КРИЗИС ПСИХОЛОГИИ НАУЧНОГО ТВОРЧЕСТВА КАК КРИЗИС МОНОДИСЦИПЛИНАРНОГО ИССЛЕДОВАНИЯ ТВОРЧЕСКОГО МЫШЛЕНИЯ
Современная психология науки вообще и научного творчества в частности находится в кризисе. Этот кризис выражается не только в том, что отсутствуют какие-либо принципиально новые, творческие результаты и перспективные подходы.
Дело здесь в следующем:в сугубо методологической описательности психологии научного творчества; в описательности, основанной на стремлении построить концептуальные схемы исходя лишь из частных историй научных открытий (case study)не задаваясь вопросом о том, насколько обосновано обобщение отдельных случаев;
в гальванизации прежних концептуальных схем, например ассоцианизма; и прежде всего в возрождении субъективистско-интроспективного и психолого- индивидуального подхода в анализе феномена творчества;
в редукции анализа творческих процессов или к церебральному существованию психики, или к внутрипсихологическому изучению феноменов индивидуального сознания;
в отказе от каких-либо попыток объективного, надындивидуального и трансиндивидуального объяснения психики и творческих процессов.
Психология научного творчества (ПНТ) в своем анализе творческой личности начинала с изучения творческой личности гения, затем перешла к изучению одаренности, а теперь старается говорить о совокупности способностей творческой личности. Как мы видим, происходит не просто «занижение» субъекта творчества (а вместе с этим «деромантизация» субъекта научного творчества), но и «расширение» психологического состава исследуемых характеристик творческой личности: ее объектом становятся способности, которые скорее являются квазитворческими или сопровождающими творческий процесс, но не составляющими его средоточия. «Эгалитаризация» творческого субъекта (конечно, обусловленная во многом превращением науки в массовую профессию) существенно «размывает» границы творчества и не позволяет выработать критерии различения оригинальности и новизны (для кого? в чем? по сравнению с чем?).
Постановка такого рода вопросов предполагает выход за пределы психологического субъекта творчества и обращение к продукту творчества и к прошлой культуре, что и позволит осмыслить новизну и оригинальность творчества.ПНТ все более тяготеет к схемам психологии индивидуальных способностей, все более замыкается в рамках субъективистско-интроспективного самоотчета об интеллектуальных процессах. Самоотчета, весьма далекого от реального сложного процесса творчества, ухватывающего лишь эмпирически наглядные данности, наглядность и эмпиричность которых представляет собой превращенную форму творческих процессов, скрывает в своей явленности механизм работы (такой механизм предстает как самоочевидный феномен). В такого рода «склеенных» формах данности сознания сознанию же отсутствует «развертка» даже интеллектуальных процесов, а неадекватная интроспекция принимается за объективное описание творческого процесса и превращается в ПНТ в категориальный аппарат и методологическое средство анализа творческих процессов. Такое неправомерное отождествление языка описания с описываемым языком, средств анализа с интроспекцией, категориального и методологического аппарата с «речью» (причем эгоцентрической речью), далекой от рефлексивного самоотчета, приводит к тому, что интегративность творческих способностей вообще не ухватывается в ПНТ.
Поэтому творческая личность предстает как набор, агрегат различных, не связанных друг с другом способностей. ПНТ стремится выявить характеристики творческой личности и представить как можно более полный их список. Так, Дж. С. Уэлш перечислил 13 характеристик творческой личности
Агрегативный подход к творческой личности, не позволяющий осмыслить ее системообразующий фактор, интегративное средоточие, имеет своей оборотной стороной субъективизацию творчества, отказ от исследований не только объективных, социокультурных детерминант научного творчества, но и каких-либо связей с факторами окружающей среды, с социокультурным бытием и коммуникативными, социально-психологическими процессами.
Творческая личность замкнута в самой себе, а творческие процессы объясняются стремлением к самоактуализации или самореализации как наиболее фундаментальной мотивацион- ной структурой личности (так называемое гуманистическое направление в ПНТ, представленное А. Маслоу, К. Роджерсом). Диалогичность и социально-коммуникативная природа любого творчества и его результатов при такой установке вообще не фиксируются в ПНТ и не становятся ни объектом исследования, ни основанием для выработки концептуального и методологического аппарата. Субъективизм ПНТ здесь доведен до крайности солипсизма, а творческий характер научной деятельности лишается каких-либо объективных критериев и, по сути дела, отождествляется с произволом самоактуализации, со «вседозволенностью я». Не существует каких-либо критериев оригинальности, новизны и объективной ценности самоактуализации творческой личности: любой акт самоактуализации превращается в творческий; нет критериев, позволяющих разграничить отклоняющееся поведение от творческого акта, поступок от проступка, ум от недоумка, мысль от недомыслия. Ведь здесь акцент делается на акте самоактуализации, на процессе, а не на его результатах. Такого рода актуалистско-акцио- нистский подход чреват разрушением объективности творческого процесса, его объективно-культурного смысла и присущей творчеству логики движения по предмету.Те же направления в ПНТ, которые делают предметом своего анализа групповой метод решения проблем, например метод «мозговой атаки», предложенный в 1938 г. А. Осборном, «синектический метод», разработанный У. Гордоном в 1972 г. (метод активации ассоциативных связей по аналогии)и тем самым, казалось бы, исходят из коммуникативной природы творческих процессов, основываются на разрыве между актом творческой деятельности и его содержанием, между процессами творческого мышления и мыслимым содержанием, между ноэзисом и ноэмой (если употреблять феноменологическую терминологию). Причем, элиминируя из своего предмета исследования «мыслимое содержание» и делая акцент на формальной структуре познавательно-интеллектуальных актов, представители этих направлений ПНТ полагают, что можно активировать творческий потенциал группы и управлять им безотносительно к содержанию творческих задач, вне и помимо обращения к содержательной стороне творческих процессов.
