Идейный строй новоанглийского пуританизма
Обогнув мыс Код, 11 (21) ноября 1620 года «Мэйфлауэр» бросил якорь. Перед переселенцами открывалась панорама американского берега. Путь к высадке преграждали подводные камни и мели.
Между тем отцы-пилигримы не расставались с мыслью об историческом значении того, что с ними 'Происходило. И в этом они не заблуждались. На борту судна был составлен и подписан всеми прибывшими в Новый Свет документ, ставший первым свидетельством американской общественно-политической мысли.Соглашение на «Мэйфлауэре» гласило следующее:
«Именем Господа, аминь.
Мы, -нижеподписавшиеся, верноподданные нашего могущественного государя Якова, божьей милостью короля Великобритании, Франции и Ирландии, защитника веры и проч., предприняв во славу Божью — для распространения христианской веры и славы нашего короля и отечества — путешествие с целью основать колонию в северной части Виргинии, настоящим торжественно и взаимно перед лицом Бога объединяемся в гражданский и политический организм для поддержания среди нас лучшего порядка и безопасности, а также для вышеуказанных целей; а в силу этого мы создадим и введем такие справедливые и одинаковые для всех законы, ордонансы, акты, установления и административные учреждения, кото-рые в то или иное время будут считаться наиболее подходящими и соответствующими всеобщему благу колоний и которым мы обещаем следовать и подчиняться. В свидетельство чего мы ставим наши имена,
мыс Код, 11 ноября... Anno Domini 1620» (50, 183).
«Соглашение на «Мэйфлауэре»— именно такое наименование получил этот документ — несмотря на свою лаконичность породило многочисленную комментаторскую литературу.
Американские исследователи полагали и полагают ныне, что Соглашение имело принципиальное значение для будущих судеб демократических институтов США. В нем находят «зачатки американского самоуправления», «дух добровольного объединения», «дух демократии».
В контексте подобных интерпретаций возникали по-
Поклявшись придерживаться собственных законов, прибывшие в Новый Свет отцы-пилигримы 11 ноября 1620 года подписали «Соглашение на «Мэйфлауэре». Затем они Ъсновали несколько поселений, превратившихся позднее в города.
пытки истолковать историю колонизации англичанами Северной Америки даже как «священную историю». Однако, видимо, более реалистична точка зрения американского историка Г С. Коммад- жера, видевшего в Соглашении не зародыш конституции, а распространение, обычного для тех времен церковного ковенанта на область гражданских отношений, возникших в связи с высадкой отцов-пилигримов на североамериканский берег (74, 15—16).
Использование ковенантной формы документа и ссылки на бога- творца в его первых строках объясняются тем, что среди пассажиров «Мэйфлауэра» важную роль играли лейденские броунисты-се- паратисты (они же «отцы-пилигримы»), которым благополучное пересечение океана и высадка на побережье Нового Света действительно представлялись неким символом божественной благодати. Ссылки на английского короля и королевскую власть объясняются тем, что переселенцы вовсе не стремились к политическому противостоянию метрополии. Они в целом были чрезвычайно мирно настроены и мечтали лишь о том, чтобы им дали возможность построить свое общество согласно кальвинистским канонам. А коль скоро речь шла о весьма удаленных\емлях, экономическая выгодность которых представлялась тогда весьма сомнительной, эти надежды были не столь уже безосновательными.
«Соглашение на «Мэйфлауэре» несет на себе печать идеи общинного самоуправления, уже опробованного и зарекомендовавшего себя в период лейденской эмиграции броунистов-сепаратистов. Так что, не изобретая практически ничего нового, переселенцы открыто объявляли о своем намерении строить жизнь в согласии с общей пользой всей членов конгрегации и не нарушая законов колоний — английского законодательства.
Наконец, Соглашение отмечено присутствием среди прочих намерений переселенцев желания добиться на новых землях эконо-мического успеха («всеобщего блага колоний»).
Итак, в тексте документа тесно переплетаются религиозные,, политические и экономические факторы, послужившие стимулом исхода в Новый Свет.
Причем социально-экономические основания этого весьма значимого исторического события раскрывались для самих его участников почти исключительно как сугубо религиозные. Это и создавало необычайность и уникальность ситуации, когда глубинные социально-экономические стимулы, толкавшие пуритан к поискам свободы экономическо-хозяйственной деятельности, окрашивались в религиозные тона. Но это была отнюдь не внешняя окраска. И У. Брэдфорд, и У Брюстер, и другие «твердые» лейден- цы искренне верили в провиденциальный смысл всей эпопеи.Постулирование в Соглашении принципов равенства («создадим и введем такие справедливые и одинаковые для всех законы») субъ-ективно связывалось со всесвященством христиан и равенством их перед богом. Однако объективная логика истории вкладывала в эту формулу иное содержание, вытекавшее из социально-экономической природы эпохи грядущих революций. В этом смысле соглашение действительно предвосхищало развитие республиканско-демократи- ческих институтов, рожденных в ходе американской революции 1776 года.