Хирургия на распутье (С.П. Федоров)
В журнале Новый хирургический актив (т. X, кн. 1, 1926, с. 16—23) С.П. Федоров опубликовал статью «Хирургия на распутье», которая наделала много шума в хирургических кругах, вызвала дискуссию в СССР и ответную статью — оппоненцию К.В.
Волкова. С П. Федоров в своей статье по сути дела поддержал публикацию Ф. Зауэрбруха — одного из ведущих хирургов Германии — о тенденциях хирургии 20-х годов. В процессе дальнейшего изложения мы неоднократно будем возвращаться к этой статье, ибо она дала начало «Хирургической философии XX века»С.П Федоров’ «Хирургия горда своими успехами Но еще более горды сами хирурги, особенно молодые, которые продолжают верить в обособленность и всемогущество хирургии». Автор приводит примеры многих «заблужденческих» операций, отмеченных чисто механическим подходом («превентивные» операции, вмешательства на вегетативной нервной системе, пересадки эндокринных органов и т.д.). «А гастроптозы, колоптозы и прочие птозы.... Но если это до известной степени даже возможно, то спрашивается — нужно ли это (?). Лечение птозов — один из ложных путей, по которому идет хирургия».
Статья С.П. Федорова наполнена сарказмом. Приводится диалог из романа М. Дюплэ «Nos medicins» между учеником — восторженным поклонником успехов хирургии и учителем. В конце беседы учитель говорит: «В стремлении своем лучше лечить людей один или два века спустя не «зарезывайте» своих современников».
С.П. Федоров ссылается на Р. Лериша, который подчеркивает эмпиричность развития современной им обоим хирургии.
В статье есть замечания, актуальные и для нашего времени. «Эпитеты, присваиваемые хирургам: артист, виртуоз или «джигит». Я же думаю, что темперамент, особенно в избытке, скорее вреден для хирурга и хирургии» (с. 15).
«Кроме того, в хирургии есть мода».
Сильно подмечено! Актуально и в наше время: как только появляется публикация о новом, начинается гонка разных авторов и учреждений на предмет преобладания количеством.
Так, например, получилось с ваготомией, гемирезекцией желудка при язве, невротомией и папиллотомией при хроническом панкреатите, примитивном диализе при перитонитах и др.
Особенной критике С.П.
Федоров подверг пересадки эндокринных желез «по методу Воронова».«Наши Вороновы» говорят, что, не имея яиц обезьяньих, получают результаты не худшие от пересадки бараньих яиц» (с. 16).
«И еще много в нашей хирургии таких темпераментных, эмпирических и модных увлечений, которые все время мешают ей стать действительной наукой» (с. 16).
Цитируется Ф. Зауэрбрух: «XIX век был расцветом медицинской науки, таким, который знала только старая Греция и Александрия... и так же, как тогда после блестящих успехов наступили годы истощения, утомления, бедности; так и теперь... следует период покоя и утомления: нет больше новых целей, и все вращается в установленных рамках прошлого» (с. 18).
С.П. Федоров ищет причины такого застоя и одной из них считает ситуации в хирургических обществах.
«И опять-таки прав Зауэрбрух, говоря, что Общества забыли свои задачи, «в них слишком много слушают и мало критикуют» (с. 22)
По мнению С.П. Федорова — «Хирургия не может быть самостоятельной наукой» (с. 17), «Все высокопарные фразы, .хирургов не убедят меня в том, что хирургия самостоятельно выйдет на новые пути» (с.19).
Безрадостные прогнозы С.П. Федорова сильно взволновали как общих хирургов, так и хирургов смежных областей.
В том же И.Х.А. (т. XI, кн. 4, 1927, с. 503) появилась публикация К.В. Волкова «Хирургия в пути», которая явилась оптимистическим ответом на статью С.П. Федорова.
К.В. Волков:
«Куда идет хирургия? Правильны ли ее пути? Каковы пределы ее научной и практической компетенции? Где ее научная база?».
«Как бы ни относиться к высказанным С.П. Федоровым взглядам, все мы — и сторонники, и противники — должны быть глубоко благодарны автору статьи «Хирургия на распутье» за то, что он силой своего ума и слова повернул нас лицом к самим себе и заставил философски задуматься над общим смыслом нашей научной и практической работы».
«Вот стоит она, связанная по рукам и ногам, на старых основах, обремененная ложными путями иупрямством идущих по ним, темпераментом и легкомыслием ее молодых адептов, неумением, может быть, зрелого поколения ввести в русло этот молодой поток и сотнями тысяч пудов печатной бумаги.
Да, стоит она, как древний русский витязь на перекрестке дорог и оглядывается на свое блестящее прошлое...»«Скоро ли выйдет она на новый истинный и славный путь?»
