§ IX. Структура

отраслью.

В момент своего возникновения философия представляла собой универсальное знание. Выделившись внутри нее, метафизика сохранила это свойство и понималась как сверхнаука о внеопытном, оставив физике, своему близнецу, все опытное, т. е. все науки [********************].

По мере того как результаты физики вступали в противоречие с некоторыми метафизическими гипотезами, те, кто считал необходимым их «спасти», вместо того чтобы заменить другими, более правильными, склонились к тому, чтобы поставить философию вне наук, но не над ними, подготовляя пресловутое лицемерие Двух истин.

В эпоху Возрождения усилилось неправильное противопоставление наук метафизике, и последней пришлось стать сообщницей теологии. Только частично и не без труда философам удалось освободить ее от этой ноши; однако, не осмеливаясь противоречить теологии, ибо это было небезопасно, они решили искать в пределах разума такую область, которая позволила бы жить в мире с абсурдной теологией и с опасными для них науками.

Ввиду невозможности преодолеть эту постоянную трудность в XVIII в. началось расчленение философии, которое продолжалось в XIX в., философия перестала быть универсальной наукой и превратилась в группу наук, каждая из которых имела свой особый предмет и задачи.

Отделились, чтобы больше не входить в нее, все разделы естественного права, стала исчезать из философских трактатов и программ теодицея. Из тех и из этой родились социально-юридические науки и науки о религии, имеющие позитивный характер и чуждые метафизическим спекуляциям.

Логика, эстетика, этика уже начали формироваться как науки, имеющие чисто опытные цели: исторические, нормативные и т.

Внеопытные проблемы психологических наук остаются за метафизикой, хотя эта тенденция еще не совсем определилась; специалисты каждой из этих паук любят заниматься метафизическими гипотезами, стоящими за пределами экспериментальной области их деятельности, что допустимо до тех пор, пока они не начинают ошибочно считать, что нх доля в метафизике и есть вся метафизика.

Не имея точного понятия о том, что такое наука п что такое философия, многие опасались, что последняя исчезнет, расчленись па отдельные науки. Вследствие неспособности определить характер не противоречащей наукам метафизики и, может быть, вследствие боязни последствий, вытекающих из отказа от гипотез, ложность которых доказана, распространилась удобная привычка называть «моральными науками», или «науками о духе», те науки, которые в настоящее время расцветают на ветви, отделившейся от классического философского древа. Это позволило построить пх как науки, не затрагивая соответствующих метафизических проблем, и дало возможность предположить, что они не такие науки, как другие (ибо они относились к душе, или духу, а не к

13 Заказ Ne і82              369

телу, или материи), и позволило думать, что они не подчинялись некоторым методологическим условиям, в необходимости которых в других науках никто не сомневается.

Я настаиваю на предвзятости некоторых философских позиций, ибо вообще считаю, что они представляют собой не искренние заблуждения, а хитрые уловки, для того чтобы избежать рискованных вопросов.

Разграничение между естественными и моральными науками носило именно такой характер, его успех объяснялся тем, что оно было удобно для всех.

Я не представляю себе двух видов наук и двух разных методов исследования истин, достуииых нашему опыту; если моральные науки действительно пауки, то от физических, биологических, социальных и других наук они отличаются только своим предметом; если бы они отличались от них но своей сущности, они ие были бы науками ни моральными, ни имморальными [††††††††††††††††††††].

Считаю, однако, что они на пути к тому, чтобы стать науками; все, кто их создает, действуют так, будто опп уже являются таковыми; все, кто их углубляет, полагают, что, поднимая их до уровня других наук но предмету и методам, они содействуют «увеличению их достоинства»; для меня очевидно, что эволюция, начавшаяся в XIX в., в XX в. очистит их наконец от схоластической скверны.

Для меня не секрет, что в пользу существующего в настоящее время разделения, которого довольно часто придерживаются различные спиритуалистические, позитивистские, мистические и научные системы, говорит и

то презрение, с каким представители естественных наук смотрят на моральные науки за большую живучесть в них старых неверных гипотез и за приверженность к этим гипотезам многих представителей моральных наук, боящихся «опасных истин» [‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡].

Я считаю правильным, что «психологические науки» составляют отдельную группу наук, но не согласен с тем, что они стоят ниже биологических, физических, социальных наук и т. д.; все они в одинаковой степени «науки» и в одинаковой степени «естественные» [§§§§§§§§§§§§§§§§§§§§].

13*

371

Экспериментальная область психологических наук охватывает не только человеческое. Она включает и умственное развитие всех живых существ, в которых можно наблюдать психологические функции и психологическую взаимозависимость, свойственную группам или сообществам животных, а также индивидуальное умственное развитие, обусловленное видом (наследственность) и обществом (воспитание).

чем обычное, психологические науки изучают различные аспекты естественного формирования опыта [*********************].

В этом процессе естественным путем дифференцируются различные формы опыта: логический, моральный п эстетический; каждая из этих форм составляет объект частной науки. Исходя из того, что мы уже видим в них, можно сделать заключение, что применение научных методов в соответствии с генетическим критерием будет последовательно поднимать эти формы опыта на более высокую ступень точности, которую в настоящее время занимают другие науки о природе.

Психологические науки (которые часто называют «моральными», или «науками о духе») оставят метафизике изучение проблем, стоящих вне их опыта; эти проблемы могут быть только предметом метафизических гипотез, правильность которых будет зависеть в каждый данный момент от того, насколько они не противоречат соответствующим формам опыта.

Все другие науки (которые принято называть «паут ками о природе») выдвигают проблемы, стоящие за пределами их собственного опыта; все они будут содействовать обогащению метафизики, которая станет, таким образом, настоящей цельной системой гипотез, объясняющих так называемые мировые загадки[†††††††††††††††††††††].

По этим и многим другим, связанным с нпмп причинам я считаю возможным предвидеть, что в течение XX в. изменение, уже начавшееся в структуре философии, будет продолжаться: она будет освобождаться от превратившихся в науки областей, и метафизика станет ее единственной областью.

Поскольку вся философия войдет в состав метафизики, то последняя выиграет в объеме п точности, приступив к разработке своих гипотез с той самой точки, которая станет для всех наук пределом их опыта (всякий раз временно). Тогда не будет ни двух противоречивых истин, ни истин, принесенных в жертву, ПИ ОПЫТНЫХ ПС- ТИН, доступных совершенствованию и противоположных абсолютным истинам догмы или абсолютным истинам разума, а будет гармоническая система, состоящая из совершенствующихся законов и непрерывно обновляемых правильных гипотез.

Какова бы ни была экспериментальная область, за пределами которой находится внеопытпая гипотеза, нельзя допустить, чтобы эта гипотеза противоречила другим впеопьггиым гипотезам, также рассматриваемым как истины. Без единства нет системы; логический идеал всякой метафизической системы есть общая направленность всех ее внеопытных гипотез к созданию подлинной космологии.