1. Критика декабристами общественных отношений и политического строя царской России 

В своих литературных, публицистических произведе&ниях, в показаниях на следствии, в письмах к царю из Петро&павловской крепости, в большом количестве личных писем декабристы дали глубокую критику феодально-крепостни&ческих общественных отношений и самодержавно-монархи&ческого политического строя. Гневно разоблачали они ужасы крепостничества и пороки государственной самодержавной власти, угнетавшей основную массу населения.России. Вслед за Радищевым декабристы раскрывали рабское, бесправное положение крепостных крестьян и страдания всего народа.

Основным злом общественного строя в России декабристы считали крепостное право.

Среди участников декабристского движения не было един&ства взглядов по многим вопросам, в том числе и по вопросу о путях освобождения крестьян, однако все декабристы были единодушны в признании необходимости этого освобождения.

Даже наиболее умеренное крыло движения ставило одной из основных своих задач уничтожение крепостничества.

Крепостное право, по мысли декабристов, было основ&ным препятствием на пути дальнейшего прогрессивного развития России. Оно мешало развитию и укреплению эко&номической мощи страны, процветанию промышленности, сельского хозяйства, торговли и развитию просвещения. Декабрист М. А. Фонвизин в статье «О крепостном состоя&нии земледельцев в России» писал: «...Рабство есть главное условие несовершенства общественного состава. В настоя&щем замедляя успехи просвещения, останавливая ход гражданственности и препятствуя полному развитию того общего благоденствия, которого Россия своими естествен&ными способами могла бы достигнуть, оно в будущем угро&жает ее спокойствию».

Крепостной строй, по мнению В. Ф. Раевского, мешал широкому внедрению технических усовершенствований в сельском хозяйстве, так как помещики стремились увели&чить доходность своих хозяйств только за счет усиления эксплуатации принадлежавших им крепостных крестьян. «Хлебопашец из принуждения, может ли крестьянин рус&ский достигнуть когда-либо усовершенствования в искус&стве земледелия, земледелия тем паче, когда вся собствен&ность его принадлежит господину?.. Как часто последняя жатва пропадает у несчастного крестьянина за непогодою, потому что помещик мыслит единственно об исполнении каких-нибудь проектов!» 1.

Декабристы правильно считали, что рациональное веде&ние сельского хозяйства и введение технических усовер&шенствований невозможны, пока будут господствовать крепостнические отношения, ибо крепостной крестьянин, лишенный земли и орудий производства, не заинтересован в поднятии производительности труда.

М. Фонвизин в упомянутой выше статье, раскрывая причины упадка сельского хозяйства, писал: «Неудачи, испытываемые владельцами имений при введении в них улучшенных методов земледелия, и вообще системы ра&ционального сельского хозяйства, несравненно много&сложнейшего, происходят от невозможности согласить его с существованием крепостных работников».

Н.

Бестужев прямо указывал, что причиной упадка сельского хозяйства является наличие крепостного права, рабского положения крестьян. В статье «О свободе тор&говли и вообще промышленности» он писал, что в стране «...произошел упадок земледелия, которое... не могло про&цветать в России под ярмом рабства и находится в самом жалком положении...»[38].

Существование крепостного права, отмечали декабристы, пагубно отражалось и на развитии промышленности страны. Н. Тургенев, хорошо знавший экономическое состояние России, писал: «Что касается фабрик и заводов, то суще&ствование рабства влияет на них еще более пагубно, чем на земледелие; им еще менее можно процветать там, где труд не свободен» [39].

Крепостной труд на предприятиях был непроизводитель&ным. Декабристы сами наблюдали разорение помещичьих предприятий, основанных на труде крепостных крестьян. Кроме того, класс помещиков, уже обреченный историей на уничтожение, не хотел и не мог вести и организовать про&изводство на новых началах. Расточительность помещиков вела к истощению не только сельского хозяйства, но и про&мышленности. В. Раевский писал: «Винокуренные заводы, большею частью приводимые в действие подданными, служат решительным средством к их гибели, а роскошь помещиков совершенно довершает (при потере политической экономии) упадок внутреннего промысла и коммерции»

Крепостнический ctpoft МешаЛ развитию торговли й промышленности, а царское правительство не только не способствовало их процветанию, но, наоборот, своей поли&тикой дезорганизовывало экономику страны. В письме к царю Николаю I П. Каховский писал из Петропавловской кре&пости: «Внешняя и внутренняя торговля притеснением, монополиею и частыми тарифами убита. Капиталисты наши обанкрутились, и какая осталась торговля, то и та перешла в руки иностранцев. Много способствовала к упадку тор&говли и ко всеобщему разорению в государстве запретитель&ная система, которая нигде не может быть полезна, тем более вредна в отечестве нашем. Чрез нее капиталы наши остались без оборота: я разумею капиталами все то, что имеет ценность» [40].

