласные с, з, оказавшись перед шипящими ж, ш, становились шипящими ж, ш: съшити - сшити - [шш]ити (сшить), разъжечи - разжечи - ра[жж]ечи (разжечь).

10. Произошла диссимиляция (расподобление) звуков, когда после падения редуцированных оказались рядом два взрывных согласных, что представляло трудность при произношении. Поэтому происходило их расподобление по способу образования: первый из них становился щелевым, а второй оставался взрывным: мягъко - мягко - мя[хк]о.

11. Утрата слабых редуцированных ь, ъ привела к возникновению труднопроизносимых сочетаний согласных, например, лнц, стн, рдц, здн и др. В древнерусском языке не было подобных сочетаний согласных, так как в них были редуцированные гласные ь, ъ в слабой позиции, а эти сочетания возникли лишь после утраты слабых редуцированных. Возникшие труднопроизносимые сочетания трех (и более) согласных устранялись путем упрощения групп согласных, когда один из согласных переставал произноситься (непроизносимые согласные): сълньце - солнце - со[нц]е,

М k СТЬНЫЙ - М k СТНЫЙ - М k [сн]ый, сьрдьце - сьрдце - сь[рц]е, по- здьно - поздно - по[зн]о.

12. Звук [и] после приставок, оканчивающихся на твёрдый согласный, изменился в [ь4 что закрепилось в современной орфографии: съиграти - сиграти - сыграть.

13. Если в древнерусском языке на конце слов губные согласные были с редуцированным ь, то они произносились как палатальные (мягкие) звуки. После исчезновения на конце слова редуцированного ь в слабой позиции губные согласные во многих словах отвердели: емь - ем, дамь - дам.

Звук, обозначавшийся буквой ^ («ять»)

Буквой ^ обозначались два звука в зависимости от времени и источника возникновения.

В более ранний период этот звук образовался из индоевропейского долгого ё и назывался монофтонгическим. Он произносился как очень широкое [э], приближавшееся к [’а].

В более поздний период звук, обозначавшийся буквой ^ , развился на месте дифтонгов оі, аі и назывался дифтонгическим. По мнению академика А. А. Шахматова и профессора А. И. Павловича, для восточнославянского языка можно предположить исходным произношение h как дифтонга ие. В восточнославянских языках звук, обозначавшийся буквой h, стал произноситься более узко, утратив широкое произношение, близкое к [’а]. Дифтонг ие в русском языке стал произноситься как звук [э], то есть в нём сохранилась вторая часть дифтонга; а в украинском языке - как звук [и], то есть в

нём сохранилась первая часть. Сравн.: древнерус. - б ^ лый, рус. - белый, укр. - білий (читается - билый). В ХѴІІІ веке звук [э] в русском литературном языке совпал со звуком [э]. Но в некоторых русских говорах (например, Вологодская область) на месте прежнего h и сейчас произносится

дифтонг ие: сн ^ гъ - сн[иэ]г, л ^ то - л[иэ]то.

Переход [э] в [’о] (е в ё)

В ХІІІ - ХІѴвеках вместо гласного звука [э], восходящего к исконному [э] или редуцированному гласному ь в сильной позиции, в ударном положении после мягкого согласного перед твёрдым согласным стал произноситься звук [’о]: не'съ - нёс [н’о'с], ме'дъ - мёд [м’о'т], ве'лъ - вёл [в’о'л], пь'съ - пе'с - пёс [п’о'с], ль'нъ - ле'н - лён [л’о'н]. Этот переход является отличительной особенностью русского языка (лишь иногда встречается в белорусском языке). Звук [’о] на месте [э] произносится и на конце слова после мягкого согласного под ударением: твоё - [твдро'].

Переход [э] в [’о] был обусловлен конкретным фонетическим положением звука [э] в слове:

1) под ударением;

2) после мягкого согласного;

3) перед твёрдым согласным.

При отсутствии одного из этих условий такого перехода не происходило.

Причины отсутствия перехода [э ] в [’о ]

1. В словах апте'ка, ле'ктор, се'ктор, секре'т, моне'та, котле'та, пе'нсия, конве'рт, газе'та, ле'нта, моме'нт, пре'сса и под. нет перехода [э] в [’о], так как эти слова были заимствованы русским языком из других языков в ХѴІІІ веке (апте'ка - в ХѴІ веке, пре'сса - в ХІХ веке), когда этот фонетический закон прекратил своё действие.

