ПОЛОЖЕНИЕ СОЦИАЛЬНЫХ И ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ ТЕОРИЙ

В седьмой главе Происхождения видов Дарвин рассматривает не только физические свойства живых существ, но и их инстинктивное поведение. Он утверждает, что социальная деятельность, наблюдаемая, в природе

(например, совместный труд муравьев, распределивших обязанности внутри своего сообщества), может быть объяснена общей теорией естественного отбора.

Становится ясно (хотя сам Дарвин не приходил к такому логическому заключению), что человечество можно изучать подобным образом. Наше общество устроено так, что его члены порой вынуждены жертвовать собой ради общего блага или же по крайней мере брать на себя ту роль, которую им определило общество.

Нравственность обусловлена социальной дифференциацией, то есть расслоением общества. Это видно, например, из того, как люди инстинктивно ощущают себя виноватыми, если им не удается сделать то, что от них ожидают. Поэтому многое в нравственной и религиозной сторонах жизни (прежде игнорируемое физическими науками) можно рассматривать сквозь призму естественного отбора.

Подобные предположения способствовали возникновению социобиологии (см. с. 215 и далее) и споров о том, в какой степени наше поведение отражает исходное генетическое стремление к выживанию и продолжению рода.

Оказывается, стоит науке перейти от рассмотрения физических сущностей к природе человека и общества, как она тотчас сталкивается с целым рядом проблем, поскольку традиционное «размежевание» (нравственная и религиозная сторона жизни, с одной стороны, и физическая и научная — с другой) здесь уже неприменимо.

Эта сторона дарвиновской концепции открывает путь к серьезному изучению человека — через психологию и социологию. Но насколько реально соотносить поведение муравьев и пчел с поведением личности в человеческом обществе?

Мы уже рассказывали (с.

Подобным образом возникли политология, социология и психология. Все эти области знаний заняты изучением тех сторон человеческой жизни, которые прежде не были предметом интереса науки. Естественно, что вопросы, которые они затрагивают, напрямую касаются философии. Мы рассмотрим только те из них, что уже были подняты в контексте философии науки, и определим, следуют ли указанные науки критериям признанного ими научного метода. С этой целью мы обратимся к двум наиболее видным представителям нового научного взгляда — Марксу и Фрейду.

Маркс (1818-1883)

Карл Маркс исследовал исторические причины общественных и политических перемен. Согласно его выводу, выживание человека зависит от средств пропитания и иных материальных благ и задачей общества является обеспечение производства и распределения этих благ. Поэтому Маркс охарактеризовал общество как систему связей, основанную на удовлетворении потребностей людей. Все иные стороны общественной жизни для него определялись данной экономической составляющей.

Ученые берут факты, объясняют их, выдвигая гипотезы, и делают прогнозы. Подтверждение или опровержение гипотезы зависят от того, сбылись ли эти прогнозы. В главе 2 отмечалось, что указанный процесс лежит в основе научного метода.

Маркс нашел огромное количество фактов, свидетельствующих об общественных переменах. Ему требовалась только подходящая теория, которая могла бы все это объяснить. Его метод изучения перемен, происходящих в обществе, основывался на понятиях диалектики — краеугольного камня гегелевской философии. Диалектика выстраивала следующую схему (триаду) процесса развития: некое положение (тезис) порождает отклик (антитезиз), а затем происходит разрешение этих противоречий (в виде нового единства, синтеза).

Как видим, при разработке диалектического материализма Маркс использовал признанные научные принципы. Он выстроил свою теорию на основе полученных данных. Но, как считал Карл Поппер, марксизм не является настоящей наукой, поскольку не предполагает, что факты могут противоречить этой теории. Если любое событие можно истолковать с позиции диалектического материализма, значит, его нельзя опровергнуть, то есть отсутствует главный критерий, по которому (согласно Попперу) определяется научность любой теории.

Диалектический материализм как теория об общественных изменениях должен был подтверждаться правдивостью своих прогнозов. Политические перевороты ХХ века поначалу демонстрировали правоту марксистской идеологии, но вскоре ход истории показал ее несостоятельность: сделанные ею, как казалось, важнейшие исторические прогнозы (например, крушение капитализма) не оправдались, а общественные и политические перемены происходили отнюдь не предначертанным марксистской теорией путем классовой борьбы.

Фрейд (1856-1939)

Получив медицинское образование, Зигмунд Фрейд занялся врачебной практикой. Его особенно интересовала невропатология, и он открыл собственную клинику, наблюдая больных с нервными расстройствами, прежде всего страдающих истерией.

Для изучения причин подобных состояний он разработал собственный метод. Анализируя сновидения и свободные ассоциации человека, Фрейд выявлял те переживания, которые лежали за пределами человеческого сознания (или в так называемом бессознательном) и являлись причиной нервных и психических расстройств.

В этом отношении главным для философии науки является вопрос, следует ли причислять психоанализ наряду с другими медицинскими методами к настоящей науке.

Оценивая соответствие психологических теорий философии науки, следует помнить, что данные, сообщаемые человеком о состоянии его ума, или воспоминания, удерживаемые его памятью, невозможно проверить на предмет их истинности.

Можно усомниться в неправдоподобных рассказах о детских переживаниях, однако крайне затруднительно отвергнуть их. Даже если оказывается, что такое событие не могло иметь места, это не умаляет значения памяти, поскольку для психоанализа она имеет первостепенную важность, даже не подкрепленная фактами.

Физические науки требуют воспроизведения опытных данных, что дает возможность проверить их точность. Однако для материала, лежащего в основе психоанализа, не существует никаких проверок. Самонаблюдение является ценным орудием в руках психологов и

философов, но оно далеко от непогрешимости, да и принимать его приходится всегда на веру.

Таким образом, использование данных у Фрейда и Маркса различное. У Маркса данные носят исторический характер, но их истолкование неверно. У Фрейда же они непроверяемы и поэтому не поддаются научному исследованию. Комментарий

Разумеется, мы лишь вскользь затронули темы марксизма и психоанализа. Обеим теориям посвящены многотомные труды, рассмотреть которые было бы целесообразно с позиций политической философии либо философии мышления.