А.

Бестужев в письме царю Николаю I из Петропав&ловской крепости писал, что торговля в России глохнет, купцы стеснены гильдиями и не получают прибылей, увели&чилось количество банкротств, развилось невиданное лихо&имство, упало доверие между купцами. «Шаткость тарифа привела в нищету многих фабрикантов и испугала других... Запретительная система, обогащая контрабандистов, не поднимала цены на наши изделия... Упадок торговли был столь велик, что на главных ярмонках и в портах мена и отпуск за границу уменьшились третью» [41]. Бестужев далее указывал на жалобы купцов и промышленников на ино&странцев, получающих от правительства разного рода льготы, наносящих большой ущерб государству и разоряющих русских предпринимателей и торговых людей.

Так расценивало результаты экономической политики царского правительства подавляющее большинство декабри&стов. Об этом свидетельствует следующее место из «Свода показаний членов злоумышленного общества о внутреннем состоянии государства»: «Многие купцы обанкрутились, фабриканты вконец разорились, а народ лишился способов к пропитанию и к оплачиванию податей» 8. Нужно иметь в виду то, что этот «Свод показаний» представляет собой обобщение показаний и писем декабристов. Он был состав&лен для царя правителем дел следственной комиссии А. Д. Боровковым.

Выражая недовольство широких народных масс, декаб&ристы особо Отмечали тяжесть налогов, лежавших тяжелым бременем на населении. Кроме уплаты налогов крестьяне вынуждены были выполнять многочисленные повинности, отнимавшие у них много времени и труда. Произвол цар&ских чиновников приводил к тому, что эти повинности пре&вращались в источник наживы для самих чиновников, в средство издевательства над крестьянами, вынужденными выполнять часто совершенно бессмысленные работы.

Как видно из того же «Свода показаний», декабристов возмущало то, что повинности, особенно дорожная, довели «поселян до совершенного разорения, с одной стороны, от частых перемен в плане, а с другой — от злоупотребления земских чиновников».

«Строжайшие меры, принятые ко взысканию недоимок, довершйли разорение. У крестьян начали продавать домашний скот, лошадей и самые домы; а в некоторых губерниях выбить, выколотить недоимку сделалось техническим словом»

Неустойчивость рубля и дефицит государственного бюджета, являясь выражением финансового кризиса в стране, усиливали тяжесть налогового обложения и неуве&ренность купцов и промышленников, боявшихся разорения.

Основные расходы правительства шли на содержание огромной армии. П. Г. Каховский писал в письме к царю: «С 1810 по 1822 год доходы казны возросли в четыре раза более, посему можно представить, сколь сильно налоги увеличились; но долг государственный не только не умень&шился, но еще чрезмерно умножился. Курс денег наших упал, и рубль превратился в двадцать пять копеек... Импе&ратор занимается лишь солдатами, играет ими, как игруш&кой, не печется о благосостоянии нашем, тратит сотни мил&лионов на армии, бесполезным содержанием в мирное время миллиона войск иссушает источники богатства народного. У нас нет закона, нет денег, нет торговли, — что составят для нас штыки внутри государства? Они не прокормят нас, мы через них голодаем. Что винить министров? Они что значат? У нас правление самодержавное»

Разоблачая антинародную и антинациональную эконо* мическую политику царизма, декабристы поднимались, таким образом, до правильного понимания основных причин хозяйственной отсталости России. Разорение сельского хозяйства, упадок промышленности, расстройство финан&сов они рассматривали как общий хозяйственный кризис, корни которого лежали в пережившем себя феодально-кре&постническом строе и в самодержавном правлении. Отсюда, естественно, следовал вывод о необходимости уничтожения крепостничества и самодержавия.

Глубокую критику крепостничества дал декабрист В. Ф. Раевский в статье «О рабстве крестьян». Работа Раев&ского явилась ответом на статью царского генерал-адъю&танта, ярого реакционера Ростопчина, цинично утверждав&шего, что"Ъсвобождение явится бедствием для государства и несчастьем для самих крестьян, будто бы уже привыкших к тому, что помещики укрощают их своеволие и бунтарство.