Таким образом вынесено за скобки интенциональное содержание мысли, всегда неотрывное от творческого акта и коррелятивное ему. То, что стало ясным после феноменологической аналитики сознания, после работ Гуссерля, остается непонятым в современной ПНТ, основывающейся на весьма традиционных подходах и категориальных расчленениях.Традиционность и даже антикварность понятий и методов современной ПНТ отчетливо видны в стремлении возродить уже «отжившие» варианты анализа, модернизировать прежние схемы психологического исследования. Это характерно и для теории отдаленного ассоциирования С. Медника, возрождающего ассоцианизм в ПНТ, и для теории терпимости к двусмысленности и неопределенным ситуациям как наиболее существенной черте творчества (Э. Френкель-Брюн- свик), и для теории бисоциаций А. Кестлера, и для концепции дивергентного и конвергентного мышления Дж. Гилфорда, и для идеи одномерного и двухмерного (янусианского) мышления А. Ротенберга и др. Все эти теории и концепции в той или иной степени гальванизируют психологические концепции прошлого, отнюдь не претендовавшие на объяснение творчества вообще и научного творчества в частности, а пытавшиеся понять особенности различных психических функций, их формирование и функционирование.
Схемы творческих процессов, разрабатываемые в современной ПНТ, недалеко ушли от модели трехактности творчества (замысел, план, исполнение), предложенной Энгельмейером, лишь дополняя ее одним или двумя этапами, или актами. Так, Д. Маккиннон выделяет 5 этапов, или актов, творческого процесса: 1) накопление знаний, 2) этап сосредоточенных усилий, 3) интуиция, 4) озарение, или «инсайт», 5) проверка . Р. С. Мэнсфилд и Т. В. Буссе выделяют 5 процессов творческого мышления: 1) выбор проблемы, 2) целенаправленные длительные усилия, 3) установление набора ограничений, 4) изменение и переопределение набора ограничений, 5) проверка и детальная разработка . Это несколько иные фазы и акты творческого процесса, но они столь же описательны и малоэврис- тичны.
Их малая эвристичность, по-моему, объясняется прежде всего тем, что ПНТ обобщает преимущественно результаты психологии мышления при постановке научных проблем, делает акцент на индивидуальных способностях личности и вместо объективного анализа творческих процессов обращается к методам ин-троспекции и самоотчетам ученых не просто в качестве вполне достоверного, надежного и обоснованного исследовательского материала, но и в качестве дей-ственных методов изучения творчества.
Поэтому в ПНТ непомерно большое место занимает проблема типологии ученых и феноменалистское описание творческих процессов. Из трех возможных подходов к научному творчеству в соответствии с ведущими компонентами творчества, а именно ориентацией на продукт, или произведение, культурного творчества, на протекание самого процесса, на способности к творчеству отдельного ученого или коллектива, современная ПНТ делает особый акцент на последнем и в какой-то степени обращается ко второму, совершенно оставляя без внимания первый — результат творчества, произведение культурного творчества, а тем более социокоммуникативную природу каждого из этих компонентов, в лучшем случае трактуя социокультурную «среду» как социальный фон деятельности ученых, создающий или не создающий препятствия для творчества. Социокоммуникативная определенность каждого из компонентов творческого процесса, их связь в целостную систему, в которой каждый из элементов предстает как момент социокоммуникативной целостности («поля»), остается за пределами ПНТ в целом и каждого из ее современных направлений.Таковы некоторые итоги монодисциплинарного подхода к изучению творчества вообще и научного в частности, получившего свою реализацию в ПНТ. Эти итоги, как мы видим, малоутешительны. Поэтому-то и можно говорить о кризисном состоянии психологии науки вообще и психологии научного творчества в наши дни, о ее явном несоответствии социальным и культурным задачам, выдвигаемым перед психологией. Современное общество поставило перед психологией задачу, которую она оказалась не в состоянии не только решить, не только наметить перспективные пути для ее решения, но даже, по-моему, правильно осознать, поскольку постановка проблемы научного творчества в парадигме психологии индивидуальных способностей не позволяет дать объективный анализ творчества, уводит в сторону выявления биопсихогенетических характеристик личности, смешивает разные планы исследования.