Ha помѣщичьихъ поляхъ многое сѣялось въ томъ или иномъ размѣрѣ не потому только, что на эти хлѣба былъ спросъ, и ими можно было выгодно торговать.

Сѣялось болыне для собственнаго обихода—гречиха и пшено на крупу, ячмень на солодъ, ленъ и конопля на пряжу — всего лишь столько, сколько могло понадобиться въ собственномъ хозяйствѣ'.

Среди помѣщиковъ и самыя имѣнія цѣнились пе только по доставляемому ими денежному доходу, HO и по тѣмъ удобствамъ, которыя то или иное имѣнье доставляло своему владѣльцу. Одно имѣніе цѣнилось потому, что въ немъ хорошо родится ленъ, другое за то, что въ немъ есть прудъ, а въ пруду рыба, третье за то, что близко отъ имѣнія родственниковъ: «Поѣдешь туда, и къ роднымъ заѣдешь». Столь разнообразны.были причины, составлявшія для помѣщика цѣнность имѣнія.

'Что касается денежныхъ доходовъ помѣщиковъ съ имѣній, то размѣры ихъ зависѣли, конечно, отъ числа крѣпостныхъ душъ, платившихъ оброкъ. Размѣры оброка попрежднему, и въ началѣ ХІХ-го вѣка, продолжали быть различны. Средній денежный оброкъ съ тягла не превышалъ 40 рубл. ассигнаціями (около 12—15 p. на нангь счетъ). Въ Муромскомъ имѣніи князя Волконскаго въ 40 - хъ годахъ прошлаго вѣка взималось съ каждаго изъ 39‘/2 тяголъ денежнаго оброку 40 рублей ассигнаціями, затѣмъ взимался, по обычаю, всякій столовый запасъ. Co всѣхъ 3-B1Z2 тяголъ въ этомъ имѣніи собиралось 191/* пудовъ льну, по 13 аршинъ съ бабы льняного холста и по 10 аршинъ съ дѣвки, начиная съ 10-лѣтняго возраста; затѣмъ съ бабы сухихъ бѣлыхъ грибовъ 1 ф., сушеныхъ раковыхъ шеекъ uo 1J2 фунту, груздей соленыхъ со всѣхъ бабъ одно ведро и два пуда мыла тоже со всѣхъ. Кромѣ того за пользованіе рыбными ловлями по Окѣ, крестьяпе должны были доставлять къ 6-му декабря 2 пуда рыбы: 1 пудъ стерлядей и 1 пудъ лещёи.

«Время уплаты такого оброка, — вспоминаетъ князь H. Волконскій,—было и для насъ, дѣтей, праздникомъ, такъ какъ сверхъ условленнаго муромскіе крестьяне обыкновенно привозили ужъ отъ себя, па поклонъ, муромскихъ калачей, орѣховъ, разныхъ сластей. За это ихъ угощали водкой, и, обыкновенно, пользуясь случаемъ, они выхлопатывали у бабушки какую-нибудь отсрочку или скидку въ денежномъ оброкѣ».

Далеко не всѣ, однако, помѣщики умѣли жить по своимъ средствамъ, бережливо и экономно, какъ жилъ дѣдушка князя H. Волкопскаго. Уже его наслѣдники стали жить шире. Починъ широ-

кому житью клали, конечно, помѣщики-богачи, за которыми числились тысячи душъ крѣпостныхъ II ТЫСЯЧИ десятинъ земли. V :

Утро помѣщицы. Съ картины А. Венеціанова.

Такихъ богачей было немпого. Очень, очень рѣдко на однообразной русскойравнинѣ,гдѣ-нибудь

па высокомъ берегу полноводной рѣки возвышались каменные дома-дворцы богатѣйшихъ помѣщиковъ, утопавшіе въ зелени обширныхъ парковъ. Съ террасъ такихъ домовъ открывались великолѣпные виды на необъятную русскую ширь, па поемныѳ луга, дальнія села, подернутые синевой тумана лѣса. Какихъ затѣй только пе было около этихъ усадебъ: цвѣтники, оранжереи, пруды съ каскадами, гротами, чугунными мостами; по парку разставлены мраморныя и бронзовыя статуи, понастроены всякія бесѣдки...