Одновременно Раевский отвечал и Н. М. Карамзину на его «Записку о древней и новой России», где последний доказывал необходимость для России самодержавного строя и крепост&ничества.

Раевский был глубоко возмущен издевательским заявле&нием Ростопчина, говорившего, что крепостные крестьяне живут в благоденствии и счастье. Он с большой силой и страстью, в духе Радищева, писал о действительном по&ложении крестьян. «Кто дал человеку право называть чело&века моим и собственным? — гневно спрашивал Раев&ский. — По какому праву тело и имущество и даже душа оного может принадлежать другому? Откуда взят этот закон торговать, менять, проигрывать, дарить и тиранить подобных себе человеков? Не из источника ли грубого, неистового невежества злодейского, скотских страстей и бесчеловечья?»Раевский перечислял преступления по&мещиков, их издевательства над крепостными, унижение чело&веческого достоинства крестьян: помещики продают детей от родителей и родителей от детей, принуждают сына бить палками или розгами своего отца, отбирают у крестьянина красавицу-жену в свой гарем, а его отдают насильно в сол&даты, позорят и бесчестят дочерей крестьян. «...Бедный селянин в Курской и Воронежской губернии (я видел часто старцев в сединах) трудится в кровавом поте лица без отдыха, для того чтобы прелюбодей-господин имел способы купить хорошее платье наложнице своей, его дочери!» [42] — с возмущением писал Раевский. Русское дво&рянство, погрязшее в роскоши, лени и разврате, он назы&вал варварским.

Раевский дал достойную отповедь тем представителям самодержавно-крепостнической идеологии, которые стре&мились оправдать крепостнические порядки ссылками на то, будто русский крестьянин еще не созрел для освобо&ждения. «Общий голос некоторых невежд: «еще рано, еще умы не готовы», означает или выражает отголосок феода&лизма и малодушия, —отмечал Раевский. —Делать добро и действовать благородно гораздо лучше рано, нежели поздно»Раевский делал важный теоретический вывод о том, что человек хиреет в рабстве, лишь свобода де&лает его человеком и создает условия для проявления его способностей. Существование крепостного строя он считал позором для России и призывал к борьбе против него, пра&вильно утверждая, что положение крестьян нельзя улучшить при существующем политическом строе никакими законо&дательными мерами. Раевский бросил смелый призыв: «Граждане! Тут не слабые меры нужны, но решительный и внезапный удар!»[43]. Под решительным и внезапным ударом он понимал революционный переворот, который только и может уничтожить крепостное право и самодержавный строй.

Требование освобождения крестьян было первым и основ&ным требованием руководителя Южного общества декабри&стов П. Пестеля. Рабство он считал несовместимым с нормами морали и с естественными законами человечества. «Обла&дать другими людьми, как собственностью своею, прода&вать, закладывать, дарить и наследовать людей наподобие вещей... есть дело постыдное, противное человечеству, про&тивное законам естественным... И потому не может долее в России существовать позволение одному человеку иметь и называть другого своим крепостным. Рабство должно быть решительно уничтожено, и дворянство должно непре&менно навеки отречься от гнусного преимущества обладать другими людьми» [44].

Мысль о том, что освобождение крестьян не может быть осуществлено мирным путем, разделяло большин&ство декабристов. Они совершенно правильно считали, что помещики добровольно не пойдут на эту меру; не ожидали они и того, что крестьян освободит царь. Александр I ограничился только либеральными разго&ворами на этот счет, жестоко подавляя в то же время все крестьянские выступления против помещиков. По&этому освобождение крестьян декабристы связывали с ре&волюционным переворотом в России. Выражая настрое&ния передовых людей русского общества, А. С. Пушкин писал: «Одно только страшное потрясение могло бы уничтожить в России закоренелое рабство; нынче же политическая наша свобода неразлучна с освобождением крестьян...»

Декабристов возмущали порядки, господствовавшие в русской армии. Они видели, что суворовские и кутузовские традиции из армии всячески вытравлялись; из нее изгоня&лось все русское, национальное, все то, с чем были свя&заны победы и мировая слава русского оружия. Царь вво&дил порядки, противоречившие национальному духу и бое&вым традициям русской армии. Насаждение прусской воен&ной системы, отупляющая муштра, издевательства над человеческим достоинством солдат — все это вызывало негодование передового офицерства, оскорбляло патриоти&ческие чувства русских людей. Поэт П. А. Вяземский, раз&делявший взгляды декабристов, в письме к А. И. Тургеневу от 30 января 1821 г. писал: «...Что делается здесь в воен&ном мире. Самовластие во всей своей дикости нигде так не уродствует, как здесь... Здесь преподается систематически курс посрамления достоинства человека, и кто успешно выдержит полный опыт, тот смело может выдать себя за отборного подлеца и никакого соперничества в науке под&лости не страшиться» [45].

