Сократ, его поиск идеального в человеческом мире

Предварительные замечания. Если бы кто-то потребовал от нас определить одним единственным словом ХХ-й век, то вряд ли бы мы ошиблись, указав на слово (термин, понятие) «революция».

Существенные сдвиги, происшедшие во всемирной истории в 1 тысячелетии (между 800 и 200 гг. до н.э.), особенно в его середине (около 500 лет до н.э.), немецкий философ Ясперс назвал «осевым временем». Последнее ознаменовалось коренным изменением образа жизни и мышления людей, возникновением новых идей и ценностных ориентаций, изменением бытовых и политических норм поведения. Распространение железа («железная революция») и связанное с ним массовое изготовление орудий и оружия усилило социальные коллизии, вызвало демографическое перепроизводство, умножило военные конфликты, придавая им все более ожесточенный характер. В самых различных регионах планеты на исторической арене почти одновременно и независимо друг от друга появились фигуры Зарату- стры (Заратуштры) в Иране, Будды в Индии, иудейских пророков в Палестине, Конфуция в Китае и Сократа в Греции.

Идейные сдвиги и духовные прозрения, охватившие преобладающую часть цивилизованного мира, приняли везде, за исключением Греции, характер религиозных или религиозно-философских преобразований.

Главной особенностью обществ, непосредственно предшествовавших «осевой эпохе», явилось тотальное (полное, всеохватывающее) господство традиций: унаследованных религиозно-мифологи-ческих представлений, общественных установлений, обычаев, обрядов и т.д. Человек этой эпохи почти всецело находился во власти коллектива и его традиций, был чужд самостоятельного мышления и какого-либо критического отношения к сложившимся нормам жизни и представлениям о мире.

Однако ничего вечного и раз навсегда данного в истории нет. Наступает кризис традиций, происходит ломка старого образа жизни и мышления, смена норм поведения. Из коллектива и рутины начинает выделяться отдельный человек, формироваться личность с ее собственными взглядами, интересами и стремлениями.

Надо полагать, что наиболее общая причина как социальных кризисов, так и прогресса, т.е. исторических потерь и приобретений, из-начально заложена в человеческой природе. Человек всегда недоволен своей жизнью и стремится к лучшей доле. (Самодовольство — разновидность комплекса неполноценности, самообман, восполнение в воображении и с помощью воображения того, что не существует.) Более непосредственными обстоятельствами, вызвавшими соци-альный и культурный переворот, в частности в Древней Греции, можно назвать следующие: рост материальных и духовных потребностей, технические и технологические новшества, интенсивные торговые и культурные контакты с другими народами, знакомство с их традициями, обычаями и нравами. Это порождало представление об относительном (условном) характере решительно всех образов жизни людей, их нравственных и религиозных представлений, государствен-ных устройств и правовых норм.

Софисты. Первоначально слово «софист» было почетным и применялось в отношении лиц, отличившихся своими способностями и талантом в какой-либо области деятельности (государственной, военной, интеллектуальной, художественном творчестве и вообще в высоком уровне мастерства). Но с конца V века это слово приобрело одиозный смысл и стало означать «лжемудреца», «шарлатана», «фокусника», «способного», по словам Платона, делать «слабый довод сильным, а сильный довод — слабым» (проще говоря, выдавать «черное» за «белое», и наоборот). Поводом для этих прозвищ послужило именно провозглашение условного характера человеческих установлений (правовых и нравственных норм, представлений о добре и зле, справедливом и несправедливом и т.д.). Этот тезис приводил к выводу, согласно которому никакой объективной истины нет: «истин» столько, сколько голов. То же можно сказать относительно справедливости, нравственности и т.д.

Однако на зыбкой почве относительности (условности) человеческих установлений нельзя что-либо строить, созидать в общественной жизни. Поиск твердой основы, как и следовало ожидать, привел к противопоставлению человеческих законов («установлений») законам природы. Последние, в отличие от изменчивых человеческих «установлений», постоянны и неизменны; они не знают искусственных ограничений и поэтому подлинно истинны и вечны. По законам естества, «природы», говорил софист Калликл (пер- восоздатель идеи сверхчеловека, супермена), сильный господствует над слабым, а человеческие «установления» — изобретения слабых против сильных; ограничения и запреты, сковывающие одаренных и смелых, подчиняют последних интересам посредственного большинства. Софист Фразимах (Тразимах), исходя, как и Калликл, из противоположности «природы» и «установлений», приходил к диаметрально иному выводу, а именно: человеческие законы — это установления, полезные немногим сильным в их господстве над слабым большинством; пользуясь простодушием последних, сильные манипулируют их сознанием, осуществляют свою власть над ними.