У такого помѣщпка-богача непремѣнно имѣлся собственный конскій заводъ, около котораго строили манежъ для верховой ѣзды и расчищали обширный кругъ для бѣговъ и скачекъ. У него имѣлся собственный театръ съ крѣпостными актерами, свой оркестръ, свои нѣвчіе, и ужъ непремѣнно онъ обладалъ огромной псовой охотой, помѣщавшейся па особомъ псарпомъ дворѣ. Въ великолѣпныхъ палатахъ такихъ баръ задавались пиры со всякими затѣями на всю дворянскую округу.

Ho о благоустройствѣ, дѣйствительномъ удобствѣ, хотя бы только о простѣйшемъ порядкѣ крестьянскаго жилья помѣщики заботились очень мало. «Часто Естрѣчаются великолѣпныя усадьбы богатыхъ помѣщиковТі, — разсказываетъ современникъ, — окруженныя полуразрушенными лачугами. Нигдѣ ни мысли, ни желанія улучшенія даже избы съ трубами составляютъ, въ большей части губерній, еще только нововведеніе не всѣми принимаемое; а по бг,лыпей части встрѣчаются курныя съ маленькими окнами, и крестьянинъ отговаривается тѣмъ, что онѣ теплѣе и менѣе требуютъ дровъ. Номѣщикъ не входитъ въ это, ибо ему нуженъ только работникъ и рабочая сила... Надобно видѣть курную избу зимой, во время топки. Дверь настежь; дымъ отъ лавокъ до потолка паполняетъ густо избу; взрослые изъ семейства кое-гдѣ хлопочутъ въ сѣняхъ или на дворѣ; но дѣти сидятъ или лежатъ па полѵ, полуокоченѣвшія отъ стужи, завернутыя въ лохмотья, ИЛИ МНОГО-хМНОГО въ отцовскій тулупъ, если есть лишній. Около печки стряпаетъ баба, жмурясь, кашляя, задыхаясь отъ дыму. Наконецъ, топка приходитъ къ концу, и хозяйка торопится закрыть дверь, чтобы изба была теплѣе, и закрываетъ ее часто съ угаромъ... Простуды, головныя боли, ревматизмы вовсе не рѣдкость между крестьянами, а смертность дѣтей въ нѣжномъ возрастѣ до 5 лѣтъ составляетъ особое правило въ статистикѣ Россіи».

Встрѣчались, впрочемъ, помѣщики, которые стремились обстроить CB ихъ крестьянъ, HO это дѣлается,— замѣчаетъ одинъ современникъ, — чаще для наружнаго щегольства, или изъ желанія представить для своихъ глазъ нѣкоторое подобіе нѣмецкой деревни... Въ Задонскомъ уѣздѣ, Воронежской губерніи, есть имѣніе помѣщика B—на, который вытянулъ свою деревню въ строй, наставилъ каменныхъ домовъ, но все это поражаетъ только наружно.

Слава о роскошной жизни богачей-помѣщиковъ, обладавшихъ тысячами душъ крестьянъ, разноси- лась далеко. За богатыми тянулись жить на широкую ногу и тѣ, кто были побѣднѣе. Ho, живя со всякими затѣями, сверхъ средствъ, они не только обременяли своихъ крестьянъ непосильнымъ трудомъ, но и принуждены были закладывать свои имѣнья -віъ казну. Понемногу долгъ помѣщиковъ казнѣ возросъ до огромныхъ размѣровъ. Въ 1843 г. въ Государственномъ Заемномъ банкѣ и Сохранныхъ казнахъ было заложено 5,575,515 душъ мужского пола. Въ 1852 году заложено было 5,843,735 душъ мужского пола. Слѣдовательно, въ залогѣ у казны находилось болѣе половины всѣхъ КрѢПОСТІІЫХЪ. Въ 1858 Г. ЧИСЛО ЗДЛОЖЩНЫХЪ въ государственныхъ кредитныхъ учрежденіяхъ душъ простирается до 6.596.620. т.-е. достигаетъ % всего числа крѣпостныхъ въ Европейской Россіи. Къ 1 января 1859 г. въ Государственномъ Заемномъ Бапкѣ и по Опекунскимъ совѣтамъ было заложено 44,166 имѣній, на которыхъ долгу числилось 425.503.066 p. Общая сумма долга помѣщиковъ казнѣ простиралась, такимъ образомъ, чуть не до полумилліарда. Помѣщики еле справлялись съ уплатой процентовъ по этому долгу, тг многіе изъ нихъ невольпо приходили къ мысли, что было бы не дурно раздѣлаться со столь невыгодпой собственностью, какъ крѣпостныя души.