К. Рылеев в статье «Возмущение старого лейб-гвардии Семеновского полка 1820 г.», стремясь раскрыть причины восстания этого полка, писал: «Давно уже немецкая дис&циплина, усовершенствованная Фридрихом и состоящая в том, чтобы лишить рассуждения всех подчиненных... тяготила русское войско»

Потрясающую картину невероятно тяжелой службы и бесправия солдат дал декабрист В. Раевский. Он проследил жизненный путь солдата от прихода в армию до конца службы.

В расцвете сил, писал он, человека заставляют оста&вить семью и дать ужасную клятву царю, чтобы в те&чение 25 лет сносить труды, терпеть мученья и встречать смерть в безмолвном повиновении. В то время как офицер- дворянин при желании в любое время может покинуть военную службу, солдат по закону при всех благоприятных обстоятельствах должен отбыть срок 25-летней службы, но, сделав один проступок, он обрекается на вечную службу. А прослужить 25 лет без единого проступка очень редко кому удается.

Беззакония, злоупотребления, лихоимство, бесчеловеч&ное отношение начальства приводят русского крестьянина, одетого в мундир, к тому, что он начинает видеть во всех начальниках своих врагов и тиранов, которых боится и ненавидит. Большая часть солдат занята обслуживанием офицеров, их семейств, домов, хуторов, и только меньшая часть несет службу. Командир полка может по договору отдать солдата на работу к помещику или к владельцу ка&кого-либо предприятия. Участь солдата полностью зависит от самодура-офицера, часто полуграмотного и развращенного.

Раевский писал, что, хотя согласно строгому воинскому уставу Петра I в армии запрещалось наказание солдат без определения суда, на деле же избиение солдат офицерами было повседневным явлением. И солдат нигде не мог найти защиты, не смел жаловаться.

В «Протесте» и «Оправдании» Раевский приводил боль&шое количество фактов бесчеловечного отношения к сол&датам, свидетелем которых он был сам. Вот только два из этих фактов.

Председатель военного суда сказал обвиняемому сол&дату-писарю, пытавшемуся оправдываться: «Смеешь ли ты быть прав, когда генерал отдал тебя под суд?». На&чальник 17-й дивизии говорил командиру 1-го батальона 34-го Егерского полка: «Сдери с солдат шкуру от затыл- ка до пяток, а офицеров^ переверни кверху ногами. Не бойся ничего, я тебя поддержу/» [46].

Особенно большое негодование у декабристов вызывали военные поселения. Выражая настроения крестьян-поселен&цев, декабристы резко критиковали идею создания поселе&ний и особенно ее практическое осуществление, проводив&шееся царским сатрапом — генералом Аракчеевым.

Декабристы показали политический вред и экономиче&скую невыгодность военных поселений. На организацию этих поселений, указывали они, государством были затра&чены огромные средства. Денежных сумм и человеческого труда, затраченного на размещение одного поселенческого полка, хватило бы на содержание кадрового полка грена&дерской дивизии на длительное время. Военные поселения совершенно не оправдывали тех затрат, которые были про&изведены в связи с их устройством. В то же время они, как писал А. Бестужев, парализовали все промыслы тех мест, где устраивались.

Раскрытию вреда военных поселений П. Пестель уде&лил много места в «Русской правде». Он считал безумием самую мысль создания их. «...Нельзя довольно нади&виться, как могла таковая мысль когда-либо притти в ум, не лишенный совершенно всякого здравого рас&судка» 2, — писал Пестель. Он указывал на огромное возмущение всех честных людей России организацией воен&ных поселений. Пестель обстоятельно показал, что они не решили ни одной из задач, которые были перед ними поставлены. Общий вывод, к которому приходил он, следующий: «...Военные поселения суть самая жесточайшая несправедливость, какую только разъяренное зловла- стие выдумать могло». Поэтому одной из важнейших задач революционного переворота Пестель считал уничтожение военных поселений.