2. Отсутствие перехода [э] в [’о] перед согласным [ц] (отец, молодец, огурец, подлец, купец, жнец, кузнец, делец, конец, овец и под.) объясняется тем, что согласный [ц] в древнерусском языке, как и согласные [ж], [ш], был только мягким и отвердел в ХѴв., а этот фонетический закон действовал в ХІІІ - ХІѴвв.

3. Нет данного перехода в словах, в которых в восточнославянском

языке был , произносившийся как дифтонг ие. В русском языке он заменился гласным звуком [э], которому в украинском языке соответствует

звук [и]: Д ^ дъ - дед, (укр. дід), СТ^ НО - сено (укр. СІНО), СН k гъ - снег (укр. СНІг), Д k ло - дело (укр. діло), Л k СЪ - лес (укр. ліс), В k къ - век (укр. вік), ЦВ k тъ - цвет (укр. цвіт), л* то - лето (укр. літо).

У прилагательных вне'шний, зде'шний также нет перехода [э] в [’о], так как они образованы от наречий, у которых был h и который сохранялся при образовании прилагательных.

Можно сделать выводы, что, во-первых, в период действия закона перехода [э] в [’о] дифтонг ие, обозначавшийся буквой h, ещё не заменился звуком [э]. В отдельных говорах это произошло в начале ХѴ века, а в литературном языке не раньше ХѴІІІ века, когда закон уже перестал действовать. Во-вторых, переход [э] в [’о] происходит только из [э] исконного или редуцированного ь в сильной позиции, но не происходит там, где

раньше была буква ^ , обозначавшая дифтонг ие. В-третьих, этот фонетический закон действовал в русском языке до замены дифтонга ие, обозначавшегося буквой ^ , в русском языке звуком [э], а в украинском [и], то есть до ХѴ века.

Лишь в словоформах гнёзда, вёдра, звёзды, сёдла на месте ^ по аналогии со словами вёсла, вёсны появился звук [’о], а в словоформах приобрёл, цвёл - по аналогии с вёл.

4. Нет перехода в словах, заимствованных русским языком из старославянского, потому что в период действия этого закона они воспринимались как слова книжные, употреблявшиеся прежде всего при богослужении, чуждые русским людям. А старославянскому языку изменение [э] в [’о] не было свойственно. Поэтому такие слова произносились и произносятся с [э], например: перст, крест, жертва, небо, надежда, одежда, падеж (именительный), плен, сие (от нас не зависит), пещера, вред и под. Но в современном русском языке в некоторых родственных словах, образовавшихся позже от старославянских слов с помощью русских морфем, на месте [э] произносится [’о], например: крест - крёстный (отец), перст - напёрсток. Это объясняется тем, что производные перестают относиться к заимствованной лексике и, являясь русскими словами, начинают подчиняться фонетическим законам русского языка.

В современном русском языке параллельно со старославянскими словами, в которых не происходит изменения [э] в [’о], употребляются однокоренные русские слова с [’о]. В этом случае русские слова и соответствующие им старославянские слова имеют или различное значение, или имеют тождественное значение, но различаются стилистически, например: небо и нёбо, падеж (именительный) и падёж (скота), совершенный (вид) и совершённый (поступок), истекший (год) и истёкший (кровью), вселенная и вселённая (в квартиру), одежда и одёжа (просторечное и диалектное) и др.

5. Во многих словах с сочетанием ер на месте древнерусского ьр в современном русском языке под ударением произносится [э], например: вьрба - верба, вьрхъ - верх, зьркало - зеркало, ковьркать - коверкать, пьрвый - первый, сьрпъ - серп и под. В этих словах редуцированный гласный ь всегда был в сильной позиции и, следовательно, переходил в [э], но дальнейшего изменения [э] в [’о] не происходило. Это объясняется тем, что в период действия данного фонетического закона звук [р] произносился твёрдо только в том случае, если после него шли твёрдые переднеязычные согласные д, т, з, с, л, н. В этом случае все условия для перехода [э] в [’о] были налицо, поэтому переход происходил, например: твёрдый, тёртый, замёрз, напёрсток, чёрный, свёрла, жёрдочка, шёрстка, чёрствый, зёрна, мёртвый. Но если после [р] шли губные согласные б, п, в или заднеязычные г, к, х, то [р] в период действия этого фонетического закона произносился мягко, потому что ещё до падения редуцированных, если сочетание ьр находилось между согласными, по закону открытого слога после [р] развивался вторичный редуцированный гласный ь, делавший согласный [р’] мягким, и звук [э] оказывался не перед твёрдым, а перед мяг- ким согласным [р’], поэтому изменений в [’о] не происходило. А когда [р] отвердел, закон перестал действовать.