Имѣнія неоплатно задолжавшихъ помѣщиковъ шли съ молотка и раскупались обыкновенно другими, болѣе состоятельными помѣщиками.

Помѣщиковъ - душевладѣтьцевъ становилось меньше не потому только, что они, задолжавъ не- т оплатно, лишались своихъ имѣній. Усилилась вообще продажа населенныхъ имѣній, потому что крѣпостной трудъ становился все дороже, и владѣть крѣпостными становилось невыгоднымъ.

Ha первый взглядъ, что можетъ быть выгоднѣе для помѣщика крѣпостного труда: онъ, вѣдь, даровой! Ho даровщина эта кажущаяся, и на самомъ-то дѣлѣ помѣщику приходилось платить крѣпостному, выдѣляя ему извѣстный клочокъ земли для собственнаго хозяйства крестьянина. Пока земля была дешева, помѣщику было неубыточно давать ее крестьянамъ. Ho съ конца XVHI и начала XIX вѣковъ земля стала подниматься въ цѣнѣ, потому что съ этого времени стала расширяться торговля хлѣбомъ. Подымалась цѣна на хлѣбъ, значитъ, увеличивалась доходность земли, больше становилась, слѣдовательно, и ея стоимость, Чѣмъ цѣннѣе становился клочокъ земли, отданный крѣпостному, тѣмъ, значитъ, дороже обходились помѣщику его услуги.

A такъ какъ, кромѣ всего этого, подневольный крѣпостной работникъ и работаетъ всегда хуже и медленнѣе, нежели работникъ свободный, то певыгоды обладанія крѣпостными становились еще замѣтнѣе. Въ 1845 г. министръ внутреннихъ дѣлъ ІІеровскій уже указывалъ, что «опыты обработки земли паемпымп людьми въ губерніяхъ: Саратовской, Тамбовской, Пензенской, Воронежской и др. показали, что тамъ, гдѣ нѣтъ недостатка въ наемныхъ рабочихъ, владѣлецъ ненаселенной земли при наймѣ ихъ оставался въ выигрышѣ противъ помѣщика».

Уменьшеніе числа помѣщиковъ сопровождалось уменьшеніемъ числа крѣпостныхъ. Такъ въ 1837—38 гг. на 100 человѣкъ общаго числа населенія Россіи приходилссь 45 человѣкъ крѣпостныхъ (45%), въ 1856—57 гг.—ихъ приходится на сотню уже 38 человѣкъ (38%).

O

Это уменьшеніе числа крѣпостныхъ зависѣло отъ многихъ причинъ, между прочимъ, отъ перехода довольно значительнаго числа ихъ въ государственные, вслѣдствіе покупокъ казной продававшихся съ аукціона имѣній и отпусковъ на волю. Передъ самымъ освобожденіемъ особенно стало сокращаться число дворовыхъ — невыгодно становилось кормить ихъ. Затѣмъ, становились свободными всѣ взятые въ рекруты, всѣ крестьяне выморочныхъ и отчужденныхъ въ казну имѣній.