В условиях царского самодержавия, отмечали декаб&ристы, рабское положение основной массы населения Рос&сии — крепостных крестьян, беспросветная жизнь солдат сочетались с бесправием всего русского народа.

Декабрист М. Лунин писал, что царское самодержавие лишило русский народ всех прав. «Права бывают трех родов: политические, гражданские и естественные, — писал он. — Первые не существуют в России, вторые уничтожены произволом, третьи — нарушены рабством» [47].

Наблюдая злоупотребления, воровство и надругатель&ство над человеком царских чиновников, дворян-поме- щиков, молодой Н. Тургенев с возмущением восклицал: «Боже мой! что это за варварство, что за хамство! Когда десница твоя оживотворит Россию? или когда гром твой грянет на дураков, на хамов...». Указывая на бесправие и угнетение русского народа и других народов, населяв&ших Россию, он писал в дневнике: «Стон народа раздается от Петербурга до Камчатки...» а.

С большой силой в своих записках обличал самодержавие декабрист И. Якушкин: «Главные язвы нашего отечества: закоснелость народа, крепостное состояние, жестокое обра&щение с солдатами, которых служба в течение 25 лет почти была каторга; повсеместное лихоимство, грабительство и, наконец, явное неуважение к человеку вообще» 8.

Как разительный пример этого неуважения к человеку он приводил случай, происшедший в Петербурге при возвраще&нии в столицу после окончания войны с Наполеоном I гвар&дейской дивизии. На встрече присутствовал сам император Александр I. Большое число народа наблюдало торжествен&ный марш войск. Впереди, на виду у всех, показался на коне император. «Мы им любовались, — вспоминал Якуш&кин, — но в самую эту минуту, почти перед его лошадью, перебежал через улицу мужик. Император дал шпоры своей лошади и бросился на бегущего с обнаженной шпагой. Полиция приняла мужика в палки. Мы не верили собствен&ным глазам и отвернулись, стыдясь за любимого нами царя. Это было во мне первое разочарование на его счет; я не&вольно вспомнил о кошке, обращенной в красавицу, которая однакож не могла видеть мыши, не бросившись на нее».

Близкий к декабристам П. А. Вяземский образпэ пред&ставлял Россию темницей, а себя заключенным: «...Я не могу смотреть на себя иначе, как на затворника в тюрьме, которому оставили употребление одних неотъемлемых спо&собностей, и то с ограничениями; а свобода его в том заклю- чается, что он для службы острога ходит, бренча цепями, по улице за водою, метет улицы и проч., или собирает ми&лостыню для содержания тюрьмы» [48].

В проектах конституций, в показаниях следственной комиссии и в письмах к царю после ареста многие декаб&ристы указывали на необходимость для России установления твердых законов, которым бы подчинялись все граждане России. Это требование диктовалось тем ужасающим без&законием и произволом, который царил в стране.

Произвол царил в администрации, в судах, в полиции. В государственном аппарате процветали невероятные взя&точничество, волокита и бюрократизм. Хищения государ&ственных средств достигали таких чудовищных размеров, что ходили многочисленные легенды об обогащениях чинов&ников.

А. Бестужев в письме к Николаю I писал: «...Во всех углах виделись недовольные лица, на улицах пожимали плечами, везде шептались — все говорили: к чему это при&ведет? Все элементы были в брожении. Одно лишь прави&тельство беззаботно дремало над вулканом; одни судебные места блаженствовали, ибо только для них Россия была обетованною землею. Лихоимство их взошло до неслыхан&ной степени бесстыдства. Писаря заводили лошадей, по&вытчики покупали деревни, и только возвышение цены взяток отличало вышние места, так что в столице'под глазами блюстителей производился явный торг правосудием. Хорошо еще платить бы за дело, а то брали, водили и ни&чего не делали... Одним словом, в казне, в судах, в комис&сариатах, у губернаторов, у генерал-губернаторов — везде, где замешался интерес, кто мог, тот грабил, кто не смел, тот крал. Везде честные люди страдали, а ябедники и плуты радовались» [49].

Особенно возмущал декабристов произвол царской адми&нистрации. Ни один человек в России не мог быть спокой&ным за свою жизнь, за честь семьи, за имущество. Можно было всего этого лишиться в один день и через суд и без всякого суда. Н. Тургенев писал, что в России суды «про&изводятся только для формы, чтобы показать, что есть суды и что иногда судят. Но сколько людей лишаются в России имения, чести, жизни каждый день без суда! Сколько лю&дей, которые не могут ручаться за сохранение ни одного из сих предметов» [50].