6. В словах деревенский, женский, лестный и под., имеющих в своём составе суффиксы -ск-, -н-, нет перехода [э] в [’о], так как согласные звуки, перед которыми находился звук [э], отвердели позже. В период же действия этого закона после [э] был мягкий согласный, потому что суффиксы -ск-, -н- первоначально имели вид -ьск-, -ьн-, т. е. включали в свой состав редуцированный гласный переднего ряда ь, который в соответствии с законом слогового сингармонизма смягчал предшествующий согласный, стоящий перед [э], и делал невозможным переход [э] в [’о]. И хотя редуцированный гласный ь в слабой позиции утратился раньше действия этого фонетического закона, но мягкость согласных, стоящих после [э], ещё долго сохранялась, и это мешало изменению [э] в [’о].

Переход [э ] в [’о ] перед мягкими согласными

В ряде случаев в современном русском языке произносится [’о] на месте [э] перед мягким согласным, что противоречит данному фонетическому закону. Это объясняется аналогией с большинством форм таких слов или влиянием родственных слов, от которых они образованы, где [э] находится перед твёрдым согласным, поэтому переход [э] в [’о] закономерен. Рассмотрим эти случаи:

1. При образовании уменьшительных существительных с суффиксом -ек от существительных с суффиксом -ок (орфографически и -ёк), например: кулечек (от кулек, а кулек от куль), пенечек (от пенек, а пенек от пень), бережочек (от бережок, а бережок от берег/ Переход происходит под влиянием производящих слов кулёк, пенёк, бережок, где данный переход закономерен.

2. При образовании прилагательных с суффиксом -еньк-, например: весёленький (от весёлый), зелёненький (от зелёный). Переход происходит под влиянием производящих слов весёлый, зелёный.

3. В дательным и предложном падежах существительных женского

рода 1 склонения, например: берёзе, на берёзе. [э] перешло в [’о] под

влиянием большинства падежных форм: берёза, берёзы, берёзу, берёзой; ^ •• ^ •• ^ •• ^ •• ^ •• березы, берез, березам, березами, о березах.

4. В предложном падеже единственного числа существительных 2 склонения, например, на подъёме. [э] перешло в [’о] по аналогии с остальными падежными формами: подъём, подъёма, подъёму, подъёмом; подъёмы, подъёмов, подъёмам, подъёмами, о подъёмах.

5. Во 2 лице множественного числа глаголов 1 спряжения настоящего и будущего простого времени, например: идёте, ведёте. [э] перешло в [’о] по аналогии с остальными формами: идёшь (звук [ш] твердый), идёт, идём.

6. В творительном падеже существительных женского рода 1 склонения мягкого варианта, например: землёй. [э] перешло в [’о] под влиянием форм твердого варианта: ногой, рукой.

Время действия фонетического закона перехода [э ] в [’о]

Границы этого закона помогают установить следующие факты. Шипящие согласные [ш], [ж] до конца XIII - начала XIV века были только мягкими, а после этого времени эти согласные стали только твердыми. [э] перед [ж], [ш] переходит в [’о], например: ёж, несёшь. Следовательно, этот закон действовал после того, как они отвердели.

Согласный [ц] также был только мягким и отвердел к концу XIV - началу XV в. Но перед [ц] [э] не переходит в [’о]. Следовательно, к XV в. этот закон перестал действовать. Кроме того, звук, обозначавшийся буквой

^ , совпал в произношении в отдельных говорах с [э] к началу XV в., но перехода в [’о] и в этих случаях не наблюдается.

Таким образом, можно сделать вывод, что время действия этого закона ограничено концом XIII - XIV вв.