Въ результатѣ, возрастаніе крѣпостного населенія Россіи нѳ Щолько пріостановилось, но оно стало, хотя и медленно, итти на убыль. Такъ въ 1837—38 гг. крѣпостныхъ мужескаго пола насчитано было 10.870.061 душъ; въ 1856—57 гг. ихъ числится меньше—10.844.902 души. Эго уменьшеніе числа крѣпостныхъ тѣмъ примѣчательнѣе, что вообще то населеніе Европейской Россіи за взятый 20-лѣтній промежутокъ возрасло на 4г/2 милліона человѣкъ, или на 18%; крѣпостное же населеніе уменьшилось на 25 тысячъ душъ или на % процента. Несомнѣнно, что это уменьшеніе числа крѣпостныхъ зависѣло и отъ того, что сокращался естественный приростъ крѣпостного населенія. Меньше стало родиться людей. Такъ всегда бываетъ, когда народу< почему-либо жить становится непосильно тяжело. Жизнь крестьянъ BO время крѣпостного права была настолько неправильна, настолько зависѣла отъ произвола помѣщика, что уменьшеніе количества рожденій удивлять не можетъ.

Изъ всего сказаннаго можно заключить одно: крѣпостное право въ XIX в. падаетъ само собой, гніетъ въ корнѣ, разрушается отъ своихъ собственныхъ послѣдствій. Меньше становится и помѣщиковъ и крѣпостныхъ. Дѣлу разрушенія его не мало способствуетъ законодательство, потому что и для государства существованіе крѣпостного права становилось очень невыгодно.

Ііомѣщики издавна привыкли думать, что крѣпостные—ихъ полная частная собственность, которой они могутъ распоряжаться, какъ имъ заблагоразсудится. Поэтому большинство помѣщиковъ облагало крестьянъ такими поборами, что они никоимъ образомъ не могли скопить себѣ никакого излишка, а поэтому и казна не могла увеличивать съ надеждой на успѣхъ подати и налоги. Чтобы устранить это послѣдствіе крѣпостного права, государственнымъ дѣятелямъ приходилось подумать о рѣшительномъ вмѣшательствѣ государства во взаимныя отношенія господъ и крестьянъ.

' Начало такимъ правительственнымъ мѣрамъ положилъ указъ императора Павла I, данный 5 апрѣля 1797 г. Въ этомъ указѣ говорилось противъ принужденія крѣпостныхъ къ раб:.тѣ по воскреснымъ днямъ и рекомендовалось помѣщику довольствоваться трехдневною барщиною. Дальнѣйшія мѣры, направленныя къ ограниченію крѣпостного права, были изданы въ царствованіе императора Александра І-го. Первой изъ нихъ было прекращеніе пожалованій населенныхъ имѣній. Ha просьбу одного сановника, желавшаго получить въ награду деревню съ крестьянами, императоръ отвѣтилъ: «Русскіе крестьяне большею частью принадлежатъ помѣщикамъ; считаю излишнимъ доказывать униженіе и бѣдствіе такого состоянія, и потому я далъ обѣтъ не увеличивать числа этихъ несчастныхъ и принялъ за правило никому не давать въ собственность крестьянъ». Съ 1801 г. пожалованія душъ прекратились навсегда.

12 декабря 1801 года императоръ Александръ I особымъ указомъ разрѣшилъ людямъ всѣхъ сословій пріобрѣтать землю покупкой въ собственность. До того землей могли владѣть только дворяне.

Вскорѣ послѣ изданія этого указа, одинъ изъ крупнѣйшихъ тогдашнихъ землевладѣльцевъ, графъ Сергѣй Румянцевъ, обратился къ императору АлександруІ съ прошеніемъ, въ которомъ писалъ, что хотѣлъ бы отпустить на волю часть своихъ крестьянъ, всего 199 душъ, съ тѣмъ, чтобы вся земля, состоящая въ пользованіи крестьянъ, поступила бы въ ихъ собственность безъ всякаго пла-

Императоръ Александръ I.

тежа съ ихъ стороны. Самъ онъ, графъ Румянцевъ, имѣетъ одно желаніе: остаться попечителемъ для тѣхъ крестьянл>, для которыхъ былъ раныпе помѣщикомъ. Онъ радъ былъ бы пожертвовать и большимъ, по денежныя его обстоятельства не позволяютъ ему поступиться болѣе, чѣмъ 2000 рубл. годового дохода. Такова была сумма оброка, получавшагося графомъ съ отпускаемыхъ имъ крестьяпъ.