0. том же писал декабрист М. Лунин в своих письмах из Сибири. Судопроизводство в крепостной России, указывал он, «начинается во мраке, тянется в безмолвии, украдкою, часто без ведома одной из участвующих сторон и оканчи&вается громадою бестолковых бумаг». В России нет элемен&тарных принадлежностей суда: адвокатов, гласности про&цесса, присяжных.

Декабристы едко высмеивали бездарность и подлость высших чиновников. Тот же Лунин писал, что сенаторами назначаются люди ни на что более не годные, не способные больше ни на какую работу. «Кавалеристы, которые не усидят уже верхом; моряки, которые не снесут уже качку; иностранцы, которые не понимает русского языка, одним словом все, которых некуда девать, находят мягкое кресло в Правительствующем Сенате» [51].

Яркую характеристику высших царских чиновников, чле&нов государственного совета, дал Н.Тургенев: «Чего ожидать от этих автоматов, составленных из грязи, из пудры, из галу&нов, и одушевленных подлостью, глупостью, эгоизмом?» 8.

Раскрывая язвы самодержавно-крепостнического строя, декабристы в то же время дали резкую критику реакционней внешней политики царизма. Они понимали, что цели народов и их императоров и королей в войне с Наполеоном были различными. Русский народ и народы Европы вели борьбу за национальное освобождение, за изгнание захватчиков с родной земли. Русский царь и другие монархи Европы обманывали народы, писал Каховский, обещая им свободу после победоносного окончания войны. Когда война кон&чилась, монархи съехались на конгресс, объявив, что они собираются для провозглашения свободы. В действи&тельности же они думали лишь об удержании своей власти, о поддержании расшатанных тронов, о том, как бы погубить последнюю искру свободы и просвещения. «Сво&боду проповедывали нам и манифесты, и воззвания, и

приказы! Нас манили, и мы, добрые сердцем, поверили, не щадили ни крови своей, ни имуществ»

Декабристы видели антинародный характер внутрен&ней и внешней политики царизма. Царизм душил сво&боду русского народа и народов Европы.

Раздумывая и рассуждая о причинах бедствий страны, о палаческой роли русского самодержавия в Европе, де&кабристы всякий раз неизменно приходили к выводу, что врагом русского народа является самодержавно-крепостни- ческий строй, царское правительство. Правительство — вот «источник всего неистовства, коим терзают моих сооте&чественников» — говорил на следствии декабрист Я. Ан&дреевич.

Каховский основную причину тяжелого положения страны видел в самодержавии, которое противоречит ра&зуму и справедливости, так как сотни миллионов людей отдает под власть и в полное распоряжение одного человека. «Можно ли допустить человеку, нам всем подобному, вер&теть по своему произволу участью пятидесяти миллионов людей? Где, укажите мне страну, откройте историю, — где, когда были счастливы народы под властью самодержавной, без закона, без прав, без собственности» [52].

Разрабатывая пути освобождения русского народа, декабристы стремились разобраться в экономическом и политическом строе русского общества. Более революцион&ной части декабристов удалось глубже раскрыть основные противоречия русской общественной жизни этого периода. Более умеренные участники движения в большинстве слу&чаев ограничивались абстрактными доказательствами необ&ходимости ликвидации самодержавия и крепостных отно&шений, не вникая в конкретные отношения между борю&щимися классами крепостной России.

Политические взгляды, носившие более умеренный ха&рактер, сформулированы Н. Муравьевым. В проектах кон&ституции и ряде других произведений Н. Муравьев дал анализ политического положения России. Характерно, что во всех этих документах острие критики направлялось

против русского самодержавия и его законодательства и почти совсем не затрагивались вопросы экономиче&ского положения крепостных крестьян. Н. Муравьев не проводил классового анализа русского общества. Он ограничивался только юридической стороной во&проса, показывая беззакония и несправедливости само&державия и крепостного строя. Поэтому вся критика поли&тического строя России носила у него отвлеченный характер.

Во вступлении к проекту конституции, найденному в бу&магах Н. Муравьева, он, ссылаясь на опыт всех народов и всех времен, приходил к выводу, что власть самодержав&ная равно гибельна как для правителей, так и для общества.

