Сфера действия рематического оператора
Рематическая предикатная группа с актантом может иметь акцент на глагольной вершине независимо от актуализационного статуса этого актанта. Размещение акцента в такой группе зависит от того, к чему относится ее рематический оператор.
Рассмотрим два примера. Первый из них — фрагмент гипотетического разговора учителей:(32а) — Коровин опять прогулял.
— Что же вы предполагаете делать?
— (Позвоню *отцу).
Последняя реплика представляет собой «информативное» высказывание (в терминах П. Адамца [Adamec 1966]) или же «диктальное» (по Ш. Балли [1956], если перенести его классификацию вопросов на утверждения). Это означает, что говорящий производит отождествление одной из возможных альтернатив в «вещественном» содержании ситуации. В качестве конкурирующих решений могло бы быть: вызову *родителей, устрою *скандал, выгоню из *школы и т д. Во всех случаях выделительный акцент ставится на дополнении, как это предполагается описанными выше синтаксическими правилами.
Рассмотрим теперь другой пример:
(32б) — Хочу перед тобой *отчитаться: я (*позвони2л отцу).
В этом случае имеет место «верификативное» (по Адамцу) или «модальное» (по Балли) утверждение. Говорящий подтверждает осуществление ожидаемого события «звонок отцу». Рассматриваются лишь «модальные» альтернативы реализации (они все так или иначе связаны с оппозицией да/нет) единственной «вещественной» возможности. В качестве конкурирующих событий могло бы быть: не *звон2ил отцу, не *дозвони2лся отцу, не *ста2л звонить отцу и т п. Во всех этих группах акцент ставится на предикатной вершине, причем происходит динамическое удвоение акцентированного гласного (на него указывает цифра 2), указывающая на ситуацию оппозитивного введения информации.
Как и в случае диктальных утверждений, изменение порядка слов не влияет на размещение акцента: Я *позвони2л отцу. / Я отцу *позвони2л.
наша транскрипция отражает не только различие в положении акцентов в диктальных и модальных утверждениях, но также их качественное различие.
Двойка указывает на большую степень фонетической выделенности акцента: двойное падение тона начинается с более высокого уровня, что дает больший интервал изменения. Само падение происходит внутри ударного гласного, тогда как в случае акцента, обозначаемого одной звездочкой, оно начинается уже на предшествующем согласном. При отсутствии дополнения это различие может оказаться единственным показателем коммуникативного типа высказывания:(33а) — И как же он прореагировал на это известие?
— *Уехал.
(33б) — Он уже уехал?
— *Уе2хал.
Описанные выше правила распределения акцентов в предикатных составляющих действуют и в так называемых «нерасчлененных» предложениях, то есть предложениях с субъектными актантами. Ср. огласовку информативного и вери- фикативного утверждения:
(34а) — Из-за чего такой переполох?
— (*Директор приехал).
(34б) — Все в порядке. (Директор *прие2хал).
Общие правила акцентуации сохраняют силу и в двухактантной рематической группе:
(35а) — *Что ты так *радуешься?
— *Папа купил *велосипед.
(35б) — Можно вздохнуть спокойно. Петя *сда2л экзамен.
Коммуникативно обусловленные различия в размещении акцентов в рематических предикатных группах наблюдаются и в вопросительных предложениях. Ср.:
(36) — Что Ваня делает? (Читает *газету)?
(37) — Ну как ты — (*прочита2л газету)?
(38) — Из-за чего такой переполох? (Приехал *директор) (В)?
(39) — Ну как — (*прие2хал директор)?
Однако здесь различие в размещении не всегда сопровождается различием в фонетической реализации акцентов. Устойчивую фонетическую специфику обнаруживают лишь причинные вопросы типа (38) — они часто имеют повышенный тональный уровень всей составляющей, маркирующий неожиданность информации (он здесь отмечается с помощью (В)). Впервые на семантическую и фонетическую специфичность таких вопросов обратили внимание А. н. Баранов и И. М. Кобозева [1983]. Они описали их как «вопросы с неингерентной темой». Авторы не заметили, однако, что причинные вопросы входят в достаточно широкий класс вопросов со смешанной — информативно-верификативной — семантикой.
К нему относятся не только причинные вопросы приводимого ими типа:(40) А. — Вчера был на заседании студии молодых поэтов.
Б. — (Ты пишешь *стихи) (В)?
но и гораздо более частые вопросы, предлагающие гипотетическое заполнение (не обязательно неожиданное) предикативной составляющей:
(41) — Что ты делаешь по вечерам? Как всегда — (пишешь *стихи)?
(42) — Что это у тебя нарисовано? (*Вулкан что ли извергается)?