Въ отвѣтъ на это прошеніе послѣдовалъ высочайшій указъ отъ 21 февраля 1803 r., которымъ не только разрѣшалось отпустить на волю съ землей своихъ крестьянъ граф)у Румянцеву, но и «всѣмъ, кто изъ помѣщиковъ послѣдовать примѣру его (т.-е. графа Румянцева) пожелаетъ». Далѣе въ указѣ слѣдовали условія, на которыхъ эти отпу- ски крестьянъ съ землею могли имѣть мѣсто. Разрѣшалось отпускать на волю съ землей какъ отдѣльныхъ лицъ, такъ и цѣлыя селенія; сначала помѣщикъ долженъ былъ заключить со своими отпускаемыми крѣпостными условія, какія по обоюдному согласію признаются лучшими, относительно количества земли и платы за нее, и только послѣ этого онъ могъ подавать прошеніе о разрѣшеніи ему отпустить па волю своихъ крестьянъ. Просьба черезъ министра внутреннихъ дѣлъ представлялась государю императору на его высочайшее рѣшепіе. Крестьяне, отпущенные на основаніи правилъ указа 21 февраля 1803 г. съ землей на волю, получали наименованіе—свободныхъ хлѣбопашцевъ. Bo всѣхъ правахъ и обязанностяхъ свободные хлѣбопашцы были приравнены къ казеннымъ крестьянамъ.

To обстоятельство, что указъ о свободныхъ хлѣ- бопашцахъ отмѣчалъ, что крестьяне при отпускѣ на волю сами должны договариваться съ помѣщикомъ о количествѣ необходимой имъ земли II о платежахъ за нее. свидѣтельствуетъ, что законъ призналъ крестьянъ правоспособными людьми, тогда какъ обычаи крѣпостного времени, какъ мы видѣли, считаютъ крестьянъ вещью, которая не въ правѣ и не можетъ отвѣчать сама за себя.

лВъ теченіо:одного: года по изданіи закона получили свободу и летали вольными хлѣбопашцами 8000 душъ крѣпостныхъ.

Чтобы дать закону о вольныхъ хлѣбопашцахъ больше прѳстора,. импераТоръ Александръ I ука- зомъ отъ 14 октября 1804 г. позволилъ купцамъ, получившимъ чинъ не ниже восьмого класса, покупать крѣпостныя имѣнія, HO съ тѣмъ, чтобы крестьяне этихъ имѣній не оставались крѣпостными новыхъ помѣщиковъ. Законъ о вольныхъ хлѣбопашцахъ хотя и не оправдалъ возлагавшихся на него надеждъ, но, все-таки онъ сдѣлалъ больше для освобожденія крестьянъ, чѣмъ всѣ послѣдовавшія за нимъ распоряженія вплоть до самаго указа 19 февраля 1861 г.

Всего вышло на волю no этому закону 151,895 душъ мужского пола, что составляетъ 1Z20Zo всего числа крѣпостныхъ, считавшихся въ Россіи въ 1858 году.

Въ 1803-мъ году императоръ Александръ I запретилъ отдавать крѣпостныхъ въ работу за долги ихъ помѣщика, такъ какъ «никто не долженъ подвергаться наказанію за чужую вину» — гласитъ указъ, объявившій это распоряженіе.

Затѣмъ при императорѣ Александрѣ I было запрещено продавать людей по газетнымъ объявленіямъ и на рынкахъ. Вскорѣ послѣдовавшія войны съ Наполеономъ отвлекли вниманіе государя отъ внутреннихъ дѣлъ, и законъ о вольныхъ хлѣбопашцахъ остался, такимъ образомъ, самой важной мѣрой по крѣпостному праву въ царствованіе Александра I, если не считать освобожденія отъ личной зависимости крестьянъ Прибалтійскихъ губерній, т.-е. Лифляндской. Эстляндской и Курляндской.