Носовые гласные и связанные с ними чередования звуков в

современном русском языке

Носовые гласные возникли в праславянском языке в связи с действием закона открытого слога. Если сочетание гласного с последующим носовым согласным [н] или [м] было перед гласным, то носовой согласный при слогоделении отходил к следующему гласному, и все слоги были открытыми, поэтому никаких изменений не происходило. Но если такое сочетание было перед согласным или на конце слова, то слог оказывался закрытым, что противоречило закону открытого слога. Эти сочетания претерпевали изменения: носовой согласный исчезал, передавая свой носовой призвук предшествующему гласному, и вместо сочетания гласного с носовым согласным появлялся носовой гласный, который делал слог открытым. Если перед согласными [н] или [м] находились гласные непереднего ряда, то возникал носовой гласный о - [о11] («о носовое»), обозначавшийся буквой ^ («юс большой»), а если перед этими согласными были гласные переднего ряда, то возникал носовой гласный э - [эн] («э носовое»), обозначавшийся

буквой А («юс малый»). Например, в слове звонити (совр. звонить) [н] стоял перед гласным [и], все слоги были открытыми, и изменений не происходило. А в однокоренном слове звонкъ слогораздел проходил после согласного [н], который делал слог закрытым, поэтому на месте сочетания гласного непереднего ряда [о] с носовым согласным [н] появился носовой

гласный непереднего ряда [о11], обозначавшийся буквой : звонкъ -

зв къ. Оба слога в слове зв ^ къ становились открытыми. В словоформе глагола 1 лица единственного числа настоящего времени жьму было два открытых слога, так как сочетание гласного переднего ряда ь с носовым согласным [м] стояло перед гласным, поэтому сочетание ьм не изменялось. А в инфинитиве жьмти сочетание ьм оказывалось перед согласным, следовательно, носовой согласный [м] делал слог закрытым, поэтому, чтобы сделать слог открытым, в инфинитиве сочетание ьм изменялось в

носовой гласный переднего ряда [эн], обозначавшийся буквой А : жьмти

- ж ти. Оба слога в слове ж ти становились открытыми.

Во второй половине X в. носовые гласные в древнерусском языке перешли в чистые гласные (неносовые): [о11] ( ^ ) в [у], [эн] ( А ) в [’а] (графически -я): зв къ - звукъ, ж ти - жати, д оъ - дубъ, знам - знамя. Когда в древнерусском языке носовые гласные перешли в чистые гласные, сочетания типа: ин, им, ен, он стали чередоваться с чистыми гласными [’а] и [у], например: упоминать - упомянуть, взимать - взять, знамени - знамя, звонкий - звук.

В древнерусском языке после изменения во второй половине Х в. носовых гласных в чистые гласные стало возможным чередование сочетания редуцированного гласного переднего ряда ь и носовых согласных [м] или [н] с чистым гласным [’а]: жьну - жати, жьму - жати, мьну - мяти. Но после падения в древнерусском языке в XI - XII вв. редуцированных гласных в слабой позиции появились нетипичные для русского языка чередования согласных [н] или [м] с гласным [а]: жну - жать, жму - жать, мну - мять.

В современном русском языке наблюдаются следующие чередования, связанные с историей носовых гласных:

[’а] (графически -я) - ен: имя- имена, время - времена;

[’а] - ин - н: память - запоминать - запомнить, начать - начинать

- начну;

[’а] - им: нанять - нанимать, занять - занимать;

[’а] - м: жать - жму;

[’а] - н: жать - жну;

[у] - он: звук - звонкий.

Чередование [о ] с [а ]

В современном русском языке гласные звуки не различаются по долготе и краткости. Но в общеславянском языке существовали долгие и краткие гласные, унаследованные из индоевропейского языка. В общеславянском языке долгий гласный получал одно качество, а соответствующий ему краткий получал другое качество, поэтому чередование долгих и кратких гласных дало чередование разных звуков: [о] (долгое) давало [а], [о] (краткое) оставалось в общеславянском языке без изменения - [о]. Из общеславянского языка это чередование перешло в русский язык. В современном русском языке [о] меняется на [а] у глаголов перед суффиксом -ива-: косит - выкашивает, носит - вынашивает, просит - упрашивает, ловит - улавливает, солит - засаливает и т. п. В общеславянском языке перед этим суффиксом гласный [о] становился долгим, а позже долгий гласный [о] переходил в [а]. Этим и объясняется чередование [о]//[а] в современном русском языке.