Итак, во всех случаях мы наблюдаем одну и ту же закономерность: информативные (диктальные) предложения имеют рематический акцент на актанте, тогда как верификативные (модальные) — на предикатной вершине. Стандартное правило размещения акцента в информативном высказывании может нарушаться лишь в ситуации противопоставительного выбора глагольного смысла. В этом случае акцент помещается на предикате, а актант (он является «старым») акцента не несет:
(43) — Ты что — (*купил) этот велосипед?
Альтернативой может быть взял на время, украл и т. д. Однако в этом случае сферой действия рематического оператора является, конечно, не вся предикатная группа, а лишь сам глагол. Семантически такие предложения явно отличны от предложений типа:
(44) — Ну как ты — (*купи2л велосипед)?
В последних речь идет об осуществлении предполагаемого события, а не о выборе между разными действиями.
Как представляется, для описания отличия модальных высказываний от информативных естественно опираться на выделение в глубинной структуре высказывания особого элемента — «связки» — которое было предложено н. Д. Арутюновой
[1988] . Ею разграничивается пропозициональное («вещественное») содержание сообщения и абстрактный предикат существования, который показывает, как это содержание соотнесено с действительностью. Этот предикат может присоединяться к любой составляющей высказывания.
Ремой высказывания (а мы понимаем под ремой тот компонент смысла, над которым производится операция при осуществлении речевого акта) может быть как «вещественное» содержание, так и экзистенциальный предикат.
Когда операция осуществляется над пропозициональным компонентом смысла, мы имеем дело с информативным высказыванием. Когда же меняется содержание «связки», мы имеем дело с верификативным высказыванием. Рема информативного высказывания всегда имеет прямое текстовое выражение. В то же время рема-связка обычно не имеет собственной лексикализации. В случае ее присоединения к пропозициональной предикатной группе она реализуется путем специфической акцентуации ее вершины. То есть в предложении(45) Он все-таки (*купи2л машину).
глубинной ремой является не смысл покупка машины, а смысл бытийная реализация, присоединенный к пропозициональному комплексу покупка машины. Однако поверхностно в качестве ремы выступает этот пропозициональный комплекс.
Очевидно, пропозициональная часть смысла, к которой относится рематическая связка, является глубинной темой. Эта тема может быть как старой, так и новой. Во втором случае «фокус» связки может сужаться за счет частичного выноса пропозиционального комплекса в поверхностную тему. Однако предикатная вершина как минимальный носитель связки необходимо сохраняется. Ср. следующие варианты выражения одного смысла (здесь Т и Р — поверхностные тема и рема):
(46) — (Ты)Т (*игра2ешь на *гитаре)Р?/ — (Ты)Т1 (*на гитаре)Т2 (*игра2ешь)Р?/— (Ты)Т1 (на *гитаре играть)Т2 (*уме2ешь)Р?
В последнем варианте обнажается скрытый модальный предикат.
Примечательно, что при расчленении пропозициональной ремы, типичном для нарративных текстов, вынос в тему происходит прямо противоположным образом: в нее в первую очередь переносится глагол. Ср.:
(47) — Он себе недавно (купил *машину).
(48) — *Купил он себе недавно *машину. А теперь *мается.
(49) — Она теперь (живет в *деревне).
(50) — А *живет она теперь в *дере2вне.
наличие оппозитивного компонента смысла в последней фразе (жизнь в деревне, а не в городе) отражается в двуморовости акцентированного гласного.
В заключение настоящего раздела следует остановиться на содержащемся в диссертации А.
В. Павловой [1987] утверждении о внутренней рематичности (а тем самым акцентности) некоторых глаголов (имеются в виду фазовые глаголы, глаголы интеллектуальной деятельности и другие). По мнению автора, эта лексическая рематичность и ведет к смещению акцента с актанта на глагол.Говоря в наших терминах, предполагается, что такие глаголы имеют лишь ве- рификативное употребление, то есть обязательно употребляются с рематической «связкой». Приводимые автором примеры показывают, что речь идет о глаголах, которые обычно мыслятся в бинарном модальном пространстве — типа выполнить, согласиться, знать, уметь и т п. Хотя любой из них может быть помещен и в пространство пропозициональных альтернатив (например, знать может входить в один ряд с предполагать, догадываться и т д.), тем не менее в несопоставительном контексте они, как правило, употребляются бинарно: знать/не знать, выпол- нить/не выполнить и т п. Однако утверждение о верификативности (и внутренней акцентности) этих глаголов в общем случае неверно и для несопоставительных контекстов. Практически любой предлагаемый А. В. Павловой пример может быть переделан так, что глагол становится частью диктального высказывания и акцент уходит на актант. Ср. такие пары:
(51а) — Эти условия *исключа2ют возможность помощи старикам.
(51б) — На это нельзя соглашаться: эти условия исключают возможность помощи *старикам.
(52а) — Коллектив *вы2полнил план полугодия.
(52б) — Не время было праздновать. Сначала нужно было выполнить поставленную *задачу.
5.