Крестьяне-латыши и эстонцы, жители этихъ губерній, считались крѣпостными помѣщиковъ-нѣм- цевъ. Нѣмцы, лѣтъ за полтысячи тому назадъ, завоевали латышскую землю и превратили латышей сначала въ своихъ данниковъ, а потомъ и въ крѣпостныхъ. Пока земля была дешева, помѣщикамъ было выгодно влддѣть крѣпостны- ми. Къ началу ХІХ-го вѣка земля въ этихъ губерніяхъ очень вздорожала, и тогда помѣщики согласились отпустить своихъ крестьянъ на волю, но безъ земли. Такъ и было сдѣлано. Ho обеззе- мелепные, хотя и свободные, латыши попали въ еще худшую зависимость отъ своихъ прежнихъ господъ; дѣло въ томъ, что когда они были крѣпостными, то имѣли землю даромъ отъ своихъ помѣщиковъ, сдѣлавшись же свободными, принуждены были снимать ее у прежнихъ господъ, при чемъ условія аренды были далеко не легкія.

Это безземельное освобожденіе крестьянъ Прибалтійскихъ губерній заставило всѣхъ сторонниковъ уничтоженія крѣпостного права обратить серьезное вниманіе на вопросъ о поземельномъ устройствѣ освобожденныхъ. Имѣя передъ глазами тяжелыя условія, въ которыхъ очзгтились освобожденные безъ земли прибалтійскіе крестьяне, желавшіе добра крестьянству люди совершенно отказались отъ самой мысли объ освобожденіи крестьянъ безъ земли.

14 декабря 1824 г. вступилъ на престолъ императоръ Николай I. Новый государь съ самаго начала царствованія занялся вопросомъ объ освобожденіи крестьянъ.

Для обсужденія того, какъ начать и вести это дѣло, государь учредилъ въ 1826 г. тайный комитетъ (совѣщаніе) изъ особо довѣренныхъ лицъ. Комитетъ собирался и совѣщался много и подолгу, но ничего рѣшительнаго не выработалъ. Императоръ Николай созвалъ тогда, спустя нѣкоторое время, другой такой же комитетъ, потомъ третій и т. д. Семь тайныхъ комитетовъ одинъ за другимъ Дѣйствовали въ продолженіе его царствованія. Комитеты эти собрали массу свѣдѣній о положеніи крѣпостныхъ, выяснили взаимныя отношенія крестьянъ и помѣщиковъ и тѣмъ самымъ, конечно.

упростили задачу тѣхъ дѣятелей, которымъ пришлось заняться освобожденіемъ.

ГІмиераторъ Николаи I.

Было сдѣлано въ царствованіе императора Николая I и нѣсколько отдѣльныхъ распоряженій, направленныхъ къ смягченію крѣпостного гнета. Въ 1827 г. вышелъ законъ, который гласилъ, что если въ крѣпостномъ имѣніи земли приходится меньше 4V2 десятинъ на душу, то такое имѣніе слѣдуетъ брать въ казну или же предоставить крестьянамъ перечисляться въ мѣщанъ. Въ 1841 г. былог запрещено ,.продавать „людей врозпицу; въ i843;r: запрещено безгемельньшъ дворянамъ по£ купать крѣпостныхъ. Эти ;законы можно считать' первыми, которые рѣшительно сказали, что крѣпостной крестьянинъ не только собственность по- мѣШйі^,.но т^.Ш>д:Ш5Уй гр^.да1рства.л .-: ♦... .;•:.

Получилъ дальнѣйшее движеніе и законъ императора Александра I о вольныхъ хлѣбопашцахъ, который лежалъ почти безъ употребленія, потому что не находилось помѣщиковъ, которые желали бы на основаніи этого закона отпускать на волю крестьянъ. Помѣщикамъ очень не хотѣлось отдавать крестьянамъ землю, сильно поднявшуюся за это время въ цѣнѣ. Чтобы устранить это препятствіе, 2 апрЬля 1842 г. былъ изданъ законъ объ «обязаппыхъ крестьянахъ», на основаніи котораго помѣщики, отпуская на волю крестьянъ, могли по добровольному соглашенію съ ними уступать имъ землю не въ собственность, а въ постоянное и наслѣдственное пользованіе на извѣстныхъ условіяхъ, которыя утверждались правительствомъ и не могли быть измѣняемы иначе, какъ съ разрѣшенія начальства. Выходило, такимъ образомъ, что крестьяне будутъ прикрѣплены къ землѣ, HO лично свободны: Помѣщикъ же останется собственникомъ всей земли, которую крестьяне будутъ обрабатывать за плату депьгами или натурой, смотря по тому, какъ будетъ уговорено въ условіи. Ho всего только два помѣщика сейчасъ же послѣ изданія закона воспользовались имъ и обратили своихъ крестьянъ въ обязанныхъ.

