ОСОБЕННОСТИ ГЕНЕЗИСА И ЭВОЛЮЦИИ СРЕДНЕВЕКОВОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО ПРАВА

Причины образования, этапы формирования государственнос­ти у восточных славян по-прежнему остаются малоизученными. Часто публикуемые материалы в этой области отличаются надуман­ными суждениями или гипотетическими предположениями о харак­тере и институтах государственной власти в исследуемый период.

И поныне остаются в научном плане дискуссионными вопросы о том, что считать государством, каковы его формы, на каком этапе можно сделать вывод о том, что данное общество организовано го­сударственным образом. Проблемными остаются и вопросы взаимо­отношения государства и его институтов, взаимоотношения государ­ства с другими общественными явлениями в структуре связей "го­сударство и личность" и т. д. Будучи частью общества, государство нанимает в нем особое положение, которое может быть объяснено особенными наряду с общесистемными закономерностями развития. С одной стороны, государство — незыблемая социальная ценность, с возникновением которой общество вступает в новую фазу своего качественного развития. С другой — государство в лице публичной власти всегда имело и имеет устойчивую тенденцию к отчуждению от общества, от личности в обществе. И это противоречие рождает самые разнообразные формы политических режимов и государствен­ного устройства. Свой неизгладимый отпечаток на это противоре­чие накладывает и культура общества.

За последние 15—20 лет в науке заметно возросло внимание к проблеме происхождения государства. Пробуждение подлинного ин­тереса к проблемам происхождения государства Российского связано, прежде всего, с той громадной ролью, которую играло и продолжает играть государство в сфере регуляции общественных отношений.

организации феодального общества хотя и стало занимать особое

1

место, однако по-прежнему оно довольно скромное в медиевистике .

Надо отметить, что долгое время господствующая классовая схема образования государства была не только переосмыслена, но и до­полнена рядом новых концепций. Новой в этой области стала попытка определения этапов возникновения публичной власти через анализ локальной группы, племени и вождества, а также обоснование ка­тегории "власти и собственности" в качестве важнейшей причины формирования государства'. В зарубежной социологии и антропо­логии выделяются два основных способа происхождения государ­ства: интегративно-управленческий и конфликтологический.

Такая начальная форма публичной власти современными уче­ными называется "вождеством", Этим термином обозначается та­кой тип социально-политической организации, который "...состоит из групп общинных поселений, иерархически подчиненных централь­ному, наиболее крупному из них, в котором проживает правитель (вождь). Последний, опираясь на зачаточные формы власти, орга­низует экономическую, редистрибутивную, судебно-медиативную и религиозно-культовую деятельность общества"2. Одной из первых в отечественной историографии термин "вождество" при характе­ристике этапов формирования государственности на Руси исполь­зовала Е. А. Мельникова, проводя тождество между "вождеством" и "дружинным государством", "феодальным государством"3.

Ранние государственные образования иногда кроме "вождест- ва" называют "протогосударствами", "племенными княжениями", "ранними империями" или порой прибегают к термину "военная де- мократия"4. Но, как полагают некоторые исследователи, употребление термина "военная демократия" для характеристики ранних государ­ственных образований некорректно. Так, Н. Н. Крадин отмечает, что "военная демократия" в классическом понимании — скорее миф, нежели реальность.

' Васильев Л. С. Проблемы генезиса китайского государства. М., 1983; Кра- дин Н. Я. Политогенез // Архаическое общество: узловые проблемы социоло­гии развития. Ч. 2. М., 1991; Конакова Н. Б. Размышления по поводу раннего государства // Ранние формы политической организации: от первобытности к государственности. М., 1995.

2 Ранние формы политической организации: от первобытности к государ­ственности. М., 1995. С. 19.

3 Мельникова Е. А. К типологии становления государства в Северной и Восточной Европе: Постановка проблемы // Образование Древнерусского го­сударства: спорные проблемы: Тез. докл. / А. П. Новосельцев и др. М., 1992.

С. 38—41.

4 Крадин Н. Я. Политогенез. С. 228—283.

5 Крадин Н. Н. Особенности классообразования и политогенеза у кочевни­ков // Архаическое общество... С. 320—321.

тию, которая предполагает свободу выбора изначально. Универсаль­ность термина "военная демократия" отвергается и известным ис­ториком Л. С. Васильевым, который полагает, что это сугубо локаль­ное явление, характерное для варягов и викингов, но даже при этом

1

степень такого демократизма нуждается в специальном анализе .

Термин "военная демократия" впервые ввел в научный оборот Л. Г. Морган для обозначения формы правления на стадии перехо­да от родового строя к государству, потом был заимствован К. Мар­ксом и воспроизведен Ф. Энгельсом в классической работе "Проис­хождение семьи, частной собственности и государства". А уж затем он начал победное шествие в виде концепции правогенеза практи­чески по всем учебникам, которые так или иначе касались вопросов государственного образования, при этом обозначая не только соот­ветствующую форму правления, но и заключительный этап разви­тия первобытнообщинного строя2.

' Васильев Л. С. История Востока. М., 1994. С. 62.

2 Свод этнографических понятий и терминов. Социально-экономические отношения и соционормативная культура / Отв. ред. Л. Ю. Першиц, Д. Трайде. М, 19386. С. 15.

3 Свердлов М. Б. Генезис и структура феодального общества в Древней Руси. Л., 1983. С. 13—19.

4 Греков Б. Д. Киевская Русь. М., 1953. С. 310.

ния государства через военно-иерархические структуры.