Необходимость уничтожения самодержавия в России Н. Муравьев обосновывал тем, что этот политический строй неразумен, противоречит здравому рассудку. Самодержавие, писал он, несовместимо «...с началами здравого рассудка. Нельзя допустить основанием правительства — произвол одного человека — невозможно согласиться, чтобы все права находились на одной стороне — а все обязанности на другой. Слепое повиновение может быть основано только на страхе и не достойно ни разумного повелителя, ни разум&ных исполнителей»1. В прокламации «Любопытный раз&говор», предназначенной для распространения среди солдат и народа, Н. Муравьев указывал, что самодержавный и самовластный государь не признает требований рассудка и властвует по прихоти своей.

Самодержавный строй, по мысли Н. Муравьева, проти&воречит справедливости и закону. Незаконным русское самодержавие является потому, что оно отжило свой век. Незаконным оно является и потому, что государь не под&чиняется им же самим установленным законам, считая себя выше законов. В этом последнем обстоятельстве Н. Муравьев видел одно из главных противоречий самодержавного строя. «Одно из двух: или они (законы. — Г. Г.) справедливы — тогда к чему же не хотят и сами подчиняться оным; или они несправедливы —тогда зачем хотят они (государи. — Г. Г.) подчинять им других» 2.

Объявляя самодержавный строй России неразумным, незаконным, противоречащим православной религии, без&рассудным злом, Н. Муравьев делал вывод о необходи&мости его уничтожения.

С уничтожением самодержавия в России должен быть уничтожен и крепостной строй и установлено юридическое равенство людей. В первой главе проекта конституции Н. Муравьева имеется формулировка этого положения: «Русский народ, свободный и независимый, не есть и не может быть принадлежностью никакого лица и никакого семейства» Народ должен быть носителем верховной власти, и ему должно принадлежать право установления всех основных законов.

Исходя из этих положений, декабристы, более умеренно настроенные, основными целями борьбы считали установ&ление в России, конституционной монархии и освобождение крепостных крестьян без надела их землей.

Наиболее полно и глубоко анализ политических и эко&номических противоречий русского общества того периода был дан в замечательном документе русской общественной мысли — «Русской правде».

Разоблачение самодержавия как реакционной силы, критика крепостнических отношений, военных поселений, порядков в русской армии, продажности чиновников, под&купности и несправедливости суда и т. д. — все это мы находим в «Русской правде». Кроме того, в этом документе в общем плане была сделана попытка разработать прин&ципы, на основе которых были бы организованы новые общественные отношения и новый политический строй, обеспечивающий демократические свободы народу после свержения самодержавия.

Недовольство правительством было широко распростра&нено в передовом русском обществе и выходило за рамки декабристских организаций. Критика самодержавного строя часто принимала открытый характер резкого порицания действий монархического правительства.

Высланный по распоряжению царя в Бессарабию А. С. Пушкин резко и открыто критиковал царизм и кре&постнические порядки в России.

Современник Пушкина П. И. Долгоруков, служивший у бессарабского наместника генерала Инзова, в своем днев&нике писал: «Он (А. С. Пушкин. — Г. Г.) всегда готов у наместника, на улице, на ^площади, всякому на свете доказать, что тот подлец, кто не желает перемены прави&тельства в России». Согласно записям того же дневника Пушкин «...всякого владеющего крестьянами почитает бесчестным... Пушкин ругает правительство, помещиков, говорит остро, убедительно, а за стульями (т. е. дворо&вые, прислуживающие за столом. — Г. Г.) слушают и внимают соблазнительным мыслям и суждениям...».

В своей критике А. С. Пушкин не ограничивался обли&чением правительства, он вскрывал язвы всего обществен&ного строя России. «Пушкин рассуждал за столом о нрав&ственности нашего века, — отчего русские своего языка гнушаются, отчизне цены не знают, порочил невежество духовенства», — читаем в дневнике Долгорукова.

Для характеристики отношения народных масс к само- державно-крепостническому строю очень важное значе&ние имеют прокламации, распространявшиеся в Петер&бурге, главным образом среди солдат. Прокламации были написаны, как полагают исследователи этого вопроса, самими солдатами или людьми, близко стоявшими к сол&датским массам и знавшими их настроения. Авторы прок&ламаций основными виновниками всех несчастий русского народа считали царя и дворян.