Въ кабинетѣ государя стояли цѣлыя картоны бумагъ, исписанныхъ разными протоколами п соображеніями объ улучшеніи быта крестьянъ, объ отмѣнѣ крѣпостного права. Самъ государь былъ безусловнымъ сторонникомъ освобожденія, и въ концѣ 1S47 r., принимая депутацію смоленскаго дворянства, гласно выразилъ свой взглядъ на^дѣлО. - Императоръ Николай I говорилъ въ этой ~ рѣчи, - между Прочимъ, такъ: «Я будѵ :Тог. ворить Съ вами не какъ государь, а какъ первый дворянинъ имперіи. Земля принадлежитъ намъ, дворянамъ, по нраву, потому что мы пріобрѣли ее нашею- кровью, -пролитою за государство\ -но я не понимаю, какимъ образомъ человѣкъ сдѣлался вещью, я не могу себѣ объяснить этого иначе, какъ хитростью и обманомъ, съ одной стороны, и невѣжествомъ, съ другой... Этому должно положить конецъ. Лучше намъ отдать добровольно, нежели допустить, чтобы у насъ отняли. Крѣпостное право причиною тому, что у насъ нѣтъ торговли и промышленности!» '

Изъ распоряженій императора Николая, касавшихся вообще крестьянскаго быта, наиболѣе важнымъ было устройство казенныхъ крестьянъ, т.-е. жившихъ на казенныхъ земляхъ. Отъ крѣпостныхъ они только тѣмъ и отличались, что, вмѣсто господина, подчинялись казнѣ; кромѣ податей, они платили въ казну еще особый оброкъ. Свои деревенскія дѣла казенные крестьяне обсуждали на мірскихъ сходкахъ, верховный же надзоръ и управленіе ими, какъ и другимъ казеннымъ имуществомъ—лѣсами, полевыми угодьями и т. n.,—принадлежалъ особому отдѣленію министерства финансовъ, вѣдавшему казенныхъ крестьянъ черезъ мѣстныхъ низшихъ полицейскихъ чиновниковъ.

Жилось казеннымъ кр:стьянамъ, пожал}гй, даже хуже, нежели крѣпостнымъ, потому что на нихъ, обыкновенно, наваливались всякія повинности, въ родѣ починки мостовъ, дорогъ, поставки подводъ и т. п. Эти повинности лежали и на крѣпостныхъ, но помѣщикъ всегда умѣлъ оградить своихъ крестьянъ отъ казенной повинности, и тогда она цѣликомъ ложилась на крестьянъ государственныхъ. Казенные крестьяне отличались поэтому сравнительно малой зажиточностью, были, слѣдовательно, плохими плательщиками. Устроить бытъ казенныхъ крестьянъ было поручено графу П. Д. Киселеву, ревностному стороннику мысли объ уничтоженіи крѣпостного права. Онъ "былъ поставленъ во главѣ вновь учрежденнаго министерства государственныхъ имуществъ, въ вѣдѣніе котораго были переданы казенные крестьяне. Новый министръ горячо принялся за устройство ихъ быта.

Казеннымъ крестьянамъ нарѣзали достаточно земли, дали возможность управляться въ своихъ дѣлахъ самимъ, на сходкахъ, и довольно точно опредѣлили ихъ отношеніе къ начальству.

Дальнѣйшіе законы императора Николая, касавшіеся крѣпостныхъ, были слѣдующіе: въ 1847 г. министръ государственныхъ имуществъ получилъ разрѣшеніе пріобрѣтать въ казну дворянскія имѣнія, продававшіяся съ аукціона, а мы знаемъ, что ихъ продавалось очень много. Въ томъ же 1847 г. (8 ноября) крестьянамъ имѣній, продававшихся съ аукціона, предоставили право выкупаться на волю съ землей, позволили, такъ-сказать, выкупать самихъ себя. Ho могли воспользоваться этимъ важнымъ закономъ всего только 946 душъ крестьянъ. Наконецъ, въ 1848 г. крѣпостные крестьяне получили право пріобрѣтать покупкой землю въ свою личную собственность. Закономъ этимъ тоже мало кто изъ крестьянъ воспользовался, потому что на покупку требовалось разрѣшеніе помѣщика.