Следующей методологической предпосылкой, создающей основу для современного представления о процессе формирования право­вого порядка, является изменение терминологии при описании ста­новления и развития государства в средневековой Руси. Представ­ляется более логичным и с научной точки зрения более верным при характеристике архаичных обществ, только что ставших на путь формирования политической организации своего социума, употреб­лять термин "государственность", а не "государство"[51]. Этот подход дает возможность рассмотрения исторической эволюции государства от его истоков к развитым формам. Рассмотрение такой эволюции через процесс формирования определенного правового порядка еще более способствует широкому развитию правовой природы государ­ственности на различных этапах ее эволюции. И в связи с этим весьма продуктивным с научной точки зрения является попытка выяснить природу и назначение государства. Еще известный русский социо­лог П. Сорокин, анализируя государство как социальную группу и представления о нем, пришел к выводу, что единственно реальным специфическим признаком государства является монопольное пра­во на принуждение, исходящее от государственной власти[52]. Поэто­му любая власть, в том числе и государственная, основывается преж­де всего на признании ее подвластными. Это такой "рациональный" тип властвования, при котором у населения появляется "...убежде­ние в законности установленных порядков, в правомочности и авто­ритете органов, призванных осуществлять власть. Она держится не столько с помощью прямого насилия, сколько посредством "симво­лического насилия", прививая свою знаковую систему, ту иерархию ценностей, которые в глазах общества приобретают естественный, само собой разумеющийся характер"[53].

Первоначально человеческое общество развивается локальны­ми социумами, природа и генезис которых во многом идентичны. Такие локальные социумы основываются на кровнородственных отношениях. Этническое единство в этих локальных социумах ба­зируется на общности обычаев, языка и закона. В полной мере это относится и к Древней Руси и отмечается специально летописцем в "Повести временных лет": "...имяху бо обычаи свои, и закон своих и преданья, каждому свой нрав... а язык словенски един"[54]. Хотя единство языка для средневековой русской государственности было весьма условным, как отмечает известный историк В. Т. Пашуто, "...огромное Древнерусское государство включало 22 разноязычных народа"[55]. Это подтверждается и современными исследованиями филологов[56].

Время образования древнерусской государственности по-пре­жнему вызывает дискуссию. Авторитетный исследователь средне­искового права Л. Черепнин полагал, что это время можно отнести к концу IX в.[57] При этом ученый имел в виду объединение двух на­чал древнерусской государственности (Новгорода и Киева) под зна­мена князя Олега в Киеве. Другой известный исследователь Древ­нерусского государства И. Я. Фроянов полагал, что древние славяне оставались пребывать в лоне родоплеменных отношений не только в VIII—IX вв., но и в X—XI вв. Новаторскими в вопросе образова­ния средневековой государственности стали исследования советс­кого историка права С. В. Юшкова. Опираясь на метод историческо­го материализма, он настаивал на многоукладности экономики в ис­следуемый период времени, полагая, что Киевская Русь — это до­феодальное государство15. Такие выводы ученого подтверждаются со­временными исследованиями. Однако при этом следует отметить, что практически все современные ученые также полагают, что корни образования Древнерусского государства являются "дофеодальны­ми" и искать их следует в племенных союзах. Некоторые исследо­ватели относят время возникновения таких племенных союзов к VII— VIII вв. нашей эры[58].

В данный период политическая организация еще структурно и функционально не отделена от населения. Это самый ранний из этапов формирования государственности. И здесь необходимо отме­тить, что такие политические образования основываются уже на отношениях территориального членства. Известный польский исто­рик X. Ловмянский, занимавшийся проблемами формирования го­сударственности у славян, даже попытался обосновать трехступен­чатую территориальную структуру таких племенных союзов (пле­мя •— малый союз — большой союз). Он полагал, что в составе пле­мен были большие племена — поляне и северяне и малые террито­риальные структуры, к которым он относил полочан, живших вдоль небольшой речки Полоты, предполагая, что такие маленькие пле­мена входят в состав больших[59].

Опираясь на выводы многих исследователей, можно сделать предположение, что в основе построения государственности лежит, прежде всего, территория. Именно территориальные отношения, а не племенные и не княжеские, лежат в основе создания древнерус­ской государственности. Впервые эта мысль была достаточно ясно сформулирована М. Ф. Владимирским-Будановым[60]. Указанная науч­ная концепция не потеряла своей актуальности и сейчас. Террито­рия — это соответствующая граница, в рамках которой действует государственная власть, это граница власти над теми, кто прожи­вает на данной территории. "Коллективность может быть государ­ством только тогда, когда она осела на территории с определенны­ми границами. Без этого нет государства. Может даже существовать целая социальная группа, в ней даже может возникнуть политичес­кая власть, но эта коллективность, дойдя даже до политической дифференциации, не составляет и не может составлять государства"3. Таким образом, государство предполагает территорию как часть государственной организации[61]. И это не просто один из главных признаков наличия государственности, это условие "существования и функционирования государства"[62]. Неразрывна социальная связь с территорией и публичной властью. Публичная власть немыслима сама по себе, вовне от населения, она связана с территорией не непосредственно, а через людей, проживающих на данной террито­рии и ощущающих принадлежность к этой части земли. В свою очередь само же формирование публичной власти начинается с процесса своего отделения от самоуправленческих начал.

Таким образом, важнейшими компонентами формирующейся государственности являются территория и связанное с ней населе­ние, а также публичная власть и неразделимая с ней система уп­равления, облеченная в соответствующие правовые формы. Так как же сформировались территория и население будущего Древнерус­ского государства?