«Она вынуждена жизнью, которая в одно ухо нашептывает, что совершенно прав Мейо, определяющий хирургию, как одну из форм механического лечения, а в другое ухо — что столько же справедливы протесты Лика и Зауэрбруха против механического мышления у хирургов».
Будущее хирургии в интеграции с другими науками. К.В. Волков приводит цитату из К. Бернара: «Цель всякой науки .. предвидеть и действовать».
Если измерять прогнозы столетиями, то окажется, что С.П. Федоров ошибся не в развитии хирургии как таковой, а в интегрировании хирургической науки в общемировую науку. К.В. Волков был более оптимистичным.
В 1922 г. выдающийся немецкий хирургА. Бир опубликовал статью «О способах медицинского рассмотрения, в частности о механи- песком и телеологическом». Оценивая значение этой статьи, видный австрийский ученый Г. Глязер в книге «О мышлении в медицине» (М., 1969) выделял статью А. Бира, как эталон врачебного мышления. Будучи противником механистического прагматизма, А. Бир пришел к выводу, что в хирургии врачебное мышление должно базироваться на целевом телеологическом принципе: «Зачем?».
С.П. Федоров, наблюдая шараханье хирургии от одной новинки к другой, вопрошал: «Зачем?».
Все-таки Лик, Зауэрбрух, Бир, Федоров были правы в том, что состояние хирургии в 20-х годах XX века характеризовалось застоем и шатанием. Эти знаменитые хирурги констатировали состояние современной им хирургии. .
К.В. Волков не опровергает С.П. Федорова, он лишь отстаивает право хирургии на прогресс, что в принципе оказалось правильным.
В.Н. Шамов в статье, посвященной 40-летию практической и научной деятельности С.П. ФедоровЬ (Юбилейный сборник, ж. «Советская хирургия», т. V, вып. 1—3, М.-Л., 1933, с. 9—23) проницательно заметил, что «...вступление С.П. Федорова на сцену хирургической деятельности как раз совпало со временем того совершенно бурного подъема в развитии хирургической специальности, который начался в ней после открытия Пастера и Листера» (с.
9) и что «... более спокойный анализ накопившегося ... огромного материала ... показывает... что «блестящие успехи хирургии» оказываются далеко не всегда таковыми для больных». «В результате создается невольное впечатление, что все технические возможности хирургического метода лечения доходят до границы своего развития и что сама проблема разрешения патологических состояний организма хирургическим ножом оказывается далеко не так проста...» (с. 22).Тревога С.П. Федорова имеет прямую направленность к пациенту. Его идеи четко коррелируют с постановкой вопроса А. Бира: когда хирург решается на операцию, он должен для себя (и, конечно же, для пациента) решить главное — «Зачем?». Хирург должен четко владеть целевым рассмотрением проблем, т.е. элементами телеологии, и тогда исчезнут многочисленные модные операции с неясным прогнозом и опасными осложнениями.
В.Н. Шамов пишет, что критика«... во многом сурово разбила статью Федорова» (с. 22) и современникам казалось, что главный его критик К.В. Волков именно и нанес основной удар автору «Хирургии на распутье» своим оптимистическим прогнозом. Но история последующих 75-ти лет показала, что, в конце концов, хирургия, пройдя через «волны и барханы» чисто механических подъемов, оказалась в русле спокойного течения на основе выдающихся достижений смежных наук и прагматических идей
Скорее всего, многие «капитаны» хирургии — современники С.П. Федорова — не полностью уяснили предостерегающую часть статьи, и последующие 10—15 лет ознаменовались в основном продолжением «накопления материала» и совершенствованием техники оперативных вмешательств.
Телеологическое врачебное мышление не овладело хирургами ни в практической, ни в научной деятельности.
Рассматривая хирургическое мышление 30-х годов, мы улавливаем противоречия другого сорта; опираясь на базу технических достижений 20-х годов, хирурги стали двигаться в сторону радикализации хирургических вмешательств. Особенно наглядно это видно на примере обсуждения хирургического лечения язвы желудка и двенадцатиперстной кишки (ДПК) на XXIV съезде советских хирургов. На этом съезде сторонники паллиативной гастроэнтеростомии были повержены, и в течение почти 30 лет о паллиативных операциях при язвенной болезни хирургическая печать полностью безмолвствовала,... но ...в хирургическом мышлении всегда присутствовал элемент эмпиризма и моды, и вот в 60-е годы вновь появились идеи паллиативных операций. Возможно, хирургия еще долго пребывала бы в рамках застоя и эмпиризма, но... вмешалась Вторая мировая война. Война, конечно же, бедствие для всех народов — и побежденных и победителей. Но именно в длительных и бедственных ситуациях, какими являются войны, с нарастающим количеством поражающего оружия и числа раненых, медицина и особенно хирургия вынуждены соответствовать гибельной ситуации. Именно хирургия противопоставила наращиванию убойной силе оружия восстановление боеспособности людей.