Всѣми этими законами понемногу все больше выяснилось, что крѣпостной крестьянинъ, плательщикъ государственныхъ податей, несущій важную государственную повинность—рекрутскую, не можетъ и не долженъ считаться чьей-либо частной собственностью. Кргъпостной человѣкъ — прежде всего подданный государства и, какъ таковой, долженъ пользоваться извѣстными правами и можетъ разсчитывать на поддержку государства при защитѣ своихъ правъ.

Законами императора Николая Ї, такимъ образомъ, намѣчалось, чтолично крестьянинъсвободенъ, что помѣщику принадлежитъ только земля, которую обрабатываютъ крестьяне, что при разверсткѣ поземельныхъ отношеній господъ и крестьянъ выку- даться самимъ крестьянамъ не приходится;. они выкупаютъ только землю. (Законъ объ обязанныхъ крестьянахъ.) Какъ лицо свободное, крестьянинъ не можетъ служить предметомъ торга: населенную землю можно продать, но крестьянъ безъ земли—нѣтъ (законъ 1843 r.). Такъ какъ крестьяне прикрѣплены къ землѣ, а не къ лицу помѣщика, то они, какъ люди свободные, сами могутъ пріобрѣтать недвижимую собственность и владѣть ею (законы 1847 и 1848 гг.).

Такъ опредѣлило положеніе крѣпостныхъ законодательство императора Николая. Оно значительно упростило самыіі вопросъ о крѣпостномъ правѣ, безповоротно рѣшивъ, что крестьяне только потому зависятъ отъ помѣщиковъ, что живутъ на ихъ землѣ и обрабатываютъ ихъ землю. Къ сожалѣнію, крѣпостной бюрократическій строй государства не всегда давалъ свободнаго хода дѣйствію закона, если онъ вредилъ интересамъ тѣхъ, оть кого направленіе закона зависѣло. Поэтому получались иногда случаи безсилія закона, говоря мягко. Какое важное, нанримѣръ, значеніе имѣлъ законь 1827 г. относительно отобрапія въ казенное у правленіе имѣній, гдѣ на душу приходилось меньше 41/[9] десятины. Подъ давленіемъ этого закона помѣщикъ, если не хотѣлъ лишиться права самостоятельно управлять своимъ имѣніемъ, долженъ былъ дать крѣпостному самое меньшее 4г/з десятины надѣлу. Этотъ законъ при печатаніи 2-го изданія Свода Законовъ не попалъ въ Собраніе, хотя и пе былъ отмѣненъ. To же самое случилось и съ закономъ 1847 г. относительно права крѣпостныхъ тѣхъ имѣ- ній, которыя продавались съ молотка/ выкупаться на_волю: Дегкѳ - попять: важность итого: закойадля крѣпостныхъ, но онъ также не попалъ въ СвОдъ Законовъ, хохя тоже не былъ отмѣненъ.

Такимъ образомъ, законодательство императора Николая.!: хотя и было направлено на'улучшеніе быта крѣпостныхъ и сдѣлало много для разрѣшенія вопроса въ будущемъ, но практически мало измѣняло тяжелое положеніе крѣпостныхъ и за предѣлы добрыхъ пожеланій выходило мало.

Мы прослѣдили, правда, очень бѣгло, какъ совокупная работа естественныхъ условій и законодательства подрывала крѣпостное право: Дни его, можно сказать, сочтены: съ одпоіі стороны, оно грозитъ рухпуть самой собой, подъ тяжестью своихъ собственныхъ послѣдствій, съ другой—законодательство, опредѣливъ болѣе или менѣе ясно положеніе крѣпостпыхъ, привело все дѣло къ тому, что являлась полная возможность отмѣнить крѣпостное право ранѣе его естественной смерти.