Деятельность софистов (исключая, впрочем, тех, которые делали крайние выводы из противопоставления «природы» и «установлений») нельзя расценивать как сугубо негативную, отрицательную и разлагающую. Достаточно сказать, что они, подвергнув решительной критике традиционные и в значительной степени изжившие себя религиозно-мифологические представления, правовые и нравственные нормы, противоречивые оценки добра и зла, справедливого и несправедливого и т.д., открыли простор для проявления человеческой индивидуальности, формирования личности, обретения человеком свободы выбора, а также ответственности за сделанный выбор. Отсюда и знаменитый тезис софиста Протагора о том, что человек есть мера всех вещей. Однако, если в мире нет абсолютов (Абсолюта) и лишь человек является мерой (критерием) всего, т.е. если для каждого истинным (нравственным, справедливым, законным и т.д.) является то, что ему представляется таковым, то отсюда с неизбежностью следует, что каждому, говоря словами Ф.М.Достоевского, «все позволено». В самом деле, если представления о добре и зле, справедливости и несправедливости, совести и бессовестности и т.д.

Сократ (470-399 гг. до н.э.) — знаменитый философ, одна из главных фигур греческой и мировой философии. Его имя и по сей день остается синонимом мудрости, мужества мысли и героизма. Сократ — афинянин по происхождению, сын заурядного скульптора Софронис- ка и повивальной бабки Финареты. Его деятельность приходится на «век Перикла» и период Пелопоннесской войны, в которой он принимал личное участие. Был привлечен к суду по обвинению во введении «новых божеств и развращении молодежи». Приговорен к смерти. Отказавшись от бегства из тюрьмы, принял чашу с ядом.

Сократ ничего не писал, не оставил письменного наследства. Главными источниками наших знаний о нем являются сочинения его учеников — Платона (особенно ранние его диалоги) и Ксенофонта, а также более поздних авторов, прежде всего Аристотеля. По сложившейся традиции считается, что так называемые досократики были заняты проблемами природы, а Сократ обратился к анализу чисто антропологических проблем, сделал дельфийское изречение «познай самого себя» (gnwq...

Разумеется, Сократу были известны случаи расхождения между правильным знанием и плохим поведением, поэтому он считал, что не может быть (во всяком случае потенциально) противоречия меж-ду разумом и поведением. Хотя поиск этических определений и при-вел Сократа к известному скептическому выводу: «Я знаю, что ниче-го не знаю», тем не менее его не покидала уверенность в том, что не-знание, точнее знание о своем незнании, в конечном счете обернется знанием, пусть и относительном. «О том, что такое добродетель, я ничего не знаю... И все-таки я хочу вместе с тобой поразмыслить, что она такое» (Платон. Менон, 80 d).

Большая заслуга Сократа в истории философии состоит в исполь-зовании им диалога в качестве основного метода нахождения исти-ны. Сократовский диалог — это своего рода лаборатория, в которой действуют по меньшей мере два лица и которым истина не дана в го-товом виде и потому предполагает поиск. Диалого-диалектическое (вопросно-ответное) искусство Сократ сравнивал с повивальным ис-кусством своей матери Фенареты и в шутку называл «майевтикой».

В политике Сократ придерживался позиции, согласно которой благополучие государства и нормальное функционирование его уч-реждений состоит в нерушимости законов и квалифицированном руководстве. Обвинения Сократа в «антидемократизме» и «аристок-ратизме» следует считать несостоятельными. Совершенно справед-ливо он считал нелепой «демократическую» практику назначения на важные государственные должности по жребию, т.е. независимо от компетентности данного лица. Крайняя демократия, по верному замечанию Платона, подготавливает «нужду втирании» (Платон. Го-сударство 562 С). Для Сократа рабство было категорией исключи-тельно моральной, а не юридической или расовой. Название «раб», с его точки зрения, применимо к тем, кто не знает «прекрасного, доброго, справедливого» (Ксенофонт. Воспоминания, IV 2, 22), кто не воздержан и не властен над своими низменными инстинктами (см. там же, IV 5, 5).

Древний философ придерживался убеждения, что «у людей больше нравственности» и справедливости тогда, когда они заняты «полезным трудом», а не тогда, когда они ведут праздный образ жиз-ни (см. там же, II 7, 8). Свободу и счастье он видел в деятельной жизни, а не просто в том, чтобы «есть и спать» и ничего не делать (см. там же, II 7, 7-8).

Согласно Сократу, до тех пор, пока человек не сделает главным вопросом своего бытия вопрос о самопознании, альтернативу добра и зла при сознательном выборе добра, всякие иные знания при всей их полезности не сделают человека счастливым. Более того, они могут сделать его несчастным. Неудивительно, что происходящие в современном мире дискуссии вокруг проблемы «человек — наука — техника» перекликаются с сократовским пониманием задач фило-софии и ценности знания вообще. Вопросы, над решением кото-рых бился древнегреческий философ, не утратили своей актуальности и по сей день. Вот почему Сократ был и остается «вечным спут-ником» человечества.

1998 г.