Царь, говорилось в прокламациях,—это тиран, «не кто иной... как сильный разбойник». Он насильно, опираясь на войско, грабит и тиранит народ. Присяга царю недей&ствительна, так как она дана солдатами под угрозой смерти. «Он не спрашивает народа, что желают ли его признать государем или не желают, а военную силу побуждает назы&вать себя государем;—поныне берет в жертву наши головы и угнетает отечество; точно так и разбойник поступает со встретившимся путешественником. Он его грабит, и вели&кая милость, если ограбленного оставит живого!» 1

Царь совершил столько преступлений перед народом, что он должен быть наказан как преступник и злодей. Авторы прокламаций с горечью восклицали: «Удиви&тельное заблуждение наше!». Как солдаты не могут понять того простого положения, говорилось в прокла&мациях, что сила царя в войске, в послушании солдат. Если солдаты перестанут выполнять приказы царя, то он будет иметь не более власти, чем простой пастух. Царь навлек на Родину великие несчастья, и если солдаты и дальше позволят ему угнетать русский народ, то они будут виною своей погибели.

Прокламации призывали к уничтожению царя. Однако авторы их еще не поднялись до понимания необходимости ликвидации монархии вообще, они выступали за «велико&душного» правителя государства. «Бесчестно российскому войску содержать своими силами государя-тирана... Честно истребить тирана и вместо его определить человека вели&кодушного, который бы всю силу бедности народов мог ощу&щать своим сердцем и доставлять средства к общему благу»1.

В прокламациях раскрывалась связь царя-тирана с по&мещиками: царь защищает помещиков, помещики поддер&живают царя. Дворяне-офицеры творят жестокие обиды солдатам, а начальники, не задумываясь, целый полк ме&няют на командира-тирана. Отсюда авторы прокламаций делали вывод: «Истина: тиран тирана защищает!»*.

Источником несчастий русского народа, говорилось в прокламациях, является не только царь, но прежде все&го угнетение крестьянства помещиками-дворянами. «Бед&ные воины! Посмотрите глазами на Отечество, увидите, что люди всякого сословия подавлены дворянами». Дворяне превратили своих крестьян в каторжников, лишив их всех человеческих прав. «Хлебопашцы, — говорилось далее,— угнетены податьми: многие дворяне своих крестьян гоняют на барщину шесть дней в неделю. Скажите, можно ли таких крестьян выключить из числа каторжных?»

В стране нет законов. Существующие порядки исполь&зуются для грабежа народа. Отсутствует для крестьян пра&восудие. «В судебных местах ни малого нет правосудия для бедняка. Законы выданы для грабежа судейского, а не для соблюдения правосудия».

В прокламациях с большой силой звучал призыв к унич&тожению самодержавно-крепостнического строя в России.

При этом авторами настойчиво проводилась одна мысль: освободить себя русский народ может только своими соб&ственными силами.

Все содержание прокламаций проникнуто гуманизмом и высоким патриотизмом. В них постоянно речь идет о спа&сении жизни народа, укреплении Отечества и славе его.

Анализ прокламаций, написанных людьми, близкими к народным массам, показывает, что декабристы в своих требованиях и в критике крепостничества и самодержавия отражали чаяния народа.

Критика и разоблачение декабристами самодержавно- крепостнического строя в России носили революционный и действенный характер. Декабристы не ограничивались кон&статацией рабского положения крестьянства, а ставили задачу революционного уничтожения крепостной зависи&мости крестьян; они не просто объявляли самодержавие неразумным и вредным для России, но и боролись за его ликвидацию. Поэтому во всех произведениях декабристов наряду с критикой и разоблачением язв русского общества мы видим планы и программы будущего устройства свобод&ного Русского государства.

В отличие от социалистов-утопистов Запада, просвети&телей и материалистов XVII и XVIII веков декабристы не только критиковали переживший себя строй, не про&сто вздыхали над судьбами русского народа, а с оружием в руках выступили против крепостнического строя.

Критика феодальных отношений у декабристов опира&лась не на отвлеченные идеи разума и справедливости, вернее не только на эти идеи. Внимательно изучая жизнь западноевропейских стран, в которых утвердился буржуаз&ный строй, декабристы отметили те преимущества, которые принесла с собой утвердившаяся в них буржуазная демо&кратия по сравнению с феодализмом. Вместе с тем дека&бристы отметили и основные пороки буржуазной демократии и думали не допустить их в будущем свободном Русском государстве.

Разоблачение декабристами самодержавия и крепост&ничества, разработка ими передовых революционных идей имели прямую связь с восстаниями крестьян, рабочих и солдат, происходившими в этот период в России. Требо&вания народных масс находили и не могли не находить отклика во взглядах первых русских революционеров.